Прости меня, моя любовь...

Дин не выдерживает спустя несколько месяцев после возвращения из Чистилища и осознания того, что Сэм не искал его. Он жил с какой-то Амелией, пока Дин сражался с Бенни. Бенни стал ему братом, а Сэм перестал им быть. Или ему хочется так думать. Он больше не называет его ласковым Сэмми, не шутит, не обнимает, не прикасается и разговаривает с ним только о закрытии Ада или о деле. Хотя видит, что младшему плохо после первого испытания, что он кашляет кровью, а сердце тянется к Сэму и кричит: «Хватит! Помоги ему! Ему плохо! Он может умереть! Твой Сэмми может умереть!». Но вместо этого Дин говорит: — Проваливай, — не смей так с ним говорить! — Но, Дин… — Проваливай, я сказал! — не смей на него кричать! Орёт сердце, но Дин отворачивается. — Дин, Прости меня, пожалуйста! Ну хочешь я на коленях просить буду? Хочешь? А может ты хочешь ударить меня? Ударь меня! Можешь избить меня, делай что хочешь, только прошу, не бросай меня, не заставляй меня уходить, прошу! — Дин поворачивается к Сэму лицом. Сэм рыдает, действительно встаёт на колени. Сердце в груди Дина разрывается на кусочки и молит: «Не надо, не делай этого! Не смей! Куда он в таком состоянии? Он же не справится! Он же ослаб, после испытания этого. Он же большой ребенок, за ним глаз да глаз. Ну смотри, наш Сэмми плачет. Ты идиот, его довел! Не смей его бросать!» Но Дин не слушает его и повторяет: — Вали по-хорошему, Сэм. Уходи, — и уходит в свою комнату в бункере, оставляя Сэма в библиотеке. В спальне он почти сразу засыпает, несмотря на сердце, которое все так же рвется из грудной клетки к Сэму.

***

На следующее утро Дин сначала даже не вспоминает о том, что вчера случилось. Он просто вдруг понимает, что с кухни не пахнет кофе и решает зайти к Сэму проверить, как там младший Винчестер. Осознание приходит когда Дин не находит в комнате половины вещей брата. Первая мысль, которая приходит в голову: «Ну мы же столько раз ругались, он же не мог в этот раз уйти?». И вдруг память выкидывает, то что он сказал тем вечером. Потом Дин минут десять просто носится по бункеру и зовёт Сэма, надеясь, что он просто решил проучить его. Но его нигде нет. Сэмми ушёл. Заболевший, уставший, полностью разбитый благодаря Дину. Ушёл. Дин чуть не впадает в истерику, но понимает, что так он Сэму не поможет. По телефону его отследить не получается, по карте тоже, значит нужно ездить и искать так. Поиски затягиваются на полгода.

***

Эти шесть месяцев для Дина становятся Адом. Сэм звонил Кевину каждый раз с нового номера, так что отследить его не получалось. Если зацепка появлялась, то по приезду на место обнаруживалось, что младший уехал как минимум два дня назад. Дин почти не охотится, только ищет. Он таскает в Импале альбом, в который сложил все фотографии Сэма и перед сном листает его, прикасаясь губами к самой любимой. Это тот кадр, который называют случайным, и Дин даже не помнит от куда он, но на нём Сэмми такой живой, заливисто хохочущий. Дин бы все отдал лишь бы ещё раз услышать этот смех. Он наконец признается себе, что чувства возникшие ещё в его двадцать и Сэмовы шестнадцать настоящие и от этого хочется найти братишку ещё сильнее. В середине пятого месяца без Сэма Дин узнает, что за последнее испытание и… Что прошедший все тесты умирает. А значит Сэмми нужно спасти. Он чудом находит церковь, где Сэм проходит третье испытание. И там посередине здания на стуле сидит… Кроули. Грёбаный Кроули. Король Ада. Дин гордится. Но это становится неважным, когда он видит Сэмми. Он больше не похож на солнце, которым всегда был. У него синяки под глазами, он жутко худой и как будто сейчас упадет в обморок. И он кажется даже не совсем понимает, кто это пришёл. Дин подходит, отбирает у него шприц и берет его лицо в ладони. — Сэмми, не надо это убьет тебя. Метатрон соврал. А ты мне нужен живым, — он говорит это и лихорадочно водит своими руками по лицу, рукам, плечам Сэма. Ему нужно понять, что братишка действительно тут. — Пойдем в машину, маленький, тут холодно, а ты и так как печка горячий, — и Сэм позволяет отвести его к машине и усадить в нее, будто он — тряпичная кукла. Дин достает плед, снимает с себя куртку, укутывает всем этим братишку, включает печку, возвращается в церковь, запихивает бессознательного Кроули в багажник и возвращается к Сэму. — Сэмми, ну не молчи, я тебя прошу, скажи хоть что-то, солнце, умоляю, — а потом вдруг осознает, что Сэм уснул. Боже, как же он намучился из-за Дина. Когда Дин привозит их в бункер, Сэм не просыпается почти сутки, и ему правда становится страшно. Но Сэмми все же приходит в себя и сразу же пытается встать с кровати, но Дин говорит: — Тихо, родной, у тебя температура под 40, так что лежи спокойно. — Дин? — а голос, то какой хриплый. — Я, Сэмми, я. Не вставай. — А где Кроули? — Надёжно заперт, не волнуйся. — А как я здесь оказался? — Ты не помнишь? Бедный, совсем измучился. Я тебя привез. — Но зачем? — Как зачем? Буду тебя лечить и откармливать. Ты себя в зеркало видел? Это же ужас. — Нет в смысле… — Что, милый? — Когда мы в последний раз говорили, ты выгнал меня, и я думал, что ты меня ненавидишь, — сердце Дина пропустило удар. — Солнце, прости меня. Я тогда тебе столько всего наговорил, ты этого не заслужил. Я буду любить тебя вечность. Никогда не будет никого дороже тебя, никогда. К тому же я ведь однажды тоже был с Лизой, так что я не имел права с тобой так обращаться. Так ты простишь меня? — Дин, но я и не злился. — А мог бы, я это заслужил. — Дин? — Да? — Я сейчас сделаю, то что тебе возможно не понравится. — Что ты такого можешь сдела…- Дин не успел договорить, как Сэм его поцеловал. Нежно, без давления, как будто извиняясь. — Сэмми, ты тоже? — Что? — А черт с ним! Я люблю тебя. — Но как? Ты же всегда только с девушками, я и подумать не смел, что это взаимно. — О, Боже как давно? — Почти десять лет, и…- Дин обнимает его и заваливается рядом на кровать. Им ещё столько нужно наверстать.