Чистая электростанция

Старый знакомый

      Быть хорошим дилером, значит не только иметь качественный продукт, а и уметь его продать. Слишком много конкурентов в этом бизнесе, слишком много сортов конопли, слишком много потребителей, которые, так или иначе, уже ведут дело с доверенными «продавцами». Олимпия, к своему несчастью, забыла что её коммуникабельные навыки близятся к нулю. Она не умела, и не любила общаться с людьми хоть в реале, хоть в социальных сетях. Ли не надеялась, что когда-нибудь сможет добраться до уровней продаж марихуаны Лолы или Арчи, однако пока Мэри Джейн дозревала в гроубоксе, пока шишки сушились и «пролечивались» в голову девушки не приходила мысль, что она просто-напросто побоится заговорить с потенциальными покупателями.       Ведя в руках велосипед, на котором она ездила даже в плохую погоду, Олимпия обходила по кругу Северо-Восточную старшую школу. Она уже успела завистливым взглядом оценить это большое здание из коричневого кирпича, с полями для регби и бейсбола, и вспомнить свою Кенсингтонскую школу, представляющую собой четырёхэтажный прямоугольник с маленькой парковкой на заднем дворе и полным отсутствием какого-либо фасада и спортивного поля.       Ли не была уверена, что её бывший сосед Джастин Бибер всё ещё учится в этой школе, но интуиция девушки ― причём иногда поразительная ― подсказывала, что он до сих пор отбывает здесь «наказание». Ей помнилось, что Джастин курил, поэтому девушка решила сначала найти место, где курящие школьники проводят перемену. Прогуляв два последних урока в своём учебном заведении, Олимпия проделала неблизкий путь от северной Филли к северо-восточной, и теперь бродила вокруг старшей школы в поисках намёка на «курилку».       Наконец-то она увидела компанию парней и девушек стоящих около чёрного выхода, ведущего, скорее всего, в столовую. Олимпия присмотрелась. Там, среди кучи школьников, показался кто-то похожий на Джастина Бибера. Она не видела его целых три года, потому не могла надеяться на внешность, но на повадки…       Да, определённо в столпотворении учеников был Джастин Бибер. Это он активно жестикулировал руками, рассказывая какую-то забавную историю, заставив большинство людей обратить на себя внимание. Ли непроизвольно улыбнулась. Пусть они не были никогда лучшими друзьями, однако парень оставил в её памяти только замечательные воспоминания. Милый, дружелюбный обалдуй. Обычный, простой. Иногда настолько простой, что бесцеремонный. Любитель рассказов, всегда приходящихся к месту. Шуток, резких, порывистых движений и спешки. Он был тем человеком, с приходом которого компания оживала, и грустное настроение которого вгоняло в меланхолию всех.       Олимпия прислонила велосипед к низкому забору из сетки и застыла на месте. Дыхание тёплого октябрьского ветра качнуло ещё зелёные листья пушистых деревьев. Её язык словно прирос к нёбу. Как она подойдёт к толпе этих людей? Как обратит внимание Джастина? Как заговорит с ним и что скажет? Она уже сто раз обдумывала это в голове, но когда пришло время осуществить план ― струсила. Натянув рукава лёгкой свободной кофты по самые ногти, девушка сгорбилась и мелкими шагами направилась к школьной «курилке», образовавшейся на ступеньках около чёрного выхода. Внезапно ноги налились свинцом, а маленький пакетик Мэри Джейн начал предательски давить в кармане старых джинсовых бермуд. Ли отдавала себе отчёт, что проверь кто её карманы ― состав преступления слишком мал. Три с половиной грамма это почти ничего для Филадельфии.       Неумолимо сокращалось расстояние, и вот её невысокая, слишком тощая, но спортивная из-за постоянных поездок на велосипеде фигура, почти подошла к школьникам. Девушка тут же убедилась в своей правоте и интуиции. Повзрослевший Джастин Бибер, действительно, находился среди курящих.       ― Джастин! ― позвала она, решив не пробираться к нему сквозь учеников.       Он не услышал, зато услышали две девчонки, стоящие вблизи Олимпии. Ли покраснела с головы до ног, вжимая шею и закрывая лицо прядями волнистых тёмных волос.       ― Бибер! ― крикнула одна из этих школьниц грубым, хриплым голосом. Парень повернулся к ней. ― Это к тебе, по-моему, ― она дёрнула головой в сторону Олимпии, выкидывая окурок сигареты прямо себе под ноги.       Джастин уставился на Ли, наверняка не поняв кто это. В одно мгновение Земля перестала вертеться, время остановилось, а звуки будто кто-то прикрутил на огромном радиоприёмнике, пока Бибер пытался узнать в лице девушки что-то знакомое. На это обратили внимания все. Все. Даже птицы, сидящие на деревьях. Сердце Олимпии сделало три последних громких удара, а потом замерло, словно остановилось навсегда.       ― Ли? Олимпия Уайлд? ― спросил Джастин, прищурив глаза.       Вместо нормально кивка, девушка нервозно дёрнула головой, выдав положительно-отрицательный ответ.       ― Офигеть! ― вскрикнул парень, неуверенно улыбнувшись. ― Офигеть! ― повторил он, на этот раз выбросив из рук тлеющую сигарету, и длинными шагами сократил между ними расстояние.       Ученики отвернулись, поняв, что ничего интересного дальше не будет. Олимпия выдохнула, вытирая со лба тонкую струю пота. Бывает ли ещё кому-то так плохо, когда куча незнакомцев пристально смотрят? Она надеялась, что да.       ― Ты что? Ты… ты как здесь оказалась? ― Джастин нерешительно дёрнул руками, вроде хотел заключить в объятия девушку, но Олимпия стояла словно столб, и парень неуверенно размахивая руками в разные стороны, всё-таки решил положить их девушке на плечи. ― Ты что, теперь тоже учишься в Северо-Восточной школе? ― он смотрел на неё как на долгожданный экспонат. Восхищённо-удивлённо. Она ведь была тем «привет» из прошлого. Старой знакомой из хорошего, но бедного времени. Парень даже уловил исходящий от Олимпии, ни с чем не сравнимый, ностальгический запах Кенсингтона.       ― Я… я…, ― девушка растерялась, понимая, что заранее подготовленный в голове текст бесследно стёрся, ― нет. Не учусь. Я к тебе, вообще-то, пришла по делу.       ― По делу? ― насторожился Джастин, сжав крепче костлявые плечи знакомой. ― Что-то случилось? С Арчи?       Она смотрела на этого парня. Возмужавшего, стройного, взрослого, и ей представлялось, вроде они виделись последний раз совсем недавно, а не три года назад. От него пахло сигаретами, как и в четырнадцать лет, а ещё, наверняка, дорогими духами. Он так изменился. Он больше не тот оборванец, живущий с мамой на пороге бедности. Теперь это модно одетый, стильный парень, сменивший свои длинные волосы на короткую причёску полубокс. Но в нём всё ещё чувствовалась та лёгкость. То умение становиться для нового знакомого близким другом за один вечер. Разве что взгляд карих глаз совсем стал другим. Более осмысленным и грустным. Неужели Кенсингтон остаётся на всю жизнь где-то внутри?       ― Нет, ничего не случилось, ― заверила она, убирая его руки со своих плеч. ― Я вообще хотела тебе позвонить, но твой номер, который был записан у Арчи не действует. А в «Инстаграме» я тебя не нашла, чтобы написать. У меня просто есть к тебе… ― девушка застопорилась. Как же правильно сказать? ― небольшое… предложение, ― неуверенно закончила Ли.       ― Предложение? ― переспросил Джастин, нахмурив брови.       Прозвенел звонок. Ученики нехотя поплелись на урок, выкидывая окурки в самодельную урну из картонной коробки.       ― Иди, ― сказала Олимпия, ― я подожду тебя здесь.       ― Да ладно. Я вообще-то и так собирался опоздать на урок, ― парень мимоходом улыбнулся. ― Давай присядем на ступеньки.       Он сел на холодный бетон в тени, и оперся спиной о кирпичную стену. Его не волновало, что белая чистая футболка может стать после этого грязной, и светлые джинсы тоже. Ли подумала, что это круто. Не переживать о вещах, если у тебя их полный гардероб. Девушка села чуть дальше от Джастина, облокотившись плечом на железные перила лестницы.       Парень достал пачку сигарет из кармана и закурил одну. Он предложил Олимпии, но та отказалась.       ― Обалдеть! ― изумлённо произнёс он, втянув в лёгкие дым. ― Я совсем не ожидал тебя увидеть. Ты… ― парень окинул Ли взглядом, ― почти не изменилась. Разве что похудела. Ты питаешься вообще или нет? ― он коротко засмеялся, и девушка выдавила из себя улыбку.       ― Как мама? ― спросила она.       ― Мама? Мама в порядке.       Олимпия отчего-то чётко помнила тот день, когда Джастин и его мама переезжали в дом её нового мужа. Тогда Джастин сказал, что они будут жить на северо-востоке Филли в двухэтажном доме со своим газоном. Ещё он назвал школу, в которой будет учиться и на этом всё… они попрощались на целых три года.       ― А как Арчи? Он всё ещё с Лолой?       ― Да, они вместе. Всё хорошо.       Олимпия замолчала, как обычно натягивая рукава кофты так, что пальцы скрылись из виду. Джастин курил, с каждым вдохом дыма сужая глаза и втягивая щёки. Между этим он удивлённо хмыкал и отрывисто смеялся, вроде не веря в такое близкое присутствие Ли.       ― Так как ты меня нашла? ― спросил он.       ― Я вспомнила, что ты упоминал название новой школы, когда переезжал из Кенсингтона.       ― Точно, ― Джастин кивнул головой, задумчиво улыбнувшись правым уголком губ. ― Так что у тебя за предложение?       Девушка сглотнула, снова стараясь придумать нужные слова.       ― Эээ… как сказать… ― пробормотала она, заправляя волосы за ухо, и уведя взгляд в сторону от знакомого, ― я, Арчи и Лола… мы занялись выращиванием Мэри Джейн, и… я решила… может ты захочешь попробовать наш товар? ― она перевела глаза на Джастина, закусив нижнюю губу в ожидании ответа. Неловкость заставила девушку начать заламывать пальцы, и нервно подёргивать плечами.       ― Угу, ― парень потушил окурок сигареты о стену, положив его около своих ног, ― Значит, вы решили стать гроверами*, да? ― он вскинул брови, улыбнувшись странной полуулыбкой.       ― Типа того.       ― И какой сорт? ― с видом эксперта и нескрываемой долей интереса полюбопытствовал Джастин.       ― «Чистая электростанция».       ― Ага, я что-то читал о нём. Чего больше? Сати́вы? И́ндики?       ― Сативы. Сорок процентов индики, шестьдесят сативы.       ― И как она?       ― Убийственна, ― Олимпия не смогла сдержать улыбки.       Джастин посмотрел на неё, улыбаясь в ответ. Затем он тяжело вздохнул и заговорил:       ― Вообще-то у меня есть дилер, но кто я такой, чтобы отказать тебе?       Это, казалось, незначительное предложение заставило смущаться девушку. Она опустила голову, прикрывая лицо волосами. Джастин полез рукой в карман джинсов и достал оттуда пару «Джексонов»*.       ― Сколько за грамм? ― прозвучал вопрос.       ― Ой, нет, ― встрепенулась девушка и себе залезая рукой в карман бермудов, ― Держи, ― она протянула пакетик заполненный на одну восьмую унции шишками Мэри Джейн. Джастин с подозрением взял его и даже внимательно не рассмотрев, засунул в карман. ― Попробуй сначала. Если понравится ― позвонишь или зайдёшь ко мне домой.       ― Я вижу, осторожность для слабаков, ― заметил парень, усмехнувшись.       Олимпия резко посмотрела по сторонам.       ― Нас кто-то видел? ― спросила она, успев занервничать.       ― Нет, но могли. Советую быть аккуратнее, ― добродушно проговорил Джастин.       ― Я… я… ― Ли даже не смогла придумать оправдание. Ведь осторожность ― самое главное в их деле.       ― Ладно, ― перебил её парень. ― Диктуй свой номер.       Он создал новый телефонный контакт в своём сотовом, и поднялся со ступенек, потягиваясь. Ли встала вслед за ним.       ― Был рад повидаться, ― на этот раз Джастин решился обнять девушку, ненадолго прижав её к своей груди. Олимпия, растерявшись, просто похлопала парня рукой по пояснице.       ― Я тоже, ― стеснённо ответила она, отстранившись от объятий, и направилась по асфальтированной дорожке к велосипеду.       ― Эй, Ли! ― окликнул её знакомый, когда она почти дошла к забору из сетки. ― А если она мне не понравится, то можно мне всё-таки зайти к вам в гости? ― с надеждой спросил он.       ― Да, конечно, ― проговорила Олимпия, едва скрыв растерянность в голосе.       ― Спасибо! ― Джастин махнул на прощание рукой, и неспеша поплёлся на урок, по дороге незаметно закуривая ещё одну сигарету.       Ли недолго смотрела парню вслед, так и не поняв, зачем ему, уже познавшему хорошую жизнь, захотелось проведать Кенсингтон.       Хотя во всём этом скрывалась до боли простая причина. Джастин просто был лишним в мире обеспеченных людей. Он скучал по бедности. Скучал по прошлому. Он не был создан для двухэтажных домов с газонами зеленее зелёного и вымощенными тротуарной плиткой аллеями. Он хотел опять видеть старых соседей. Хотел опять окунуться в детство, когда украсть что-то из магазина казалось смешным и весёлым, а покурить ― опасным и взрослым. И Олимпия стала для него тем маяком, увидев свет которого уже не хотелось сворачивать в другую сторону. Она стала для него надеждой, что всё ещё можно вернуть назад, по крайней мере, сделать вид, что ты никуда не пропадал на целых три года.