Потенциал

День, когда он встретил этого «птенца» был началом всего. Забирать его к себе не входило в планы Скалла, но что-то в стального цвета глазах, таких красивых и непокорных, жаждущих жить, не дало пройти мужчине мимо. Он всегда ценил сильных духом. Тех, кто ни смотря ни на что не сломается. Ребёнок был худ и до безобразия грязен. Чувствительный нос вампира еле справлялся со стоящей вонью, но он всё равно опустился на колени, марая дорогую ткань брюк об грязь — скорее всего перемешанную с какими-то другими жидкостями, о которых думать не особо хотелось, — чтобы очутиться на одном уровне с настороженным ребёнком. Приглядевшись стало понятно, что «птенец» имел иностранные корни. Вампирам не была свойственна тёмная кожа, но мальчик её имел, также как чёрные волосы и светлые глаза, что с каждой секундой темнели от повисшего в воздухе напряжения. Скалл не знал, что забыл детёныш южного племени в самом центре Туманного Альбиона, но вся ситуация казалась интересной. Почему бы и не попробовать?

***

— Идём со мной, — спокойно проговорил мужчина, протягивая изящную руку с аккуратной ладонью ошеломлённому мальчику. Тот слегка отшатнулся, а потом внимательно вперился слегка диковатым взглядом в безмятежно выглядевшее лицо напротив. Взрослый мужчина казался дружелюбным, но что-то «такое» не давало сразу ему довериться. Что его ждёт дальше? Что от него хочет этот человек? Уже в течение года он скитается по этому незнакомому городу, не имея пристанища. Каждый встречный лишь с презрением или жалостью отводил глаза, но не собирался ничем помогать. Так зачем же этому этому богатому господину — а то что он был богат, легко можно было понять просто посмотрев: дорогая одежда по последней моде, ухоженная кожа, которая не видела никакой тяжёлой работы, статная походка настоящего аристократа и драгоценная брошка с фамильным гербом, так и бросающаяся в глаза, — нужно было от грязного сироты иностранца, так ещё имеющего «нечистую» кровь? Мальчик не верил в благотворительность. Не после того, как оказался здесь, всеми забытый и брошенный. Мужчина продолжил: — Мне интересно посмотреть во что ты вырастешь под моим присмотром. У тебя большой потенциал, — красиво очерченные губы растянулись в нежную улыбку и всё странное ощущение, исходящее от мужчины вмиг пропало. Мальчик не мог понять, что делать. Если он сейчас пойдет за этим незнакомцем, его жизнь точно изменится, но не ясно в какую сторону. Что будет если этот мужчина узнает о его принадлежности к тёмным существам? Ничего хорошего. Но если он сейчас останется здесь, то не факт что сможет дожить до зимы. Англия была сурова к бездомным, а в детском доме его точно раскусят и тогда убьют. С этим же мужчиной вполне вероятно можно будет выжить, главное не вызывать подозрения. Видимо таинственному незнакомцу надоело ждать, или он просто устал стоять в неудобной позе, так что последовал ещё один вопрос: — Я не стану предлагать дважды, маленький птенчик, — со смешком закончил мужчина, вводя последним словом мальчика в заблуждение. Что это слово значит? Английский язык не был сильной стороной юного итальянца, хотя год в стране носителе дал ему некий фундамент. Неуверенно кивнув, он подал свою запачканную ладошку мужчине, слегка поморщившись. Собственная грязность и запах выводили из себя, он уже и не помнит, когда в последний раз нормально мылся. Боясь, что незнакомец отбросит его, молодой вампир попытался убрать руку, но чужая крепкая хватка не дала ему это сделать. Буквально в следующее мгновение он почувствовал ощущение невесомости и опора исчезла на некоторое время, пока его не прижали к чужой груди. Его, грязного, пропахшего какими-то помоями, нежно обнимали чужие руки в дорогих перчатках, которые тут же почернели из-за налипшей на них грязи. Мальчик старался сопротивляться, но его лишь поудобнее перехватили, и мужчина поднялся с колен, направляясь к блестящей в свете фонарей машине.

***

Ребёнок был аккуратно усажен на мягкую обивку и надёжно пристёгнут. Скалл сделал себе мысленную пометку — не забыть попросить слуг вычистить потом салон. Тёмные пятна на обивке вызывали у него приступы депрессии, но чтобы ещё больше не волновать «птенца», он просто слегка натянуто улыбнулся и сосредоточил всё внимание на дороге. Была поздняя ночь, хотя уже скорее очень раннее утро, так что на улице практически никого не было. Только раз или два попадались пьяницы, выходящие из бара или просто романтики. Каждый из этих заблудших душ мог легко стать закуской для вампира, но сейчас было не до этого. Охота может и подождать. Поездка прошла в напряжённой тишине. Мальчик сидел и старался вообще не шевелиться, а ещё пытался имитировать дыхание, но получалось плохо. Взрослый вампир лишь тихонько посмеивался, видя эту «невероятную» конспирацию. Скалл не планировал пока рассказывать мальцу о своей принодлежности к жителям ночи, так что делал вид, что всё впорядке и он уж точно не замечает, как мальчик постоянно забывался, смотря в окно на мелькающие мимо пейзажи. Дитя юга постоянно себя одёргивал, но взгляд то и дело приковывался к туманным полям, тёмным лесам и маленьким деревушкам, с одной лишь церквушкой посередине. Ещё хорошо, если церковь была каменной, у некоторых до сих пор обитель Бога была деревянной с ветхой крышей и перекошенным крестом. Де Морт насмешливо фыркнул, провожая ещё пару хлипких домиков взглядом, и свернул с основной дороги на просёлочную, ведущую куда-то в лес. Краем глаза мужчина заметил, что «птенец» снова напрягся и теперь ещё более подозрительно поглядывает на него. Чтож, мальчика можно понять: пришёл какой-то мужчина, почти насильственно забрал с улицы, а теперь везёт в лес, иногда тихо посмеиваясь. Жутко. Удивительно то, что ребенок за всю поездку так и не произнес ни единого слова. Сказать по правде: Скалл надеялся на вопросы и на то, что пока они едут, он сам сможет объяснить «птенцу» то, что будет дальше. К сожалению этого не случилось и теперь разговор откладывается до раннего завтрака. Есть два варианта: рассказать о том, что он тоже вампир, или не говорить и посмотреть, что будет дальше. Второй вариант как-то больше импонировал Де Морту. Спустя ещё пару миль по бездорожью и вот вдалеке показалось большое поместье. Стены из тёмного камня, обвитые диким виноградом, возвышались над живописным яблоневым садом. Высокие узкие окна отражали рассеянный свет приглушённо облаками солнца, а туман становился все более прозрачным, оставляя после себя лишь капли росы.