Потенциал

Мальчик с интересом посмотрел на показавшееся здание. Всё это место выглядело как-то обособленно от окружающего мира и человечества. Последнее было как никогда плохо. Ему приходилось питаться как минимум раз в две недели, это в лучшем случае, а сейчас ближайшая деревня находится в паре миль от этого места, отделённого лесом и бескрайними полями. Что делать брюнет даже не представлял. — Ну чтож, — послышался с водительского места приятный голос. — Теперь, на время, это будет твоим новым домом. А когда подрастёшь, сможешь выпорхнуть из гнезда, в большой и жестокий мир из которого я тебя только что забрал! Оптимистично закончил мужчина, видимо абсолютно не осознавая как жестоко прозвучали его слова. Мальчик косо на него взглянул, но не увидел никого сидящего рядом. Вмиг опора снова исчезла, а он оказался на чужих руках. Эти руки да и запах не принадлежали господину спасшего его. Посмотрев наверх он увидел молодую женщину с тёмно-синими волосами чуть ниже плеч, чьё лицо выражало полную незаинтересованность ситуацией с лёгким налетом усталости и раздражения. Взгляд её был направлен на что-то говорящего людям в костюмах слуг мужчину. На удивление тот был весьма экспрессивен в своих жестах, в то время как, скорее всего, дворецкий и пару горничных лишь спокойно кивали головами на каждое его слово. Изначально этот господин производил совсем другое впечатление…. Женщина тяжело вздохнула и подошла к этой небольшой толпе. — Скалл, — голос её звучал слегка хрипло, но вместе с тем глубоко и сильно. Она производила впечатление очень сильной и властной личности, а шрам на щеке лишь подкреплял это ощущение. — Что это? Задав вопрос она поудобнее перехватила мальчика, запихнув его себе подмышку, из-за чего живот сжало неприятным спазмом. Мальчик поморщился, но не посмел выразить своё недовольство. Ему оставалось лишь прикусить мягкую внутреннюю сторону щеки, чтобы не выдать своего сильного, почти болезненного, дискомфорта от неудобной позы. Не оборачиваясь на подошедших, Скалл, — наконец то мальчик выяснил его имя — закончил раздавать указания на приказе об очистке обивки и довольно потянулся. Спина его красиво изогнулась, а с губ слетел довольный полу стон. — Во-первых, доброе утро, Лар! — голос мужчины так и сквозил весельем, а аметистовые глаза горели искорками задора, как только он повернулся к женщине. — Во-вторых не «что», а «кто». — Доброе утро, Скалл, — послушно поздоровалась Лар, видимо здраво считая, что лучше не спорить. Хотя на взгляд брюнета, ей было просто лень. — Кто это? Только не говори, что подобрал ещё одного вам- — Птенца. Перебил её мужчина, светло улыбаясь. Рука женщины сжалась сильнее вокруг хлипкого, болезненно худого тела мальчика, отчего он сильнее прикусил щёку. Рот вмиг наполнил отвратительный вкус вампирской крови, но брюнет не подал виду. Он должен терпеть. Из-за того, что он проявил слабость его бросили в чужой стране, посчитав слабым звеном. Взрослые не любят капризных детей, особенно не своих. — Il ne sait pas*, — мальчик не смог разобрать слова, которые сказал Скалл. Они звучали незнакомо, да и само звучание абсолютно отличалось от английского или итальянского языка: более нежное и лёгкое произношение. Очень странное чувство возникло после этой фразы. Не понимать чего-то было очень неприятно, а то, что его жизнь сейчас зависела от людей, нагоняло страх. Одно неверное действие с его стороны, и всё — здравствуй костёр или ещё чего похуже. Перспектива умереть настолько молодым совсем не прельщала молодому вампиру, вот только убить здешних он никак не сможет: слишком юн и слаб, а людей много, и ещё неизвестно сколько их внутри особняка. От тяжёлых мыслей его отвлек голос женщины. Оказывается, пока он задумался, эти двое продолжили разговор. Мальчик мысленно отругал себя за беспечность. — Понятно… Ты уверен? — вопрос был задан спокойно, и даже слегка незаинтересованно. Зрительный контакт взрослых продлился буквально пару секунд, после чего мальчик ощутил себя летящим в воздухе. — Разбирайся с этим сам, а я пока пошла на охоту. Мне поступило одно крайне выгодное предложение от которого я не собираюсь отказываться в угоду твоим капризам. Мужчина поймал ребенка, едва не уронив его, и прижал к своей груди. Ранее уже заляпанный пиджак стал ещё грязнее. — Спасибо, Лар! — как-то без особого энтузиазма крикнул он вслед уходящей женщине, после чего продолжил уже более весело. — Я тоже тебя люблю~ Не поворачиваясь женщина лишь подняла руку и помахала ей на прощание, после чего села в уже другую машину, вмиг срываясь с места. Сверху послышался вздох, а потом слегка приглушенное покашливание. — Да, дружок, не знаю в чем ты, но тебе срочно нужно помыться, — прошептал Скалл, слегка отворачивая лицо. Ребенку стало не по себе, так что он постарался слезть, не желая причинять мужчине ещё большие неудобства. Видя это, Скалл лишь крепче прижал к себе чужое тельце и пошел в сторону особняка.

***

Около двери их встретила красивая женщина в платье горничной. Собранные в аккуратную причёску каштановые волосы уже были с проседью седины, а уголки карих глаз украшали неглубокие морщинки. Она выглядела максимум лет на тридцать, но имела стройную фигуру без намёка на видимый лишний вес, что визуально делало её моложе. Как только они приблизились, горничная слегка поморщилась, но сразу же взяла контроль над своими эмоциями, после чего поприветствовала пришедших. — Господин, добро пожаловать домой, — тело её согнулось в идеальном поклоне, оставаясь в таком положении до тех пор, пока её покровитель не разрешит распрямиться. — Амелия, приготовь птенцу комнату и налей ванну, Il ne sait pas — сразу же перешёл к делу Де Морт, вставая напротив женщины. Отдав в руки горничной несопротивляющегося мальчика, Скалл удалился на второй этаж, на ходу кидая другой прислуге свою грязную верхнюю одежду. Мужчине срочно нужна была ванная, желательно с эфирными маслами и обильным количеством цветочных лепестков лаванды. Проводив уходящего господина нечитаемым взглядом, Амелия слегка поморщилась и небрежно поставила мальчика на пол. Юный вампир сразу понял, что от этой женщины ждать чего-то хорошего будет напрасной тратой времени. — Слушай сюда, — начала шатенка строгим голосом с нотками презрения, идя в сторону одного из двух больших коридоров на первом этаже. — С сегодняшнего дня ты являешься вторым молодым господином в этом поместье. Живя здесь ты должен будешь соблюдать некоторые правила… времени до завтрака осталось немного, так что я позже расскажу тебе два основных, потом же ты получишь книгу с полным списком. Мимо прошла другая горничная, которая тут же получила задание принести чистые вещи. Говоря дальше, женщина быстрым шагом дошла до одной из множества дверей, после чего отворила её. Пока они шли, мальчик пытался оглядывать интерьер, но горничная постоянно его одёргивала, переключая всё внимание на свои слова. Комната встретила вошедших достойным и весьма богатым интерьером. Дитя юга никогда раньше не был в таких помещениях. Его прошлым жилищем являлась маленькая комната, больше похожая на кладовку, со стойким запахом плесени, где помимо него жило ещё четыре человека. Мальчик не осмеливался сделать ещё один шаг вглубь этого помещения, пока не почувствовал ощутимый тычок в спину. — У нас нет времени на твоё принятие ситуации, — толкая его к другой двери, безразлично сказала Амелия. — будь благодарен Господину за то, что он вытащил тебя из той дыры, где бы она не находилась. Взамен ты должен выкладываться на уроках на всю силу, а также верой и правдой служить своему спасителю. Докажи, что твоя жизнь была спасена не напрасно. Эти слова сильно ударили по ребенку. Но обдумать их не было возможности, так как его быстро затолкали под холодную воду, которая только через пару секунд стала нормальной температуры. В отверстие в каменном полу потекла вода с грязными черными разводами, и брюнет почувствовал отвращение, на миг представив то, как он сейчас выглядит. За спиной послышалось шебуршание, а после звук льющейся воды, которая разбивалась обо что-то со звонким звуком. Обернувшись, он увидел ванную в которую горничная что-то выливала из маленьких граненых склянок. Увидев его пристальный взгляд, она лишь в раздражение свела брови вместе. — Ты так и будешь просто стоять? — превосходство в её голосе тяжело давило на ребенка, но он не мог понять, что от него требуется. За сегодняшний день и так произошло слишком многое… — Я не пущу тебя в ванную, пока ты не смоешь с себя все эти помои. А просто стоя и ничего не делая, сделать ты этого не сможешь. Так что снимай одежду, бери с полки мочалку и мыло и давай работай руками, пока я тут выполняю свои обязанности. Дитя юга застыл. Ему было очень неприятно, что кто-то увидит его абсолютно голым, но если эта женщина что-то предпримет, он не сможет ничего сделать. Подавив те крохи гордости, что у него остались после целого года бродяжничества на улицах Лондона, маленький вампир стянул с себя те тряпки, что служили ему одеждой, и взял в руки мягкую мочалку с ароматным мылом, после чего оставил в руках лишь мыло, здраво рассудив, что сначала нужно помыть волосы. Сзади послышался довольный хмык и новые копошения. Поежившись, брюнет стал тщательно вспенивать мыло в своих сальных, испачканных всякой грязью волосах, не жалея кожу головы. Он с яростью и остервенением дёргал за спутанные неровные локоны, иногда выдирая отдельные волоски небольшими прядями. Морщился, иногда всхлипывал, но не переставал. Никакая боль не могла заставить его сейчас прекратить. Если он не вымоется, то точно разочарует окружающих и его выпрут отсюда. Да, пока было неизвестно, что от него потребуется для проживания здесь, но перспектива оказаться снова на улице, где каждый день мог стать последним, нагоняла ужас. Все боятся смерти, даже вампиры. Долгое время вода стекала абсолютно черного цвета, но спустя пару минут посветлела, после чего снова стала прозрачной. Покончив с волосами, мальчик взял в руки мочалку и начал с силой тереть ей своё тело. В слив снова потекла грязная вода, но брюнет лишь добавил больше мыла и снова продолжил свои действия, едва ли не сдирая собственную кожу, которая медленно возвращала свой привычный смуглый цвет, который стал чуть светлее со временем его жизни в Италии. Он мылся до тех пор, пока сзади не прозвучал голос горничной: — Достаточно, теперь иди сюда. Она помогла ему выключить воду, после чего небрежно посадила в ванную. Приятный аромат каких-то растений вмиг наполнил чувствительный нос вампира из-за чего он, с непривычки, чихнул. На голову вылилась жидкость, после чего чужие руки зарылись в мокрые волосы, с силой втирая пахучий отвар. Прикосновения приносили резкую боль, но мальчик не издал не единого звука. Когда с волосами было покончено, женщина принялась за тело, не реагируя на судорожные попытки отстраниться. Она выполняла работу, и Господин должен был увидеть этого птенца в лучшем виде, хоть это и сложно. Ополоснув мальчика чистой водой, Амелия вытащила его из теплой ванной и с головой обернула в пушистое полотенце, тут же начиная растирать мокрые волосы и кожу. Ощущать себя чистым было для мальчика невероятно приятно, хоть ради такого эффекта и пришлось перенести немало боли. Когда результат её удовлетворил, женщина схватила брюнета за руку и вывела из ванной комнаты, куда вмиг проскользнул две другие девушки в наряде горничных. Мальчик отметил, что их платья выглядели куда скромнее, чем у Амелии. Видимо, у них был ниже ранг. На кровати аккуратно лежала стопка чистой одежды, к которой быстрым шагом направилась шатенка. Удовлетворённо хмыкнув она передала ребенку нижнее бельё, которое он тут же натянул на себя, наконец-то чувствуя хоть какую-то защиту, после чего аккуратно взяла накрахмаленную белую рубашку с обилием кружева и профессионально надела её на маленького вампира. Также вскоре на теле брюнета оказались белые гольфы, закреплённые небольшими ремешками на икрах, черные штанишки из мягкой ткани на тонких подтяжках, бархатный жилет с позолоченными пуговицами и черные лакированные башмачки. Некоторое время Амелия смотрела на ребенка перед собой после чего недовольно цокнула и попросила стоящую сзади горничную принести ножницы. Когда предмет оказался у неё в руках, она придвинулась к стоящему истуканом ребенку и быстро защелкала им в чёрных волосах. На пол полетели длинные локоны, которые тут же убирали нижестоящие по званию девушки. Брюнет боялся пошевелиться. В то время как щёлканье послышалось у чувствительных ушей женщина остановилась и посмотрела на две пряди у висков, которые начали забавно завиваться. Решив оставить их на месте, она сделала ребенку что-то на подобии причёски, с зачёсанными назад волосами и встала с колен, осматривая плоды своих трудов. — Выглядишь ужасно, но не в пример лучше, чем час назад, — прокомментировала шатенка внешний вид юного вампира, который не мог ничего сказать, как минимум потому, что не видел себя. Единственное о чем он сейчас переживал, так это о том, что выглядит слишком нелепо в глазах окружающих. Это было недопустимо. Миловидная блондинка подала ему зеркальце и он впервые смог себя рассмотреть. На поверхности отражалось худое мальчишеское лицо с правильными чертами лица, щеки были впалыми, а губы тонкими и бледными. Ребенку не нравился этот вид, хотя единственное что ему угодило в своей внешности, так это глаза — узкие, с длинными ресницами, цвет их был похож на хорошо отполированный клинок. Красивые. Зеркало настойчиво забрали из слабых рук: — Потом ещё налюбуешься, а сейчас пора идти на завтрак, — строго сказала Амелия. — Слушай внимательно: веди себя прилично и не смей перебивать Господина, когда он говорит. Понял? Мальчик кивнул. Требования казались пока достаточно простыми. Видя, что её поняли, женщина сказала брюнету следовать за собой, после чего по длинному коридору провела его к массивным дверям в, как она сказала, северном крыле поместья. Из-за закрытого помещения не выходило ни единого звука, отчего было жутко. Кротко постучавшись, Амелия отворила массивные двери и встала за спиной ребенка, незаметно пихая его внутрь столовой. Комната встретила их ярким светом лампочек, имитированных под свечи, и длинным столом, накрытым на четыре персоны. Столовые предметы были у места во главе стола, два набора по левую от него сторону и один по правую. В комнате никого, кроме персонала не наблюдалось. Сильно волнуясь, мальчик не знал, что делать, но Амелия не дала ему время на раздумья, с силой подтолкнув к крайнему месту. Он обернулся, но увидел лишь настойчиво-раздраженный взгляд горничной и безразличные глаза остальных слуг. Не имея выбора, он аккуратно сел на высокий стул и замер с идеально прямой спиной и сложенными на коленях дрожащими руками. Собственное бессилие невероятно раздражало и заставляло кровь закипать, но сейчас он слаб и с этим никак нельзя было спорить. Когда он подрастет и наберётся сил, тогда все, кто сделал ему больно, обязательно поплатятся своими жизнями. Зловещий блеск разгорался в глубине глаз, скрывая за собой зрачок. На комнату опустилась давящая тишина.