Рыцарь небес

Дни проходили для Алисы до одури монотонно. Прошло только три дня с тех пор, как здесь побывали лётчики, а казалось, будто прошёл целый месяц. Девушка устало вздохнула, невольно засматриваясь, как неспешно падая с неба, в лучах январского солнца сверкает легкая, серебряная посыпь. — Алис, чего такая задумчивая? Что-то случилось? — озабоченно спросила Маруся, подойдя и слегка тронув девушку за руку. — Да нет, всё в порядке. Это я так… — ответила она, склонив голову набок и незаметно почесав кончик носа. Напарница кивнула, отметив для себя этот быстрый жест и, спустя мгновения, проговорила: — Хотела бы, чтоб они вернулись? — спросила, но встретив вопросительный взгляд Алисы, пояснила. — Лётчики-то эти. Мне кажется, тот парень, которого ты обслуживала, очень даже романтичный. Так он на тебя смотрел… Алиса мотнула головой. — Марусь, вечно у тебя голова совсем не тем забита. — она подошла к девушке и несильно стукнула её барной ложкой. На лбу у Маши осталась розоватая пудра, которую она, засмеявшись, поспешила смахнуть. — Некогда им думать о нас. Первым делом — самолеты. — Ох, Алиска, и попомнишь ты ещё мои слова! — азартно проворковала она, проскочив мимо девушкой и стойкой к новому клиенту. Где-то в глубине души Алиса осознавала, что Маруся-то на самом деле права. Все мысли её были забиты лишь одним — быстрее бы они пришли сюда снова… Кстати, что же насчёт наших покорителей неба? В тот день, Матвей спешил на аэродром как на крыльях; Алекс еле-еле поспевал за ним. — Ма-тю-ша! Куда так втопил? Времени ещё… целый день впереди! — нагоняя товарища, выкрикивал задира, шумно выдыхая горячий пар. — Мне нужно сейчас, быстрее! — сосредоточенно говорил Льдов, ускоряя шаг и иногда срываясь на бег и придерживая шёлковый шарф, чтобы того не унесло ветром. Матвей был человеком очень чувствительным и мечтательным. Это и сказывалось на его любви к самолётам. Нынешнюю авиацию он, несомненно, уважал. Но сердце его и душа принадлежали другому самолёту, совсем непохожего на современных, быстрых «стрижей». Встреча с девушкой в кофейне, вкус её мягкого сливочного кофе лишь подстегнули желание Матвея поскорей встретиться со своим летающим «другом». Всколыхнулись в нём порывы прекрасного и мальчишеский азарт. И за это он был безмерно благодарен ей — Алисе… Вот они высокие железные пласты стен боксов. Они уже рядом. — Матвей! Друг мой! Остановись ты наконец! — устало выплюнул Алекс, пытаясь отдышаться. — Фух! Мне кажется, ты сейчас не уступая, обогнал бы даже Миг-25. Матвей ничего не ответил, только продолжил копаться с замёрзшим замком. Наконец спустя уйму попыток провернуть ключ не двигающимися от мороза пальцами, он услышал мерный щелчок и вздохнул с облегчением. С тяжелой железной двери полетел снег, немного попав на головы летчиков и заносясь в мрачноватый бокс. Включив везде свет, Матвей поспешил вглубь к одному из самолётов. Алекс, который зашёл следом с наслаждением втянул особенный, пропитанный запахом пыли и машин воздух. Здесь стояли самолёты старого образца; в небо они больше никогда не поднимутся. Летом их выставляли на поле и они сверкали начищенными пропеллерами и фюзеляжами, а зимой их запирали в бокс и забывали о них до следующего тёплого сезона… Большие деревянные птицы, имеющие по два, а то и по три крыла. Шаги впереди стихли. Теперь было только слышно, как не торопясь идёт, стуча каблуками сапог, Алекс и жужжат под потолком многочисленные лампы. Он увидел Матвея, стоящего перед своим любимым трипланом, которого он с особым трепетом продолжал приводить в рабочее состояние после долгого перерыва. Различил шёпот: — Вот мы, наконец, встретились…

***

Приближался вечер, но поток клиентов был нескончаемым. Да и признаться честно, Алиса сама устала стоять у стойки и записывать всё новые и новые имена… Хотелось поскорее прийти домой, плюхнуться в постель и забыться сладким детским сном. И снова её вырвало из грёз очередное громкое приветствие. — Алиса, здравствуйте! — сказал кто-то, заставив девушку вздрогнуть от неожиданности и в испуге схватиться за стойку. Испуг немного поутих, продолжая витать в душном, ароматном воздухе кофейни. — Добрый вечер, Аркадий Михайлович. — тихо проговорила Алиса, наконец осмелившись поднять глаза и взглянуть на собеседника. Этот Аркадий Михайлович Трубецкой был режиссером и отчасти продюсером. Творил жизнь других людей на экране. Жил он неподалёку, а потому стал чаще наведываться сюда в качестве постоянного гостя, особенно когда узнал, что Алиса грезит большим экраном. Как-то однажды, таким же холодным зимним вечером он, ожидая заказ, разговорился с ней. И она, сражённая наповал его очарованием, поведала о своей мечте.

***

— Вы еще достаточно молоды. Предполагаю, Вы еще студентка? На кого учитесь? — На актрису. — отвечала Алиса, вспенивая молоко. — Хм, — мужчина призадумался, постукивая затянутыми в кожу перчаток пальцами по деревянной поверхности столешницы, стряхнул несуществующую пылинку с пальто. — и что же? Было сложно с поступлением? Брови девушки прыгнули вверх, приподнялись уголки губ и она покачала головой. — Нет, скорее непривычно. Я не думала связывать свою жизнь с искусством. Я хотела стать учителем химии, но так как я владею этой наукой практически в совершенстве, мне наскучило… А тут и опыт совсем другой, всё новое, интересное. — Не сомневаюсь, Вам это покажется еще интереснее, когда я Вас приглашу к себе в команду. — вдруг засмеявшись, ответил мужчина. — Ведь это так увлекательно, когда работаешь с профессионалами! В уютном полумраке кофейни глаза его сделались масляными. Девушка нервно улыбнулась. — Для этого еще нужно время. — быстро пробормотала она и, улыбнувшись с облегчением появившейся в голове мысли, продолжила. — Это произойдет нескоро. — Поверьте, очень скоро! Если не отклонитесь принять мое предложение… Покровительствовать над Вами. Я могу предложить свою помощь в Вашем продвижении. Алиса от напряжения, появившегося в воздухе, сжала губы в тонкую полоску и слегка нахмурилась. — Спасибо, но думаю, я сама справлюсь. Хочу сама всему научиться. — коротко, но твёрдо промолвила она, ставя свежеприготовленный кофе на стойку. — Что ж, — со вздохом сказал наконец Аркадий, долго всматриваясь в глаза Алисы, словно бы искал в них ответы на свои вопросы, до тех пор, пока смущенная девушка сама не отвела взгляд в сторону. — Если у Вас возникнет желание, помните, я всегда к Вашим услугам!

***

Человек он был учтивый и воспитанный, с девушкой был предельно аккуратен в общении и держался кавалером. Её восхищало это, но лишь немного… Мерное и неторопливое интеллигентное общение с ним часто было скрашено налётом манерности и кокетливой невольной игры. «Даже в жизни он не перестаёт носить образ храбрящегося гусара.» — думала про себя Алиса. Он завораживал её, словно пастух, пытающийся привлечь внимание непокорной лани сладкоголосым пением дудочки. Довольно приятной наружности: светлые, прилаженные волосы, серо-зеленые глаза, ласковая улыбка — в нем подкупало всё. Вот и сейчас он стоял перед ней и широко, приветственно улыбался. — Вам как обычно? — поинтересовалась девушка, машинально выхватывая из общей груды картонный стаканчик. — Нет, пожалуй, сегодня я задержусь ненадолго. — ответил он и, подольше задержав свой взгляд на Алисе, сел за один из столиков. Внутри всё мигом похолодело. Такой жест вызвал у девушки табун мурашек по спине и покалывающее ощущение в пальцах. Обычно, когда Аркадий «ненадолго задерживался», после чашки кофе всегда следовал вопрос — Вы подумали, Алиса?.. Громко вздохнув и качнув головой, девушка приступила к готовке молочного фраппучино, мысленно прокручивая в голове очередные уговоры мужчины наведаться на съемочную площадку…