Всё мертво и всюду мертвецы

* Восемь месяцев спустя * Каждый божий день мир гниет и разрушается, вследствие чего разрушаются и жизни людей. По сравнению с первыми неделями, сейчас количество зараженных превосходит здоровых. Оно и неудивительно. Большинство поддаются панике, страху в особенности, который приводит к смерти. Ведь не все способны противостоять этому натиску. Что бы не было, нужно избегать одиночества, в «новом» мире второй человек подставит свое плечо и выручит, в какой ситуации ты бы не оказался. Города постепенно угасали, ничего не выглядело прежним. Множество машин так и стояли на своих местах, повсюду кровь, трупы. Ходячие давным-давно распорядились этой Землей, не оставляя ничего на своем пути. Человек, встретившийся на их пути, вдребезги съедался тварями. Они, как коршуны, сбегались на одно тело и жевали внутренности, разбрызгивая куски мяса. Наверное, это самое худшее – когда человек звереет в прямом смысле этого слова. Когда не контролирует себя и вредит другим. Хотя это существо уже нельзя называть человеком. Миром правит жестокость, смерть. Человечество так почернело, что ради своей выгоды идет на убийство, лишь бы остаться в выигрыше. Никто не собирается уступать. Остались ли еще те, кто готов рискнуть? - Куан, ты чего застыла? – приводит брюнетка в чувство. – Собираешься дальше рыхлить? Или тебе не здоровится? —девушка замечает, как подруга резко бледнеет. Она плавно опускает лопатку и садится на полянку, откидывая голову назад. - Всё в порядке, просто я не могу забыть ее, постоянно вижу перед глазами, будто ничего и не было, и она вот-вот придет к нам и снова что-нибудь скажет, пошутит. – Куан резко замолкает, иначе слезы польются рекой, а они сейчас неуместны. Уже сил нет тратить нервы, плакать. – Не хочу закончить так, как она. – взгляд пустой, унывающий. Девушка не скрывала своих чувств, не в ее законах это. - Ты же прекрасно понимаешь, что смерть сейчас – обычное явление. Мы теряем кого-то постоянно. - Легко тебе говорить, Розэ. Ты не зацикливаешься на одном, не привязываешься к людям. Со мной другая история. Нужно время. Оно поможет справиться. – хоть брюнетка в некоторых темах думала по-своему, но Куан все равно было комфортно находиться с ней вместе. Их тянуло друг к другу. Они, как два магнита, которые понимали, что где-то есть вторая часть, но не могли присоединиться, а теперь все было на своем месте. Две личности, дополняющие почти во всём. Розэ отпустила свой инструмент в сторону, затем нежно обняла подругу, не касаясь руками, чтобы не испачкать одежду в грязной земле. Брюнетка давно уловила, что Куан необходимы объятия, и плевать, если Розэ не любила обниматься, зато подруге станет немного легче на душе. - Девчонки, что у вас тут? – лепечет Марк, но замечает Куан в подавленном состоянии. Розэ узнает знакомый голос, постепенно отстраняется и тихо уходит, оставляя влюбленную парочку наедине. - Она так и будет сбегать, как я прихожу? – усмехается Марк и смотрит на удаляющуюся фигуру. – Я себя уже неловко чувствую, нарушаю вашу идиллию. – ветер раздувает каштановые волосы, отчего глаз почти не видно, но Куан отчетливо помнила их наизусть. - Я не раз говорила, что ей неудобно находиться с нами. Розэ не хочет быть третьей лишней. – в который раз парень поднимает эту тему, приевшуюся до лопаток. – Мне кажется, уже давно пора закрыть тему. - собрав силы, Куан вновь берет лопатку и принимается за дело. – Вы там закончили? До сих пор понять не могу, чего вам так сдался этот забор несчастный. Какой смысл красить его? - Свежий забор – свежие мысли. - Ну и бред. – смеется девушка, целуя парня в щеку. В последнее время Хосок с Розэ мало пересекались, может, из-за большого количества дел, может, из-за прошлой жизни, потому что один только разговор и всё обрывалось на упоминании друзей. Обоим тяжело. Что один, что вторая не хотели доставлять проблем. Устроились они не так уж и плохо. Долговременное укрытие, еда, человеческие кровати и, конечно, другие люди. И всех объединяла одна цель – выжить в столь зловещем мире. Фортуна хоть когда-то повернулась лучшей стороной, сводя их вместе. Так намного спокойнее. Кусачие часто приближались к забору, но ребята быстро справлялись с ними, выбрасывая потом трупы куда подальше. Могли бы подростки укрыться в домах с надежными дверьми, с крепкими стенами, но тогда бы была проблема в еде. Зараженных слишком много в открытом городе. Повезло, что в пригороде располагались свои дома, огороженные железным забором. Прежние жители хорошо обустроились, сделали все необходимые условия для своего комфорта. Жаль, что никто не выжил. Зато ребята не упустили возможность завладеть территорией. И теперь парни красят забор в дымчато-белый оттенок, чтобы как-то обновить обстановку. Растительность вокруг домов придавала красочности и живности, которой так не хватало. Что-то еще не утратило своей красоты в мрачном мире. Розэ присела на лавочку, находящуюся возле своего домика, где лежала ее тетрадь с заметками, чтобы записывать планы и мысли, не упуская мельчайших деталей. Закинув ноги вдоль деревяшек, она легла на холодную поверхность, смотря в глубокое небо. Оно не такое, как раньше, буквально кричало, что ему плохо. Ему плохо, когда оно смотрит в ответ и не видит жизни. Одно разрушение, горечь и слезы. Потемнело. - Можно? – интересуется знакомый, чтобы разбавить одиночество. Брюнетка быстро возвращается в прежнее положение и убирает тетрадь под скамью. Что заставило его прийти к ней? – Чем занимаешься? – второй вопрос куда-то улетучивается. Уши пропускают всё, что происходит. - Тебе что-то нужно? – мягко спрашивает девушка, но парень ухмыляется и ставит руки по обе стороны своих ног. – Ты же должен стоять на посту или я ошибаюсь? - Ноги затекли, меня подменяет Чонхо. Да и запах краски въелся уже в нос. Голова кружится. – он все еще старается привыкнуть к свежему воздуху, но краска впечаталась в слизистую, из-за чего в носу свербило. Девушка безмолвно хмыкнула, ожидая дальнейшего. – Что ты там пишешь? – замечает блокнот. - Скажем так, мысли свои. – медленно протягивает Розэ. - Как дневник что ли? – улыбается парень. – Я думал, таким занимаются только в младших классах. – опять смешок. Он понимает, что сморозил эту глупость зря и решает сменить тему. – Ты о них там часто пишешь? – задел под дых, больно. - Бывает. – врет, наглым образом врет. Процентов восемьдесят она пишет о них, чтобы память не подводила, записывает каждое воспоминание о друзьях. Даже случаи, когда Чимин с Сонми ругались, а это происходило довольно частенько. - Думаешь, они живы? – опасная грань, ходит по лезвию. Такая тонкая черта не оступиться, не залезть куда не следует. - Мала вероятность. – дышать трудно, кажется, теперь и Розэ чувствует отвратительную вонь токсинов. – Хочу выйти наружу. - понимает ведь, что смертельно опасно, но решает рискнуть. Хочет отразить свою злость на кусачих, в обратном случае, не уснет. - Давай я с тобой пойду, а то натворишь еще чего-нибудь. – Розэ уже навострилась на предстоящую прогулку, но Джексон решил следовать ей. - Вы куда собрались? – дежурный внимательно смотрел на них, не понимая, чего им не сидится в безопасности. - Чонхо, расслабься, не смотри ты так. Мы пройдемся по окрестности и сразу обратно. – Джексон засунул руки в карманы. Игра в гляделки зашла далеко, и парень первый сдался, отводя глаза вниз. - Ой, идите уже, только пистолет возьмите, я не хочу бежать и спасать ваши задницы. – с презрением вымолвил охраняющий территорию. - Пожалуй, откажусь. Со мной всегда он. – показывая на внешнюю сторону бедра, где находился нож, Розэ слабо выдохнула. Она предпочитает холодное оружие заместо огнестрельного. Да, так ей нравилось владеть им, бесшумно, ловко, точно. Сшибать с ног ходячих и протыкать их металлом, а после наблюдать на кровавое месиво. - Она еще тебе урок преподаст, Чонхо. – хохочет Джексон, но все-таки берет пистолет и проверяет магазин на наличие пуль. - Как же. – последнее, что говорит парень и открывает забор. - Ты так и будешь игнорировать наличие оружия? – непринужденно спрашивает. – Не зря же я тебя научил. К тому же, у тебя неплохо получается. - Слишком много шума, а тут раз-раз и справился, не так ли? – Розэ за долгое время улыбается и проводит внутренней стороной ладони по ножу, чувствуя его преданность. - Безусловно, но зато не нужно близко подходить к ним. – ответа не последовало, этого не требовалось. Кусачие неясно откуда шли к ним навстречу. Оба напряглись и приготовились к предстоящей схватке. Один выставил пистолет и направил на одного из больных. Розэ в то время достает нож и направляется на свою жертву. Посмотрим, кто кого. Без особого труда она вонзает острие в одного, второй, почти накидываясь, открывает пасть и Розэ тут как тут протыкает гниющее горло, а затем насмерть добивает. Беспощадно. Без каких-либо чувств. Джексон спускает курок заряженного пистолета и раздается оглушающий звук, вследствие кусачие падают поочередно. Убивать тварей стало обыденностью, по крайней мере, для них уж точно. Розэ долго училась различным приемам друга. Джексон смело решил обучить брюнетку всяким выкрутасам. В первый месяц она упорно пахала над самосовершенствованием. Сначала он занимался ее физической подготовкой. Они бегали по утрам, болтая обо всём, а вечером нередко ужинали вдвоем, так как было много общих тем. С каждым днем уровень подготовки увеличивался. Парень в большом холле ее дома, показывал, как можно быстро повалить человека, как можно использовать свои силы, даже если не обладаешь силовыми навыками. Повезло, что в детстве родители отдали его в секцию по борьбе. Они не прогадали, ему это действительно пригодилось. Затем уже пошли занятия по стрельбе. Розэ помнит то первое ощущение пистолета в ее руках. Это было непередаваемо, такой тяжелый, мощный, убийственный. Одним весом можно прикончить человека, не говоря о выстреле. Стреляли по бутылкам, а потом перешли на «живые» мишени. Первый кусачий получил пулю в плечо, следующая пуля прошла мимо где-то в области шеи, а на третий раз попала в голову, брюнетка была несказанно рада первому достижению. Хосок изредка занимался с ними, оба учились, замечая успехи с двух сторон. Оба радовались друг другу, поддерживали и обсуждали дни. Розэ привыкла к оружию, но, когда овладела ножом, быстро переключилась, ведь нашла в нем себя. Такой же тихий, холодный, молчаливый, способный убить близко, не задумываясь и не отказывая. Ее нож – олицетворение ее самой. - У тебя хоть когда-то срабатывает инстинкт самосохранения? – выпучивает глаза парень, припоминая, что Розэ, на первый взгляд, повалила трёх ходячих меньше, чем за минуту. - Иногда. – улыбается брюнетка, вытирая остатки крови об грязную одежду ходячего. Еще одно сходство. Что бы не случилось, Розэ отпускает всё, что случилось, не важно, как больно или тяжело было, как и этот нож. - Может, уже вернемся? Темнеть начинает. – Джексон прячет пистолет за ремень и опускает задравшуюся кофту. Ребята вернулись намного позже, чем планировали. Увлеченные беседой, не заметили, как пролетело время. *** - Хосок? – слышится с кухни. – Ты не поможешь мне? – шатен, наконец, убирает грязные кисточки отмачиваться в растворителе и приходит на звук. - Что такое, Йеджи? – девушка нарезает консервированные овощи на пластиковой доске. Хосок вмиг понимает, что ему нужно выкладывать на тарелку еду и делить порции на всех, кто живет с ними. - А где Розэ? – Йеджи убирает прядь выбившихся волос за ухо, и продолжает свои манипуляции с едой. - Чонхо сказал, что они вышли прогуляться. – он не поднимает глаз, а лишь заостряет внимание на тарелках. – Я все еще поражаюсь, как вы быстро всё обустроили. - Сама иногда удивляюсь, - хихикает и откусывает кусочек хлебца с черничный вкусом. – Вас здорово спасли Тэён с Юной тогда. Повезло, что вы наткнулись на них. – пару минут никто не говорил, они вспоминали тот день, когда Хосок, Розэ и Бона впервые вошли на их местность. – Кстати, мы никогда не говорили об этом, но... какие они были? Те, что не с вами. - Одного звали Хендери. Тот еще засранец. – оба посмеялись. – Раздражительный, не видит ничего хорошего в людях, будто ему все должны. – шатен помнил все перепалки с ним, держался он достойно, чтобы не навалять тому за поганый язык. – Шинби очень шумная, пыталась заполонить собой всё, видимо, недостаток внимания в детстве компенсировала этим. Хьюн вообще почти не выходил из своих четырех стен. Жутко ненавидел кровь. Но Джехен был славным парнем, добрый, но жестокий. Он держал нейтральную обстановку. – Хосок сделал паузу, сглотнул ком в горле и продолжил. – Жаль, что их не стало. Трудный день был тогда. - Ладно, не будем об этом. – Йеджи заметила ухудшенное настроение и перевела тему, как она это умеет. – Зови всех к столу. – она осталась раскладывать тарелки на стол, а Хосок пошел на поиски всех остальных. Хосок призвал Марка с Куан, которые в обнимку сидели на качели и ворковали о своём. Югём быстро направился в общую кухню. Шатен постучал в дверь дома, находящимся на краю каменной дорожки, но никто не открыл дверь, тогда парень решает самовольно зайти внутрь. - Тебя стучаться не учили? – недовольно ворчит парень. - Я стучал, Сонхва. Ужинать пора. – но тот хмыкает и кидает книгу на диван, которую читал без перерыва уже четвертый день. В ней рассказывалась история об одном известном детективе, которому нужно отыскать преступника, начудившего немало дел. Юна, Лиа и Черен занимались вечерней йогой на поляне, их медитации помешал Хосок, девчонки пообещали прийти через пару минут. Ребята заняли свободные места за круглым столом, придвинулись поближе и взялись на приборы. Как и обещали, девочки пришли почти сразу. - Вы хорошо покрасили забор, выглядит потрясающе. – Джексон похвалил работу парней. - Это оказалось дольше, чем мы предполагали. – отозвался Югём. – Но Чжинён, Тэён и Хосок быстро и качественно работали кистями. - Да, нам понравилось. – почти все положительно отозвались на старания приятелей. Сонхва быстро опустошал тарелку, потому что как можно скорее хотел вернуться к книге. Хосок пристально смотрел на Розэ, будто говоря глазами, что им нужно вдвоём встретиться без лишних глаз. Марк легонько поглаживал бедро своей девушки, та сдержанно улыбалась, старалась не показывать эмоций, так как это касается только их двоих. Куан чётко дала понять, что продолжение будет позже, а сейчас Марку нужно держать себя в руках. Розэ сама любитель наблюдать за посторонними действиями, и взгляд друга точно уловила на себе, но не подала виду, потому что встретятся они сто процентов после ужина. - Мне нужно будет отойти. – шепчет брюнетка на ухо Джексону, пока он, чуть склоняя голову в бок, стучал вилкой по тарелке. – Так что, увидимся завтра. – парень уверенно кивнул и отправился в свой просторный домик. Розэ подняла темно-карие глаза на друга, ментально указывая на выход. - Странно, да? – она вопросительно вскинула бровью. – В последнее время мы редко разговариваем, чаще обмениваемся какими-нибудь фразами. – брюнетка чувствовала отчасти свою вину, потому что отдалилась, поступила эгоистично. Непонятно, нужно ли ей это на самом деле или же она хочет жить дальше, а Хосок тянет к воспоминаниям. - Наверное, это из-за того, что мы хотим забыть поскорее тот случай с ребятами. – девушка долго думала над ответом, столько мыслей крутилось в голове. Она не могла определиться, сказать слова сожаления, промолчать, спросить что-то в ответ. – Я уже начала к ним привыкать. – губа чуть дернулась. - Мы так и не расскажем им о Сонми и Чимине? – шатен остановился возле дерева, протянув руку к ветке, стал разглядывать кору. Делать всё, но не смотреть в глаза. - Джексон отдаленно знает, в подробностях ничего не рассказывала, да и к чему это? – Хосок прикусил внутреннюю сторону щеки и шумно выдохнул. - А как же Куан? – парень часто замечал их крепкие отношения. Девочки помогали друг другу как словесно, так и физически. Каждая отдавала свой кусочек души. – Вы хорошо сдружились. - Она не знает, я лишь упоминала, что у меня была близкая подруга. – Розэ легла на землю, хотелось посмотреть на звездное небо, пока есть возможность, пока есть силы вообще замечать что-либо, чему последовал и Хосок. – Мне нравится, что Куан не задает лишних вопросов, она понимает, когда нужно помолчать. - Мне не хватает их. – голос начал судорожно дрожать, а руки закрылись в замок и вспотели от волнения. – Мы даже не попрощались. Хосока каждую ночь мучали кошмары, они не давали выспаться и как следует отдохнуть, поэтому у него под глазами виднелись синяки. Сердце билось так сильно, что Розэ рядом услышала бешеный стук. Обоим плохо, оба говорили о друзьях. Они мечтали вернуться в прошлое, мечтали прожить дни на даче еще раз, хотя бы немного. - Я так и не смог найти брата. От этого становится так погано на душе. Чувствую себя ужасным человеком. – Хосок давно не выговаривался подруге, казалось, Розэ это не нужно, но она в любой момент могла отвлечься и выслушать своего близкого друга, помочь хоть чем-то. - Ты ни в чём не виноват. – она не стала выстраивать монолог и копаться еще глубже. Хватит с них. Давно пора отпустить или же смириться. - Большой шрам остался, верно? – вспыхнул целый фильм перед глазами. Злосчастный дом, где Розэ проткнула ногу, кадры сменялись на Джехена, Шинби, Хендери и Хьюна, которого она вообще не видела за исключением нескольких раз. Если бы не Бона, брюнетка умерла бы в тот день. - Приличный. – нервно сглотнула. Нога затянулась, правда, разрабатывала она ее долго. Упражнения, массажи помогли восстановить прежнюю форму, но уродства, которые отпечатались, портили картину. Безобразная кожа, отличающаяся в оттенке с натуральным цветом, выделяла место удара. Розэ так и не смогла надеть что-либо кроме штанов. – Бона хорошо постаралась. - Что бы мы без нее делали. Кстати, где она сейчас? – шатен приподнимается на локти и смотрит в окно ее комнаты, свет тускло горит. Кажется, ее свеча вот-вот погаснет. – Мы с Чимином в кое-чем соврали вам. – брюнетка с полной концентрацией внимания села и скрестила ноги перед собой. – Мы не за зарядкой ездили в город. – Розэ уже ожидала самого худшего продолжения. Она почувствовала что-то неладное. – Мне нужно было сдать анализы. Когда начались только первые случаи, меня должны были проверить, так как я часто болел в детстве. У меня большой риск заразиться. Расплакаться? Завалить вопросами? Разозлиться, что не сказал раньше? Уйти? Розэ обняла друга крепко-крепко, передавая свою поддержку и сочувствие. Самое обидное, что с этим ничего не поделать. Нужно быть осторожным, даже не приближаться к зараженным, но Хосок так часто нарушал это правило, удивительно, как он еще здоровым ходит. - Думаю, на сегодня хватит вечера сюрпризов. – посмеялся шатен, дабы разрядить обстановку. – Спокойной ночи, Розэ. – он проводил ее до порога и исчез среди темноты. *** В доме Юна и Черен давно заснули сладким сном. Розэ старалась тихо передвигаться, чтобы не потревожить их. Брюнетка легла на свою кровать и окончательно закрыла глаза. Троим девушкам было удобно жить вместе. Юна развлекала девочек своими историями или идеями, чем можно заняться. Она часто оставляла после себя бардак, так как суматоха вокруг нее всегда присутствовала, вечно куда-то спешила или забывала и пыталась быстрее найти нужную вещь. Черен, наоборот, была очень эрудированна, умна по своим годам. Назвать ее веселой сложно, да и не загруженной она была. Планка держалась на среднем показателе. В один день она такая, в другой совершенно другой человек. В совокупности у них получался неплохой тандем. Розэ часто убиралась в доме, раскладывала все по своим местам, Юна со своим веселым характером разряжала обстановку, а Черен была как дополнением этой троицы. - Розэ. – грубоватая рука Черен убирает длинные темные пряди волос с лица девушки. – Помощь твоя нужна. – потирая глаза, брюнетка недовольно корчится от света солнечных лучей, но вскоре принимает сидячее положение на краю кровати. – Там кусачих много, - не успевает договорить девушка, Розэ поспешно закалывает копну волос черным крабиком, натягивает на себя первую попавшуюся футболку, и вылетает из дома, не забыв свой нож. Сегодня погода стояла солнечная, но не жаркая, в меру теплая и прохладная. Тэен с Хосоком бегут к воротам, Розэ это замечает и приближается к ним, спрашивая в чем дело. - К нам стая забрела, надо убить их, пока они не стали наваливаться на забор. – безусловно забор выдержит такую массу, но хотелось ли в этом убеждаться? Явно нет. Многие остались на своих местах, так как им слишком рискованно идти на больных. Некоторые сами не хотели учиться самообороне, держать в руках оружие. Такому мнению в основном придерживались Юна, Йеджи и Сонхва. Куан в принципе старалась не смотреть на обезображенные трупы, поэтому находилась рядом с Марком, который поддерживал ее в любой ситуации. Чонхо, Джексон и Чжинен стояли на постах сверху и с помощью оружия расстреливали зараженных с трех сторон. Раздавались громкие звуки выстрелов, ребята уже привыкли к такой силе, но отдача всё еще отдергивала их немного назад. Лиа с кухонным ножом валила кусачих, медленно, но убивала. Ее часто прикрывал Тэён, обеспечивая защиту со спины, но даже у того случались осечки время от времени. Розэ во время бега схватила нож за рукоять и направила на кусачего. Точечный удар в глаз снёс мозги вдребезги. Ребята кромсали всех. Хосок использовал топор; первое, что попалось ему под руку. Розэ хоть и научилась ловкости, но ходячие окружали со всех сторон, в уничтожении помог Джексон, когда выстрелом убил больного прямо за её спиной. Брюнетка на секунду остановилась и посмотрела на Джексона благодарными глазами, но ее прервали. Одна из тварей прыгнула на нее сверху и уронил на спину. Под его натиском девушка пыталась выбраться, но тщетно. Нож на несколько сантиметров укатился от нее, а руки так и не могли дотянуться до него. Пасть уже совсем близко, становится труднее дышать, легкие сковывают, сердце колотится. Он перекрывает ей обзор, делает всё, чтобы укусить свежее мясо. Розэ вдыхает кислород полной грудью, труп кусачего моментально отбрасывают в сторону и поднимают на ноги Розэ. - Спасибо. – ловко поднимаясь на одно колено, говорит Розэ, одновременно разрезая щиколотку ходячего, который подбирался ближе к ее спасителю, и тому следовал ответный благодарственный кивок. Югём кромсал одно на другим, не жалея сил. Выкладывался на полную. - Дура, смотри, куда бьёшь! – кричал Тэён, когда Лиа случайно порезала его плечо, замахиваясь на зараженного. - А ты смотри, где стоишь. – девушка не стала молчать, хоть и виновата, но сейчас им нужно объединиться против стада, а не ссориться и выяснять отношения друг с другом. Что Тэён, что Лиа не умели признавать своих ошибок, тем самым усугубляя накалившееся напряжение. Чонхо и Чжинен перестреляли последних оставшихся. Все до единого глубоко и жадно дышали, кровавая одежда походила уже на обвисшие тряпки. Где-то порвано, где-то растянуто. - Надо избавиться от них, не оставим же так. – вытирая лоб от сгустков, говорит Хосок. - Хосок, Джексон, Тэён и Югём, уберите их за пределы Галвестона. – парни спрятали свои оружия и принялись за чистку. - Мы когда-нибудь уже хоть день проведем без этих? – в пустоту спрашивает Тэён. Его мускулы заметно напрягались, когда тот оттаскивал трупы в сторону. Парню голову сносило от недостатка секса. Раньше его задевали всякие мелочи, и он начинал буянить, а теперь еще возбужденный ходит и закипает, как чайник. - Тэён, да расслабься. Что ты так взъелся? – Югём подзадоривает друга, но получается не то, чего он ожидал. – После Сары совсем сперма в голову ударила? – странно, что ее упоминают в этом ключе, ведь Сара была хорошей девчонкой, с ней приятно было общаться. Она не грузила своими проблемами. Тэён сразу заявил своими действиями, что она будет его, вот только совсем не как девушка, а как объект для своих нужд. Обоих всё устраивало, пока ее не съели заживо. Больше всего оплакивали ее Куан, Йеджи, Лиа, Чжинен не осталась в стороне. Парни хоронили ее с тоской на сердце. Это произошло недели три с половиной назад. Ее сразу предупреждали, что выходить одной опасно, но она ослушалась. Сара ступила далеко и смерть не обошла ее стороной. Тело нашел Чонхо, когда решил проверить, что там у нее происходит, но уже поздно. Ее не спасти. А Тэён воспринял это, как данность. Не почувствовал горя, будто ее и не было. - Да хорош, она уже умерла. Всё, хватит. – спорить с ним бесполезно, нет сил и нервов. – А что вы так на меня смотрите? Я бы не прочь порезвиться с Юной. Она вполне себе симпатичная, —парень замечает хмурый взгляд Хосока и продолжает вести монолог. - Или… Розэ? Тоже неплохой вариант, правда смотрит так, будто убить хочет, но ладно, я ее утихомирю. - Перебарщиваешь, Тэён. – делает замечание Джексон, Хосок держит себя в руках, сжимает со злостью вельветовую куртку у трупа и скрипит челюстью. Желваки напрягаются, ноздри расширяются от гнева. Как вообще можно так говорить о людях. Чем заслужила это Юна и Розэ? Ничем. Он первых вспомнил их, хотя ему плевать. - Достали строить из себя правильных. Как вы вообще до апокалипсиса дожили? – Тэён ухмыляется, а после продолжает свою работу. - А я, смотрю, ты гулял на всю катушку? – шатен огрызается, ему чуждо такое поведение, но Тэён за пять минут вынудил его разозлиться. - Всё, давайте уже заканчивать. – Югём встревает в разговор, чтобы парни обратили внимание на дело, а не драку, а она, скорее всего, случилась бы. - Подожди, у тебя здесь еще кровь. – Йеджи показывает на плечо, пока Лиа натирает пальцы до мозолей, стирая кровь с рук. – Давай я помогу. – девушка промачивает полотенце в холодной сточной воде и преподносит его к голой коже, отчего Лиа вздрагивает и дергает плечом от холода. - Тэён такой придурок. – это даже не воспринимается уже за жалобу, а, скорее, как факт. – Вместо того, чтобы помогать, ему лишь бы поспорить. - Лиа, я понимаю, что ты взбешена, но посмотри с его стороны. Ты могла его убить ненароком, ты хочешь еще один труп хоронить? – Йеджи одновременно надавила на две раны, задев самолюбие и гордость подруги, к тому же, упомянула смерть Сары. - Нет, не хочу я смотреть с его стороны. – Лиа закрутила кран и резко ушла в свою комнату. Страшно ли ей? Несомненно, каждый боялся наступления следующего дня, какие еще обстоятельства заставят их страдать. Остается только ждать. Бона и Хосок ближе к обеду смотрели журнал в доме парня. К тому времени, Тэён и Югём куда-то пропали, может, играли в мяч или стояли на посту. Девушка хохотала с шуток шатена, закрывала покрасневшее лицо руками, потому что ей было неловко из-за смущения. - Хватит, хватит. – вопила Бона. – У меня уже щёки болят. – она приходит постепенно в себя, а Хосок смотрит ей в глаза и тепло улыбается. Он рад видеть искреннюю улыбку, счастлив, что она умеет радоваться мелочам. - Обработаешь мне царапину? – Бона округлила глаза. - Где? Что случилось? – ее доброе сердце не оставило бы равнодушным никого. Это не может не удивлять. Понятно, почему она продолжает учиться самостоятельно на врача, девушка хочет помогать всем, какой бы человек не был плохим или хорошим. Она умеет видеть положительные качества и будет их искать. Розэ тоже собиралась поступать на врача, она уже готова была сдать все экзамены в выпускном классе, но случилось нечто ужасное. Вот только Розэ не имела такого добродушия, как Бона. Розэ была бы хладнокровным врачом, не испытывающим лишних, отвлекающих сознание, эмоций. - Так, спокойно. Она небольшая. – Хосок закатывает рукав на левой руке и показывает рану, которая выглядела на сантиметров десять. - Небольшая?! Да у тебя половина руки в крови. – Бона сбегала за аптечкой, приготовила дезинфицирующее средство, бинт с пластырем и принялась за дело. - Поцарапался о забор, когда трупы таскали. – шатен не смотрел на локоть, он смотрела на Бону. Сердце ёкнуло, и не потому, что он испытывает к девушке трепетные чувства, а знает, что она неровно дышит к нему, от этого становилось больнее. Она чиста душой и мыслями, не знает слова «боль». Никто не обижал или предавал, у нее нет травм. Хосок не хотел доставлять ей дискомфорт. - У тебя только верхний слой кожи содран, ничего критичного. - А кто-то панику уже успел навести. – шатен ухмыляется и зачесывает волосы назад, которые падают на лоб.