Swept Away

Три года назад

После особенно изматывающего рабочего дня Леви, покинув обитель инфраструктуры и развития, проехал в более захудалую часть города. Здесь, на окраине, улицы были переполнены незаконной деятельностью, мусором и преступниками. Даже ветер здесь казался более холодным и жестоким: врезался в холодный бетон, стучал по ржавому металлу и полусгнившим доскам на окнах старых зданий, срывал клочки бумажных объявлений и играл ими, катая по земле. Проезжая по этим пустынным улицам на машине, Леви выделялся, словно белая ворона. Он внимательно всматривался в окна — улышавшие звуки дорогой машины проститутки норовили показать себя во всей красе сквозь грязные стекла, с нетерпением ожидая его к себе в гости. Он не мог их винить. Многие из этих девушек перенесли то, по сравнению с чем Ад покажется курортом. Жажда оказать свои услуги состоятельному мужчине, обладающему машиной S класса вполне очевидна. Совсем немного, но все же менее унизительно было продавать свою любовь мужчине, который чего-то добился в жизни и не представляет из себя ничтожество, отвратительно относящееся к ним. Такие девушки отбрасывали человеческие принципы и гордость, чтобы прокормить маленьких детей, которых он иногда видел бегающими по здешним улицам, и хотя бы за это он испытывал к ним уважение. Его мать была такой же. Леви свернул за угол, подъезжая к небольшому бару в темном углу. Дядя постоянно брал его сюда, когда Леви был ребенком. Большинство детей обычно окутаны запахами теплого молока и печенья — Леви сопровождал шлейф сигарет и дешевой выпивки. Это место источало грязь, гниль и потребность в капитальной чистке или сносе под ноль. Завсегдатаи бара были черствыми грубиянами с темными татуировками на руках и шеях, позолоченными цепями и обветренными суровыми лицами. Если бы внешность могла убивать, заходящие в бар бы мигом падали ничком прямо в дверях. Леви прошел мимо завывающих компаний посетителей и сел за барную стойку. Он чувствовал затылком пристальные взгляды и знал, почему его разглядывали. Его сшитая от-кутюр и идеально выглаженная одежда резко контрастировала с протертыми джинсами. — Чего налить? — спросил бармен, вытирая стаканы тряпкой и оглядывая Леви с головы до ног. В глазах стоял немой вопрос, что такой как он забыл здесь. — Бурбон. Бармен кивнул. Бар был окутан густым табачным туманом. Нормальный человек давно бы закашлялся и сбежал в поисках чистого воздуха, но Леви привык к такому. — Нате, — сказал бармен, поставив перед ним стакан. Леви вздохнул и осушил его в два глотка. Прижав тыльную сторону ладони ко рту, он подвинул стакан обратно. — Повтори. Бармен с удивлением снова окинул его взглядом, не ожидая, что утонченный мужчина из богатеньких кругов так быстро расправится с местной выпивкой. — Ээ… лады… Он плеснул в стакан новую порцию бурбона и Леви со стоном потер переносицу. Дешевый бурбон был таким же резким, как характер тех, кто его пил. — Эй, так я ж тебя знаю, — вдруг пропел бармен. Леви поднял глаза. — Ты племянник Кенни, малыш Леви. — Ага. Конечно, Кенни был известен в этих районах. Его репутация порой опережала его — он вызывал страх и уважение и за словом в карман не лез, как и за порцией насилия над теми, кто его по каким-то причинам не устраивал. Некоторые посетители тоже узнали Леви, но предпочли держаться от него подальше. — Эх, а я ведь наливал тебе молоко здесь, когда ты был ребенком, — улыбнулся бармен. — А теперь ты уже сам хлещешь. Куда уходит время… Леви снова опрокинул бурбон. Горло нещадно зажгло. — Еще. — Сразу видно, в дядю пошел, — поцокал языком мужчина, качая головой. — Кенни мог перепить целую группу мужиков. Леви не спешил снова пить, дав время алкоголю окончательно ударить в голову. Он не знал, зачем пришел сюда — в обитель грязи и бесчинств. Ностальгия? Именно здесь Кенни учил его драться. Именно здесь Леви впервые приставил нож к чужому горлу. Леви очутился здесь, чтобы вспомнить свои корни. Здесь он не был успешным человеком, на голову выше других. Здесь все были одним и тем же мусором. Но были и хорошие воспоминания. Кенни приводил сюда так часто, что, казалось, весь бар считал его своим. Как-то раз его поднял на плечи мужчина и, подмигнув, засунул ему двадцатку в карман. И когда стаканы всей группы звенели, встречаясь с его чашкой молока, он ощутил себя настоящим мужчиной. Пока Кенни исчезал в соседнем переулке, чтобы «передать привет» проститутке, мужчины в баре принимали себя за его нянек, сажая его на колени и обучая различным видам ножей и пистолетов. Даже когда вспыхивали драки, во всем баре действовало негласное правило — малыш Леви имел иммунитет и его нельзя было трогать. В такие моменты он сидел на барной стойке, невинно размахивая ножками, наблюдая, как мужчины разбивают бутылки об головы друг друга и как летели зубы в тестостероновой схватке. Это было словно личное ТВ-шоу для Леви. И даже когда жены драчунов-выпивох приходили за ненаглядными, они подходили к нему, целуя и поглаживая по волосам, пока Леви хвастался им новым блестящим ножом — подарком от дяди Кенни на день рождения. Пустота от ранней потери матери заполнялась здесь. Леви с усмешкой сделал очередной глоток бурбона. Он не мог сказать, что у него было плохое детство. Грубое и грязное, но оно действительно научило его жить и выживать. И вот он теперь, вопреки всему вышедший на вершину социальной «пищевой цепи» успешным бизнесменом. Он обязан частью своего успеха своему воспитанию — он знал, чего хочет и как это получить. Бармен снова плеснул ему в стакан алкоголь, и Леви коротко кивнул. Несмотря на алкогольное расслабление, бурбон также погрузил его в меланхолию. У него была хорошая работа, хорошая машина, хороший дом с видом, за который люди готовы были убить… так почему же он был так несчастен? Даже самые лучшие в жизни вещи теряют смысл, когда не с кем их разделить. Работа и снятие стресса в зале стали рутиной. Он проводил остаток ночи в одиночестве, большую часть времени работая, чтобы быть слишком занятым для чувств. Затем он заглушал свои печали бесчисленным количеством выпивки, чтобы заснуть в туманной дымке. Его кровать всегда была слишком большой и пустой в такие ночи. Правда в том, что даже с такими замечательными людьми, которые были в его жизни, как Эрвин и Петра, подчиненные из Survey Corporation и даже его авантюрные друзья Изабель и Фарлан, он все равно чувствовал себя чрезвычайно одиноким. Он не знал ключа для решения этой проблемы и винил себя за неблагодарность. Ведь эти люди впустили его в свою жизнь, несмотря на то, как он себя вел. Он не заслуживал их. Он был взрослым мужчиной, с чего вдруг он так возжелал любви? Леви не знал, сколько времени он провел в баре. Алкоголь расслаблял, словно пушистое одеяло, запах сигарет навевал сонную дымку. Он тер виски и вслушивался в разговоры других людей. В конце концов, решив отправиться домой, он вытащил кошелек, но бармен покачал головой. — За счет заведения. Семейные привилегии, — ухмыльнулся он. — Навещай нас почаще, коротышка. Леви улыбнулся и убрал кошелек. Обычно он не позволял никому называть его так, но этот человек — один из тех, кто его воспитывал. — Спасибо. Постараюсь На пути к двери он еще раз оглядел знакомое с детства место. Деревянные стулья и низкие столы, бочонки с алкоголем, блеск ножей, выглядывающих из сапог, переполненные пепельницы. Чье-то плечо грубо толкнуло Леви. Он оглянулся. — Эй, смотри куда прешь, коротышка. Компания мужчин залилась смешками. — Что? — спросил Леви с жутким спокойствием. Мужчины перестали смеяться. Главный, толкнувший Леви, подошел к нему ближе. Молчание подогревало нагнетающую атмосферу. — Я сказал, смотри куда прешь, — прорычал мужчина в дюйме от лица Леви. — Коротышка. И Леви не знал, был ли это алкоголь в его крови или просто дерьмовое настроение, но что сделано, то сделано. Он пнул мужчину в голень, заставив того согнуться, и нанес удар в живот. Повалив мужчину, он оседлал его и, схватив за рубашку, ударил лбом в лицо. Остальная компания шокированно замерла. Их главаря в одиночку сбил какой-то парень, который едва ли косил на подростка. Они столпились вокруг, разминаясь и готовясь к бою. Леви тут же приступил к ним, начав с ближайшего к нему парня. Посетители бара с интересом смотрели на развернувшуюся драку. Здесь это было нередким явлением. Никто не спешил их разнимать — негласное правило: драка — классический способ решения конфликта. Блеснул нож, и Леви отступил, ища открытую слабость, как его учил Кенни. В этот момент парень с ножом бросился в его сторону, намереваясь всадить лезвие в горло, и Леви увидел свой шанс. Схватив парня за руку и ударив по запястью, он выбил нож. С безоружным разобраться намного проще. И судя по взгляду, парень тоже это осознавал. Леви ударил его локтем в живот и оттолкнул подальше от себя. Подняв нож, он подошел к главарю, который при его виде беспомощно застонал. Леви встал коленом на его грудь и приставил нож к горлу. «Не убивай, если тебе это не нужно. Заставь врага быть твоей сучкой» — прозвучали в голове слова Кенни. — Следи за языком, ссыкливая сучка. Он поднялся, отбросил нож, поправил ворот рубашки и вышел из бара. Мужчины в баре вернулись к своим разговорам. В большинстве мест подобный случай закончился бы общим разбирательством и попытками уладить ситуацию. Здесь же это расценивалось как шоу, скрашивающее повседневное пьянство. — Эй, это же ребенок Кенни? — Не, у него же племянник. — Помню, он был совсем малой. А теперь вот, подрос. Бармен с усмешкой слушал эти разговоры. «Жестокого ты человека воспитал, Кенни». Леви не любил драться, если только не было такой необходимости. Пожалуй, это было самое насыщенное событие за последнюю неделю. Он увидел молодую девушку возле бара. С растрепанными волосами, неухоженная, она все еще оставалась красивой. Она сидела на земле, опираясь спиной на стену бара, поджав колени. Их взгляды встретились. Он увидел синяки, выглядывающие из-под платья. Картина сложилась. Эти парни устроили с ней групповуху. Он видел следы от пальцев и ножа у ее шеи. — Хотите, составлю вам компанию, сэр? — спросила она дрожащим голосом, заикаясь. На щеках все еще блестели дорожки слез. Леви присел рядом с ней, и она с опаской посмотрела на него. Он достал платок из куртки и вытер ее щеки. Она замерла от доброго жеста и с кивком благодарности взяла платок. Леви вытянул из кошелька несколько купюр, около 150 долларов, и протянул их ей. Ее глаза расширились, когда она взяла деньги. Это, вероятно, было намного больше, чем она брала обычно. — Здесь есть переулок, который… — Просто оставь себе, — мягко сказал он, покачав головой, и направился к машине. Пора домой.

Наши дни

Комната наполнена стонами и скрипом кровати. Яростно катаясь по ней, Эрен и Леви боролись за доминирование. Когда Эрену удалось одержать победу и оседлать мужчину, он провел пальцами по его лицу, и осторожным касанием прикусил губу Леви. Леви с нетерпением перевернул их, подмяв парня под себя и прижимая колено к его промежности, заключая в ловушку. Продолжил поцелуй. Руки Эрена скользили по его плечам, сжимали мышцы, пальцы впивались в кожу. Покрасневшие опухшие губы шептали неразборчивые слова вперемешку со стонами. Леви прижался стояком к члену Эрена, глотая его возбужденные горячие вздохи. Вибрация рядом с ними настойчиво пыталась отвлечь от увлечения друг другом. Эрен нахмурился и слегка подтолкнул Леви, чтобы тот дал ему освободиться. Леви упорно продолжал поцелуи. — Ммм, кто это… черт… Он дотянулся до телефона и посмотрел на экран. Его лицо сменилось с раздраженного на воодушевленное, и он начал выползать из-под Леви. Мужчина откинулся на спину и провел рукой на волосам, тяжело дыша. — Да, мама? — весело прощебетал Эрен, невинно, как будто секунду назад не хотел быть оттраханым. Он взобрался на бедра Леви. — У меня все хорошо, а у вас как дела? Леви сплел их пальцы вместе, пока Эрен разговаривал. Парень улыбнулся ему. — Рад слышать. Папа дома? О… ну, скажи ему, чтобы поздоровался в следующий раз, когда будет рядом… Да, он тоже нормально… Эрен сжал его руку. Вероятно, они говорили о Леви. — Я… хорошо… да… через пару недель… ладно… да. Поговорим потом. Я… пока, мама, люблю тебя! Эрен в попыхах завершил звонок, пока мама не продолжила тираду. — Мама? — спросил Леви. — Да. Она хочет, чтобы я звонил чаще. И хочет, чтобы приехал в гости. Леви, я очень хочу познакомить вас. Это многое значит для меня. — Конечно, милый. Я с удовольствием. Эрен засиял и отбросил свой телефон в сторону, а затем нырнул в объятия своего мужчины, чтобы продолжить волну поцелуев. В ту ночь, пока Леви был занят работой в своем кабинете, Эрен вышел из квартиры и поехал в продуктовый магазин, чтобы прикупить парочку ингредиентов. Он прошелся по рядам и взял консервированный чили, сыр, сметану, Fritos, Hershey kisses и несколько банок взбитых сливок. Остальные ингредиенты, которые ему были нужны, были дома. Дома Эрен занимался распаковкой продуктов, когда Леви вышел из своего кабинета и подошел к нему. — Ты ходил в магазин? — Да. Подумал, что ты всегда готовишь для меня, так что сегодня я приготовлю для тебя. Один из моих фирменных рецептов. Леви усмехнулся. — Хорошо. С нетерпением жду. Эрен улыбнулся и игриво подтолкнул Леви к выходу из кухни. — Это сюрприз! Иди займись чем-нибудь другим, пока я готовлю. — Хорошо, хорошо, — сдался Леви. Он воспользовался возможностью и устроил уборку, хотя квартира итак была весьма чиста. Эрен разогрел консервированный перец чили на плите, и пока тот готовился, он нарезал помидоры и салат на разделочной доске. Этот рецепт помог ему пережить времена низкого бюджета и сильного голода. Эрен не был шеф-поваром, но знал, как работать с тем, что у него было. С тех пор, как он встретил Леви, его вкусовые предпочтения развились и он научился ценить изысканные блюда и разбираться в степени прожарки мяса. Но он также помнил свои корни. Он всегда будет любить свою комфортную еду из тех времен. Эрен выключил плиту и использовал ложку, чтобы зачерпнуть немного чили в две миски. Затем он потянулся к пакету Fritos и добавил слой хрустящих чипсов в каждую из мисок. Наконец, он добавил сверху небольшой салат из нарезанного салата и помидоров и одну ложку сметаны в качестве завершающего штриха. Красота. — Леви! Готово! — позвал Эрен. Он был взволнован. Леви закончил полировать деревянные полы перед окном и снял перчатки. Эрен засунул в тарелки по ложке и отнес миски к черному деревянному столику. Они не часто пользовались этим столом — обычно ели на стойке. Леви сел, с предвкушением оглядывая блюда. Эрен поставил тарелки на стол. — Подожди, я сейчас, — он побежал к холодильнику и вернулся с двумя бутылками воды и бумажными полотенцами. Он сел напротив Леви и ухмыльнулся. — Приятного аппетита. Леви улыбнулся и перемешал содержимое своей тарелки. — Так это чили? — Это не просто чили, Леви. Это стог сена из гетто, — сказал он, надувшись. — Стог сена из гетто? Звучит вкусно, — Эрен в предвкушении наблюдал, как Леви сделал первый хрустящий кусочек. — Ну как? — Эрен отчаянно надеялся на одобрение своих кулинарных навыков. Леви кивнул и вытер рот бумажным полотенцем, пока жевал. — Мне нравится, Эрен. Я никогда не ел ничего подобного. Эрен просиял. — О, я так рад! — он приступил к собственной порции. Он острый и немного жирный, поэтому не забывай запивать, — он продемонстрировал свою бутылку с водой. Леви кивнул. Они вместе съели свои «стоги сена из гетто». Когда Леви смотрел, как Эрен ест, а крошки чипсов остаются на его губах, его сердце отзывалось разливом приятного тепла. Эрен был молод и невинен. Его глаза так трогательно горели волнением в надежде, что Леви понравится. Даже еда, которую он готовил, была простой, но особенной. Он просто восхитителен. Когда они закончили, Леви откинулся на спинку стула и вздохнул. Стоги сена в гетто (не просто чили!) были действительно сытными. Он чувствовал себя вялым и ленивым. Эрен взял их тарелки и понес на кухню. Леви встал и присоединился к нему. — Нет, все в порядке, Леви. Ты всегда моешь посуду. Позволь мне сделать это хоть раз, — сказал Эрен. — По крайней мере, позволь мне помочь. Ты готовил. Это меньшее, что я могу сделать — Ладно, — улыбнулся Эрен. Он позволил Леви протирать посуду, чем обычно занимался он сам. Они убирались в комфортной тишине. — О, я забыл тебе сказать, — сказал Эрен. — Стог сена из гетто, как известно, острая штука, так что будь осторожен, когда пойдешь в туалет. Леви рассмеялся и взял мокрую тарелку у Эрена. После всех бытовых дел Эрен вышел из душа, выглядя особенно невинно в своих светло-голубых полосатых пижамных штанах, которые подчеркивали его длинные ноги. Леви ждал его в постели, отвечая на электронные письма и просматривая акции на своем планшете. Эрен забрался в кровать. — Леви… давай обнимемся. Леви закрыл свой планшет и положил его на тумбочку. — Конечно, дорогой. Иди сюда, — он раскрыл руки, и Эрен с улыбкой забрался в его объятия. Леви крепче прижал его к себе. Мой милый мальчик, — прошептал он и чмокнул Эрена в макушку, вдыхая хвойный запах. Эрен вытянул шею вверх ипоцеловал Леви. — Я люблю тебя. Сердце Леви было сражено. Три года назад — черт возьми, даже год назад — он не ожидал, что будет испытывать такое к кому-либо. И теперь, вот он, с очаровательным молодым парнем по имени Эрен Йегер. Живет с ним. Леви был абсолютно слаб к человеку, которого сейчас прижимал к своей груди. Он никогда не думал, что в его жизни будет кто-то, кто удивит его кофе и минетом на работе, или поцелует его после долгого дня, или приготовит ему стоги сена в гетто (не просто чили!). Судьба была добра к нему, раз позволила встретиться с Эреном. — И я тебя люблю, мой драгоценный Эрен, — сказал Леви ему в волосы. — Больше, чем ты думаешь.