school impact

— Так ты говоришь, что вас с сестрой перевели в эту школу и по чистой случайности вы попали в разные классы? — голос девочки в тишине всё ещё пустующего класса казался каким-то детским и слишком писклявым для её возраста, однако юношу это вовсе не раздражало. Он молчаливо поджал губы и слабо кивнул. — Если она попала в элитный класс, это значит, что она прекрасно сдала вступительные и впечатлила даже директора! Однако, общаться вам действительно будет немного сложно… Всё-таки, у нас странно смотрят на ребят, которые мило воркуют, при этом будучи из разных… «фракций». — «Фракций»? — слегка удивляется мальчик. — Мы так между собой типы классов называем — фракции, — девочка улыбнулась и весело хлопнула в ладоши, — думаю, тебе понадобится время, чтобы привыкнуть к месту, где на некоторых учеников опасно даже просто неправильно посмотреть! Поэтому я буду твоим проводником! Это хоть немного обезопасит тебя! Как твоё имя?       Всё это время юноша сидел к ней вполоборота, пряча лицо и глаза, порой вовсе отворачиваясь и пальцами сминая в ладонях длинные рукава коричневатого свитера. За окном только всходило солнце, а нервотрёпка по типу уроков должна была наступить лишь через час, но они с сестрой пришли заранее, дабы привыкнуть к школе. И тут же были вынуждены разойтись. Это было впервые, когда они прибегали к очному обучению. Это было впервые, когда они были разлучены.       Социум пугал их обоих. И поэтому Итер очень неуверенно развернулся к девочке, что сидела за ним на парте. Та глубоко вдохнула, широко раскрывая рот. На неё смотрел юноша с прекрасными золотистыми волосами, спадающими на плечи и обрамляющими миниатюрное красивое лицо с тонкими розоватыми губами, маленьким носиком и большими янтарными глазами, что смотрели на неё с ноткой неуверенности и страха. Выразительные ресницы дрогнули, веки слегка опустились и юноша отвёл взгляд в сторону, чувствуя себя крайне неловко от поражённого выражения лица новой подружки. — Моё имя Итер, — мягко улыбнулся он, что вызвало у собеседницы ассоциацию со светом маленького солнышка.       Наверное, в этот момент она и поняла, что с началом нового полугодия их школьная жизнь изменится до неузнаваемости.       И она была права.

***

      Класс, в который попал юноша, пестрил самыми настоящими фриками, если можно было так вообще выразиться. За весь день пребывания здесь Итер успел познакомиться буквально со всеми, кто сидел неподалёку от него и иногда очень искренне смеялся с их разговоров. Кем же были эти люди? В основном, конечно же, лучшими друзьями его маленькой приятельницы — Паймон, что сегодня утром одарила его большим количеством знаний о местных правилах поведения и манерах общения.       Уже на второй день Итера стали называть местным ангелом и очень очаровательным юношей.       На третий день вести о нём распространились уже на всю параллель.       На четвёртый день Люмин с лёгким изумлением была вынуждена выслушивать заинтересованные речи своих «элитных» одноклассников о своём брате-близнеце. — Модель, это будущая модель! — воскликнул один из преподавателей искусства на пятый день пребывания Итера в школе, что заставило его впоследствии два часа после уроков потратить на внеплановую фотосессию, организованную этим же учителем.       И только на шестой день Итер понял, что очное обучение — настоящий ад.       Устало провожая взглядом снующих по столовой учеников, юноша задумчиво попивал из картонной коробочки шоколадное молоко. Казалось, что его голова полнится огромным количеством тяжёлых мыслей, отражающихся усталостью на лице и задумчивостью в ярких янтарных глазах, однако, на самом деле, в мыслях было пусто. Ни тревоги о всеобщей заинтересованности, ни приближающиеся зачёты не волновали его разума — лишь пустота, ничего. В шумной столовой для него было тихо, и когда в коробочке успело закончится молоко юноша этого даже не заметил, втягивая в себя воздух и заставляя сосуд болезненно сжаться и деформироваться.       Люмин, что всегда сопровождала брата на обеденной перемене, лишь равнодушно наблюдала за его состоянием, ковыряя вилкой пюре в тарелке и как-то не решаясь взять в рот ни капли. Её класс состоял в основном из очень богатых и излишне самоуверенных в себе особ, что сильно давило на неё и худшим образом изматывало. Живот сводило, и кусок в горло не лез. В конечном счёте она просто отодвинула от себя еду, стараясь переключить внимание на что-нибудь другое. — Ну, может расскажешь хоть, с кем в классе учишься? — скучающе спросила она у брата, от чего тот аж вздрогнул, чуть не роняя коробочку молока и удивляясь тому, что та уже пустая. — Ох, а… да, точно, — Итер неловко засмеялся, складывая руки на столе. Его рассказ обещал быть длинным и любопытным.       В первую очередь — Кэйа Олберич. Это буквально первый человек, что заговорил с ним после Паймон, представился, как староста класса и «решала всех проблем», однако, как ему подметил затем сводный брат Кэйи — Дилюк — «этот парень решает проблемы за счёт других, поэтому куда полезнее будет просто дать ему по лицу». К слову, сам Дилюк — почти обычный ученик, но скрывает одну вещь — уже как третий месяц он подрабатывает в местном баре, где, кстати говоря, постоянно тусуется ещё один их одноклассник — Венти. Этот юноша очень весел на подъём и часто пытается выпросить бутылочку чего-нибудь, пихая другу в лицо поддельный паспорт и деньги. А порой и денег не находит, надеясь на святое «за счёт заведения», которое Дилюк пообещал никогда не говорить. И эти трое постоянно о чём-то спорили, издеваясь друг над другом в самой забавной форме. Однако, как и в любой компании, был среди них и здравомыслящий спокойный Чунь Юнь. И единственной странностью было лишь эскимо в его руках, которые он непонятно где закупал и ел почти на каждой перемене. А ещё он был президентом оккультного клуба, который насчитывал буквально одного человека — Беннета, которому просто некуда было пристроиться.       Выслушав брата и слегка улыбнувшись, девушка тут же вздохнула и отвела взгляд, замечая у входа в столовую одну группу ребят из своего класса, что всегда ходила вместе и никогда порознь: это были трое юношей. Тот, что шёл впереди двух своих спутников, обладал рыжеватыми волосами и надменным взглядом голубых глаз, чем-то напоминающих что-то лисье и хитрое. Руки убраны в карманы джинс, из верхней одежды только зелёное худи, белые айрподсы в ушах и большой планшет в чехле на ремне висел на плече. За ним шло двое парней — один с коричневатыми волосами, достаточно жилистыми и длинными, убранными в длинный хвост и другой с короткими зеленоватыми, лишь спереди свисающие длинноватой чёлкой. Как сказала Люмин, указав пальчиком на этих ребят, рыжий — Аякс Тарталья, а двое позади — Чжун Ли и Сяо, причём первый является президентом студенческого совета и постоянно болтает о соблюдении правил и прочих формальных договоров, а второй — староста элитного класса, очень нелюдимый паренёк. — Да, видок у них достаточно самоуверенный, — с лёгкой улыбкой пролепетал Итер, — но неужели обстановка в элитном классе действительно… ну… такая хреновая? — Они напоминают голодных волков, готовых сожрать тебя за любое неловкое движение, — с серьёзностью во взгляде излагает Люмин, — но я стараюсь не связываться с ними. Правда… последнее время… меня беспокоит кое-что… — М? Что же, Люмин? — с любопытством во взгляде спрашивает юноша. — Ты… и твоя внешность… так как…       Однако она не успела договорить, как к их столу тут же подошли Кэйа, Дилюк и Паймон. Дилюк кивнул девушке в знак приветствия, на что та лишь легко улыбнулась. С одноклассниками Итера она уже успела познакомиться и чувствовала себя в их компании куда расслабленнее, нежели чем среди своих одноклассников. Дилюк нравился ей своей отстранённостью и умом, Кэйа — отзывчивостью и некой игривостью, а Паймон и вовсе была очень милой и активной девочкой, что заставляло девушку ежесекундно умиляться. — Ух ты, лошки собрались все вместе, — не успев спокойно поговорить, ребята тут же услышали из-за спин чей-то насмешливый голос, крайне наглый и издевательский. Как только они обернулись, увидели перед собой троих парней из класса Люмин, вышеупомянутых «неприятных» личностей. Столь грубые слова принадлежали никому иному, как Тарталье, что скептично осматривал своих условных врагов, а после, слегка опешив, остановил свой взгляд на серьёзном лице одного юноши… Итера.       Лицо, обрамляемое золотистыми локонами и серьёзные янтарные глаза, смотрящие на него с немым упрёком, буквально очаровали парня, отчего он лишь нервно усмехнулся и шире приоткрыл глаза, делая шаг в сторону объекта своего внимания. — Да у нашей девочки оказывается есть очень очаровательный братик! — Он весело усмехается, наклоняясь к парнишке и одной рукой опираясь о спинку его стула, и вблизи это лицо кажется ему ещё прекраснее в своей непоколебимости. — А ну-ка отошёл, — улыбается Кэйа, рукой толкая парня в плечо и заставляя того отстраниться от новичка, в свою очередь опираясь рукой о стул и стол, нависая над ним и при этом хитро смотря на соперника, — не думаю, Аякс, что такому «элитному» парню стоит вертеться вокруг какого-то «лошка», разве нет? Не ты ли говорил, что все мы — омерзительны тебе? — голос Олберича звучит необычно низко и слегка устрашающе, что заставляет Итера с лёгким любопытством взглянуть на выражение лица парня, на котором видит только лишь азарт от сложившейся ситуации. — Чел, ты играешь с огнём, — улыбается Тарталья, — мне стоит только щёлкнуть пальцами, и тебя не будет в этой школе. — Оу, наверное, именно поэтому я учусь здесь уже десять лет, да? — парирует староста «обычного», что заставляет собеседника лишь слегка дёрнуть бровью в лёгком раздражении, но не потерять напускной уверенной улыбки. — Перемена скоро закончится, может поскорее приступите к трапезе, многоуважаемый сын директора? — Что, Тарталья сын директора? — удивлённо шепчет Паймон, прикрывая ладошками губки. — Заткнись, мусор, — не выдерживает Сяо, с упрёком кидая взгляд на девочку, а затем переводя взгляд на Кэйю, — достаточно, Кэйа Олберич, мы отлично знакомы с твоим пустым красноречием. — А ты… — Чжун Ли переводит взгляд на Итера и какое-то время молчит, поджимая губы и как-то приглядываясь к нему, -…проинформирую, что изначально именно ты должен был быть в элитном классе. Но как сказал преподаватель, вас перепутали местами с Люмин. Так что сейчас ты бы мог быть элитой. Как и полагается тебе, Итер, юноша, что среди двухсот поступающих написал вступительный экзамен на максимальное количество баллов и превзошёл всех, да ещё и внешностью прославился. И всё же, поменять что-то уже не представляется возможным. «Обычные» не могут перевестись в «элиту» просто так, — его глаза загадочно блестят, сгущая атмосферу над обеденным столиком, — это невозможно. И если это произойдёт — падёт представление о недоступности элиты. Однако… будет интересно понаблюдать за твоими успехами, Итер, в классе для «сорняков». — «Сорняков»? — с раздражением переспрашивает Дилюк, явно уже не терпя этого скотского отношения, но в ответ получает лишь насмешливый взгляд Тартальи, недовольный хмык от Сяо и усталый вздох от Чжуна Ли. — Слава богу, что я оказался в обычном классе, — Итер смотрит Аяксу прямо в глаза и произносит свои слова с абсолютной серьёзностью, — кажется, мне великим образом повезло, чего не скажешь о моей сестре. — О-хо-хо, — смеётся сын директора, вскидывая брови и подбочениваясь, — да я смотрю, ты совсем ещё ничего не понял, да? Может быть, Итер, мне тебе показать, в чём суть, м? — он наклоняется к юноше, а после поднимает взгляд на Кэйю и будто бросая ему вызов. — Вот например, если я сейчас устрою потасовку, виновным в битве окажется Олберич, и его выкинут из школы завтра же. То, что вы ещё тут — лишь моё хорошее настроение. — Ну спасибо, папаша, вот это ты вообще молодец, — смеётся Кэйа, — вот только, кажется, президент студенческого совета с тобой не согласен. — Хах? — Аякс оборачивается в сторону друга, замечая на его лице слегка недовольное выражение. Тарталья тут же становится серьёзнее и произносит: — А президент студенческого совета, видимо, сегодня решил остаться без обеда… — Я не могу сказать, что поступки Аякса верны, — тут же начинает Чжун Ли с немного обеспокоенным выражением лица, — однако, он достаточно влиятелен для того, чтобы обойти устав школы. — Так-то лучше, — усмехается рыжий, гордо поднимая голову, — что же, дорогая Люмин, Итер и мусорок, до встречи. Приятного вам аппетита~ — Да чтобы ты подавился, — шёпотом кинул Дилюк, впоследствии лишь замечая, как Итер спокойно смотрит троим парням вслед, — не обращай внимания, они всегда такие.       А Итер лишь смотрел и смотрел Аяксу вслед, чувствуя, будто бы видит его не впервые. — Странно, — выдыхает он, опуская взгляд в пол.       Шестой день, суббота, перемена меж вторым и третьим уроком. Именно этот момент стал их точкой отсчёта. Началом их невероятной и захватывающей истории, которую я хочу поведать.