Мятежные души

Сам воздух стал тяжёлым и вязким для Клэри. Сладкие ароматы цветов стали вызывать тошноту, паника стремительно опутывала душу. Она не может! Нелепые чувства к Алеку — тайна, которую она поклялась унести с собой в могилу. А теперь её просят вывалить это на общее обозрение и пусть тут немного людей… Не может она и всё тут! А обречь парней жить в рабстве у фейри и сама тут остаться может? Каково будет миссис Лайтвуд узнать, что из-за неё она потеряла сына, с их родителями что станется? Хотелось расплакаться, как маленькой девочке. За что судьба строит ей такие козни? Как она потом будет смотреть в глаза людям и самому Алеку? Это же какой глупой надо быть, чтобы увлечься геем… Тем не менее, выбора эта сука-фейри ей не оставила, и что самое мерзкое — она знает об этом. Вон, как гаденько улыбается. Надо просто сделать это. Не думать, а действовать. Потому, сделав глубокий вздох, Клэри направилась прямиком к Алеку. Его рост мешал всё проделать без лишних прикосновений, и Клэри пришлось обвить руками шею оторопевшего парня, притягивая его к себе. В глупых фантазиях она позволяла себе мечтать, что однажды узнает вкус этих губ, но в худшем кошмаре не представляла себе такой реализации мечты. Губы Алека оказались неожиданно мягкими и показались Клэри сладкими, как грех. Поэтому она позволила себе увлечься. Чуть-чуть, самую малость. Тем более, вопреки всякой логике, Алек ей ответил. Алеку приходилось целоваться с девушками. Пробовал в ранней юности, когда всеми силами хотел стать как все. Он хорошо запомнил, ему это не понравилось. Он целовал двух разных девушек и каждый раз испытывал отторжение. Ему всё происходящее казалось чуждым и каким-то неправильным. Сейчас же, к собственному изумлению, Алек не испытывал желания отстраниться. Напротив, поцелуй Клэри, её губы на его собственных, казались чем-то правильным и нужным. Внутри что-то дрогнуло и робко поинтересовалось: «Откуда это тепло?» Не отдавая себе отчёта, Алек ответил на этот поцелуй, забылся в нём. — Какого чёрта?! — возмущённый вопль Джонатана заставил Клэри очнуться и отпрянуть. Разиэль милосердный! Что она творит! Было достаточно просто прижаться губами к губам, а она… Хотелось провалиться куда-нибудь ниже уровня Эдома, только бы не чувствовать себя такой жалкой. В лицо Алека посмотреть Клэри сил не находила. Заметила лишь, что лианы отпустили свою жертву. Наваждение схлынуло, и шок затопил всё существо Алека. Что это, мать вашу, было? Какого чёрта? Клэри чувствует что-то к нему? Что за бред?! Этого быть не может, она же помогала ему сойтись с Джоном. Но если предположить, что это так… Ему стало дурно. В зале висела потрясённая тишина. От такого поворота все будто онемели. Джейс осознал, в этой жизни он чего-то не понимает. Лоу не мог подобрать отвисшую челюсть. У судьбы странный юмор — свести двоих, что вздыхают по одному парню. У Джона в голове ничего кроме матов не было. Что за чудовищная дичь?! Его любимая младшая сестрёнка влюблена в его бывшего парня? Куда катится этот мир и что с этим делать? — Александр, — сквозь вату в ушах услышал Лайтвуд голос Королевы, — теперь твоя очередь. Ангелы, пусть что-нибудь случится. Метеорит, например, упадёт и избавит его от этого унижения! После инцидента с Клэри выполнять подобное требование становилось ещё невыносимее, но коронованная тварь и ему поставила условия, как Клэри: делай или останетесь тут. Собравшись, Алек подлетел к Джону и прижался губами к столь знакомым губам. Вновь нахлынуло влечение, та слабость, которую он всегда испытывал к этому нему. Эти чувства стремились лишить его разума, но в последний момент Алеку удалось совладать с собой и отстраниться от Джона. При этом чувствовал себя Алек отвратительно. Позорно слабым, каким-то совсем ничтожным. И даже виноватым. — Ваше Величество, — нервно произнёс Джонатан, получив свободу, — признаю, вы затеяли занятную игру, но есть одна проблема: по-настоящему тут я люблю только Клэри, но это не та любовь, чтобы целовать её. — Знаю, — улыбнулась Королева. — Я всё знаю. Мне жаль тебя, мальчик с ветреной душой и пустым сердцем. Ты думаешь, что самый свободный тут, но это ошибочное мнение. Новый приступ паники накрыл Клэри. Королева видит проклятие! Неужели скажет о нём? Но это неправильно! Не нужно это Джону знать! На её радость, женщина больше ничего не сказала по этой теме, а призвала проклятую скрижаль и передала её Джейсу, который снова был самым рациональным в компании. И снова провожатый, дорога сквозь дивный лес. Сейчас никто не обращал внимания на красоты или время. Внутри у каждого был хаос из мыслей, чувств и эмоций.

***

— Ты сам понимаешь, что из этого заставляет тебя больше нервничать? — мягко поинтересовалась Изабель. Так уж вышло, что вчера, стоило им вернуться, Джейс вломился в комнату Алека с вопросами из серии: что это было? Только что мог ответить Алек, если сам не понимал безумия случившегося у Благих? Всё в нём отказывалось верить, что Клэри чувствует к нему что-то. Слово «любит» он боялся использовать даже в мыслях. Потому что это было дико, совсем-совсем неправильно. Алек воспринимал Клэри человеком определённо небезразличным, даже близким, но романтические чувства? Нет. Подобного у него в мыслях не возникало. По правде говоря, там вообще при каждой встрече жил её брат. Потому Алек был растерян и дезориентирован. Это он и сказал Джейс, не зная, что за дверью застыла хитрюга-сестра, которая обозначила своё присутствие только после его откровений. — Да всё! — закрыл лицо руками развалившийся на кровати Алек. — Иззи, целовать парня, который оскорбил изменой — унизительно, а чувства Клэри — они неправильные! Мне нечем ей ответить! На это Изабель лукаво улыбнулась и завалилась на живот, на покрывало рядом с братом. — Не ты ли говорил Джейсу, что не испытал ожидаемого отторжения, — улыбнулась Иззи. — Более того, тебе был приятен её поцелуй, он заставил тебя забыть обо всём. — К чему ты клонишь? — мрачно буркнул Алек. — Тебе нравилось проводить с Клэри время, — протянула Изабель. — Поцелуй её был приятен. По-моему, из этого может что-то выйти. Он неверяще уставился на свою сестру. Не в себе она, что ли? — Из, ты говоришь такие глупости, что у меня нет слов, — закатил Алек глаза. — Разве? — продолжала улыбаться она. — Где тут глупость? Вроде бы простой вопрос заставил растеряться. Для него всё было столь очевидно, что обозначить словами эти истины оказалось непросто. Потому несколько секунд Алек только глазами хлопать был способен. — Я гей, — наконец нашёлся он. — Уверен? — хмыкнула Изабель. — Клэри целовать тебе понравилось. Так что, аргумент сомнительный. — Те ощущения — всего лишь какой-то сбой, — фыркнул Алек. — Так что это очень даже аргумент. Кроме того, я не просто гей, я месяц с её братом встречался, и это было не невинное хождение за ручку. Ну и на десерт: сама Клэри мне прямо сказала — друзьями нам не быть. Объяснения вышли сумбурными и скомканными, даже самому Алеку они казались нелепыми. Он не знал, как объяснить Иззи это. Он и Клэри? Даже звучит смешно. Особенно в свете всех последних событий. Между ними не пропасть, а целые вселенные. — Главного, однако, ты так и не сказал, — произнесла Иззи, а поймав непонимающий взгляд Алека, пояснила: — Ты не сказал, что не хочешь того, о чём я толкую. Поэтому всё, сказанное тобой до этого, — отмазки. Как говорится, было бы желание. — Изабель, хватит! — взвыл Алек. Слова сестры смущали его, сбивали в толку, заставляя усомниться в непреложных истинах. Ещё раз бросив на родственника лукавый взгляд, Изабель решила смилостивиться и перевела тему на дела Института. Они обсуждали проблемы и способы их решения. Этот разговор помог Алеку немного успокоиться. Ещё он поймал себя на мысли, что со всеми этими любовными делами и переживаниями сильно отдалился от родных людей. Сначала с головой нырнул в отношения с Джоном, потом занимался разбором последствий и попытками понять, как жить дальше. Если с Джейсом контакт почти не прерывался, на то они и парабатай, чтобы чувствовать друг друга всегда, то с Иззи они уже давно толком не общались. И сейчас, разговаривая с сестрой, Алек получал искреннее удовольствие, осознавая — ему этого не хватало. Если бы ещё эта зараза не занесла в его голову вирусные мысли… Оставшись один, Алек пытался думать о деле, о семье, о чём угодно, кроме Клэри и слов Изабель. Получалось плохо. Против воли эти думы сами проникали в мозг, нервируя его. Потому что Иззи очень верно подметила: ему было хорошо, когда Клэри рядом, а поцелуй на несколько мгновений свёл с ума.

***

Всю дурь из головы Клэри пыталась выбить при помощи спорта. Она уже второй час изводила себя тренировками в зале и останавливаться не планировала. Ей хотелось навсегда забыть момент невообразимого унижения, когда её тайное таковым быть перестало. Клэри знала, фейри отнюдь не милые и много раз слышала об их жестокости и коварстве, но никогда не думала, что сама станет их жертвой. Вспоминать, какую бучу поднял Джон не хотелось. Стоило им вернуться и отчитаться об успешно выполненной миссии, как он явился в её комнату и битый час насиловал мозг Клэри. Он бегал по её обители активно жестикулируя и изливая на её бедную голову поток эмоций. Всё сводилось к тому, что Джонатан был в ужасе и не хотел верить во влюблённость Клэри в его бывшего парня. Чего могла ответить сама Клэри? Да, виновата. Только сердцу не прикажешь, оно само, без её желания, потянулось к Алеку. При этом дурой она не была и прекрасно осознавала безнадёжность своих чувств, потому откровенно призналась, если бы не сука-фейри, никто бы никогда об этом не узнал. Ответом был ещё один поток эмоционального словесного поноса, закончившегося вопросом: почему не сказала ему? Ведь тогда бы он ни за что с Алеком не связался. — Сестрёнка, этих Алеков у меня было и будет полно, а ты одна. — с грустной мягкой улыбкой произнёс Джон. — Твоё счастье для меня чрезвычайно важно и, если бы ты сказала мне раньше, то сейчас бы этот парень был у твоих ног. На резонное возражение, мол, он девочек не любит, Джонатан лишь насмешливо фыркнул и заявил, что это несущественные детали. Не желая спорить и вообще говорить об Алеке и случившемся, Клэри поспешила свернуть тему. Позже к ней пожаловал Джейс и даже Лоу. От обоих она отделалась общими фразами. Её чувства, над которыми так безобразно надругались, не то, в чём ей хотелось бы ковыряться. Не было только самого виновника душевного смятения Клэри. После долгих размышлений она приняла решение жить будто ничего не было. Уже ничего не исправить, какой смысл дёргаться? Если Алек решит с ней обсудить произошедшее, объяснит ему, что значения это не имеет. Она не претендует на него, не собирается донимать своими глупыми чувствами, и вообще Клэри надеялась, со временем они совсем сойдут на нет. Ведь после этой истории, двойного предательства, стало намного легче. Самое страшное чувство — разочарование, которого она хлебнула сполна. Жаль, этого оказалось мало, чтобы совсем убить идиотскую влюблённость. Приняв решение Клэри успокоилась, насколько это возможно. Остатки волнения решила выгнать физической усталостью. Она сильная, справится. — Не желаешь вспомнить прошлое и размяться? — вырвал Клэри из размышлений голос Трейси. Они не были закадычными подружками, но неплохо ладили, когда у Трейси был роман с Джоном. Сейчас она стала источником стресса для брата. Клэри уже рассказали про сцену встречи этих двоих, заставив смешливо хмыкнуть. Именно об этом вчера завела она разговор, желая, чтобы Джон оставил тему случившегося у Благих. — Можно, — улыбнулась Клэри. На какое-то время она позабыла обо всём, поглощённая спаррингом с хорошей противницей. Трейси была образцовой охотницей: сильная, умная, исполнительная, с железной деловой хваткой. При таком наборе, отменная карьера ей обеспечена. А то, что когда-то она бросила Джона… Так он это заслужил тысячу раз. Это Клэри признавала, несмотря на всю любовь к брату. — Многих уже оприходовал Джон, за время вашего нахождения здесь? — хитро прищурилась Трейси, когда они сошлись на ничьей. — Были жертвы, — усмехнулась Клэри. — В этом я убеждена, — произнесла Трейси, — но… — Но за подробностями обратись к кому другому, — перебила её Клэри, — а лучше самому Джону. Он мой брат и, как бы не относились к нему другие, я его люблю и сплетничать о нëм стану. — Вы всегда были очень близки, — уже серьёзно, но мягко отозвалась Трейси, — несмотря на то, какие вы разные. Удивительная кровная связь. На это Клэри только плечами пожала. Что есть, то есть. И она данным фактом довольна. У неё есть человек, который всегда будет на её стороне в серьёзных вопросах и это здорово. Во всяком случае, она не представляла, что могло бы стать причиной настоящей ссоры, способной воздвигнуть между ними стену. — Пожалуй, воспользуюсь твоим советом, — расплылась в хищной улыбке посланница Конклава. Оглянувшись, Клэри увидела Джона, который, заметив интерес Трейси к себе, как-то резко побледнел. Её братишку ждут непростые дни. Его бывшая была довольно стервозной дамой и, похоже, решила скрасить серые будни за счёт Джона. Точнее, его нервных клеток. Клэр было жаль брата, но вмешиваться она не собиралась. Себе дороже выйдет.

***

За всё в этом мире приходится платить — так можно было охарактеризовать ситуацию, в которую угодил Джонатан. Он поверить не мог, что так глупо вляпался. А унижение-то какое! Стыдобище! Всё дело в том, что после расставания с Алеком и истории с Клэри и Лоу нефилим, не желая даже думать о бывшем и его ублюдочности, тем же вечером нашёл себе новый объект для досуга. В баре, где Джон сидел и высматривал кандидата на ночное рандеву, он заметил знакомое лицо. Парень обитал в Институте, и Джон не раз ловил интересующиеся взгляды. Пара часов знакомства и укрепления симпатий спиртным — и вот, они в номере какого-то отеля шикарно проводят время. Кто же знал, что об их развлечении узнает мерзкий и мстительный старикашка из лазарета — дед этого парнишки? Мог ли предположить Джон, что это выжившее из ума ископаемое добавит ему в настой от кашля мощнейшее слабительное? Нет, подобное ему и в голову не приходило. Как оказалось, зря. Два дня несчастный Джонатан просидел в собственной комнате, боясь отлучиться во избежание постыдного конфуза. Оказалось, это не спасло его. Кто-то позаботился о том, чтобы слухи расползлись, и он даже знал кто. Поэтому сейчас, сидя в кабинете главы Института, испепелял медика взглядом и мысленно слал все кары на его голову. — Эдмунд, ты разумный человек и сам понимаешь, твой поступок — нарушение? — вздохнула Мариза. — Всё я знаю, — отозвался старик. — Но этот демон заслужил! Мой Зак никогда даже не смотрел в сторону мужчин, а этот его совратил. Закари хороший мальчик, правильный. Он бы никогда… Если бы не этот, он бы никогда. — Я всё понимаю, — грустно и многозначительно улыбнулась Мариза, — но травить зачем? — Это всего лишь слабительное, — буркнул Эдмунд. — Пусть вспомнит, зачем мужику жопа нужна, а остальные отдохнут от его тлетворного влияния. Потому что Зак сам бы никогда… — Может ты плохо знаешь своего внука? — фыркнул Джон. — Тихо! — рявкнула Мариза. Ему пришлось внять требованию и уйти в кислое молчание. После истории с Алеком, мать парня недолюбливает его. Джон изначально понимал, что так будет, но ни о чём не жалел. Своё дело он знает, так что не нуждается в симпатиях руководства. Тем временем Мариза снова обратилась к старому служащему и стала внушать ему, как он не прав. Ругала мягко и спустя пару минут беседы этих двоих Джон со злостью осознал — ничего этому отравителю не будет. Отделается выговором, тогда как самому Джону ещё день-два ждать, когда сойдут всё последствия подмешанного состава. Он и сейчас-то сидит и страшно рискует дико опозориться. — Надеюсь, больше подобного не повторится, — закончила Мариза беседу с работником лазарета. — Ещё одно такое нарушение и я буду вынуждена сообщить в Конклав, Эдмунд. — И это всё?! — не выдержал Джон несправедливости. — Я из-за него два дня сижу в изоляции, а ему только выговор? — А чего ты хочешь, Джонатан? — одарила она его улыбкой пираньи. — Рапорт в Конклав? Без проблем. Но тогда я буду вынуждена сообщить и о твоём поведении. О том, как ты разлагаешь моральную атмосферу в Институте. Мало быть хорошим охотником, важнее, какой ты человек. — Прекрасно! — рыкнул Джон и вылетел из кабинета. Он был зол и раздражён. Просто супер! Его вызвали в кабинет, чтобы сказать старику «ай-яй-яй, нехорошо» и отпустить с миром, повесив всех собак на самого Джона. Ещё и живот опять начало сводить… Спеша к себе через общий зал, он думал: этот день хуже стать не сможет. Мнение своё Джон поменял, когда дорогу ему преградила Трейси. Присутствие бывшей нервировало его. Когда-то она смогла пробраться в его душу, задела что-то внутри и он хотел быть с ней. Она решила иначе, немало потрепав этим эго Джона. Сейчас Трейси продолжала испытывать его терпение, словно мстила за что-то. Но ведь это она его бросила! — Чтобы ты не хотела, я не в настроении, — прошипел Джонатан, пытаясь обойти её. — Нездоровится? — притворно посочувствовала Трейси. Ответом стало громкое бурление в животе, которое, похоже, слышали все в зале. Физиономия Джона закаменела под череду чужих смешков. Старый козёл! И остальные хороши, как смешно наблюдать за чужой бедой! Не отвечая, он быстрым шагом устремился прочь, мысленно проклиная всё и всех. Ничего, будет и на его улице праздник. Клэри, ставшая свидетельницей этой сцены, сокрушённо покачала головой. Она любила брата всей душой, сочувствовала ему, но понимала — он сам нарвался. Это не первый раз, когда ему пытались мстить, и только чудо, что все инциденты пока были мелким вредительством, а не настоящими попытками убить. Хотя и такие были. Пару раз. Пока Джону удавалось выходить из переплётов с минимальными потерями, но как долго он будет любимчиком удачи? Отбросив грустные мысли, Клэри продолжила смотреть в монитор. Чего она там искала, она сама не знала. Из-за недуга брата Клэри временно была привязана к Институту. С Джейсом и Алеком она не желала работать, а из подружек парабатай Нора получила травму и восстанавливала здоровье. Ходить в рейд со Стейси она не рисковала. — Клэри, — этот голос заставил её дёрнуться всем телом. Прошло четыре дня с момента возвращения от фейри. Клэри уже успела успокоиться и даже наивно решила, будто Алек решил похоронить случившееся. — Хотел чего-то? — отозвалась она, стараясь, чтобы её голос звучал ровно. — Давай опустим момент, где ты играешь в «непонимайку», — вздохнул Алек. Решиться на этот разговор было не просто. Все эти дни и не только, он думал. Слова сестры засели занозой в мозгу, но в итоге Алек решил не усугублять сложную ситуацию. Клэри и без того не горит желанием с ним общаться, а ему до сих пор стыдно смотреть в зелёные глаза и неизвестно, измениться ли это когда-нибудь. Собственные желания и чувства… Тут Алек копаться готов вовсе не был. Если бы не Иззи, подобная чушь ему и в голову бы не пришла. Только спустя время, относительно успокоившись он понял один важный момент — сестра всегда и везде была готова видеть возможности для нового романа. Это ещё Джейс на собственной шкуре проверил. Да и сам Алек не раз слушал наставления Изабель, что пора бы заняться личной жизнью и предлагала варианты, строила теории. Она хотела им счастья и видела его в своём ключе. Эта ситуация с Клэри очередная попытка осчастливить его, не более. — Хорошо, — вскинула Клэри голову. — Если ты о происшествии у Благих, то расслабься. — Это не так просто после таких откровений, — напряжённо отозвался Алек. — Я подумать не мог о таком! Клэри, твои чувства… Ты же сама всё понимаешь. Он и так чувствовал себя бесконечно виноватым, и эта ситуация только обостряла это ощущение. Но лучше быть честным, Алек не хотел давать ей ложных надежд и самому себе тоже. Это всё вообще неправильно и совершенно невозможно. — Именно поэтому говорю тебе: не парься, — хлопнула Клэри его по плечу. — Если уж совсем на чистоту, то это скорее влечение, а не что-то серьёзное. Так что, можешь не напрягаться. Подобное проходит быстро и серьёзного из такого никогда не выходит. — Влечение? — опешил Алек. — Физиология, Алек, — хмыкнула Клэри. — Химия. И ничего больше. Ты видный парень, можешь гордиться. Думаю, как только перестанешь страдать по Джону, быстро найдёшь себе нового поклонника, а я не претендую. И вообще, наша договорённость в силе, мы сослуживцы, но не более. Закончив, она плавной походкой с высоко поднятой головой направилась в сторону библиотеки, и только Ангелам известно, как тяжело Клэри давалась эта безмятежность. Внутри всё пылало, хотелось глупо разреветься. Знала, будет непросто, и на деле всё оказалось куда тяжелее. Упрямое сердце, несмотря ни на что, продолжало тянуться к Алеку. Но она справилась, смогла отыграть как по нотам сцену, что сложила в голове ещё пару дней назад. «Молодец, Моргенштерн! Ты всё лучше врёшь, скоро станешь истинным профи», — пронеслось у неё голове, заставляя горько улыбнуться. Ложь не тот талант, которым она бы хотела владеть в совершенстве. Не об этом мечтала Клэри, будучи совсем юной. Только как показала жизнь, именно он способен выручить в самых безнадёжных ситуациях.