Мятежные души

До оранжереи они дошли молча. Алек был слишком подавлен увиденным. Он знал, Клэри и Райли пара и секс между ними вполне закономерное явление, но всё внутри бунтовало против. Он понимал, что не имеет никаких прав на Клэри, только сердце твердило — моя. Сама рыжая причина его дум была в слишком скверном расположении духа для бесед, особенно с тем, кто и стал причиной этого. — И чего такого важного, чтобы всех срочно собирать? — мрачно поинтересовалась Клэри, добравшись до места. Там уже собрались Джон, Джейс, Изабель, Нора со Стейси и ещё несколько человек из тех, с кем общались её ближнее окружение. — Что-то случилось? — нахмурился Джон, заметив состояние сестры. — Нет, — мотнула она головой. — Давай ближе к делу. — К делу так к делу, — кивнул он. — Так уж вышло, что мне удалось подслушать разговор Маризы и Магнуса, где они подводили итоги какого-то совещания. Все слушали максимально внимательно, и Джон удовлетворённо улыбнулся. Есть контакт. — Недавно Магнусу нанёс визит Лич, — продолжал вещать Джон. — Он передал сообщение, чтобы его оставили в покое. Мол, он не зло и вообще его интересуют только исследования, и даже кровь охотников он готов принимать в баночках. На подобное присутствующие недовольно загудели. Вот это наглость! Кровь ему цедить?! Ещё чего! — По его же настоянию, наш неуловимый вампир нападает на примитивных. Их кровь идёт не только на его прокорм, но и каким-то образом служит для укрепления сил Лича, — вещал Джонатан молчаливым слушателям. — Также он заявил, что мы должны ещё немного потерпеть, и Вамшмик исчезнет с улиц. — Кого «шмяк»? — встрепенулась Клэри, умудрившаяся задуматься. — Нас «шмяк»? Да пусть только сунется, так шмякну, что по всему кварталу собирать будут! — Вообще-то, уже разок он вас и правда «шмяк», — захохотал Джейс. — Джейс! — возмутилась Клэри. — Вамшмик, — поправил Джон, посмеиваясь на перл сестры. — Имечко ещё то, конечно. — Неважно, — решил внести нотку адекватности Алек. — Чего из этого столь важно, чтобы нам собираться тут? Передёрнув плечами, Джон вернул себе серьёзный настрой. Он был всей душой за веселье, но сейчас не до развлечений. — А то, что завтра ночью со всего мира прибудет множество специальных групп, чтобы поймать вампира, — снова заговорил Джонатан. — Конклав и Спиральный Лабиринт сошлись в том, что Лич ни в коем случае не должен набрать силу, а Вамшмик единственная ниточка к нему. Потому принято решение ловить его срочно. — Намечается крутая заварушка, — просиял Джейс. — Если бы, — мрачно оскалился Джон. — В Конклаве приняли решение не посылать на миссию никого младше двадцати пяти лет. Комната взорвалась шквалом возмущённых криков, ведь все присутствующие были младше. Юные охотники сошлись в том, что это категорически несправедливо. Они такие же воины, как и остальные, и нельзя просто брать и задвигать их в сторону. — Информация занимательная, но толку от неё? — взяла слово Изабель. — Мама своего решения не изменит. Алек активно закивал в подтверждение слов сестры. Оптимизма присутствующим это не прибавило. — Мы и не пойдём к главе Института, — расплылся в заговорщицкой улыбке Джонатан. — Весь завтрашний день ведём себя как обычно, а ближе к вечеру под разными предлогами сваливаем из Института. Не хотят нас брать на дело? Значит, пойдём сами. — Свихнулся? — уставился на него Алек. — Да нас живьём сожрут если узнают! — Лайтвуд, можешь остаться здесь, — издевательски хмыкнул Джон, — а то вдруг тебя отругают? Только мамочке не стучи. Ответом стал откровенно злобный взгляд Алека, который Джон проигнорировал. Он настроился участвовать в одном из самых знаменательных событий эпохи и отступать не собирался. Даже если потом его ждёт выволочка. Возможно, он зря посвятил в это посторонних и надо было сказать только Клэри — или никому вообще. Алек пусть и не был согласен с решением большинства, охотник в нём, привыкший соблюдать приказы, требовал обо всём рассказать главе Института, но человек, молодой парень, как и все жаждал справедливости. И, смотря на воодушевлённые лица людей вокруг, Алек принял решение молчать. Иногда нужно поступать не как надо, а как хочется. Клэри, что была дорога обоим, проявляла полную солидарность с братом. К чёрту Конклав и все его приказы! Завтра она повеселится и, если повезёт, отомстит за развороченную грудь. Это значительно подняло ей настроение.

***

Иногда он скучал по тем временам, где его душа пребывала в покое. Он занимался своим делом и не мучился от разрушительных страстей. Алек был обычным Сумеречным охотником, верным воином Конклава. Сейчас он сам не знал, кто он и что он теперь. Вроде бы в жизни ничего не изменилось, а ощущал себя Алек совсем иначе. Переменилось само его нутро. Он, тот кто так долго боролся за шанс быть как все и проиграл в этой войне, признав, что его тянет к мужчинам, теперь с ума сходил, ревнуя девушку. И не просто девушку, а сестру своего бывшего! Безумие? Ещё какое! Только оно не отменяло факта. После увиденного вчера вечером, Алек окончательно лишился покоя. Почему он сразу не подумал, что отношения способны развиваться быстро? Разве они с Джоном долго выжидали, прежде чем в постели оказались? Он сходил с ума. Алеку казалось, что он в шаге от помешательства. Сам помысел о близости Клэри с этим слизнем наполнял яростью и отчаянием. Он уже уяснил — говорить с ней бесполезно. Она только злится на попытки образумить, да и что он может сказать, кроме как: «Он мне не нравится, я ему не доверяю»? Именно, ничего. И Магнус, как назло, молчит. А ведь уже сутки прошли. Время тикало, а известий так и не было. Даже осознание, что сегодня невероятно важный день, а они собираются нагло нарушить приказ Конклава, куда меньше волновало Алека, нежели добыча компромата на Райли. И плевать, что это не очень красиво. В любви и на войне, как говорится… Наконец, когда Алек почти дозрел до того, чтобы начать самостоятельно доставать Магнуса, как тот дал о себе знать. Встретились они в той же кофейне. — Задал ты мне задачку, Александр, — певуче произнёс Магнус, устраиваясь напротив. — По идее, подобное требует времени, но ведь у тебя всё срочно, не так ли? Алек смутился под взглядом друга, но кивнул. Казалось, он видит его насквозь. — Дай угадаю, это Райли имеет виды на Клэри, а тебе это не нравится? — продолжал добивать Алека Магнус. Лицо пылало. Да что же это? Он настолько предсказуем и очевиден, что его читают, как открытую книгу? — Магнус… — произнёс Алек, но тут же потерялся, не зная, что говорить. — Да всё в порядке, Александр, — добродушно отозвался Магнус. — Я начал догадываться ещё в тот момент, когда ты вызвал меня спасти её жизнь. Так, как ты переживал за Клэри, волнуются только за самых дорогих и близких людей. Неловкость Алека достигла небывалых высот. Ему хотелось провалиться сквозь землю. Как же глупо, когда человек со стороны понимает твои желания лучше и раньше тебя. Это изумляло Алека и заставляло чувствовать себя недалёким. — Касательно твоей просьбы, — решил сменить тему Магнус и перестать пытать парня смущением, — было непросто. Пришлось поднять некоторые старые связи и даже чуть надавить, но оно того стоило. Ты был прав, Райли небезгрешен, а уж насколько страшен его грех, не мне судить. Перед Алеком легла тонкая папка. Ему не терпелось заглянуть внутрь, но Магнус попросил уважить его и выпить сначала с ним чаю. Конечно же, он не смог отказать другу, который помог ему уже не первый раз, при этом ничего не попросив взамен.

***

На улице стояла глубокая ночь, но двое нефилимов не спали. После жаркого секса оба были расслаблены и настроены на умиротворённый лад. — Снова сбежишь? — лениво протянул Джонатан. — Я не сбегаю, — ухмыльнулась Стейси, — просто мне моя постель нравится больше. — Попытка засчитана, — хмыкнул Джон. Пусть Стейси и не собиралась оставаться, но прямо сейчас вставать и одеваться ей было лениво. Болтать тоже не особо тянуло, и между ними повисла тишина. — Ты же вроде больше не собиралась приходить? — надоело молчать Джону. — Передумала, — фыркнула она. — Захотелось вот. Ты хороший любовник, Джон. Кроме того, пока ты спишь только со мной, меня это устраивает. — Вот как, — вскинул он брови. — Интересно. — Ага, — кивнула Стейси. — Я поразмыслила, и пока ты вынужден соблюдать моногамию, я согласна периодически иметь с тобой дело. — Откуда у людей эта тяга к моногамии? — искренне недоумевал Джон. — Желание владеть человеком единолично? — А тебе было бы приятно, когда выбранный тобой человек будет приходить к тебе после кого-то? — склонила девушка голову на бок. — Да мне всё равно, — уставился Джон на неё. — Я не собственник. — Просто ты никогда не любил, — отвернулась Стейси. — А ещё ты не брезглив, как, например, я. Взгляд зелёных глаз Джона скрестился со светло-карими Стейси. Каждый был готов отстаивать свою точку зрения и понимал, насколько это бессмысленно. — А ты, девушка «я никогда не завожу отношений», значит, любила? — на пробу спросил Джон. Вздрогнув, Стейси отвела глаза. Дура она! Сама дала наводку, куда бить. Она действительно знала, как это, любить всем сердцем. Также, как было ей известно, какие страдания может причинить это чувство. Особенно, если принц оказался даже не лошадью, а обыкновенным козлом. Ей было всего шестнадцать, когда она бездумно и слепо влюбилась. Он был старше на два года и казался тем самым идеалом, о котором она мечтала. Стейси даже помыслить не могла, что её избранник может быть не благороднейшим из людей. Отдала ему сердце, раскрыла душу, вручила свою девственность. Чтобы на следующий день увидеть распечатки своих откровений из дневника по всей Академии. Оказалось, Шон поспорил на неё с друзьями. Поспорил, что соблазнит серую мышку и узнает, что она постоянно пишет в дневнике, который фактически не выпускала из рук. Мир совсем юной девушки рассыпался на части, но даже понимая, герой её грёз обыкновенный подонок, она тешила себя какими-то надеждами, и лишь когда он посмеялся ей в лицо, окончательно поняла, как ошиблась. Чувствуя себя героиней третьесортного фильма, Стейси пролила литры слёз в подушку, после чего зареклась заводить отношения и придерживалась этого решения по сей день. Только рассказывать эту историю Джону? Нет уж. Он не поймёт. Если он чем и отличался от Шона, то тем, что не скрывал — верность и отношения не про него песня. — Это не твоё дело, — холодно отозвалась она. Джонатан мгновенно понял — он влез на запретную территорию. Очевидно, была в жизни Стейси какая-то история, но как бы ни глодало его любопытство, он решил отступить. Не к чему накалять обстановку. — Всё, — поднял он руки. — Молчу. — Вот и правильно, — ответила Стейси с привычной ухмылкой на губах. — Давай лучше закрепим пройденный материал? Поцелуй, горячий и страстный, снова зажёг кровь Джона. Стервочка хочет ещё пошалить? Он только за! Никто ещё не жаловался на недостаток выносливости у Джонатана Моргенштерна! И если понадобится, он Стейси ещё долго не позволит уснуть.

***

Алек до сих пор не мог поверить, что ввязался в это. Он, кто всегда следовал Закону и выполнял все распоряжения Конклава, намеренно нарушил приказ. Его мать глупой не была, и под вечер самолично озвучила добытую Джоном информацию, а также запретила всем охотникам младше оговоренного возраста покидать Институт. И он, как Джейс, сбежал через окно. Теперь вот шлялся по подворотням, высматривая вампира и другие группы нефилимов заодно. Сталкиваться с присланными Конклавом было категорически нельзя. При встрече бунтовщиков просто отправляли обратно в Институт. Именно это и случилось с зачинщиком всего этого и его сестрой. При мысли о Клэри настроение Алека упало ещё на несколько градусов. Поговорить с ней ему так и не удалось. Этот ненавистный Райли не отходил от неё весь день, он просто не смог застать подругу в одиночестве! Даже в комнату к Клэри ещё раз явился, где снова был Клиффорд. Они в карты там играли. Отговорившись ерундой, Алек оставил их. Сейчас думал, может, зря? Надо было вручить ей папку и уйти. Решено, завтра так и поступит. — Твою мать! — выругался Джейс, когда они в очередной раз чуть не столкнулись с пришлыми охотниками. — Это не охота, а издевательство какое-то! Кого мы найдём, если всё время только и делаем, что прячемся? На это Алек только плечами пожал и пошёл дальше по улице. Он изначально считал: идея так себе. Они сколько времени не могли его поймать, а тут вдруг именно сегодня должно всё выйти? Слабо верится. Постепенно и Джейс пришёл к тому же выводу. Поговорив, они решили, что им лучше вернуться в Институт. Вдруг ещё не заметили их отсутствия и удастся избежать порки от Маризы? Они были уже недалеко от Института, как приметили знакомый силуэт в капюшоне. В этот раз кровосос был один и явно на взводе. Впрочем, это понятно, когда за тобой охотятся по всему городу, будешь нервничать. Не теряя ни секунды, Алек вскинул лук и пустит стрелу в полёт. Слишком поздно вампир заприметил новую опасность, поэтому Алек попал точно в плечо. Адамантий снова поубавил способности выродка, и он рванул прочь на вполне человеческой скорости. — Нельзя дать ему уйти! — выпалил Алек и бросился в погоню. Парабатай не отставал. Наплевав на былую осторожность, они преследовали Вамшмика, полные решимости поймать его во что бы то ни стало. Алек очень жалел, что брать эту сволочь надо живьём, он бы с радостью прикончил кровососа и принёс в Институт его труп. Но нет, Конклаву этот гад нужен живым. Враг неожиданно остановился и дико заозирался по сторонам. Причину Джейс с Алеком поняли быстро: навстречу двигалась другая группа, перекрывая единственный выход, а стены, на беду вампира, были совершенно непригодны для лазания. Рассмотрев братьев по оружию, Алек мысленно выругался. Ну конечно, с кем ещё они могли столкнуться, как не с группой, куда входил Райли? По мрачному взгляду которого, братья поняли, хорошего ждать не стоит. Но это потом, сейчас, общаясь жестами, охотники окружали нарушителя, отрезая все шансы сбежать. Когда оставались считанные мгновения до ареста, Вамшмик рванул вперёд, рассудив, что мимо более молодых нефилимов проскочить шансов больше. Он ошибся. Алек ждал чего-то подобного и встретил кровососа ударом рукояти клинка в висок, быстро и чисто отправив противника в бессознательное состояние. — Отлично сработано! — похвалил Алека незнакомый парень. — Только это не отменяет того, что вы нарушили приказ Конклава, — влез Райли, заставив парабатаев синхронно скривиться. Наблюдая, как связывают давнего противника по рукам и ногам, Алек сожалел, что ему не дадут допрашивать это ничтожество. Он бы оторвался на сволочи. За Клэри. За то, что чуть не убил её. Но хоть так он всё же смог чуть-чуть отомстить за девушку, которая занимала все его мысли. Тем временем Клэри, обосновавшаяся в сердце Алека, нервно мерила шагами собственную комнату. Хотелось ругаться, как девушке не пристало, разнести что-нибудь в щепки. Она поверить не могла, что они с Джоном так опростоволосились. Попались, словно юнцы зелёные! Множество насмешливых глаз, когда их привели в Институт, и капитальный разнос от Маризы. Под конец предупреждение: новый побег будет рассматриваться по всей строгости, и она доложит о них в Конклав. Потому приходилось соблюдать приказ и сидеть в своей комнате. Было ужасно обидно. Такое событие, а она так облажалась. Всё пропустит. Аргумент, что у неё личные счёты с вампиром на главу Института, не подействовал да и на остальных вряд ли повлиял бы. Вдобавок к этому, Клэри злилась на Райли. Получив вчера информацию, она весь день ждала, что он расскажет ей, но он молчал. После выступления Маризы она спросила его в лоб, знал ли он и, получив подтверждение, пришла в ярость. Это была их первая ссора. Клэри чувствовала себя униженной. Какая они к чёрту пара, если он скрывает от неё такое? Оправдания, мол, так велели свыше, казались ей жалкими. Своим молчанием Райли словно обесценивал все её заслуги. Было горько понимать: не выступи Мариза, Райли вовсе не сказал бы ей ни слова, пока не оказалось бы всё кончено. Окончательно добил Клэри категорический отказ взять её с собой. Её дико злили двойные стандарты Конклава, по которым их агенты младше двадцати пяти допускали в эту миссию, а рядовые охотники — нет. Это чем же эти самые агенты лучше? У охотников напротив той же практики куда больше. Идиотское решение, дурацкая ситуация, сволочной Конклав! Ещё Клэри подумалось, Алек бы никогда с ней так не поступил. Не стал бы от неё скрывать такое и точно взял бы с собой, не унижая её заслуг и не задвигая в сторону. Оставалось надеяться, что у Алека с Джейсом всё получится. Во всяком случае, когда она звонила сообщить, как они с Джоном вляпались, они были далеко от Института. Ещё Клэри подумала: сейчас она была бы не прочь пообщаться с другом, тогда как Райли видеть категорически не хотелось. Слишком сильны были злость и обида.