Зачарованный

– Пусть думает, что знает правду, и что он сам тебя раскусил. Это нам даже на руку. Так он к тебе скорее доверием проникнется. И потом, Владимир у нас не из болтливых.. так что переживать особо не стоит.., – Наталья, задумчиво покачивалась в кресле, тоскливо скользя взглядом по стенам, стеллажам и коробкам с журналами. Офис отдела опустел полчаса назад. Было тихо. Однако говорить в полный голос всё равно не решалась, невольно прислушиваясь к каждому звуку за дверьми, то и дело резко замолкая. В трубке стало тихо. Послышался вздох, словно собеседник собирался с мыслями. – ..Слушай, Наташ, а помнишь ты говорила, что ездила в какую-то деревню.. Ну, к бабке.. типа ведунье. – Аа.. да, было дело. А что? – Да..я тут просто подумала.. кхм.. подумал.. По врачам ходить всё равно бестолку. – Аа.. Это ты хорошо придумал.., – резко буркнула Наталья, уколовшись об иглу внутренней зависти, что эта мысль не пришла в голову ей самой. – Вот и я о том же! Может ты съездишь со мной? Вдруг поможет выяснить.. Семёна я как-то боюсь просить, да и неизвестно ещё что у нас с ним.. Даже домой стрёмно возвращаться. – Да.. здесь только это, пожалуй, и спасёт.. Иначе, прямая дорога в психушку, – Наташка на автомате прошелестела ежедневником, – Только знаешь, придётся в выходной ехать, не близко это.. – Да я хоть когда! Я уже, сама знаешь, на всё.. Внезапно входная дверь в кабинет чуть приоткрылась. – Наталья Васильевна? Ой, простите.. А вы документы уже подписали? – А? Да-да, заходите, они у меня. Ээ.. Максим, кхм, мы с тобой всё вроде решили на сегодня? Напоминаю, завтра Дмитрий из Пресстока. Подстрахуешь? Ну, а по тиражу тогда.. Вот ваши документы. Больше ничего?.. Прости. По тиражу тогда с утра пробежимся, ладно? – Ой, к тебе там зашёл кто-то, да? – Угу.. – Ну всё, тогда до завтра! Целую! – Да-да, до завтра.. *** Открывая ключами дверь, Макс знал, что Семён дома. Тянуло какой-то едой. Сердце заколотилось уже на входе в подъезд, предчувствуя грядущую встречу. Сильно боязно было ещё и потому, что ни с того, ни с сего накрыло чувство вины и смущения. Вроде бы и не из-за чего, и всё же.. – Сём?.. – настороженно позвал Макс, тихо прикрыв за собой входную дверь. Послышались шаги. Стальной нечитаемый взгляд Семёна окинул парня с головы до пят. Повисла тишина. В нерешительности Макс замер. – П-привет.. ты уже дома.., – бормоча себе под нос и неловко стягивая ветровку, парень старался не встречаться с мужем взглядом. Вот дерьмо.. Словно вломилась в чужую квартиру. Семён наконец отмер. – Угу.. Есть будешь? – А.. Да.. Как только тот скрылся на кухне, Макс тенью прошмыгнул в спальню и перевёл дыхание. И почему я вообще так нервничаю? Это и мой дом тоже! Блять.. Мало ли какое дерьмо случается.. Всё, успокойся.. Чёрт. Пока Макс метался по шкафам в поисках домашней одежды, Семён задумчиво переворачивал вилкой скворчащие на сковороде сосиски. Ему было стыдно. Особенно за свою неоправданную трусость и малодушие. Он ведь и вправду разглядел в этом рослом парне свою жену. Очевидность, которую не скрыть. Любой, кто был знаком и общался с Ольгой столько, сколько он, понял бы, что эта дикая история случилась взаправду. И его хорошенькая смешная и порой нескладная вторая половинка превратилась в какого-то ненормально охуенного парня, от одного взгляда на которого возникало неведомое доселе чувство собственной неполноценности и замешательства.. Блять. Семён провёл рукой по шее и снова опустил взгляд на бурлящее масло. Многовато налил.. – Эмм.. Тебе помочь? – Макс украдкой вошёл на кухню и замер в дверях. – Нет. Садись.. кхм.. Салат заправишь? – Угу.. Макс опустился на табурет и беззвучно открыл стеклянную бутылку с оливковым маслом, которую им три месяца назад привезли из Греции родители Семёна. Поливая тонкой зеленовато-янтарной струйкой крупно нарезанные помидоры и огурцы, он украдкой разглядывал мужа. Широкая спина. Высокий. Мужественный. Я в сравнении с ним сейчас просто пацан какой-то.. Чёрт.. Макс резко опустил взгляд на овощи. Блять.. Ему стало до жути интересно, а каково это будет в новом обличье заняться чем-то вроде се.. Нет, Семён ни за что не согласится.. – Тебе сколько сосисок? Макс вздрогнул. – А? Сосисок?.. Одну.. А лучше две. – Я шесть пожарил.. Могу три положить. – Хорошо.., – Макс знал, что три много, но в данный момент он мог только согласиться, не вступая ни в какие переговоры. Королевство неловкости. Последний их ужин был преисполнен обсуждения похода за грибами и предстоящей поездки к родителям Ольги в следующие выходные. А нынешний проходил почти в полной тишине, приправленной лишь постукиваниями вилок о недорогие фарфоровые тарелки. – Кхм.. что делал вчера? – первым решил нарушить молчание Макс, пересилив своё смущение и нелепое возбуждение. – А? Да, к Петру ездил.. – ..Ясно.. я волновалась. Ты просто ничего не написал. Не отвечал. – Да как-то.. кхм…а ты? – С Наташкой встретилась.. Семён резко вскинул глаза. – Ветровой? И как? Она.. она тебе поверила? Узнала? – Да.. – Макс застенчиво улыбнулся и кивнул, – Ну, сначала конечно нет, но потом – нормально.. мы с ней решили как раз на счёт работы.. Я теперь вроде как стажёр.. и.. и насчёт паспорта тоже решили. – В смысле насчёт паспорта? – Ну.. Неизвестно же сколько буду в таком виде, поэтому.. Через её знакомого сделают документы.. так что я теперь для всех Макс.. Максим то есть. – Оу.. Вот как.. Снова стало тихо. Где-то слева наверху мерным пульсирующим перестуком часы разбавляли созерцание тарелок. Макс чувствовал, как начинает словно весь скукоживаться, и спешно сунул в рот кусок сосиски. Интенсивное пережёвывание ставшей в миг безвкусной массы из фарша, сои и глутаматов отвлекло. Футболка на спине и в подмышках уже стала влажной и неприятно липла к телу. Медленный тяжёлый выдох Семёна вернул в реальность. – Максим значит.. ясно. Мне тебя теперь также называть?.. С трудом пропихнув в себя пережёванный полуфабрикат, Макс резко поднял глаза. – Как хочешь, так и называй! Мне как-то пофигу.. Я и так вся на нервах! Сегодня на работе думала свихнусь.. А ты.. Ты даже.. Тебе что? Всё равно было? Как я?! Где я?! Что со мной!? Да?.. Свалил и рад. Чёрт.. Максу хотелось плакать, но от накатившей злости он просто не мог выдавить из себя ни слезинки. Обида и раздражение волнами начали сменять друг друга. Искренне захотелось врезать по этому выбритому в кои-то веки лицу, а потом.. Он снова отломил кусок сосиски и отправил в рот, подарив обоим очередную минуту тишины. – Прости.., – Семён виновато почесал шею и, помолчав, продолжил, – Так что с паспортом?.. хм.. Сколько денег нужно? Когда готов будет? Блять.. И как я ему по двести тыщ скажу? – Сделают скоро.. с деньгами пока не понятно.. – В смысле непонятно? Это вообще-то не дёшевое удовольствие.. – Кхм.. Я знаю. – Ии..? – Ну.. – Блин! Сколько денег нужно?! – Семён чуть повысил голос, но сразу осёкся, – Чёрт.. просто.. я тоже.. переживаю из-за этой ситуации. А ты меня как будто с счетов списала уже.. – ..А что мне оставалось?.. – Макс поднял взгляд побитой собаки, протяжно уколовший Семёна глубоко под рёбрами.. – Прости.., – он тяжело спустил воздух из лёгких, – Прости меня. Я не должен был вчера уходить. Я просто.. Не знаю почему ушёл. Ты скажи, я помогу, чем смогу. Если нужны деньги или что. Чёрт.. Макс аккуратно растёр глаза, сопнул носом и вымученно натянул уголки губ. – Ладно.. На самом деле, я и не хотела тебе говорить.. Не знала, ушёл ты или ещё чего. И вообще я хочу выпить. Прямо сейчас. А паспорт.. Ну, короче, паспорт стоит двести тыщ. – ..Двести?! – А что ты хотел?! Мне и так скидку сделали, вернее Наташке.. И там рассрочка.. Сначала сотку, а когда готово будет – вторую. – Я понял.. И когда нужно? – Послезавтра первые сто. Я сегодня часть уже сняла.. Завтра еще часть. – Ясно. Я могу тебе на карту сотку перекинуть.. или могу нал снять, зайду завтра в банк.. Как лучше? – Лучше наличкой.. Всё равно передавать буду в конверте.. Их беседу внезапно прервал завибрировавший телефон Макса, лежащий на столе. Звонила мама Оли. – Блять.. это мама.. Что теперь делать?.. – голос Максима мгновенно опустился до шёпота. Переведя испуганный взгляд с экрана на мужа, он с силой сжал вилку, а на щеках проступили красные пятна. – Эм.. Хочешь, давай я поговорю? Скажу, что ты в душе, например? Макс кивнул. – ..Кхм.. Алло?.. Валентина Ивановна, добрый вечер… Нормально.. Оля в душе сейчас… ага.. Да-да, всё хорошо. Как вы? .. Я понял… Да, собираемся… ага.. да.. я передам.. до свидания.. И вам спокойно ночи. Привет Матвею Фёдоровичу. Ага.. Семён нажал отбой и посмотрел на Макса, обхватившего себя руками. – Что она сказала?.. – Ну.. просила завтра перезвонить.. напомнила про выходные.. – Класс.. Повисло молчание. – Господи, Сём.. Что ж теперь делать-то?.. – А может рассказать всё как есть? С Наташкой же прокатило. – ..Пф.. Ты не сравнивай, Наташка – псих, помешанный на мистике, ты – геймер, знакомый с гендер-бендер.. А моя мать – параноик. Она живо накатает на тебя в полицию заяву, как только мы к ней заявимся, потому что первое, что ей придёт в голову – это то, что меня убили и закопали.. И сделал это никто иной, как ты сам, а новая я – твой подельник! И попробуй докажи обратное. – Блять.. Теперь и мне охота выпить.. Семён дотянулся до ящика и выудил початую бутылку кубинского рома семилетней выдержки. – Только колы нет.. – Мне сейчас и так нормально зайдёт.. Чистый ром Ольга обычно не пила. Слишком крепкий, слишком странный. От него всегда передёргивало. Но не сейчас. Они чокнулись в тишине и пригубили. Семён с интересом уставился на Макса и усмехнулся. – Странно.. – Что странно? – Раньше ты ром чистоганом не пила.. – Не поняла? – Ну.. В смысле без этих твоих.. "Фу, блин, как это можно пить?..", – Семён закусил улыбку и отвернулся, чувствуя странное дребезжащее чувство в груди. – Кхехе.. Может потому что тело изменилось? – Макс снова отхлебнул, – Потому что сейчас вроде ничего идёт.. А может это всё из-за нервов и мне просто пофигу что пить.. – Может.. *** Легли всё таки вместе. В тишине. Стараясь не касаться друг друга. Шум проезжающих редких автомобилей изредка наполнял опустевшую от звуков комнату. – Сём? – м? – А что будет, если я так и останусь.. ну.. парнем типа.. что нам делать тогда? – Не знаю.. Я думал, конечно над этим.. но пока идей никаких. – Я тоже.. Знаешь, мне так страшно.., – Макс сглотнул, – Можно я тебя обниму? Семёна прошиб пот от такого вопроса. Он заворочался. – ..Сём? Тебе неприятно, да? Сердце почему-то резко кольнуло от прозвучавшего вопроса. Будет ли мне действительно неприятно? Это ведь моя жена.. Просто её тело изменилось.. А тело ведь может измениться ещё и нет так. Может потолстеть.. Постареть.. Лишиться ноги.. Парализоваться.. Умереть.. Чёрт.. – Нет.. Давай лучше я тебя обниму?.. Поворачивайся на бок.. Макс послушно перевернулся и замер, его тело отчаянно ждало родных тёплых рук. Семён выдохнул и аккуратно накрыл плечи лежащего рядом парня своей рукой, сохраняя между телами расстояние в пару сантиметров. Да, это была не Олина тонкая шелковистая кожа, не её маленькое тело.. Но вздох, который послышался после.. Семён мог бы поклясться на чём угодно, что прозвучал он точь-в-точь как вздыхала его жена, когда заканчивался трудный день и они ложились спать. Когда она закрывала глаза и желала спокойной ночи. Когда она мерно начинала сопеть, а потом высовывала пятки из-под одеяла и переворачивалась к нему. Когда она обнимала его, прижимаясь носом к лопаткам и втягивала его запах. Когда ровное дыхание наполняло комнату и становилось удивительно тихо и спокойно.. Поток воспоминаний Семёна прервался мягким, чуть хриплым, стрельнувшим под рёбра через матрац и руку "Спокойной ночи.."