Омега с севера

Шото дышал очень тяжело, его глаза будто бы налились кровью. Кацуки стоял рядом с ним, поглаживая его по спине. Он призывал Тодороки успокоиться и дышать глубже, но тому это совсем не помогало. Изуку всё ещё сидел на полу, в шоке глядя на этих двоих. Ему очень хотелось расплакаться, но он усердно себя сдерживал. Нет, здесь его слёзы никто не оценит. Шото продолжал злиться, его ноздри расширялись на каждом вздохе, а ладони были сжаты в кулаки до побелевших костяшек. Мидория, весь перепугавшись, отполз от него подальше, покусывая губы. Где-то сознанием он понимал, что нужно встать и отойти от этого неконтролирующего себя животного, но страх парализовывал. Он смотрел на альф во все глаза, сердце бешено стучало. «Да что с ним не так? – думал в шоке омега. – Он… не в своем уме? Или что? Его так оскорбило то, что я называю их варварами? Но это же правда! Они необразованные и грубые! И на людей бросаются!» - Эй, бесполезный, - Бакугоу одернул его, - свали отсюда куда-нибудь! – недовольно рыкнул блондин. Изуку испуганно подскочил, кивая головой, и быстренько выбежал на улицу. Почему-то до этого это простое действие не приходило ему в голову. Омега быстрыми шагами направился прочь от палатки, стараясь не волноваться. «И с этими людьми я должен жить? Да они же ненормальные! Я ведь наверняка ещё много чего не так сделаю, этот поганый Шото убьет меня!» - Мидория огляделся по сторонам, решив, что ему не стоит сильно много вниманию этому уделять. А то так и с ума от тревоги и догадок сойти не долго. Он заинтересованно уставился на окружающих, каждый действительно был чем-то занят. Люди обустраивали палатки, варили что-то в котелках на кострах, обтачивали мечи и копья, шили одежду и обувь. Изуку замер около большого камня, с любопытством глядя на какого-то омегу. Тот был намного выше, крупнее и явно сильнее самого Мидории, но почему-то не выглядел опасным. У него были странные красные волосы и интересные раскосые глаза. Мидория и не подумал бы никогда, что перед ним омега, если бы не запах. Нежный, очень приятный аромат каких-то ягод. Омега обтачивал небольшой, но достаточно длинный кинжал, пустым взглядом смотря в пустоту. Кажется, он был погружен в свои мысли, так что Изуку не решился его беспокоить. «Мне бы стоило хоть с кем-то познакомиться здесь. Кацуки и Шото слишком… слишком странные и ужасные! Я не готов морально к ним с какими-либо вопросами подходить. Они сами себе на уме. Мало ли, убьют меня ещё невзначай!» Мидория помялся несколько секунд, а после заметил неподалеку дерущихся… кого-то. В первый момент он подумал, что это альфы так развлекаются, но нет, там были и беты, и омеги. «Фу, здесь по телосложению никак не определишь пол! И запах может и обманывать!» - недовольно подумал он. Взгляд того красноволосого омеги был направлен на одну из альф. Красивая… девушка, ничего не скажешь, хотя, как и все, слишком уж сильная, пугающая. Густые розовые волосы, кругловатые звериные глаза. Самого Изуку такие люди всегда пугали, но по восхищенному взгляду он понял, что этому омеге та альфа… нравится. «Интересно, что в этом племени принято делать, чтобы кому-то понравиться? Сомневаюсь, что здешние альфы… сильно романтичны. И омеги… такие странные. Да как они живут вообще!» - Ай! – неожиданно кто-то врезался в него со всей дури. Мидория еле удержался на ногах. Он испуганно обернулся, боясь, что это кто-то из его опять чем-то недовольных супругов, но это оказался просто… по всей видимости, ребенок. Маленькая девочка, лет пяти на вид. Хотя учитывая здешнюю рослость, ей может быть и около трех. Малышка зависла, с удивлением разглядывая Изуку. Тот тоже с интересом на неё смотрел. Раньше детей с юга он не видел. «Какой хорошенький карапуз, - подумал он глупо и вздохнул. – Большая, правда… и как таких только рожают? Если я вдруг забеременею, у меня ребенок тоже таким крупным будет? Бр-р-р!» - Ой, доча, иди сюда! – послышался позади них добрый голос. Девочка постояла ещё несколько секунд, а затем оббежала Мидорию кругом, устремляясь дальше. Изуку с интересом проследил за ней взглядом, с удивлением обнаруживая, что папа этой малышки как раз тот самый омега. «Ой, так… у него ребенок! Как же тогда… - Мидория задумался, искренне не понимая, как после родов можно находится в такой физической форме. – И сколько ему лет? Не выглядит сильно взрослым…» - Эм… - он подошел ближе, решив не тратить время за зря и познакомиться, - это… ваш ребенок? – неловко спросил он. Омега поднял на него глаза, скептически оглядывая. Изуку стало жутко не по себе, он почему-то подумал, что сейчас его будут стыдить за его внешний вид. «Их племя и другие буквально десятилетиями устраивали набеги на империю, и теперь, как они будут относиться ко мне, человеку из империи? К тому же, мой странный внешний вид, одежда…» - Да, - омега улыбнулся, вроде как даже не выглядя настороженным или недовольным. – А ты… - он неуверенно пожал плечами, - кто? - Э… - Мидория растерялся, обычно так в лоб его никто ни о чем не спрашивал. «У них это считается нормальным? – подумал он. – Разве это не невежливо спрашивать напрямую?», - я… Изуку, - улыбнулся он. Омега кивнул. - Ты… виновник вчерашнего торжества, правильно? - Э… да-да, я, - Мидория неловко пожал плечами, чувствуя себя очень неуверенно. Обычно, говоря с омегами, он ни о чем не волновался. Было легко и спокойно, словно он знает их долгое время. Ведь омеги… они такие омеги! Добрые, спокойные, их амбиции никогда не убивают желания и чувства других людей. Но сейчас здесь… Здешние омеги другие. Они сильные, их запахи довольно остры, а взгляды хитры. Такие же демоны, как и альфы! - Ум-м-м, ясно-ясно. Тебя… вчера я не заметил… - Э… ну да, я сильно не светился… - Я, кстати, Эйджиро, - представился омега, странно на него посмотрев. Похоже, он ожидал вопроса на счет своего имени, но для Мидории было не привычным такое спрашивать. - П-приятно познакомиться, - Изуку присел рядом с ним на большой камень. Дочка, что сидела у папы на руках, тут же переключила на него своё внимание, с интересом разглядывая. - Ты выглядишь грустным. Супружеская жизнь уже разочаровала? – весело спросил Эйджиро. Мидория неловко дернулся, пожав плечами. - Э… просто… - он качнул головой, - а как зовут твою дочь? - Ты не ответил на мой вопрос, - нахмурившись, заметил омега. Изуку передернуло, он поморщился. «Разве не очевидно, что я просто не хочу отвечать на вопрос? У них есть хоть какое-то понятие о вежливости и тактичности?!» - Э… всё в порядке, просто… - Мидория пожал плечами, - я… не знаю, как буду здесь жить, - честно признал он. Эйджиро на его слова страшно удивился. - Да прекрасно ты будешь здесь жить! Счастливо и свободно! - Ммм… что-то я в этом не уверен. - Почему? - М… - Изуку пожал плечами, - разница культур. Я не совсем понимаю, как вы живете здесь. - Я же говорю. Счастливо и свободно! Отбрось всякие предрассудки и тебе понравится, - заверил его Эйджиро, поднимаясь. – Дочу зовут Ила, - добавил он. Мидория разочарованно на него посмотрел. «Как-то не очень у нас общение идет…» - Постой, а можно… совет, - неловко попросил он, решив, что терять всё равно нечего. Эйджиро обернулся, радостно улыбаясь. Он вовсе не выглядел удивленным от такой просьбы. «Похоже люди здесь… более радушные и отзывчивые, чем у меня дома. Они… такие открытые! Хоть что-то хорошее…» - Конечно. У тебя проблемы какие, что ли? Или хочешь погадать? - Погадать? – Изуку удивленно приподнял брови. – В смысле, погадать? - Ну… у нас тут гадалка есть, - пожал плечами Эйджиро. – Вон смотри, - он махнул рукой, - там в белой палатке на краю она живет. Тебе, как гостю, за просто так погадает. - О… - Мидория кивнул, показывая, что он принимает услышанное к сведению, - спасибо, но нет, у меня просто вопрос. Дело в том, что… отношения с… Шото… у меня… не очень вяжутся… - Изуку закусил губу, неуверенно пожав плечами. Эйджиро прищурился, соображая, а после вдруг переменился в лице, расстроенно покачав головой. - Я не хочу… тебя расстраивать зазря, но с этим альфой отношения ни у кого не вяжутся. - Да? – Мидория приподнял брови, чуть не хлопнув его ладонью по лбу. «Это всё объясняет! Он просто грубиян, не умеющий общаться с людьми!» - Ага… - Эйджиро грустно вздохнул, - а к омегам у него вообще немного странное отношение. - Какое? То есть, в чем это выраженно? – заинтересованно спросил Изуку. - Ну… - омега качнул головой, - не знаю даже. Он… как-то обходит нас стороной, вот. - Угу… - И… скажу тебе по секрету, всех северных он не очень-то и жалует, - признал Эйджиро. - Ох… - Мидорию передернуло, он поморщился. «Я варваров тоже не очень-то и жалую!» - Но ты всегда можешь заслужить его уважение! – радостно сказал красноволосый. Изуку удивленно приподнял брови, ожидая пояснений. Но и через секунд десять давать их никто не собирался, поэтому он всё же спросил: - И как? - Ясное дело, как, - засмеялся Эйджиро. – Вызови его на поединок. Победишь – уважать тебя будут. И не только Шото, но и все, кого он побеждал раньше. - Что? – Мидория нервно хихикнул, - это… такая шутка? – спросил он. - Нет. - Но… - Изуку демонстративно прокрутился пару раз вокруг своей оси, - разве я могу победить кого-то? Тем более, кого-то… сильного, - он поморщился. Эйджиро скептически его осмотрел, а после тихо спросил: - Ты болен чем-то, да? – его голос показался очень сочувствующим. Мидория нахмурился, оскорбившись. «И почему все думают, что я чем-то болен?!» - Нет! - Тогда… я не понимаю. - И чего же? – строго спросил Изуку, обиженно скрестив руки на груди. - Почему ты выглядишь так! Ни мышц, ни жира. Что с тобой? У тебя дома… не было еды?! – в страхе предположил Эйджиро. - Нет! Я из очень богатой семьи! – обиженно воскликнул Мидория. - Хм… тогда подержи-ка, - Эйджиро протянул ему Илу, призывая взять её на руки. Изуку растерялся, но всё же приобнял девочку, облакачивая к себе на грудь. Так была очень крепенькой и рослой, так что он долго не продержался, опуская её на ноги. - Ух, тяжелая! – воскликнул он, выдыхая. Но отвязаться от малышки так просто не получилось. Ила схватила его за верх кимоно, с интересом ощупывая мягкую ткань. Здесь такую не делали. - Пф, - Эйджиро усмехнулся, - богатые, говоришь? А чего ж тебя так мало кормили? Даже ребенка на руках держать не можешь! - У нас, - Мидория медленно вздохнул, пытаясь не злиться и не портить отношения ещё с кем-то, - не принято, чтобы аристократы сами нянчили детей и уж тем более, носили их на руках. - А кто ж тогда этим заниматься будет? - Слуги! - Пф! – Эйджиро вновь весело засмеялся, - у нас тут слуг нет. - А ещё считается, что, если ребенок уже умеет стоять на своих двоих, то брать его на руки смысла нет, - добавил неохотно Изуку. Эйджиро смотрел на него несколько секунд в упор, а после весело рассмеялся. - Теперь я понимаю, почему у тебя с Шото отношения не заладились. У него и так наверняка были предубеждения на счет тебя, так ты ещё и точно наплел ему всей такой нелепицы! Мидория промолчал, ему стало противно. Дома никто не позволял себе говорить так с ним. Никто! Слуги всегда были вежливы и почтительны, родня и друзья просто тактичными. Здешние люди чувства такта очевидно не имеют. «Ах, как я хочу домой! А это ведь только первый день!» - Не надо смеяться, - сухо сказал он. Эйджиро удивленно на него посмотрел. - Будешь указывать мне, что делать? – беззлобно, даже добродушно спросил он. - Э… хм, - Мидория прищурился, понимая, что его слово здесь уже не имеет такой власти. - Если хочешь указывать мне моё место, то давай сразимся. Кто выиграет, тот и прав, - предложил уже довольно серьезно Эйджиро. Изуку опешил, отшатнувшись. «И это считается нормальным у них?! Решить всё посредством силы! И разве есть у меня шанс хоть кого-то победить? Вряд ли они дерутся на мечах, это слишком опасно. Поэтому мои навыки фехтования здесь не пригодятся… да и я в любом случае очень плох в этом». - Нет, - Мидория чуть пристыженно отказался. – Скажи, а разве… Шото и Кацуки не главные здесь? – спросил он, прищурившись. «Раз главари, значит, их слово должно быть одним из самых весомых!» - Ну… - Эйджиро неопределенно качнул головой, - в какой-то степени… да. А что? Хочешь бросить вызов сразу им? Охо-охо, не советую. Чисто сердечно, не советую. Шото просто такое очень не любит, а Кацуки очень… злым становится, поединки его раззадоривают и заводят. Только семерым из ныне живущих удалось уложить его на лопатки. - Ох, да нет, - Изуку махнул рукой, - куда уж мне. Просто… раз они уважаемые люди, то… разве хоть частичка этого уважения не должна относиться ко мне? – спросил он, уже ни в чем не уверенный. Эйджиро в недоумении нахмурился. - Нет, - уверенно заявил он. – С чего бы вдруг? - Ну… мы ведь женаты, - негромко признал Мидория. «Это же логично. Теперь мы… семья. Почему все ко мне так снисходительно относятся? Разве это не будет неуважением к ним, если меня будут мешать с грязью?» - подумал он, считая свои размышления весьма логичными. У него на родине только так и принято. - И что? – Эйджиро усмехнулся. – Не знаю, как у вас там, но у нас здесь всё по справедливости. Сколько ты заслуживаешь, столько тебе и дается. Уважение должны к тебе лично проявлять, а не к кому-то другому, - фыркнул он. – Если тебе интересно, у нас и детей главарей со всеми равняют. - Ух, фу! – Изуку возмущенно отскочил. «И это разве нормально? Всё, с меня довольно! Хочу домой!» Мимо них на всех парах промчался какой-то бета, неся за пазухой ещё живую и громко орущую свинью. Мидория на это скривился, но сам парниша весело смеялся, а все окружающие ему потакали. «Какое варварское и грязное место! Я хочу принять ванну у себя дома! А не вот это вот! Интересно… - омега задумался, нахмурившись, - а где они тут моются?» - но почему-то об этом спрашивать он постеснялся. Он стоял в раздумьях какое-то время, не замечая ничего вокруг. Люди сновали туда-сюда, все чем-то занятые. Эйджиро также куда-то ушел. Шото тем временем всё ещё не мог успокоиться. Бакугоу пытался его усмирить, но это совсем не помогало. - Ну же, всё в порядке. Не думай о нем, - призывал его к благоразумию Кацуки. Тодороки тряс головой, кусая от злости губы. - Не могу! – он тихо порыкивал, - не могу, понимаешь?! Он бесит меня, бесит! До дрожи во всем теле! - Я вижу, - Бакугоу устало вздохнул, поглаживая его по спине, - он… тебе о… том напоминает? – осторожно спросил он. Шото отозвался не сразу. Он сидел задумчиво, глядя в одну точку, а после всё же кивнул. - Да… - он поморщился, в голове всплыли жуткие картинки, отголоски прошлого зазвучали в голове. - Тебя… всё ещё терзает это? – спросил Кацуки, положив свою голову альфе на плечо. - Да, - тихо отозвался Тодороки. - И что ты предлагаешь мне сделать? - Не знаю! Я понимаю, моя злость на него… слишком не обоснована, но… Кацуки, я с собой ничего поделать не могу. - Понимаю, - Бакугоу вздохнул. – Ладно, сегодня же выгоним его в какую-нибудь другую палатку и всё. Вы не будете встречаться, ты сможешь просто забыть о нём. - Ага, конечно, - Шото закатил глаза, - это адекватно только в идее. В реале мы будем постоянно с ним пересекаться. К тому же… мы женаты, это как-то несерьезно. - Хорошо! – Кацуки вскинулся, поднявшись. Он, конечно, может быть заботливым и тихим, но у его терпения очень легко заявляющий о себе предел. – Хорошо, что ты тогда предлагаешь? – спросил он, тыкнув в Тодороки пальцем. Тот сдавленно рассмеялся. - Спасибо, - он улыбнулся, - что заботишься обо мне. Но… это не так уж и страшно, справлюсь, - выдавил из себя Шото, скрипнув зубами. Бакугоу озлобленно на него нарычал. - Справится он, ага, конечно, - он схватил возлюбленного за плечи, заглядывая ему строго в глаза, - опять строишь из себя невесть кого? - Прости. Просто… тебе не стоит забывать, что ради мира, Кацуки, был заключен весь этот брак. Но… основная идея-то не в браке. А в… - альфы переглянулись, поморщившись. Бакугоу скривился и забрался к Тодороки на колени, устало закрыв глаза. - Он… ребенка должен родить, - тихо сказал блондин. Шото вымученно кивнул. - А, значит, кто-то… должен его обрюхатить, - так же тихо отозвался он, посмотрев в любимые рубиновые глаза. – Кто-то из нас. - Ой, сам знаю, - Кацуки закатил глаза, устроив свой подбородок у Тодороки на плече, - не сыпь соль на рану. - Не хочу делать тебе больно, конечно, но… лучше этот вопрос решить прямо сейчас. - Ха-ха, - Бакугоу наигранно усмехнулся, - и что ты от меня ждешь? Что я решу, кто из нас с ним переспит? Шото рассмеялся, вдруг обняв его и начав медленно забираться пальцами под рубаху. - Можно с ним и не спать, - пожал он плечами. - А как же тогда? Дождаться, как потечет, а после… затолкать в него… семя пальцами, что ли? – прищурившись, спросил Кацуки. Тодороки вновь засмеялся. - Вроде того, - он улыбнулся, поцеловав блондина в шею. – Не хочу, чтобы ты с ним спал, - тихо прошипел Шото. - Пф, пытаешься быть ревнивым? – разозлился Бакугоу, - или показываешь так свою доминантность? – спросил он, вдруг накинувшись на Тодороки и опрокинув его спиной на кровать. Последний засмеялся, а Кацуки агрессивно начал его раздевать, рыча. Его глаза налились похотью и начали казаться ещё ярче и краснее, чем раньше. Шото смеялся некоторое время, а после нахмурился, пытаясь остановить блондина. Они начали шуточно драться, катаясь по кровати. - И зачем нашему браку кто-то ещё? – спросил он, забравшись на Бакугоу сверху. Тот качнул тазом, призывая Тодороки что-нибудь сделать. Тот только глаза закатил. - Даже не думай возбуждать меня сейчас, - строго наказал он. - Ну, - Кацуки усмехнулся, облизывая губы, - лучше не разговаривай, а двигай бедрами. - Сам заткнись и не указывай мне, что делать, - фыркнул недовольно Шото. Любой бы обиделся на такую грубость, но это норма их отношений. Так что Бакугоу лишь захихикал. - Мне очень нравится твоё тело, - гортанно сказал он. – Эти сильные руки, мускулатура, твердый живот, - говоря это, Бакугоу оглаживая указанные места пальцами. – Но… - Но? – Тодороки прищурился, - есть какое-то «но»? - Да! – Кацуки грустно вздохнул, - я не могу трахнуть тебя, - сказал он, засмеявшись. Шото усмехнулся, закатив глаза. - Прости уж, - вздохнул он. - Ладно-ладно, - Бакугоу сел, притянув его к себе и впиваясь с грубым поцелуем в губы. – Требуешь - соответствуй. А, как видишь, ты тоже не можешь меня трахнуть, - засмеялся он. Тодороки вновь закатил глаза. - Хочешь так с кем-то потрахаться, зови этого, бесполезного. - Веснушку твою, что ли? - Не мой он, - шикнул Шото. – Но да, его. Хоть какой-то прок от него будет, - сказал он. Бакугоу удивленно на него посмотрел, а после демонстративно цокнул языком. - Издеваешься? Меня только ты интересуешь, - улыбнулся он, вновь притягивая Тодороки к себе. – А этот бесполезный… вообще какой-то отсохший.