Судьба

— Может я ошиблась, — Даниэль пыталась отрицать происходящее, — может это был не он…. Да, просто какой-то другой Элайджа в костюме, пффф, да таких полно, — в ее голосе были слышны нотки истерики. — Даниэль, я не хочу тебя расстраивать, но и отрицать очевидное тоже не намерен, — Джош говорил спокойным, ровным голосом, чтобы еще больше не раздражать Даниэль. Она лишь бросила бешеный взгляд на парня и потопала к ближайшей скамейке, чтобы сесть, успокоится и немного прийти в себя. — Значит, он соврал, что мы не знакомы, — опершись головой на руки, которые стояли на коленях, она смотрела куда-то вдаль не отводя взгляда, в это время ее разум начал проясняться, — боже, боже, боже, я теперь вообще ничего не понимаю. Столько всего в голове, но собрать в одну единую кучу все не могу. — Давай так — ты никого не убила, никто кроме дорого костюма Элайджи не пострадали, поэтому тебе надо просто забыть эту ситуацию, точнее попытаться, — Джош сидел рядом, не покидая девушку и никуда не торопя ее. — Не помогает, я все еще ощущаю жуткое чувство стыда за то, что сделала и это никогда не пройдет, — после этих слов Даниэль запустила свои пальцы в волосы, массажирую пульсирующую голову, — как я должна теперь смотреть ему в глаза после этого? Вдруг он снова придет в бар? И это снова будет моя смена… — И что будет? — Я не смогу смотреть на него как сегодня, я даже находится рядом с ним не смогу, понимаешь? — в ответ она получила неловкий кивок головой от Джоша, который означал «нет», после чего Даниэль тяжело вздохнула и продолжила, — у меня было это раньше еще в моем родном городе, и знаю я, как это ощущается. При одном только его появлении, да даже при одном его упоминании меня будет охватывать внутренний жар, ладошки превратятся в лягушачьи лапки, сердце будет колотиться со скоростью пули, а мозг придет в оцепенение.       Казалось, Даниэль и сейчас испытывает похожее состояние, но она продолжала говорить. — И я не знаю, как с этим справится. Это останется навсегда где-то в подкорке моего разума, который иногда будет вспоминать этот момент. Думаешь, я все же просто так решила переехать? — поджав губы, она мотнула головой, — я не смогла пережить то, что со мной произошло дома, может для многих это и показалось пустяком, но я больше не переносила находиться в этом месте. А сейчас происходит почти то же самое, конечно в меньших масштабах, но все же. — А теперь, я хочу поговорить с тобой серьезно, насколько это бы не казалось невежливым с мой стороны, — Джош дал Даниэль выговориться и настал момент, когда он хотел помочь ей с этим справится или хотя бы попробовать это сделать, — Даниэль, ты же знаешь, что все люди не святые? — К чему ты хотел это сказать? — Понимаешь, ты делаешь свои постыдные поступки какой-то трагедий вселенского масштаба. Они практически превращаются в твои бесконечные пытки, судя по твоим рассказам. Мы — люди, которые совершаем человеческие поступки и учимся на них же, если они оказываются провальными. Не делаем их своими ночными демонами, а делаем выводы, из которых в дальнейшем и складывается наша личность.       Девушка не хотела возражать и прерывать Джоша, который как будто вжился в роль какого-то психолога или телепата и загипнотизировал Даниэль. — Если ты и дальше будешь воспринимать похожие ситуации так близко к сердцу, то можешь просто закрыться дома и никуда не выходить и никогда не с кем не общаться. Но есть и другой выход — с легкостью отпускать все, помнить, что ты не первая и не последняя. Какие-то ситуации даже можно исправить. Понимаешь? Ты не умерла и никто не умер, поэтому все можно исправить. Чувствуешь стыд за то, что сделала тогда в баре? Посмотри этому стыду в глаза. Да-да, я именно про Элайджу. Если увидишь его в следующий раз, попробуй просто поговорить о том, что произошло в ту ночь или будешь всегда испытывать те ощущение, которые ты описала. Только не забывай, что нервная система у тебя одна и когда-нибудь ты можешь довести ее, а следом за ней пострадает и весь твой организм, — монолог Джоша прервался, чтобы дать Даниэль вставить свою реплику, но она лишь просто смотрела на него вдумчивым взглядом, — скажи хоть что-нибудь, а то меня пугает это молчание. — Если я начну хоть что-то сейчас говорить — я расплачусь, — из нее вырвалась улыбка и нервный смешок, — видишь, еще одна защитная реакция — смех. Когда я так откровенно разговариваю с кем-то о себе и своих чувствах — мои эмоции не могут себя сдерживать, — она договорила, когда глаза уже начали заливаться водой. — Я понимаю. Если хочешь, можешь говорить через слезы, все в порядке, — он потянулся к ней, чтобы обнять и прижать к себе, чтобы она почувствовала себя в безопасности. Прикосновения Джоша все еще отдавали какой-то импульс в тело Даниэль, похожий на электрический ток. Он молодого человека почему-то исходил холод, не естественный для человека, но она думала, что это все лишь ее глюки. И все же Даниэль приняла его предложение. И вот она уже полностью окутанная его руками лежит у него на груди и начинает чувствовать себя лучше. — Знаешь, у меня тоже были постыдные ситуации. Хочешь послушать? — по ее движению он понял ответ, — ну хорошо, сразу скажу, мне было тогда лет 5-6, может и меньше. В общем, по словам родителей, я очень любил надувные батуты для детей в парке развлечений и мог провести на них час, два, три, а может и больше. Они снимали меня оттуда насильно, да так, что у меня была истерика. Как-то один раз, где-то на отдыхе я так не хотел прерывать свое удовольствие от прыжков на батуте, что даже физиологические потребности я отрицал, — он начал немного посмеиваться, чувствую, как девушка тоже начала хихикать, — да, я запомнил этот момент, когда уже в общественном туалете я стою и пытаюсь в раковине отстирать свои шорты и трусы, — после этого они обо начали смеяться во все горло, — я смутно помню, как все произошло, но это в моей памяти хорошо отпечаталось. Видишь, такие ситуации стоит вспоминать с улыбкой на лице и не стеснятся их, некоторыми можно и поделиться с друзьями и близкими. — Джош, спасибо за все, что делаешь для меня, — Даниэль все же нашла в себе силы заговорить, она поднялась с его груди и смотрела ему в глаза, — я не понимаю только того, как мне удалось найти именно тебя, именно в том кафе, как вообще за такой короткий промежуток времени мы смогли так сдружиться и, что более интересно — как я смогла так тебе доверять. — Судьба? — Кто знает. Во многом я думаю, мы сами определяем свое будущее, но наша встреча это определенно что-то космическое или просто совпадение. — Но это определенно лучшее, что случалось за последнее время, — улыбки все еще не покидали их лица. — Нам определенно стоит уже идти домой, а то работу завтра никто не отменял, — поднимаясь со скамейки, Даниэль заметила, что по ветке дерева пробежало что-то вроде белки. Хоть они и были в парке, где эти зверки обычно водятся, но никогда прежде именно здесь их не видела. — Ты обдумаешь еще хорошенечко мои слова? — своим вопросом Джош прервал мысли Даниэль. — Конечно, но мне все равно будет нужно время перебороть все переживания в себе. — Я помогу, если надо, не переживай, — ведь помогая Даниэль, Джош как-никогда чувствует себя живым, больше похожим на человека, — так ты не расскажешь, что произошло там откуда ты приехала? — Потом, когда я буду к этому готова, — по ней видно, что это все еще открытая рана в ее сердце, — сначала разберемся с этим городом и с этими проблемами, а прошлое останется в прошлом. — Но его тоже надо принять, как ни крути. — Я сделаю это, обещаю, но позже. — Хорошо.

***

— Ей надо еще время, чтобы подготовится, Кушим, — женщина, лет 30-35, обращалась к той самой белке, которую видела Даниэль. Сама дама сидела неподалеку от девушки и молодого человека, но так, чтобы она оставалась в не зоне их видимости.