a true selfless act always sparks another

Первый учебный день пока шел для Драко неплохо. Историю магии он благополучно продремал, а добавившиеся в школьную программу Древние руны оказались крайне полезным предметом. Профессор Бабблинг, к его восторгу, доступно и со знанием дела объясняла материал, до её преподавательских методов он при всём желании не смог докопаться. Урок пролетел как один миг. Драко не терпелось поделиться впечатлениями с друзьями, с которыми после обеда у них было сдвоенное занятие по Уходу за магическими существами. Только вот его вёл Хагрид, а с ним, что называется, была проблема. Нет, он не имел ничего против лесничего, в частности после того, как в начале прошлого лета буквально вынужден был гонять с ним чаи под присмотром гриффиндорской троицы. Пришлось вновь оперативно подстраиваться под мнение коллектива и менять своё отношение если не на положительное, то хотя бы на нейтральное. Хагрид и правда оказался не так туп, как ему внушали, но имел трудности с выражением мыслей вслух, и мальчик не знал, насколько это будет перевешивать собственно передачу знаний и опыта. Что ж, есть только один способ узнать. Он неспешной трусцой спускался по ступенькам через луг к знакомой хижине, как вдруг сзади кто-то дернул его за лямку сумки. — Драко! — тяжело дыша, притормозила его Грейнджер. — Еле догнала. — О, ты-то мне и нужна, — воодушевился слизеринец. — У нас были просто охрененные уроки! Ты ведь еще не была на Древних рунах? Тебе точно понравится! — Что? А, да, руны, — опешила Гермиона, у которой, видимо, что-то иное было на уме. — Погоди, руны? Ты же хотел брать Прорицания? — Отец мне запретил. Сказал, я и так от рук отбился, а Прорицания — полная галиматья. Заставил выбирать между нумерологией и рунами, ну и вот я здесь. Чему, кстати, рад. — Скажи это Гарри с Роном! — взмахнула руками девчушка. — Может перезапишутся, пока не поздно! По поводу Прорицаний согласна — сплошное шарлатанство. Не буду больше туда ходить. Даже профессор Макгонагалл нам сейчас на уроке намекнула, что Трелони, мягко говоря, профнепригодна. Столько было негодования в ее тоне, что Драко присвистнул, удивленно отметив, что подруга впервые открыто критикует учителя, хотя обычно всех боготворила. Значит, там действительно всё настолько плачевно. — Эх, а вот знал бы отец, кто будет преподавать УЗМС, список предметов на выбор для меня бы еще сильнее сократился. — Про это я и хотела поговорить! — вспомнила Гермиона. — Драко, ты ведь не будешь срывать урок? — С чего бы? — Малфой попытался скрыть, что его задела данная постановка вопроса. — Ну… — Нет уж, отвечай, Грейнджер. — Ну, просто… это первый урок Хагрида, и он наверняка разволнуется и где-нибудь ошибётся и что-нибудь забудет, да еще и ваши будут с нашими, а это вообще полная катастрофа, если вспомнить зельеварение! — скороговоркой зарядила Гермиона. — «Ваши с нашими»? — губы Драко сжались в тонкую полоску. Что-то внутри похолодело, и вспомнились слова отца, которые он поспешно отогнал, хотя, надо признать, думал о них частенько. Девочка в отчаянном жесте заломила руки, жалея о сказанном, и выглядела при этом так несчастно, что пришлось всё спустить на тормозах. Видно было, что она ничего такого не имела в виду. — Извини! — искренне выпалила она, взяв его под руку и на мгновение прижав к себе, пока они вместе продолжили спуск. — Просто я так переживаю, как всё пройдет! Не меньше, а может даже больше Хагрида! И я знаю, как ты педантично относишься к качеству занятий. Поэтому на всякий случай попросила. — Успокойся, я не собираюсь ему палки в колеса вставлять, — разуверил Драко. — Хотя за остальных «наших» не ручаюсь. Паркинсон с Ноттом вчера за ужином очень долго не затыкались по поводу его назначения. Ужаснувшись грядущей перспективе цапаться со слизеринцами, Гермиона со вздохом призналась, что просто не хочет расстраивать Хагрида. Мол, от первого урока решающим образом зависит самооценка преподавателя, а если кто-то что-то вякнет, весь энтузиазм лесничего завянет на корню. Пожав плечами, Драко согласился и далее выслушивал уже её впечатления от нумерологии, которую подруга без тени сомнения окрестила лучшим предметом в Хогвартсе. — Так погоди, — перебил он, когда до хижины оставалось всего-ничего, — разве у нас всех не по два урока должно было быть с утра? — П-по два, — запнулась Гермиона. — Так как ты побывала на прорицаниях, нумерологии и трансфигурации одновременно? Или я чего-то не понимаю? К его удивлению, Гермиона зарделась и машинально начала перебирать висевшую на шее золотую цепочку. — Просто, как я сказала, — взяв себя в руки, продолжила она, — прорицания мне настолько не понравились, что я ушла до конца урока и… — …и пошла на нумерологию. Логично. Слизеринец одарил ее красноречивым взглядом, в котором читалось «не пытайся обмануть обманщика», на что Гермиона закусила губу, но оправдываться больше не стала. Он свёл брови. Что-то было не так. Позади них со стороны замка небольшими группками стекались остальные ученики, воздух буквально вибрировал от нервного возбуждения — всем хотелось выяснить, что за урок подготовил для них новоиспеченный преподаватель, а тем, кто в зеленых мантиях, в придачу — на какой минуте он опозорится. Достав из сумки яблоко и впившись в него зубами, Драко стал ждать начала. Вскоре к ним присоединились Гарри с Роном, с которыми Гермиона почему-то держалась неприветливо, будто бы они ранее поссорились. Из хижины учеников вышел поприветствовать Хагрид, на лице — взбудораженность и нетерпение поскорее приступить. Он стоял в своей кротовой шубе, сзади трусливо жался Клык. — Скорее идёмте! — закричал он, когда все до последнего собрались на месте. — Какой урок я для вас приготовил! Сейчас увидите. Все за мной, вперёд! Он повел их вдоль лесной опушки, где в тени массивных деревьев расположился просторный пустой загон. Подойдя к нему, Хагрид попросил всех открыть учебники. Драко с сомнением уставился на «Чудовищную книгу о чудищах», которая выглядела так, будто место ей в запретной секции, а не в руках третьекурсников. — И как нам это сделать? — он помахал уродливым фолиантом, имевшим привычку кидаться на всё живое в радиусе нескольких метров. Единственное, что сдерживало кусачий том, это ремешок на застёжке. Изначально у слизеринца было подозрение, что это поставщики что-то напутали, случайно направив партию, предназначавшуюся для чернокнижной лавки, в «Флориш и Блоттс», а школа просто приняла это как должное. Но теперь он уже не был уверен. По прошлому году можно было сделать вывод, что учебники подбирал каждый профессор лично под свои нужды, иначе бы они не занимались по бульварному чтиву Локхарта. Вот и лесничий, видимо, заказал книги, руководствуясь своим весьма дрянным вкусом. — Что? — переспросил Хагрид. — Как открыть учебник, чтоб пальцы не оттяпало? — тяжело вздохнул Драко, слыша за спиной смешки одногруппников, которые, похоже, сделали вывод, что он решил подрывать авторитет учителя. Гермиона строила ему огромные глаза, Драко ответил тем же. Ни черта он не подрывает! Заданный вопрос был вполне себе насущным. — Э… ну кто-нибудь может открыть? Бедный Хагрид. Ему почти хотелось посочувствовать. Малфой, как и все остальные, отрицательно замотали головой. — Я думал, это просто. Нужно всего лишь погладить книгу по корешку. Ловким движением лесничий продемонстрировал, как это делается, пока Драко в свою очередь крепко задумался. Неужели министерству так сложно было организовать стандартизированный набор безопасных учебников с чёткой программой? Да уж, губу-то он раскатал… — Просто погладить! — вполголоса шептала подружкам Миллисент. — Если бы мои родители знали, какой опасности я буду подвергаться на уроках, давно бы вмешались. — И как мы должны были догадаться? — вторила Пэнси. — Учитель поумнее озаботился бы элементарный инструктаж провести. Ах да, я забываю, перед кем стою. Он поди и читать не умеет. Слизеринцы захихикали. — Знаешь, никто не расстроится, если ты поменяешь предмет, — не сдержался Драко. — И лишусь удовольствия раздражать тебя, Малфой? Не дождешься. — А ведь точно… — притворно спохватился Драко. — Наверное, иных вариантов у тебя и нет. Не на нумерологию же идти, да? Твой скудный мозг явно не потянет. — Не скуднее, чем у твоих дружков. Любишь же ты в компанию себе всяких олухов понабирать, — Пэнси многозначительно покосилась на Крэбба с Гойлом, который, впрочем, ничего и не поняли. — Сначала эти, теперь Поттер с Уизли. Ц-ц-ц, занижаешь стандарты. Но я тебя понимаю. Найти кого-то тупее себя, чтобы на их фоне выглядеть хорошо… это ведь жутко сложно, да? Особенно когда сам умом не блещешь. — Уже нашел и смотрю на неё, Пэнс. — Фи! Как грубо и неоригинально. Прямо на твой уровень интеллекта и тянет. — Да пошла ты. — Что и требовалось доказать, — Пэнси открыла рот, чтобы сказать что-то еще, но вдруг тихо пискнула, уставившись на что-то за спиной Малфоя. — Ой-ой… Резко обернувшись, Драко узрел самых занятных зверюг, каких видел в своей жизни. Он сразу понял, кто перед ним, распознав гиппогрифов по схематичным наброскам из книги одного известного магозоолога, которую откопал летом в коттедже. Она содержала просто потрясающее собрание разнообразных волшебных существ, к тому же чтение давало повод затаиться где-нибудь в углу и не пересекаться лишний раз с отцом. Драко, по правде говоря, считал, что они и будут заниматься по тому изданию, но принесенный со школьной совой список учебников сообщал обратное. Неуверенно начав ознакомительную лекцию про крылатых созданий, Хагрид минута за минутой стал потихоньку набирать обороты. В целом, Драко оказался прав — не стоило судить книгу по обложке. Во всех смыслах. Когда дело касалось всяких монстров, лесничий все-таки был в своей стихии. Проблема в том, что изъяснялся косноязычно и в словах путался, из-за чего концентрация слизеринцев стремительно рассеивалась. Если бы их не поставили в пару к Гриффиндору, так вообще бы довели они здоровяка. Те хоть внимали и поддерживали, а среди своих Драко только и слышал, что шепот и смешки. — Никто не хочет поближе познакомиться? — стоически игнорируя дурное поведение половины класса, предложил Хагрид. Рвения никто не проявил, некоторые вообще отступили назад, боясь, что их силком заставят. У загона остались только Гарри и Рон. Плюнув на субординацию, Драко решил присоединиться к ним. Хоть поближе на тварей поглядит. — Я хочу, — сказал Поттер. — Ну, естественно хочешь, — заметил Драко, появляясь за спиной у ребят. — Ни дня без света софитов. — Ты, это, Малфой, не говори так, — не слишком уверенно упрекнул Хагрид. Да, он тоже, пока чаёвничали, не проникся новым дополнением к троице. Тёплыми чувствами, как гриффиндорцы не бились, между ними и не пахло. — Драко просто шутит, — не смутился Гарри. — Который год уже старый репертуар на нас обкатывает. Не медля ни секунды, мальчики синхронно показали друг другу средние пальцы, пока Рон выразительно закатывал глаза, а потом Гарри полез знакомиться с гиппогрифами. Все, затаив дыхание, наблюдали: Гриффиндор — с волнением, Слизерин — с кровожадностью, и только Драко, разделивший с Поттером достаточно напряженных ситуаций, посматривал лишь одним глазком, а сам облокотился об плечо Уизли и изучал оглавление по его экземпляру учебника. Выглядело всё многообещающе. Эх, вот знал бы он про корешок раньше… По опыту в таких книжках информация всегда была привлекательнее и дефицитнее. А еще ему захотелось выяснить, какие именно чары заставляют фолиант кусаться, и можно ли их наложить на что-то другое. На сундучок, например, или… шкатулку? Если да, Пэнси будет ждать незабываемый рождественский подарок. Это он гарантировал. За оградой тем временем началась какая-то суматоха. Гиппогриф, которого Хагрид звал Клювокрылом, издавал недовольный клёкот при приближении человека. Лесничий хотел было уже оттаскивать Поттера подальше, но зверюга вдруг смилостивилась и величественно поклонилась. Мальчик счастливо заулыбался, подходя вплотную и трогая изогнутый твёрдый клюв, гиппогриф ластился в ответ. — Молодчина, Гарри. Думаю, он тебя покатает!

***

Покатались все, кто хотел. Драко — следующим, т.к. не желал оставлять Поттера в лучах славы надолго, а после него, распробовав аттракцион, заинтересованно подтянулись и остальные. Остаток урока Драко провёл на земле, прислонившись к стволу дуба и лениво щурясь на веселящихся третьекурсников. Одну руку он закинул за голову, второй прижимал «Чудовищную книгу о чудищах», но читать не спешил, развлекаясь болтовней с устроившимся рядом Гарри. — Ну и как они тебе? — На метле удобнее. Прикинь, насколько бы опаснее стал квиддич, если бы все летали на гиппогрифах. — Чего мелочишься, — фыркнул Гарри, — давай уж сразу драконов представим. — Драконов Хагрид не притащит. Иначе, наш факультет точно взбрыкнёт, а родители завалят Дамблдора письмами, чтобы его турнули. — Кстати, — без обиняков перевел разговор Гарри, — ты летом так ничего и не ответил, что с отцом было. — Да ничего не было, Поттер, — нахмурился Драко, рассматривая ногти. — Он особняком держится, делает вид, что ничего не случилось, но и дальше формальностей не заходит. Я думал, будет хуже. — А мать? — В целом неплохо. Хотя бы разговаривает со мной. Она, если бы знала, что отец руку поднял, скандал бы закатила. Тот всегда за более классическое воспитание был. Теперь, видишь, я его слушаться перестал и попал в опалу. — Не жалеешь, что так вышло? — Забей. От общей толпы в их сторону отделилось две фигуры. Растрёпанная Гермиона, повиснув на локте у Рона, о чем-то бурно разглагольствовала, а Рыжий пришибленно улыбался. — Больше никогда не буду летать! — объявила Грейнджер, плюхаясь рядом с Драко, хотя судя по румянцу на щеках и дурацкой ухмылке, удовольствие от обзорной экскурсии над лесом она получила сполна. Солнечный блик от выбившегося из-под формы кулона на мгновение ослепил слизеринца. — А по-моему было круто, — Рон уселся на траву по-турецки. — Только ты так меня обхватила, я едва вздохнуть мог нормально. — Потому что свалиться боялась, Рональд! — Гермиона откинула со лба спутавшиеся от ветра волосы. — Вы вместе что ли летали? — оживился Гарри. — Ну да, ей хотелось попробовать, но одной было страшновато. — И правильно, техники безопасности же никакой нет, — беззаботно сказал Драко. — Упадешь так упадешь. А Хагриду мастерства не хватит сломанный позвоночник вылечить. — Да ну тебя! Вечно недовольный! — шутливо шлёпнув его по плечу, Гермиона мечтательно воззрилась на небо, что дало Драко шанс получше рассмотреть кулон у нее на шее. Побрякушка была в виде миниатюрных песочных часов, тонкая и изящная, а золотистые песчинки, нежно искрясь, испускали едва заметное сияние. Любопытная вещица. — Подарили или купила? — спросил Драко, поддев пальцем длинную цепочку. — Не трогай! — к его удивлению, подруга отпрянула и стала судорожно запихивать украшение под мантию. Заметив, какими глазами на неё все уставились, Гермиона попыталась придумать мало-мальски правдоподобное оправдание, но в голове было предательски пусто. — Это… от бабушки! Семейная реликвия, — нашлась она. Слишком поздно нашлась. — А мы же все знаем, что мне свойственно ломать семейные реликвии. — Она очень старая. — Бабушка? — Реликвия… — покраснела Гермиона. — Ладно-ладно, не больно-то и хотелось, — притворившись, что его чувства глубоко задеты, Драко отвернулся, чтобы скрыть сверкнувшее во взгляде любопытство. Что же… Грейнджер только что сама себе вырыла могилу. И дураку ясно, что этот переливающийся мягким золотым свечением кулон имел магическое происхождение. Так что либо бабка от неё что-то скрывала, либо девчонка врала. Да еще и не очень искусно. И, к слову сказать, не первый раз за этот день! Вот только один вопрос: зачем?

***

Посидеть одной компанией отчаянно не удавалось. В этом году преподаватели, будто сговорившись, стали задавать ощутимо больше домашней работы, и Драко света белого не видел, просиживая вечера за конспектами. Изредка друзья пересекались в библиотеке, но даже тогда были слишком заняты, чтобы просто беззаботно поболтать. Понятное дело, чем старше они становились, тем больше информации нужно было усваивать, но жить-то тоже когда-нибудь да надо. А ведь скоро должны были начаться еще и тренировки! Зельеварения он ждал в предвкушении — мало того, что два урока подряд, так и наконец-то с Гриффиндором. Поменявшись местами с Забини, он уселся за последнюю парту, сбоку от Поттера и Уизли. Так и поболтать можно, и помочь — ему не хотелось, чтобы с друзей списывали штрафные баллы, но зная крёстного, это было неизбежно. Профессор Снейп, не изменяя традициям, с порога начал жестить. Не успел Драко обменяться с троицей приветственными словами, как в сторону их факультета прилетело первое замечание. Мальчик недовольно поджал губы — ему ОЧЕНЬ не нравилось отношение крёстного. На первом уроке все усердно конспектировали лекцию по уменьшающим зельям, никто не разговаривал, поэтому и придираться не к чему было. Драко только изредка многозначительно переглядывался с Роном и Гарри, когда Северус выражался особо пафосным тоном, и они вместе давились смешками. Следующий урок был практическим, и тут уже начался простор для манёвра. Класс гудел, со всех сторон слышался звон стеклянных тар, стучали по доске ножики, в котелках весело пузырились начатые отвары. То тут, то там переговаривались: кто — о текущих новостях, кто — о квиддиче, кто — о задании Снейпа. Принявшись нареза́ть гусениц и коренья маргаритки, Драко не забывал посматривать на заготовки друзей. — Потоньше режь, — посоветовал он Рону. — Этот, — кивок в сторону мрачного профессора, — придерётся. — Вот что за несправедливость! — пожаловался Рыжий, удобнее перехватывая нож. — Ты же со Снейпом на короткой ноге, попросил бы, чтобы он нас не терроризировал. — Он просто знает свой предмет и не любит идиотов. — Это мы-то идиоты? — возмутился Гарри. — Гермиона вообще на каждый его вопрос руку тянет! — Слушайте, с Севом сложно, — уклончиво отозвался Драко. — Если втемяшит себе что-то, не переубедить. — И за что ты только его любишь… — неодобрительно протянул Рон. — Он совсем другой человек, если познакомиться поближе. К тому же, если знаешь кого-то столько лет, по-любому выучишься им манипулировать. Подмигнув ребятам, Драко принялся аккуратно и ловко чистить засушенную смокву. В детстве, когда его не с кем было оставить, сиделкой частенько бывал Северус, и развлекал он ребёнка отнюдь не сказками на ночь. За годы между ними сложился следующий ритуал: стоило родителям исчезнуть в камине в языках зеленого пламени, оставляя их в особняке вдвоем, мужчина и мальчик не сговариваясь спускались на полуподвальный этаж в комнатушку за винным погребом. По замыслу архитектора она предназначалась для дегустации спиртных напитков, но ни его родителям, ни более далёким предкам пить вино в затхлом помещении не нравилось, поэтому оно пребывало в идеальном запустении. По обыкновению принося с собой компоненты для зелий, Северус вешал на подставку небольшой котел, под ним — магический огненный шар, наливал воды, и начиналось веселье. Учить он крестника намеренно ничего не заставлял, вперёд головы не гнал, лишь позволяя готовить нужные ингредиенты, а взамен варил забавные отвары, эффект от которых приводил юного натуралиста в восторг. Драко смутно припоминал, что уменьшающее зелье тоже было среди них, и что он порывался использовать его на павлинах. — Так нормально? — спросил Рон, показывая коренья. — Лучше, чем было. Но всё равно придерётся. — Мистер Малфой, — за их спинами выросла фигура в темной мантии, — вы сюда языком чесать сели? Скоро пора добавлять селезенку, а она у вас даже не подготовлена! — Думаю, я быстро управлюсь, — ухмыльнулся Драко. Он, в отличие от стоявших рядом сокурсников, которые ощутимо напряглись и стали активнее что-то стругать, понимал, что это был, можно сказать, комплимент, раз на него не наорали за цвет и текстуру зелья. Следующей жертвой Северуса пал Лонгботтом. Пацан до дрожи боялся профессора, да и вообще, по мнению Драко, был каким-то слишком уж пугливым для гриффиндорца. А на зельеварении постоянно лажал. Вот и сейчас он отчаянно пытался провалиться сквозь землю, пока его чехвостили за оранжевое месиво вместо ярко-зеленого снадобья. — Оранжевое, Лонгботтом! — Снейп на глазах всего класса зачерпнул немного зелья, высоко поднял черпак и опрокинул обратно в котёл. — Оранжевое! У вас в одно ухо влетает, в другое — вылетает. Я ведь яснее ясного сказал: одна крысиная селезёнка! Две капли пиявочного сока! Когда вы, наконец, станете слушать, что вам говорят? Покраснев, Лонгботтом затрясся от страха, казалось, вот-вот заплачет. Драко медленно выдохнул, чувствуя, как у него самого начали гореть уши. С ним крёстный никогда себе такого не позволял. До поступления в Хогвартс он даже не подозревал, что Северус в два счёта способен высмеять или довести ребенка до слёз. — Сэр, позвольте я помогу Невиллу исправить зелье! — вызвалась Гермиона. Драко шикнул на неё, чтобы не лезла под горячую руку, но было поздно. — По-моему, я вас не спрашивал, мисс Грейнджер, и нечего выскакивать. В конце урока, Лонгботтом, мы дадим отведать это зелье вашей жабе. Может, тогда вы поумнеете. — Гермиона, помоги! — попросил теперь уже бледный от ужаса мальчик. — Не волнуйся, я помогу, — шепнул ему Драко, недобро косясь одним глазом на Снейпа, пока сам бросал в свой котел последние ингредиенты. Лонгботтом почему-то от его предложения подскочил и весь перекосился. Чего это с ним? Психика окончательно сломалась? — Л-л-лучше ты, Г-гермиона, — запинаясь, выпалил Невилл. Дрожащая рука всё тянулась проверять карман, откуда торчала голова его жабы. — Невилл, мне кажется, Драко и правда сможет всё вот это, — девчушка выразительно обвела пальцем булькающую жидкость, — привести в достойный вид гораздо быстрее. Малфой их не слушал и приглашения не ждал. Услышав от Северуса, с какими именно деталями накосячил Лонгботтом, он принялся подкидывать в его котел смокв и гусениц, чтобы нейтрализовать эффект, а палочкой незаметно мешал всё это по часовой стрелке. Мыслями же он был далеко, пытаясь понять, всегда ли крёстный был таким жестоким. Не стал же бы он реально давать отраву жабе?! От планов об очной ставке с Северусом его отвлек Симус Финниган. — Слышали, что пишут в «Пророке»? Сириуса Блэка видели, — с тревогой сообщил он. — Где? — синхронно спросили Гарри с Роном. Драко невольно навострил уши. — Совсем недалеко отсюда. Его видела одна магла. Она, конечно, приняла его за обычного преступника и позвонила в полицию. Когда из Министерства магии примчались, Блэка и след простыл. — Чую, намечается семейное воссоединение, — хмыкнул Драко, помешивая для разнообразия своё зелье. Невилл все еще пялился на него с испуганной физиономией. — Вот ты шутишь, а что если он правда сюда проберется? — укорила Гермиона, тоже добавляя к своей работе последние штрихи. — Через дементоров? Не думаю. — Он же как-то сбежал от них в Азкабане, — здраво рассудил Гарри. — Следовательно, способ рабочий нашел. — Даже если так, наши гостиные, если не знать, не найти. — Черт возьми, а я и не сообразил! — хлопнул по лбу Рон. — Блэк тоже должен был учиться в Хогвартсе! И замок, наверное, знает как свои пять пальцев! Малфой мысленно отругал себя, что не подумал (как же он не подумал?), что Блэк ходил в эту школу. И много кто еще ходил с ним в своё время. Может даже… Северус? — Если и учился, то на Слизерине. А ко мне — пусть приходит, — удовлетворенно осклабился Драко. — Пообнимаемся, обсудим родню. Ему же не придет в голову, что я дружу с вами, ущербными. Поттер скорчил недовольную мину. — Он психически нестабилен, Драко, — гнула своё Гермиона, будто он и правда со дня на день ожидал визита от дяди. — Да успокойся ты, ничего он мне не сделает. — Ты не знаешь наверняка, — отрезала она. — Раз лично вы не знакомы, привязанности у него к тебе нет, а от убийства ничто не останавливает. — Спорим, я смогу его очаровать за… пять минут? — с прищуром усмехнулся Драко. Рядом в сильном сомнении подчёркнуто громко закашлялся Уизли. Пришлось наступить ему на ногу. — Просто будь начеку. Закончив с накручиванием себя по поводу сбежавшего преступника, а также с приготовлением зелий, ученики принялись убирать рабочие места и мыть черпаки. Пока Северус отвернулся к Блейзу, Драко быстро помешал зелье Лонгботтома еще разок, прибавил огня, принюхался и довольный вернулся к своему месту. То, что получилось по его подсказкам у Поттера с Уизли, он тоже проверил, в целом не найдя к чему придраться. Гермиона вон вообще сама прекрасно справилась. За пять минут до конца урока Снейп действительно решил устроить показательную экзекуцию. — Идите все сюда. Поглядим, что будет с жабой. Правильно сваренное зелье превратит её в головастика. Если же Лонгботтом испортил варево, его жаба сдохнет. Драко, вставший рядом со Снейпом, так недовольно зарычал, что нарвался на грозный взгляд. К счастью, он не напортачил — эксперимент прошел хорошо, и жаба осталась живой. Гриффиндорцы захлопали, Гарри гордо постучал Драко по спине. — Минус пять баллов с Гриффиндора, — внезапно объявил Северус. — Помнится, я запретил мисс Грейнджер помогать. По классу прокатился сердитый ропот, но вслух никто ничего не сказал. Пока ребята вперемешку покидали подземелье, торопясь на обед, Драко присел на краешек учительского стола со сложенными на груди руками. На устах играла кислая усмешка. Не замечая его, Северус наводил в шкафчике ревизию. Когда остались наедине, слизеринец вежливо кашлянул. — Серьезно? Хотел Лонгботтому жабу убить? Отвратительно, профессор, где ваша этика? Крёстный молниеносно развернулся, обрисовав полами мантии идеальный круг. Нет, он определенно либо тренировался так делать, либо наложил чары, чтобы добавить образу театральщины. Темные глаза-омуты пронзили насквозь, найдя того, кто сказал слова. — Ты что-то хотел? — Хотел сказать, что не Грейнджер исправила зелье. — Я знаю. — Зна… знаешь?! — поперхнулся Драко. — То есть ты просто так снял с неё баллы? — Не слышал, чтобы ты особенно громко протестовал по этому поводу, — в интонации Снейпа улавливалась тончайшая насмешка. — Но зелье исправлено безупречно. Молодец. Десять баллов Слизерину. — Мерлин… Ты невыносим, — Драко помассировал переносицу, загоняя недовольство поглубже внутрь. Всё-таки сейчас информация была поважнее дурацких баллов. — Можно вопрос? — вместо этого спросил он. — Если это касается твоих новых, с позволения сказать, «друзей»… — Это касается Сириуса Блэка. Он не с тобой учился? Глаза Снейпа сверкнули, как две холодные льдинки. В голове будто кто-то начал елозить скользкими щупальцами — Драко догадался, что его подвергают легилименции, и расслабился, позволив крёстному сколько угодно бродить по его мыслям. Ничего плохого он не задумывал, просто было любопытно раздобыть информацию. — Почему тебя это волнует? — Праздный интерес. — Надеюсь, ты не пойдешь его ловить для своего дружка? — последнее слово было преподнесено со всем возможным презрением. — Не планирую, — в тон ему отозвался Драко. Честное слово, с Северусом становилось невозможно общаться. — Мы поступили в один год, — помедлив, сквозь зубы дал ответ Снейп. — Хорошо, спасибо, это я и хотел выяснить, — решив не надоедать и так выглядевшему максимально взбешенным профессору, Драко поспешил ретироваться. Из минусов: Блэк и правда должен был отлично ориентироваться в Хогвартсе. Из плюсов: всё-таки он учился вместе с Севом, а следовательно был шанс, что про вход в башню Гриффиндора ничего не знал. Вот только непонятно, почему Снейп его так явно недолюбливал. Решив, что крёстный просто за него переживает и выказывает это в своей искаженной манере, Драко отправился в Большой зал.

***

Первого урока с новоиспеченным профессором ЗОТИ Драко дождаться не мог — так хотелось сравнить его с предшественниками — и Люпин ожидания не обманул. Мужчина, с которым он уже имел честь пересечься в поезде, оказался действительно стоящим кадром. Сначала он погонял их по программе прошлого года и, обнаружив огромные пробелы в теории (у всех, кроме Гермионы), с азартом принялся их подтягивать. Его подача была настолько интересной, что всё само на ура откладывалось в голове. Конечно, сначала Драко терзали сомнения по поводу внешнего вида профессора (залатанная мантия и ветхие ботинки не добавляли плюсов), но харизмы у мужика хватало за глаза, и под конец урока он даже решил, что, если Люпин продолжит в таком духе до декабря, то он ему лично под ёлочку новый гардероб купит и положит. Но, к сожалению, через неделю его убеждения слегка пошатнулись. В этот раз занятие было практическим. Их отвели в учительскую, где у Люпина, оказывается, был припрятан материал для урока — настоящий боггарт. Профессор подошёл к гардеробу, внутри что-то завозилось, и гардероб покачнулся, ручка дверцы задёргалась. Ученики в переднем ряду отшатнулись. — Боггарты любят темноту, — рассказывал Люпин. — И чаще всего прячутся в гардеробе, под кроватью, в ящике под умывальником, одного я нашёл в футляре напольных часов. Этот появился здесь только вчера. Я попросил директора оставить его для нашего сегодняшнего урока. Кто скажет, что такое боггарт? Пока Гермиона отвечала, Драко вспомнил, как он сам впервые увидел это существо. Ему — лет пять, родительская спальня — в другом конце коридора, а сам он — в тёмной детской — подсвечивая маминой палочкой, листает сборник страшных историй. Со страниц скалятся ожившие мумии, уродливые банши и зловещие инферналы. По телу бегают мурашки, но бросать свое занятие мальчик не собирается. Когда влажная гниющая рука высунулась из-под кровати и схватила его за ступню, Драко решил, что умрет от разрыва сердца здесь и сейчас. На громкие вопли ребёнка прибежали быстро, боггарта изгнали, про природу монстра объяснили, но засевший в груди цепенящий ужас никуда не ушел, и он до восьми лет просил отца проверять шкаф и под кроватью перед сном во избежание повторения инцидента. Сложив два плюс два, Драко догадался, что Люпин, похоже, собирался их всех научить обращению с боггартом, а какой худший страх он воплотит для него сейчас, в тринадцать лет, не хотелось и думать. Прикинув, какие плачевные тут могут быть последствия, подросток рассердился. Хватит. Он два года терпел причуды учителей, пора что-то менять. — Прошу прощения, сэр, — Драко поднял руку. — Зачем это? — Чтобы вы умели изгнать его, если понадобится, — терпеливо пояснил Люпин. — Всегда лучше учиться этому с настоящим созданием, нежели тренировать заклинание, опираясь на своё воображение. — Вы хотите, чтобы все в комнате знали худшие страхи друг друга? — растягивая слова, уточнил Драко. — Учитывая, что не у всех они такие заурядные, как пауки, — он махнул в сторону Рона. — А может я боюсь, не знаю… что моя покойная бабка придет и задушит меня? Я бы не хотел видеть ТАКОЕ на занятии, если бы целенаправленно не планировал отбыть потом в Святого Мунго. — Драко! — зашипела Гермиона, дергая его за рукав. — Ты можешь не участвовать, если не хочешь, Драко, — миролюбиво поднял руки Люпин. — Это всё на добровольной основе, для вашей эрудиции, оценки за это ставить я не буду. Но уверен, что многим, особенно родившимся в магловских семьях, будет, как минимум, любопытно. — Поттер рос с маглами, — не собирался сдаваться Драко, — как считаете, какой его худший страх? Я вот разрываюсь между Темным Лордом, василиском и дементором. Возмущенно вспыхнув, Гарри толкнул его плечом. Слизеринцы стали перешептываться и косо посматривать, а Пэнси откровенно засмеялась, крутя пальцем у виска. — Можешь присесть на одно из кресел, пока мы тренируемся, — со вздохом сказал Люпин. Кажется, он вдолбил в профессора немного здравого смысла, потому что Гарри и Гермиону на бой тот не вызвал, оправдав тем, что они отвечали устно. Что ж, и на том спасибо. Только вот Гарри был явно недоволен, после урока демонстративно избегая его взгляда. — Обиделся что ли? — напрямик спросил Драко. — Выставил меня трусом перед всеми, — буркнул Гарри, подбирая с пола свою сумку. — Э-э-э… нет, всё не так, — твердо разубедил Драко. — Во-первых, потому что вся школа, основываясь на прошлых подвигах, знает, что ты точно не трус. Во-вторых, трус в этой ситуации… — он запнулся, не смея договаривать. Гарри наконец смог посмотреть на него, что-то осознав. — Ты боялся, боггарт превратится в твоего… — Не знаю, кем бы он был, если честно, — поспешно прервал Драко. Восторженно галдящие ученики повалили из учительской. У всех на устах был прошедший урок. Таких обалденных занятий по защите от темных искусств у них попросту никогда не было. Один только Драко плёлся в хвосте, чувствуя на душе горький осадок. Вдруг на плечо легла чья-то рука. — Драко, можно тебя на пару минут? — это был профессор Люпин. Пожав плечами, тот вернулся в опустевшую учительскую. — Я не считаю, что был неправ, — с порога сказал он. — По поводу Гарри — да, справедливое замечание, но я и сам не хотел привлекать его к работе с боггартом, — пояснил Люпин. — Так зачем я вам нужен, сэр? — Тебе не любопытно? В кого бы превратился твой боггарт? — неожиданно спросил профессор. Это застигнуло Драко врасплох. Разрываясь между положительным и отрицательным ответом, он сам не заметил, какая длинная повисла пауза. — М-м-м… — Я оставлю тебя одного, если не хочешь, чтобы я видел. — Н-нет, спасибо, — с трудом нашелся мальчик, не понимая, чего от него добиваются. — Если вдруг передумаешь, я подержу его здесь до следующей недели. — Это ни к чему, сэр. Я уже однажды встречал боггарта. Мне не понравилось. Когда за слизеринцем закрылась дверь, Римус устало выдохнул. Как бы ни интересовал его Гарри, в равной доле ему было любопытно проанализировать, насколько на самом деле Драко похож на Сириуса. С первого сентября у мужчины было достаточно времени поразмыслить, и он, решив, что накрутил себя сверх меры, сделал шаг назад и осмотрел ситуацию в целом. Пока что не было никаких причин полагать, что Малфой на самом деле способен на предательство. Пусть и относительно странными методами, но своих друзей он защищал. Что-то подсказывало, что его скрытые страхи ни чем не лучше имевшихся у Гарри. Эх… как бы ему хотелось сесть и поговорить с детьми откровенно, не надевая маску невозмутимого профессора, но он не имел права сеять в их сердцах разочарование. Ни по поводу Сириуса, ни по поводу своей настоящей натуры. А если Блэка в ближайшие сроки отловят — и не придется. Внутри Римуса теплилась надежда, что так оно и случится. Ведь ему только одно и оставалось — надеяться.