Тот, кто за спиной

«И сказал им царь: сон снился мне, и тревожится дух мой; желаю знать этот сон»

Книга пророка Даниила, глава 2, стих 3.

Кабинет слабо освещался настольной лампой. Расплывчатые блики золотили серые стены, у которых стояли несколько шкафов с папками. Рабочий стол, располагавшийся у самого окна, был завален бумагами, среди которых лежал и отчет, возвращенный недовольным начальством на доработку и служивший сейчас подушкой для светловолосого мужчины. Тишину кабинета нарушало мерное гудение компьютера, по подоконнику барабанили капли уже затихающего дождя. Колеблемые ветром, в окно скреблись ветки слишком близко растущего клена. Пальцы каким-то чудом удерживали ручку, плечи слегка подрагивали, ему что-то снилось. Было около двенадцати, но домой он и не собирался. С тех пор, как ему передали новое дело, Крис почти жил на работе. К вящему неудовольствию молодой жены, Эльзы. Ну да, полгода как поженились всего, кому такое понравится? Причиной такого возмутительного, с точки зрения Эльзы, поведения мужа было преступление. Жестоко убиты два человека, и есть подозрения, что совершены убийства одним лицом. А Крис, мирно посапывавший сейчас на папке с отчетом - детектив полиции. Тяжело дышать, грудную клетку словно сжало тисками. Крис стоит на детской площадке. Ветер покачивает разноцветные качели, но привычного скрипа и позвякивания звеньев металлических цепей не слышно. Не слышно вообще ничего, словно уши забиты ватой или находишься под водой. Видно плохо, туман настолько густой, что его тяжело вдыхать, кажется, что сейчас захлебнешься почему-то неприятно теплой влагой. Он словно прилипает к одежде, еще немного и ощутишь его липкие хлопья на пальцах. Возле песочницы виднеется темная масса, там точно кто-то лежит. Идти туда не хочется, но ноги сами несут. Крис подходит ближе и видит молодую женщину. Светлые волосы рассыпались по песку, рука изогнулась под каким-то неестественным углом. Но самое страшное – это лицо. Знакомое, но верить в то, что это именно тот человек, не хочется. Губы. Их пересекают толстые стежки, стягивая так, словно она презрительно кривится. Вся нижняя половина лица и шея измазаны кровью. Пальцы на руках как-то жутко скрючены. Выломаны? Тонкое колечко на безымянном пальце… Сердце гулко стучит, в висках пульсирует. Просто похожа, просто похожа… Если твердить бесконечно долго, это станет правдой? Вот-вот захлестнет истерика. Крис опускается на колени перед лежащей, тянет руку к изуродованным губам. Пальцы ощущают холод кожи, в воздухе витает хорошо знакомый запах ржавчины, запах смерти. И тут лежащая резко открывает мутные глаза, растягивает и без того пугающие губы в жуткой ухмылке и с силой хватает мужчину за запястье. Крис с криком проснулся, выбросив в сторону правую руку, на запястье которой еще ощущался холод пальцев, смахнул со стола кружку с недопитым кофе. Звон разбитого фарфора привел в чувство. По серому ковролину расползалось причудливой формы коричневое пятно. Хотелось забыть об увиденном минуту назад кошмаре, смотреть на пятно и гадать на что оно похоже. Из коридора послышались шаги и приглушенные голоса. Крис всмотрелся в светящиеся зеленым цифры на часах, почему-то сдвинутых к самому краю. Восемь утра. «Ну и сны тебе снятся! Так и спятить недолго!» Крис поморщился и взлохматил пятерней светлые волосы. Эта идиотская привычка, говорить с самим собой, появилась совсем недавно, и страшно раздражала, наталкивая на мысли о собственной ненормальности. Наверняка сказывалось перенапряжение и неумение абстрагироваться. Крис всегда все принимал слишком близко к сердцу, хоть и предпочитал этого не показывать, считая, что эмоциональность мужчину не красит, да и к его профессии это качество подходит слабо и все только усложняет. Встав, Крис повел затекшими от долгого пребывания в неудобной позе плечами. Вышел в коридор, провожаемый удивленными, а иногда и сочувственными взглядами сослуживцев, которые, в отличие от трудоголика Криса, выглядели заметно свежее. Зайдя в туалет, детектив глянул на себя в зеркало. Ну, понятно, как еще на него должны были смотреть? Под глазами залегли фиолетовые тени, на щеке виднелся след от края папки, белки глаз испещряли красные прожилки. Эта работа явно не идет ему впрок. Год назад он пришел в отдел совсем другим. Высокий, широкоплечий Крис Хемсворт сразу привлек к себе внимание всего отдела, а особенно женской его половины. Энн из архива, Хелена из лаборатории судебной экспертизы… Голубые глаза, светлые волосы и атлетическая фигура притягивали дам, словно магнит. К этому стоит прибавить легкий характер и отличное чувство юмора. Что-что, а чувство юмора у людей, которые вечно лицезреют результаты самых неприглядных, мерзких поступков человека, в дефиците. Только вот с тех пор, как Крис женился, интерес поутих. Сложно строить глазки мужчине, который так отвратительно, вызывающе счастлив в браке. Крис плеснул в лицо холодной водой. Определенно стоило кончать с этими ночевками на работе. Результатов от них немного, а вот нервный срыв был, похоже, не за горами. Да и Эльза недовольна, она выходила за другого человека. Напряженная тишина дома, остывший ужин, укоризненный взгляд жены становились почти привычными, и это беспокоило. Мужчина нетвердой походкой направился к автомату с кофе. Кофеин, вот что ему сейчас было необходимо. «Не хочешь пойти со мной на чашку триметилксантина*?» Это так он пригласил Эльзу на кофе в выпускном классе? Она была лучшей по химии и оценила шутку. Смешно вспомнить. А вот кофеиновая зависимость – это уже не так смешно. Крис хлебнул горячий напиток, заморгав слезящимися от боли глазами. Кипяток ошпарил нёбо, и он почти ощутил, как там выскакивают волдыри. Чудесное утро. Вернувшись в кабинет, Крис раскрыл протокол осмотра места преступления и погрузился в чтение, потягивая дрянной кофе. Первая жертва.

***

В этом деле с самого начала что-то было не так. Первой жертвой был парень двадцати трех лет. В кармане потрепанной куртки нашелся студенческий билет. Уолтер Эванс, студент филологического факультета Фордхемского университета. Найден был на пустыре возле небольшой мебельной фабрики, закрытой еще в пятидесятых. Эмбер Бенсон, женщина шестидесяти лет, не имеющая постоянного места жительства, обнаружила тело около пяти утра. Эмбер с таким энтузиазмом вещала о своей находке, жестикулируя руками для большей выразительности, будто была этой самой находке рада. Как она рассказала: «Я подумала, что парень просто пьян, от него за милю несло выпивкой». Экспертиза же показала, что Уолтер Эванс был утоплен. На шее остались кровоподтеки, на теле - многочисленные синяки и ссадины. Следы борьбы. Анализ жидкости из легких дал неожиданные результаты. Легкие были заполнены раствором из воды, меда и водки. Хелена, медэксперт из лаборатории, где проводился анализ, рассказала, что есть такой алкогольный напиток. То есть был. Мед. Известен он был у большинства народов Европы с глубокой древности – у славян, скандинавов, германцев. Но это его, так сказать, современный вариант. Настоящий рецепт был утерян, когда мед, ввиду сложности и длительности приготовления, постепенно был вытеснен водкой. Хелена была родом из Польши. Забавная девушка, она говорила, немного пришепетывая, и краснела при виде Криса. Но что давала эта информация? Что за псих топит людей в коктейле? Являлось ли это в какой-то мере посланием? Только бы не серийный убийца… Он, Крис, служит всего год, и он совсем не Роберт Ресслер**. Но, если в течении ближайших тридцати дней будут еще жертвы, сомнений не останется. За что он любил читать протокол с места преступления, так это за отсутствие в нем эмоций. Их всегда писали так, словно бумага впитала в себя все переживания, а остались только факты. Они ничего не затрагивают в тебе, ты просто принимаешь это все. Так легче, это просто работа. «…молодой мужчина. Левая рука лежит на груди, правая под прямым углом к телу. Ноги вытянуты. Трупное окоченение не наблюдается, но постепенно развивается…». У Уолтера Эванса из родных была только сестра, Сара Эванс. Нервная худощавая шатенка двадцати восьми лет. Все, что Крису удалось узнать от неё, так это то, что «у ее нелюдимого братца не было друзей, он днями сидел в своей комнатушке в университетском общежитии и крапал стишки, которые печатала местная газета». Крис наведался в редакцию газеты, раздобыл эти самые стихи. Весьма посредственные, хотя он не сильно в этом разбирался. Депрессивные, такое обычно пишут подростки под диктовку неустойчивого гормонального фона. Осмотр комнаты дал немного. Книгами были заставлены две полки, висящие над кроватью, неустойчивые стопки громоздились на тумбочке, пыльные тома валялись под кроватью. В основном классическая литература и критика на нее. Изъяли ноутбук, возможно, проверка личной переписки, посещенных сайтов даст хоть какие-то зацепки… От соседа по комнате ничего узнать не удалось, он видел Уолтера в пятницу утром, а вечером уехал домой в Медфорд, штат Орегон. Ничего необычного в поведении Эванса он не заметил, тот, как всегда, был сдержан, немногословен и не в духе. Не слишком интересный, даже скучный человек Уолтер Эванс очень хотел привлечь к себе внимание. И привлек. Но не стихами, а смертью. *кофеин. **один из самых известных профайлеров ФБР, ввел в криминологию понятие «серийный убийца».