Рядом со мной

— Кагеяма! — в класс ворвался Нишиноя. Благо, была перемена — иначе уроки были бы остановлены столь громкими криками. А он сидел молча. Почти черного цвета круги под глазами от недосыпа. Бледная, как у самого первого снега кожа от вечных переживаний. Тонкие костлявые пальцы явно похудевшего Тобио, которого мутило от вида еды. И пустые… пустые глаза, вяло посмотревшие в сторону Ю. Кагеяма лениво встал из-за стола, подошел к другу и с ним же вышел из кабинета. Там стояли почти все члены волейбольного клуба. — Нашли… Хинату нашли! — сказал Сугавара, протягивая другу телефон, на котором были открыты свежие новости. Кагеяма, не веря, что все происходит на яву, взял мобильник. В его пустых глазах что-то мелькнуло. «Пропавшего месяц назад ученика старшей школы Карасуна Хината Сёё нашли в лесу, неподалёку от шоссе…»… — Его наконец-то нашли… — у Асахи текли слезы. Слезы радости и облегчения. «…Парня обнаружила группа взрослых, отправившихся в поход. Вызвав полицию и скорую помощь, найденного Хинату отвезли в больницу.»… — Он жив. Как камень с души… — Дайчи тоже не скрывал слез. — Да… — даже Цукишима прослезился. Либо от того, что ему больше не нужно будет слушать переживания Ямагучи, либо от того, что и сам волновался за «доставучий апельсин». «…На данный момент, врачи называют состояние парня «тяжелым». Подробности…» — Надо съездить к нему! Сразу после школы! — Танака светится от радости и волнения. — Да! — в один голос крикнули Коши и Ю. Кап. Кап. Кап. — А?.. — Ямагучи посмотрел на Тобио. — Кагеяма?.. Тот не ответил. Покрепче схватив свою сумку, он рванул к лестнице, оставляя шокированных друзей позади. По пути к выходу, ему повстречалась Ячи и Киёка, обсуждавшие столь радостную новость о Сёё. Они хотели поздороваться, но волейболист пробежал мимо. Девушки, в отличии от волейбольной команды, сразу поняли, что задумал Тобио. Поэтому, они остановили бегущую за парнем команду.

***

Кап. Кап. Кап. — Скорее… Ну скорее! — говорил себе под нос Кагеяма, стирая предательски капающие с глаз слезы. Он наконец-то доехал на этом «чертовски медленном» метро до остановки, от которой до больницы Сёё оставались считанные метры. — Скорее! А, вот она! — бубнил парень, буквально врываясь в холл больницы. На него сразу обратили внимание: запыхавшийся, бледный, со вздутыми венами на висках, со стекающими по подбородку слезами, он приковал внимание как посетителей больницы, так и санитаров, которые подозрительно на него «зыркали». Вытерев лицо краем рубашки, Тобио пошел по первому этажу в поисках справочной. — Вам чем-нибудь помочь? — спросила девушка в информационном окне. — Хината. Сёё. В какой он палате? — А кем вы ему приходитесь? — Я… эм… Медсестра с подозрением взглянула на Кагеяму. — Так кем же вы ему приходитесь? Если вы не родственник, то я не имею права вас допустить к пациенту. Тобио молчал. Не от того что не знал как соврать, а от того — что был взбешён. Какая-то медсестричка стоит у него на пути к палате Сёё! Парень нехорошо посмотрел на неё. — Я… — начал сердито говорить он. — Кагама!* — закричала рыжая девчушка, прежде чем сбить волейболиста с ног. Ничего неожидающий Тобио упал на пол. Жалобно «кряхтя», парень посмотрел на «рыжее нечто», из-за которого он упал. — Нацу? Нацу это ты? — спросил Кагеяма, потирая места ушибов. — Точно ты… такая тяжелая… — Эй! Кагама, вставай с пола! — девчонка как обычно была через чур эмоциональна. Волейболист встал и обтряхнул свою одежду. — Если ты тут, то и твоя мама тоже? — Мама спрашивает у медсестры, где палата братика. Уф… Мне не нравится эта больница… — Не волнуйся ты так, — сказал парень, взъерошивая волосы младшей сестры своего парня. — всё с ним в порядке будет. — Кагама! Я не волнуюсь! Само собой с ним всё будет хорошо! Он же мой лучший в мире братик! -О, вот ты где, Нацу-чан… К Тобио и Хинате подошла женщина средних лет. Каштановые волосы до лопаток, доброе лицо с еле заметными морщинками, темные глаза… — Добрый день, Азуми-сан**. — Кагеяма поклонился. — Тоби-кун, перестань. — улыбнулась женщина. — Нацу-чан, больше не убегай от меня! — Хорошо! За спиной Кагеямы раздались шаги. К ним шла та самая медсестра, которая не хотела пускать парня к Хинате. Бросив недовольный взгляд в её сторону, Тобио подошел ближе к Нацу и её маме. — Палата номер 15, 3 этаж. — сказала медсестра, косясь на Кагеяму. — А он… — Да-да, он с нами. — Хорошо. Под тяжелым взглядом медсестры, Тобио зашел с семьёй Хината в лифт. — Спасибо, вам Азуми-сан. — Тоби-кун, не благодари. Ты ведь всё время помогал нам, когда Сёё пропал…

***

— Сёё… Черт, ну отвечай! Включи уже этот идиотский телефон! — Тобио чуть ли не кричал. — С таким идиотом как ты точно ничего не могло случиться! Очередное сообщение на телефон рыжеволосому. «Перезвони скорее!» — единственное предложение, которое он отправил более 25 раз. — Так… Наверняка его телефон разрядился, а он уснул, так и не поставив его на зарядку. — звучит глупо… но что поделать? Как успокоить самого себя, когда с момента их последнего телефонного разговора, прерванного какими-то страшными звуками, прошло больше пяти часов? — Хината, идиот! Волейболист открыл список контактов. Совсем недавно, Хината записал номер своей матери в телефон Тобио, потому что частенько оставался у «друга» ночевать. — Вот она… Азуми Хината… Черт, Сёё! В школе я тебе хорошенько врежу! Кагеяма очень надеялся на свою глупую версию об уставшем и внезапно уснувшем Хинате, когда пошли гудки. Сейчас мама Сёё возьмет трубку, поругает его за такие поздние звонки, заверит, что её сын отсыпается, и, пожелав доброй ночи положит трубку. Но эта ночь была явно не его. — Здравствуйте, Азуми-сан, я… — Тобио-кун? Тобио-кун, пожалуйста, скажи, что Сёё у тебя! — голос по ту сторону телефона дрожал. — Дай ему трубку, прошу! Мобильник выпал из руки Кагеямы. Всё. Его худшие опасения оправдались. С Хинатой что-то случилось. — Алло? Тобио-кун, ты на связи? — Я сейчас приеду. — сухо бросил парень и положил трубку. В первый раз за всю свою жизнь Кагеяма оделся за минуту. Дома никого нет, он может свободно поехать куда угодно. Через две минуты он уже поймал такси. Закрыл дверь? А, всё равно. На это нет времени. Через час он стучит в дверь дома Сёё. Её открывает мать Хинаты, ожидавшая увидеть сына. И сейчас, она чуть ли не падает в обморок. — Азуми-сан! — Я в порядке… Он… Он не с тобой, да? — Да… я думал, он уже дома. Волейболист рассказал бледной Азуми о последнем телефонном разговоре с Хинатой. Женщина изменилась в лице. Казалось, у неё сейчас случится истерика. Но она терпела. Потом — встала с дивана и вышла из гостиной, куда провела Кагеяму. Вернулась через минут пять. Мучительные пять минут. — Я вызвала полицию. Сегодня, там дежурит мой брат, поэтому скоро к нам приедут… Он… Он может быть у кого-то из вашего клуба? — Не думаю. Но я сейчас же позвоню каждому и спрошу, не у них ли он. — Хорошо. Спасибо, Тобио-кун. Женщина снова вышла. На этот раз, волейболист знал, что должен делать. Он начал по очереди обзванивать всех своих сокомандников. Даже Цукишиму. Даже Киеко. Даже Ячи и тренера. Даже Такеду. Он обзвонил всех. Сначала, ребята ругались и пытались сбросить. Но фраза «Сёё пропал» заставляла их передумать. — Хината не у меня, Кагеяма. — взволнованно отвечал Сугавара. — Нишиное можешь не звонить, сегодня мы ночуем вместе. Кагеяма… нам стоит приехать? Мы готовы помочь, чем сможем! — Спасибо, Сугавара-семпай, но не нужно. — Точно? Но… Ладно. Если что — сразу звони! Мы поможем найти Хинату! — Да… Снова. Его нет ни у кого. Зря только друзей разбудил. Пусть некоторые из них хотели приехать, сейчас в этом не было необходимости. В дверь постучали. Из гостиной это было хорошо слышно. Тобио вскочил с кресла и побежал в коридор. Стук. Кто-то упал? Это была Азуми-сан. Она лежала в обмороке. Почему? Потому что за дверью лежал сломанный велосипед Сёё и его выключенный мобильник. Самого парня не было. — Чт-то?.. Азуми-сан, прошу вас, очнитесь! — говорил Тобио, обмахивая какой-то газетой женщину. Ему бы самому сознание не потерять, а он тут других успокаивает. Хината открыла глаза и посмотрела на Тобио. — Азуми-сан, вы кого-то видели? За дверью, когда вы её открыли, вы видели кого-нибудь?! По щекам бедной матери потекли слёзы. У неё начиналась истерика. — Азуми-сан, прошу, успокойтесь… Подумайте о… о… О Нацу! Ведь сейчас она спит, да? И вы можете её разбудить! Казалось, это подействовало. Женщина начала понемногу успокаиваться. Тобио отнес её в гостиную, укрыл каким-то пледом, налил ледяной воды. Парень чувствовал себя паршиво. Тело онемело, зубы стучали, в глазах мелькали черные точки. И снова стук в дверь. На этот раз, на пороге стоял полицейский. Он смерил подозрительным взглядом Тобио. — Где Азуми? Это первый вопрос. И что это такое? — мужчина взглядом показал на велосипед и телефон. — Если бы я сам знал… — Маджи? Маджи, наконец-то! — Хината обошла Кагеяму, и обняла мужчину. — Азуми, успокойся. Пойдем, пойдем… Вновь уложив маму Сёё на диван, этот «Маджи» вызвал волейболиста на кухню. — Пусть Азуми придет в себя… в таком состоянии она ничего дельного не скажет… Как к тебе обращаться? — Меня зовут Кагеяма Тобио, зовите как удобно. — Хорошо, Кагеяма. Меня зовут Маджиме Бимио***. Обращаться можешь по имени. — Понял. — А теперь пожалуйста, расскажи, что произошло… Она сказала, что Сёё пропал. Объясни по порядку. Этот мужчина казался мрачным и «черствым», на первый взгляд. Но сейчас, он, казалось, стал мягче. И Тобио рассказал ему всё. Начиная от их расставания с Хинатой, до появления этого сломанного велосипеда на пороге. Мужчина всё это время что-то записывал в темно-синий блокнот. Когда Кагеяма закончил, Бимио достал свой телефон и набрал какой-то номер. — Да, я по поводу пропажи подростка. Составляй заявление. И что, что он пропал сегодня? Ладно, скажу так — пропавший является моим племянником. Другое дело? Черт, ну ты и козел! Ладно, пришли сюда ещё кого-нибудь. Его велосипед и телефон «просто появились» у дома. Хорошо, жду. Волейболист с вопросом посмотрел на мужчину. — Сейчас, сюда приедет кто-то из моих напарников. Мы заберем велосипед Сёё и телефон. Посмотрим, есть ли на них отпечатки или какие-нибудь записи… А к тебе у меня будет просьба. — Маджиме дал легкий щелбан бледному Тобио. — Я дам тебе свой номер. Будем на связи. Я буду рассказывать о успехах расследования, а ты… а ты — прошу, не оставляй пока мою сестру в таком состоянии. Я надеюсь, что Сёё уже к сегодняшнему вечеру найдут. Ну же, не смотри на меня так! Будто я не понял, что ты не ровно дышишь к моему племяннику! Мужчина залился смехом, когда Кагеяма наконец-то хоть немного покраснел. — Ладно… пошли к Азуми. Думаю, она уже успокоилась. До рассвета Бимио успокаивал маму Хинаты. Потом, приехал какой-то парнишка. Как оказалось, это был напарник Маджиме. Он принялся изучать «улики». Через час, дядя Сёё оставил свой номер Кагеяме и уехал в участок. Азуми-сан уснула ещё до отъезда своего брата. А Тобио не спал. Он сидел в комнате своего парня. Он подкидывал недавно подаренный Хинате волейбольный мяч. Он рассматривал фотографии Хинаты в рамках на тумбочке. Он сжимал в руках кепку Хинаты, которую купил ему на день рождения… Сердце нехорошо сжалось. Снова тревога. Снова страх. Только сейчас эти чувства были обоснованы. — Где же ты, идиот?.. — шептал волейболист, наконец-то поддавшийся слезам. — Кагеяма-кун… В комнату вошла маленькая рыжая девчушка. Хотя, называть маленькой десятилетнюю девочку… — Нацу, ты уже проснулась? — Тобио вытер слезы. — Ага… — девчушка зевнула. — Кагеяма-кун, а где братик? — А… Нацу, он уже в школе. — В шесть утра? А… А почему ты тогда тут? — Ну… — Эй, Кагеяма-кун… Что-то случилось с братиком? Тобио молчит. Вот что можно сказать, когда ты и сам не знаешь точного ответа? — Кагеяма-кун… Ну не молчи! — Кагеяма-кун… Ты… Ты… Кагама! Где мой братик! — Пропал. — А?.. — Сёё пропал. Нацу, я, наверное, не должен был этого говорить… — Братик пропал? Но… Но… Он ведь не мог… Братик всегда был рядом со мной! Он не мог пропасть! Тобио как-будто током ударило. «Пообещай, что всегда будешь рядом со мной!». Вспомнилось то самое обещание, которое они дали друг другу… Чувство вины нахлынуло на парня. «Не уберег… Не защитил… Черт! Я идиотский обманщик! Я ведь обещал ему! А сейчас… Я даже не знаю, где он! Какой я… Черт!..» — Кагама, ты плачешь? — Прости, Нацу. — Кагама! А ну, успокойся! Девочка сказала это, как её старший брат. Такая же интонация. Такая же поза. Те же глаза. Такое ощущение, будто это и впрямь сказал Сёё. Но этого ведь не может быть?.. — Если братик пропал… то он скоро вернется! Сегодня! Вечером, он как обычно вернется с тяжелой тренировки! Он обнимет меня! поможет маме с ужином! Отдохнет, поиграет со мной в волейбол и пойдет спать! Так и будет! Волейболист с легкой улыбкой посмотрел на сестру своего парня. — Да. Так и будет. — сказал он, хлопая себя по лицу, пытаясь отогнать сон и грусть. — Ладно, пойдем. Твоя мама сейчас спит, поэтому в школу тебя соберу я. — Я уже большая, и могу сама собраться в школу!.. Кагеяма жил в доме Хинаты около недели. На велосипеде Сёё не было никаких отпечатков. Зато в телефоне кое-что было. Фотография тетрадного листа, на котором было напечатано лишь одно предложение: «Не ищите — всё равно не найдете!». Из-за этой фразы, Маджиме решил, что Хинату похитили. Все члены волейбольного клуба Карасуны помогали в поисках Сёё. И не только они. Некома. Фукуродани. Датеко. Аобаджосай. И даже некоторые из Шираторидзавы помогали искать информацию о пропавшем волейболисте. Но всё было тщетно. Когда мама Хинаты наконец-то была способна нормально мыслить, Кагеяма вернулся жить к себе домой. Он лично искал своего парня, частенько прогуливая школу и тренировки. Сугавара и Нишиноя обычно сопровождали его в этих «походах» во время уроков. Остальные помогали после школы… Да и не только они. Кажется… Ещё Кенма из старшей Некомы почти каждый день ходил с ним на поиски… И кто-то ещё… Но Кагеяма просто не запоминал их. Его волновало лишь одно желание — найти Сёё. Увидеть его улыбку. Обнять его и никогда больше не отпускать. И… УБИТЬ ТОГО, КТО ПОХИТИЛ ЕГО ХИНАТУ. А Сёё так и не нашли. Он сам нашелся. Он сам себя спас. И сейчас… …Он находится в коме.