Ego in longinqua praeteritum?

      После обеда Гарри пошёл в свои комнату, чтобы переодеться, и уже вечером побрёл в выручай-комнату.       Замок обволакивал Гарри своей магией, а тот, в свою очередь, подпитывал своей магией замок. Хогвартс был его домом с самого (почти) рождения, да и ещё он — наследник некоторых Основателей по магии, а некоторых и по крови. Игнотуса Певерелла Гарольд решил подождать ещё полгода. Ну, а если вспомнить его проверку крови, то Салазар — его муж, и, кажись, здесь побаловалась Магия (Она хихикнула и загадочно улыбнулась), одна из Великих любила побаловаться с «простыми» смертными, как и другие её братья, сёстры и друзья.       Вот так в раздумьях Гарри дошёл до выручай-комнаты, где ждал Салазара.       — А вот и наш любимый «слышу всё и вижу далеко», — со смешком в голосе сказал Гарри.       — Ты тоже не опаздываешь за мной, — из-за угла появился выше упомянутый. — Тем более, от твоей комнаты до этого этажа пять шагов.       — Не неси ерунду, — Гарольд обнял Слизерина.       — Я ничего не несу, — возмутился Салазар, отстраняясь.       — Ладно, пошли.       Гарри пробежал сквозь уже появившуюся дверь, а за ним и Слизерин. Они сели на диванчики напротив друг друга и взяли чай, который принёс домовик Хогвартса.       — Так о чём ты хотел поговорить? — спросил Салазар.       — Понимаешь… тут такое дело… — начал растерянно Гарри.       — Это на тебя не похоже. Говори, что ты задумал? — глаза мужчины прищурились, и он наклонился чуть вперёд.       — Ничего необычного, честно.       — Не томи, — черноволосый встал и медленно подошёл к креслу любимого его человека, присев на край. Подтянул рукой подбородок Гарри к своему лицу. — Ты же знаешь, что я не люблю, когда кто-то не договаривает.       — Я это прекрасно знаю, мой повелитель, — молодой парень лукаво улыбнулся и подался вперёд.       — Я не педофил.       — А мне как бы девятнадцать, если считать, что мой день рождения в конце этого июля, — проговорил это Гарри, как для неодарённого человека. — Но я в теле мальчика, который ещё больше нужен этому миру. Только вот волосы остались.       — М-м-м. Я бы сдался своему слуге, но не могу, мне в этом времени нужно кое-кого найти.       — Твой брат даже не узнает тебя. Ему стёрли память.       — Но я всё равно в это верю, — с грустной улыбкой произнёс Салазар.       — Да не растраивайся ты! Мы его вернём, не переживай.       Гарри коснулся столь манящих и столь желанных губ, сероглазый нежно обхватил руками талию темноволосого. Они блаженно закрыли глаза, у каждого сердце забилось сильнее. Салазар перехватил инициативу на себя, его язык смело и бесцеремонно проник в рот парня, и, оценив его напор, Гарри всё же отдался во власть греховного искушения, спустя вечность (так показалось ему). Салазар, уже отстраняясь, прильнул к манящей шее и начал уверенно ставить красные метки, в это время в его мыслях крутилось только одно: «Ты всегда будешь моим!». Когда он отстранился, Гарольд застонал в умоляющей просьбе — продолжить.       — Прости, малыш, но нас могут потерять, — грустно ответил Сал и, поднимая на руки Певерелла, который уже спал, вышел не очень быстрым шагом из комнаты.       Вот он добрался до спальни своего любимого, что находилась на третьем этаже, и, назвав пароль, вошёл. Мужчина спустился по нескольким ступенькам, дальше не очень длинный коридор, а комната Гарри — самая дальняя. Зайти в помещение было легко, так как все Основатели и Певерелл имели на это полноценное право, но только с проверкой магии и крови.       Стены, как и пол в комнате, были в тёмных тонах, а мебель — из тёмного дуба и с узорами ручной работы: любимые животные Основателей и хозяина комнаты, конечно же. Посередине стояла двойная кровать, тоже в тёмном цвете. Справа от двери стеллажи с книгами, а слева находился стол с лампой и раскрытой книгой. Окно, как заметил краем глаза Салазар, было темнее, чем все окна в замке, и закрыто шторой.       Вот Салазар Слизерин положил своё счастье на покрывало кровати и уже хотел уйти, как его окликнули.       — Сал, останься, пожалуйста, со мной и никуда не уходи до утра…       Мужчина ничего не мог сделать, да и не хотел, подошёл к кровати и тихонько прилёг к Гарри, обняв того за талию. Он услышал, как зелёноглазое чудо посапывало в его объятиях. «Это мило», — подумал он. И спустя пять минут тоже заснул, прижимая к себе милое создание.       Да, Основательницы их искали некоторое время, но всё равно сдались и решили для себя, что они в безопасности, а Годрик это и так знал, поэтому не волновался за этих голубков.