Благодаря тебе

Барретт расхаживала по комнате. Сегодня она проснулась более взвинченной, чем обычно. Виной тому было какое-то предчувствие - весь день женщина несчётное число раз смотрела на часы и ждала телефонного звонка. Восемнадцать дней назад ей позвонили из агентства, сообщив, что команда Тревора, наконец, спустя 3 месяца поисков, обнаружила следы мятежников. Несколько месяцев назад Тревор не очень-то воодушевился, услышав её предложение. «Я хочу, чтобы ты вернулся и вытащил остальных». «Мисс Тейлор, вероятность того, что мятежники где-то рядом с тем местом, откуда мы вас вытащили, равна нулю. Они, скорее всего, ушли до того, как вернулась их поисковая группа.» «Мне всё равно», - решительно заявила Барретт. Она часто использовала эту фразу в бизнесе, заключая контракты, предъявляя требования к сотрудникам. В этом вопросе она пойдёт до конца. «Мисс Тейлор, это не очень хорошая идея.» Барретт проигнорировала боль в плече: «Ваша цена?» «Мисс Тейлор ...» «Знаю, Тревор. На их поиски уйдут недели, а может, месяцы. Это будет дорого. Я все это знаю, и мне всё равно. Я хочу, чтобы ты и твоя команда выполнили эту работу, и заплачу любую сумму». Впервые в жизни деньги не имели значения. Они договорились о гонораре, и с тех пор Барретт ждала. Не удержавшись, Барретт снова взглянула на часы. Неужели они попали в беду? Господи, пожалуйста, пусть они спасут Келли. Она вздрогнула, когда зазвонил сотовый. «Тейлор.» «Пакет в безопасности.» Невообразимое облегчение затопило сознание и заставило ослабеть колени. Она доковыляла до кресла и опустилась в него. «Пять ящиков в пути.» «Спасибо!» Трубку повесили. * Она не могла пошевелиться. Пульс участился, и она почувствовала лёгкое головокружение. Тревор и команда взяли Келли и еще четверых. «Лори!» - крикнула она, вскочив со стула с такой энергией, какой не испытывала уже несколько недель: «Мне нужен самолет, сейчас же!» Она ждала этого звонка: частный самолёт неделями был в режиме готовности, сумка с вещами - упакована и уложена в багажник. Женщина выбежала из офиса с единственной мыслью: молиться, чтобы все благополучно добрались. * Перелёт в Панаму длился вечность. Самолет был достаточно большой, и женщина могла ходить по салону. Она расхаживала взад и вперед, потеряв счёт тому, сколько раз оборачивалась и возвращалась назад. Стюард давно отчаялся предложить ей что-нибудь поесть, выпить или почитать. Казалось, время остановилось, и Барретт боролась с приступами паники, которые угрожали захлестнуть её.       Тысячи разных мыслей пронеслись в голове. Келли ранена? Не пострадала ли она при спасении? Что с остальными? Тревор сказал, что пятеро заложников в пути. А другие? Когда она ушла, их было восемь, включая Келли. Барретт молилась, чтобы не опоздать.       Самолет приземлился в Панаме, и Барретт выскочила из кресла еще до того, как он подрулил к частному терминалу. Поборов желание оттолкнуть стюарда с дороги и самой открыть дверь, женщина в считанные секунды стремительно спустилась по трапу. Барретт влетела в зону ожидания, даже не успев ощутить смену влажности воздуха. Самолет Келли и медицинский транспорт ещё не прибыли- Барретт , приклеившись к окну, , наблюдала за пустой посадочной полосой для частных самолетов.       Из джунглей Тревор забрал заложников на двух вертолётах и доставил на небольшую взлетную полосу, где ждал транспортный самолет. Он был больше похож на передвижную сортировочную установку: без медицинского оборудования, но с доктором, двумя медсестрами и тремя специалистами скорой медицинской помощи на борту. Медицинские работники смогут оказать любую неотложную помощь, необходимую для стабилизации состояния пациентов, пока они не прибудут в больницу в Панаме. Самолет чуть больше того, на котором прилетела Барретт, приземлился и подрулил к гейту. Она нервничала и едва стояла на месте. Она сделала несколько глубоких вдохов, чтобы успокоиться. Дверь самолета открылась и на борт поднялись ещё несколько медиков. Барретт хотела бы первой войти в самолет, но знала, что может задержать немедленную медицинскую помощь тем, кто в ней нуждается. Вместо этого она вышла на улицу, в обжигающую жару и полуденное солнце.       Тревога усилилась, когда Барретт увидела, что двое мужчин несли носилки вниз по лестнице. Одним нажатием жёлтой педали в изголовье санитары превратили носилки в каталку. Барретт шагнула вперед, когда неподвижного пациента подвезли ближе. Вздох облегчения, смешанного с тревогой, сорвался с её губ: Барретт не узнала этого человека. Он был бледен, но дышал, и она быстро благословила его, прежде чем его увезли в ожидавшую машину скорой помощи.       Один за другим спасенные спускались по ступенькам. Некоторые нуждались в опоре, другие были в состоянии самостоятельно преодолеть дюжину шагов. Все выглядели потрясенными и сбитыми с толку происходящим. Когда они вышли из самолета на дневной свет, Барретт, затаив дыхание, пыталась разглядеть среди них Келли. Женщина поздоровалась с каждым, после чего им помогли подняться в машины скорой. Боже мой, почему так долго? Почему Келли не вышла первой? Если Келли ранена, её бы вытащили из самолёта одной из первых. Неужели она умерла? Неужели они ждали, пока все выжившие уйдут, прежде чем выносить тела?       Когда женщина уже подумала, что больше не может ждать ни минуты, за маленькой дверцей самолёта промелькнула тень. Колени ослабли, когда Барретт увидела Келли, выходящую на первую ступеньку лестницы. Их взгляды встретились, и Барретт снова начала дышать. Даже с такого расстояния она видела, ясные глаза Келли сосредоточенные на ней.       Всепоглощающая радость и облегчение затопили каждый нерв и конечность её тела. Келли в безопасности! Келли жива! Келли дома! Барретт подавила вздох. Её эйфория мгновенно сменилась чувством вины. «О Боже, я опоздала», - прошептала Барретт. Келли была беременна.