Слава победителям

      10.03.2021 Вашингтон, США 15:00       Люк с ненавистью захлопнул дверь своей машины и остановился рядом с убогим зданием, которое терпеть не мог. Разумеется, говно говном, а собрание убийц по расписанию. С каждым днём ему все больше начинала написывать Мелисса по поводу исчезновения Ричарда. Прошло двадцать дней! Да, Койл понятия не имел, где Ричард мог бы быть. Мелисса даже не думала, что тот поехал в Бостон на могилы семьи. Потому что, во-первых, мать Ричарда умерла в сентябре, а брат - в январе. Он буквально два месяца назад ездил класть цветы на могилу брата и всей остальной семьи. А последние, с кем был Ричард - это Люк и Лиза. Койл лишь больше бесился. Он вошёл в помещение, где обычно они все собирались, и нашел там лишь Майрона с помятым видом. Тот тут же вскочил, когда услышал, что кто-то вошёл.       — А это всего лишь ты... — он тут же сел обратно.       Койл вздернул брови и сел рядом, совершенно не намереваясь разговаривать с этим ебанатом. Майрон выродился в малиновый костюм тройку с тёмно-синим галстуком с узорами. "Придурок" — подумал и скривил лицо Койл. Он какое-то время пялился в огромное окно, что едва освящало темное помещение. Хоть оно и было со всю стену. Следующими пришли Марк и Коул. Люк тут же поморщился. За ними же зашли Маршалл и незнакомая ему девушка. Майрон подпрыгнул при виде Марка.       — Марк! — улыбнулся Де Граф.       Андерсон лишь вежливо улыбнулся Майрону.       — Погоди у нас гости! — Марк послал воздушный поцелуй Майрону из-за чего тот смутился.       Люк закатил глаза и сложив руки на груди взглянул на девушку с короткими русыми волосами, что были по длине почти как у него. Он недовольно смотрел на неё, она была в коричневом пиджаке и таких штанах. Она также недовольно смотрела на него и Майрона.       — Сначала Марк привел своего бойфренда, а теперь Маршалл свою девушку? — скривился он.       — Пошел ты, — вдруг огрызнулся Марч.       Люк даже удивился, что этот щеночек может что-то вякнуть. Впрочем, он никогда не хотел конфликта с Коулом. Нет причины, да и бессмысленно в целом. К Марчу он вообще не питал никаких чувств. Друг Марка - вот он кто для него. Даже несмотря на то, что почти в любом мужчине Люк всегда видел конкурента. С самого детства. Сначала за внимание матери, затем за то, кто круче, кто сильнее. В том, кто красивее, Люк мог не соревноваться. Он был твердо убежден в собственном врожденном уродстве. как внешнем, так позже убедился и в моральном.       — Тут есть наши друзья убийцы, — вдруг закричала Маршалл, смотря на свою подружку. — Марка с Коулом ты знаешь, а это Люк! Он гомофоб, но все равно предпочитает дрочить на гейскую порнуху.       — Иди нахуй, Маршалл. — Люк тут же вскочил обходя стол и приближаясь к Рейнхарт.       Злится на эту дуру было бесполезно, знал уже на опыте прошлого. Ей что лоб, что по лбу. Даже если её хорошенько избить та не поймет за что, а лишь воспримет это как очередное состязание силы. Не смотря на всю свою мужественность, Люк все же не сильнее, чем эта психопатка.       — А это Майрон, он каннибал и любит Марка, потому что тот милашка! — Рейнхарт рассмеялась не обращая внимания на Люка и Майрона, что казался расстроенным.       Марк же закивал с дурацкой улыбкой на лице.       — Слушай, Маршалл, — Люк схватил её за рубашку и притянул ближе к себе. — Ты можешь хоть иногда вести себя ни как ебаная сука?       Она лишь пожала плечами и развела руками, смотря на свою подругу.       — Нет, Койл. Какой-то ты странный в последнее время. Что-то с Ричардом, он вроде пропал. Ходит слушок, что ты его убил.       Люк тут же застыл, а потом ударил Рейнхарт по лицу от чего та пошатнулась и застыла. Он даже не хотел думать о нем. Сначала Маршалл схватилась за лицо, а затем запрыгала от восторга, на её лице читался детский восторг, как будто ей купили сахарную вату. Маршалл лишь улыбнулась и притянула Люка к себе за розовый галстук.       — Малыш, прекрати лицемерить. Все знают, что ты гомик, который как бы ненавидит геев, неужели тебе так сложно не быть мудаком? Ааа? — она заулыбалась и ударилось лбом о лоб Люка.       Тот тут же отскочил от неё, с ненавистью смотря на компанию Маршалл. На уличение его в том, что он якобы гей от Маршалл можно было не обращать внимания. Она просто женщина, которая не понимает, что это такое. Он знал, что Рейнхарт безразлично относится ко всем представителям меньшинств, кроме темнокожих. Тех она несщадно щемила, как, впрочем, и трансгендеров, как и многие нации. Рейнхарт с гордостью называла себя националисткой, не зная даже, что значит это слово. Хотя Люк также нередко замечал, как она пытается соблазнить женщин теми же способами, какими соблазняла мужчин, особенно жену Ричарда. На ней, на Мелиссе, у неё был какой-то своеобразный бзик, как только она узнала, что та бисексуальна.       — Идите нахуй, вы и ваши ебучие питомцы. — выплюнул Люк.       Люк сел за стол, в то время как другие сели напротив них с Майроном. А затем он услышал, как открылась дверь позади него. Через которую обычно никто не ходил. Он уже приготовился, что Ричард сядет к нему, но вспомнил, что Ричарда больше нет. Койл почувствовал, что ему будто резанули по сердцу, и он сжал кулаки. Когда же он посмотрел на Марка, Маршалл и Коула, он понял, что что-то там не так. Что-то за его спиной было необычным и внезапном. Ричард. Ричард в черном костюме. В своем привычном черном костюме. Люк тут же вскочил со своего места, опрокидывая стул. Он приготовился к миллиону пуль, что войдут в его тело, но этого не произошло. Более того, Ричард даже не взглянул на него. Из-за этого стало ещё больнее. Отто больше никогда с ним не заговорит. О чем Койл вообще думал, когда пытался убить Ричарда.       — Ой, а это Ричард... — как-то отстраненно проговорила Маршалл.       — Вас ждёт большой сюрприз очень скоро. — спокойным голосом ответил Ричард.       Буквально через мгновение из двери, что была возле окна, вышла девушка в фиолетовом костюме с фиолетовыми волосами, достала пистолет и выстрелила. Люк поклялся, что пуля пролетела буквально в сантиметрах от него. Ему повезло, что он до этого встал со своего места. Обернулся он уже только вскрик Майрона, его одежда на груди начал пропитываться кровью. Сердце Койла учащенно забилось из-за кучи всего, что произошло за добрых пять минут. Скай тут же остановилась, совершенно не двигаясь. Ей глаза бегали по комнате, осматривая всех. Марк с Коулом тут же бросились к Майрону. Ричард тоже отступил ближе к нему, пытаясь понять, насколько ранение Майрона серьезное. Скай же опустила пистолет и равнодушно смотрела на остальных. Койл оглянулся на Майрона, что затуманенным взглядом смотрел на Марка, что закрывал его рану руками. Кровь продолжала течь. Ладони Марка были полностью в крови.       — Как же Руди был не прав, — вдруг заговорил Майрон, смаргивая слезы.       — О чем ты? — спросил Марк с беспокойством в глазах.       — Ох, я так ошибался, когда откладывал это, Марк, ты бы знал. Мне так жаль. — тяжело выдохнул де Граф, поднимая руку, чтобы положить её на щеку Андерсона, что выглядел испуганным.       — Что? Что отклыдвал, Майрон? — нетерпеливо спросил Марк, когда Майрон вдруг закашлял кровью.       — Кажется это было лёгкое. Меткий выстрел, Скай, как всегда. — он улыбнулся через силу, не сводя взгляд с Марка. — Я был рад прожить эту жизнь влюбленным в тебя, Марк.       Лицо Марка исказилось глупой улыбкой.       — Что?       — Я влюблен в тебя и хотел сегодня признаться. Я... Видишь, как вырядился лишь для тебя одного. — он взглянул на свой костюм лёжа на полу в своей собственной крови. — Я испачкал его, такой неаккуратный. Эй, нет, Марк не надо.       Слезы сами собой потекли по щекам Андерсона.       — Нет... — прошептал Марк.       — Да. Я... Ты всегда мне нравился, я не думал, что ты ответишь взаимностью, просто хотел, чтобы ты знал.       — Прости, Майрон, прости. — Марк закрыл глаза и заплакал.       Майрон лишь вымученно улыбнулся. И провел рукой по щеке Марка в последний раз, прежде, чем отпустить её на пол. Его лицо резко застыло, а Марк дернулся, смотря на Майрона. Андерсон тут же схватился за лицо, пачкая Майрона его же кровью.       — Майрон...       Тот ничего не ответил и лицо Марка перекосилось. Ричард тут же сел рядом с ним, кладя руку на спину. Андерсон же просто устало выдохнул, оборачиваясь на Скай. Та равнодушно смотрела на убийц. Донна и Маршалл всё ещё стояли возле стола.       — Какого хуя? — Маршалл тут же достала пистолет и направила его на Скай. — Ты приходишь сюда и убиваешь одного из нас.       — Вы не выполняли мои требования, я убила слабое звено. Раз этого не сделал Люк. — жёстко отрезала Шефер не глядя на Маршалл, что округлила глаза.       Все взгляды тут же были прикованы к Люку.       — Я тебе ничего не должен! — он указал рукой в Скай, буквально тыкая в её сторону при каждом слове.       — Но Ричарда ты не убил. Хотя обещал, что сделаешь это. Просто потому что я назвала тебя геем, ты хотел убить Отто из-за своих комплексов, Койл. — холодно говорила Шефер, глядя ему в лицо.       Люк чувствовал, как за его спиной пошевелился Ричард, как он посмотрел на него. Как пазлы в его голове сложились. Но он молчал. И Люк молчал. Люк лишь слышал, как Марк шмыгал носом. Он обернулся, чтобы посмотреть на него и заметил, как Андерсон держал ладонь Майрона в своих. Коул просто сидел напротив, смотря на мертвого Майрона, пустой взгляд, которого был направлен куда-то в сторону. Ричард же смотрел на Люка. Прямо. Он не мог прочитать ничего в этом взгляде. Отто медленно гладил Марка по спине, а затем выпрямился.       — То есть весь этот спектакль и смерть из-за Люка? — спросила Маршалл.       — Да. — ответила Скай и поправила свои волосы.       — Ой, а не пойти ли тебе нахуй сука? — Маршалл бросилась на Скай обогнув стол и ударила её по лицу.       Они тут же обе упали на пол. Маршалл, конечно же была сильнее Шефер, поэтому быстро положила другую на лопатки и начала бить по лицу. С каждый разом Скай сопротивлялась все меньше и меньше. В конце концов Ричард вмешался и оттащил Маршалл от Скай, хотя та быркалась и хотела врезать той ещё. Костяшки Рейнхарт были в крови, как и лицо Скай, когда она встала довольно дезориентированная и слегка пошатывалась. Все ниже носа у Скай было в крови, под глазом через какое-то время будет сильный синяк.       — Чтож. — начала Скай и её тут же прервал выстрел.       Пуля буквально проскочила мимо Шефер, пугая её до чёртиков.       — Мы могли бы закончить это прямо сейчас! Если бы кто-то мне помог! — Маршалл разозлилась на Ричарда и прокричала это смотря именно на него.       Ричард ничего не ответил и посмотрел на Люка, что тут же дернулся от его взгляда. В его голове всплыли слова Отто о том, что он красивый. Ему хотелось игнорировать Ричарда, но получалось с трудом.       — Откуда ты знал про Скай? — вдруг спросил Марк, всё ещё сидя возле Майрона, но больше не держа его за руку.       — Её люди в фиолетовых костюмах на заднем дворе. — пробормотал Отто. — Я не ожидал, что пойдет все так. Ты же знаешь, Шефер, что это все не обойтется тебе все так легко. Мы ещё могли простить тебе все, но смерть Майрона нет. Если ты думаешь, что я не знаю про Майру Спенсер и Мэй Миллер, то ты ошибаешься.       Лицо Скай перекосилось, а с лица стёрлась самодовольная улыбка.       — Нет! — она сделала шаг вперёд. — Я всегда знала, что ты, Ричард, самый умный и это будет мешать в будущем.       Люк вдруг сжал кулаки и отошёл за Ричарда к Майрону, что уже был мертв. Его передёрнуло от вида застывшего де Графа. Койл видел много трупов, но смотреть на человека, что много значил для них всех, что всего пару мгновений назад был живой. Что признавался в любви за секунды до своей смерти. Его не волновало, что Майрон признался в любви мужчине. Не было той ненависти, которую он обычно испытывал, наблюдая за проявлением чувств одного мужчины к другому. Возможно, потому, что его никогда на самом деле не волновали какие-то геи вокруг него или нет. Ненависть была направлена не к ним, а в первую очередь к самому себе, к непринятию себя. Люк мог сколько угодно скрывать это от других, но знал, что ненавидел в первую очередь себя и завидовал тем, кто мог проявлять свои чувства так открыто, в то время как он не мог. Будто бы какой-то барьер спал после того, как он попытался убить Ричарда. Будто бы все его прятки с самим собой перешли возможную и мыслимую грань. Тот факт, что он где-то там, внутри, зарыл это в себе, не меняет того, кем он в самом деле является. Койла тряхнуло от мысли о том, что чувствовал сейчас Марк. Но тот резко поднялся и, смотря на Майрона, вдруг обратил свой взгляд на Скай. Рука Андерсона так быстро достала пистолет из брюк, что даже Скай не успела среагировать. Он выстрелил вверх и одного выстрела хватило, чтобы огромная дорогая люстра упала буквально в метре от Скай и Маршалл, что стояла противоположно ей. Марк прошел мимо Скай, останавливаясь за её спиной и поворачиваясь к ней. Та тут же развернулась к нему лицом.       — Как думаешь возможно ли такое, что я поеду к своим родителям в Испанию погостить и заодно убью одну худую брюнетку и пухленькую блондинку? Разве это не они живут с тобой? — ехидно улыбнулся Марк, на его лице видны были засохшие слезы и кровь.       — Знаешь, что я сделаю с Коди?       — Знаешь, что я сделаю с ними? — Марк продолжил улыбаться. — Тебе как политику не выгодно убивать его. Не в твоих интересах, он всё-таки важная шишка, а его смерть будет очень... Странная? Коди никому не переходил дорогу, кроме тебя.       Скай начинала злиться, но Андерон просто ушел через дверь, в которую до этого пришла сюда сама девушка в фиолетовом. Койл хотел прострелить Скай колено, как минимум. Как максимум сбросить её прямо из окна этого здания. Вдруг Люк почувствовал руку на своем плече, перед ним стоял Ричард, который его увел из комнаты. Как только они вышли Люк тут же вырвался и ударил Ричарда. Отто же схватился за лицо и посмотрел на Люка.       — Не пытайся сопротивляться. Я хочу кое-что показать, как и ты мне тогда. — прошипел Отто.       Сердце Люка застучали быстрее, но он все равно послушно шел за Ричардом. Не смотря ни на что, он будет доверять ему безоговорочно. Люк был готов ко всему, поэтому, когда Отто буквально запихнул его в свой автомобиль, Люк не удивился и не сопротивлялся. Пускай везёт его куда угодно. Люку было все равно, Он лишь размышлял о том, что делал Ричард перед тем, как Койл "убил" его. Ричард провел рукой по его щеке. Ричард сказал, что он красивый. Койл пытался забыть о том, что говорил он, но мысленно надеялся, что понял все неправильно и правильно одновременно. Его сердце разрывалось, он испытывал отвращение от самого себя, и обременять Ричарда своим присутствием Люк никогда не хотел. Ему было противно от себя самого и того, какой же он убогий. Нечего было таить какие-то надежды, ведь гомосексуальность - это болезнь. Люк не болеет таким. Люк нормальный гетеросексуальный мужчина. У него была Джоан, которую он любил и собирался в будущем поженится. Он, блять, сделал ей ебаное предложение. Напрягал мозги, чтобы вспомнить, что именно нравится Кинг, чтобы подарить ей идеальное кольцо, которое ей понравится. Да, Люк не идеал, но он старался для неё. Его девушка чуть не умерла на месте от того, что преподнес ей Люк. Она так долго плакала, что Койл испугался. В конце концов, теперь мысли были заняты планированием свадьбы. А тут Ричард. Ричард, ради которого Люк был готов на все, что угодно. Он умрет и убьет любого за Отто. Когда Люк вынырнул из своих мыслей, он похолодел изнутри. Ричард привез его на то же место, где Люк сам избавился от Ричарда почти месяц назад.        Марч хотел придти и поддержать Марка по приезду домой, но тот сразу же закрылся у себя в спальне. Маршалл с Донной прибыли позже. Рейнхарт выглядела немного потрясенной.       — Я сломаю лицо этой суке в следующей раз. — прорычала Маршалл, наливая себе стакан воды из под крана.       Коул вздохнул.       — Как думаешь Марк будет в порядке? — Коул был и сам подавлен.       Майрон был довольно хорош для Андерсона, они идеально подходили друг другу. Возможно Марк даже сам был влюблен в Майрона. В конце концов Марч не должен был в это лезть, но ему было ужасно обидно за них обоих. Скай портила жизнь им. Сначала его жена, теперь Майрон.       — Пиздец. — лишь ответила Маршалл с кислым лицом.       — Вы серьезно будете плакать по убийце? Они все заслуживают смерти. — вдруг сказала Донна и фыркнула, чем разозлила Коула.       — Заткнись! Заткнись, Мун! Ты понятия не имеешь о чем говоришь! Ты ничего не знала о Майроне, ты ничего не знаешь о нас. — зашипел на неё Марч, стараясь держать себя в руках.       — А с каких пор ты защищаешь убийц? Хотя ты даже не пытался мне помочь. У тебя, что стокгольмский синдром? Влюбился в Марка Андерсона, как этот ваш Майрон? — Донна отступила от него на шаг.       — Замолчи. Я ни в кого не влюблен, ебучая ты дура! Лучше бы ты правда была мертва. — выругался Марч и тут же пожалел о своих словах.       Маршалл же тут же одним своим видом заставила их заткнуться, закатив глаза и громко цокнув. Она схватила Донну за плечо и отвела в свою спальню. Марч же остался на кухне раздумывая о том, что он сказал. Он не хотел желать смерти Донне, никогда бы не пожелал такое никому, но ему стало так обидно за Марка. Марч обнял себя руками и по часам понял, что время близилось к девяти вечера. Как оно так быстро пролетело Коул не заметил, Марч взял пакет с чипсами и пошел к спальне Андерсона. Пока Донна жила с ними ему пришлось перебраться в спальню Марка, у которого был диван, на котором и спал Марч. Андерсон впустил его очень быстро и также быстро забрался к себе под одеяло. Марк снова плакал. Он лежал в белой футболке и Коул тут же сел с другой стороны его кровати, протягивая чипсы.       — Я могу уйти если что, — сказал Марч.       — Не надо. Будь здесь. — Андерсон открыл чипсы и положил между ними.       Марч улыбнулся Марку и погладил его по пушистым серым волосам. Теперь это особенность Андерсона ему очень нравилась. Его серые волосы были приятные на ощуп и забавно иногда ложились волной после того, как Андерсон принимал душ. Особенно это было заметно с его длиной челкой, что странным образом удерживалась в воздухе без помощи каких-либо гелей и укладки, место того чтобы закрывать Марку пол его лица. Хотя после душа Марк выглядел особенно забавно. Его сырые волосы зализывались назад и он выглядел необычно без своей челки. И одновременно так мило.       — Хочешь поговорить или мы просто помолчим? — спросил Коул.       — Можешь говорить о чем угодно. — улыбнулся Марк и поддался прикосновениям Марча, почти заурчав.       — Ты любишь Майрона? Прости за этот вопрос.       Марк был на удивление спокоен.       — Нет... К сожалению. Жаль, что я так поступил с ним, — вздохнул Марк, кладя себе в рот чипс.       — Эй, ты не виноват.       — Да какая разница, — пожал плечами Андерсон. — Майрон заслуживал большего, а я полный неудачник и идиот. Не понимаю за, что он меня полюбил.       Марч тут же напрягся рядом с Марком и посмотрел на него.       — Ты не неудачник, Марк. Почему ты так критичен с собой, что ты сделал, чтобы так себя ругать постоянно? — Марк резко посмотрел на Коула и его глаза наполнились слезами. — Эй, Марк, ну чего ты?       — Прости, — пробормотал Андерсон пытаясь вытереть слезы. — Прости.       — Не за что извиняться. — Марч погладил Марка по плечу и тут судорожно вздохнул пытаясь успокоиться.       Марк на этот раз также быстро успокоился, как и начал плакать и теперь снова вздохнул.       — Я думал, что Майрон и ты... Ну вы могли бы хорошой парой, знаешь. — высказался Коул, смотря, как Марк начал быстро есть чипсы.       — Сомневаюсь, — нахмурился тот.       — Он буквально недавно заходил в гости и когда ты готовил салат на кухне. Майрон довольно мило обнимал тебя и нежно смотрел на тебя. — застенчиво улыбнулся Марч. — Теперь я понимаю почему он так себя вел.       Марк закатил глаза и подавился чипсами.       — Майрон бисексуал.       — Ну и?       — А я асексуал, — хмуро посмотрел на него Андерсон.       — Все ещё не понимаю.       — Я бы не занялся с ним сексом. — с отвращением проговорил Марк и округлил глаза. — Я не испытываю сексуального влечения, а Майрон испытывал! Боже, он, что хотел меня трахнуть?       Марк казался таким потрясенным.       — Любовь не только секс, Марк, — Коулу хотелось увести разговор с этой темы.       — Боже, представь ты встречаешь человека мечту. Это девушка для тебя идеал, ладно никто не идеален, но она, кажется тебе чем-то невероятным, она не такая, как остальные. Она любит тебя, а ты любишь её, — начинает как-то бурно рассказывать Марк. — но она не хочет заниматься с тобой сексом, а ты с ней хочешь. Неужели ты готов навсегда забыть о сексе?       Марк прищурился.       — Ну... Если бы я её правда любил, то да.       Марк лишь невинно улыбнулся и снова начал есть чипсы.       — Не обманывай себя. Будь твоя девушка асексуалкой ты бы сбежал от неё, — проговорил Андерсон.       — С чего ты взял? — Коул недоуменно уставился на Марка.       Он не понимал на основе чего Марк приходил к таким выводам.       — Когда-то тебе надоест. Не может быть отношений без секса, — пробубнил Марк. — Если ты асексуал, а твой партнёр нет, то такие отношения долго не протянут.       — Почему она не сможет пойти мне на уступки тогда? — нахмурился Марч. — Допустим, если она правда меня любит. Она бы могла сделать это.       — Переступить через себя. — как-то отстраненно проговорил Марк. — Да, наверно так бы и сделал любящий партнёр.       Люк вышел из машины, осматривая место, где он оказался. Конечно же тут ничего не могло поменяться. Погода снова была ветреная, как и тогда. Люк был в своем бежевом пальто, когда Ричард был в черном. Они идеально друг друга дополняли. Койл занервничал, смотря на Отто, что блять умел хорошо скрывать эмоции. Его лицо ничего не выражало. Люк лишь прошагал на пирс за ним, а после его толкнули и развернули. Теперь они поменялись местами. Как иронично. Становилось темно и Люк очень хотел домой. Ему хотелось к Джоан. Они любили молчать, лежать друг с другом. Ей нравилось трогать его волосы, а Люку просто нравилось, что кто-то с ним рядом. Хотя ему всегда хотелось, чтобы рядом с ним была не она. Никогда не хотел признаваться себе в этом. Как же легко разрушить все. Весь свой мир Люк все время жил в иллюзиях. Построил жизнь на лжи, сначала из-за детства, потом из-за гомосексуальности, затем и вовсе из-за убийств. Теперь рядом с ним стоял холодный Ричард со своим идиотским выражением лица. Люку становилось плохо и страшно, он умрет. Он точно умрет, Отто убьет его и это будет конец, и Люк этого заслужил. Ричард достал пистолет и нацелился на лоб Люка.       — Мы должны поговорить.       — Ну да, у тебя у лба нет, блять, пистолета, конечно ты хочешь поговорить, Ричард, — прошипел Люк.       Койл язвил всегда не к месту, даже когда ему угрожали. Он научился этому ещё со школы, что бы не происходило надо вести себя так будто ты сильнее. Тогда может быть мальчики покруче и не изобьют тебя. Впрочем он был прав, это сам Люк был тем кто избивал других. Вдруг Отто начал казаться таким странно уязвимым.       — Ответь мне на один вопрос, Люк, пожалуйста.       — Ого, целых один? Я настолько неинтересный, что тебя только что-то одно интересует, — усмехнулся Люк.       — Хорошо, два. — на секунду отпустил взгляд вниз Ричард.       — Я убедил тебя! — фальшиво рассмеялся Люк и вздохнул.       — Почему ты ненавидишь геев? — спросил Ричард.       Люка поставило это в ступор. Почему? Честно бы он не ответил никогда. Даже самому себе пару лет назад не ответил бы. Много что менялось в жизни, как и причины, по которым он ненавидел геев. Раньше - потому что так сказал отец. Затем, потому что отец мудак, и Люк хотел хоть в чем-то ему угодить, хотя бы показать, что вот, мол, пап, смотри, я даже думаю также, как ты! Конечно, тому было плевать, да и матери, всем на него было плевать, когда есть его старший умненький братик, которому и поступление оплатили, и младшая сестренка, которой купили новые туфельки. В то время как Люк носил все детство и юношество обноски, ел остатки и получал вместо ужина затрещину от отца. Затем, чтобы самоутверждаться за счет других парней, избить кого-то было как нефиг делать. Прошел тот самый Джастин с радужными кедами? Отпиздить и плюнуть в лицо. Потом это стало защитным механизмом. Агрессия на все, ответ на любой вопрос. А затем пришло понимание. Пришел Ричард в его жизнь. Эти улыбки, эти волосы, глаза янтарного цветка с блеском, с радостной улыбкой. Будто бы в жизни все всегда было хорошо. Будто бы его и не били всю его жизнь. Он впервые в жизни ощутил заботу чужого человека. Ведь его семья никогда не любила его. Отец ненавидел, мать вела себя отчужденно. Старший брат был крутым, ему не до младшего неудачника, сестра попросту дура малолетняя. Тогда Люк понял, что слово "семья" не значит на самом деле ничего, кроме кровного родства. Это для него просто звук. Просто люди, с которыми он делил дом, из-за которых рыдал в подушку, из-за которых сломал себе жизнь, живя в вечной ненависти и злобе ко всему, что отличается от его обычного мира. А потом оказалось, что может быть по другому, что может быть любовь безусловная. Для этого не нужно быть "хорошим" достаточно просто быть собой. И Люк был, показывал, какой он, как ему противен Ричард и тот все равно его принял. Почему он ненавидит геев? Соврать конечно и никак иначе.       — Серьезно? Ты сам знаешь почему. Ну я гей? Обычно вы так говорите. — усмехнулся Люк. — Ну? Я гей. Я гей и люблю мужиков, подойдёт? Ты сам знаешь. Потому что это омерзительно.       Ричард удовлетворительно кивнул.       — Ты когда нибудь чувствовал что-то вроде влюбленности к другому парню? — это был следующий вопрос от Ричарда.       — Да ты издеваешься. — прошептал Койл. — Нет.       Он пытался выдержать взгляд Ричарда.       — Позволь кое-что тебе рассказать, Люк. — вдруг начал Ричард, не убирая пистолет от головы Люка. — Я бисексуал.       — Прекрасный день для каминг-аута, Ричард, я знаю, — раздражённо выплюнул Койл.       Конечно он знал. Ричард ужимался с другими парнями, когда ему было девятнадцать, ни один гетеросексуальный мужчина так себя не ведет. И сколько бы Ричард не подыгрывал ему, Люк всегда знал. И Ричард знал. В глубине души, знал.       — Конечно. Ты знаешь. Мне всегда нравились девушки больше парней. Я был довольно влюбчивым, вокруг меня всегда было много людей, девушки и парни. Но полюбил по настоящему я только одного. — Ричард нежно посмотрел на него и сердце Люка пропустило удар. — Мелисса казалась мне идеальной. Я был в неё влюблен, я буквально отбил её у её же девушки. Я был счастлив с ней, она мне идеально подходила и я ей. Но дело в том, что моя влюбленность в Мелиссу не переросла в любовь. Мне хотелось быть с ней всегда, я женился на ней, у нас общий ребенок. Но... Люк, ты правда думаешь, что я убью тебя?       Ричард резко выкинул пистолет в воду и притянул Люка для объятий. Ричард уткнулся ему в плечо, а Люк ошарашенно стоял и обнял того неловко за плечи.       — Я, блять, люблю тебя, Люк Койл. — Ричард резко положил ладони ему на щеки и притянул к себе, поцеловав.       Сердце Люка чуть не выскочило из грудной клетки. Его губы были на губах Ричарда Отто, что закрыл глаза и осторожно целовал его. Глаза Люка наполнились слезами. Он попытался из сморгнуть, но Ричард резко отстранился, испуганно смотря на Койла, пытаясь понять его реакцию. Койла затрясло. Как это может быть реальностью то, о чем он так долго фантазировал, хотя запрещал себе? Как что-то столь запретное для него вдруг стало реальным? Ричард, которого любили все? Почему тот выбрал именно его? Он не ответил ему.       — Эй, эй, Люк, ты чего? — Ричард не на шутку перепугался, смотря на плачущего Койла.       — Я... Я тоже, — сдавленно ответил Люк и посмотрел на Ричарда, что снова втянул его в поцелуй.       Люк вцепился в пальто на спине Ричарда, боясь, что тот внезапно пропадет. Губы Ричарда были тёплыми и приятными. Господи, он целует Ричарда, блять, Отто! Любовь всей его жизни. Парень, что перевернул всю его жизнь, из-за которого он осознал, что гей. Ричард вдруг отстранился, смотря на него глазами, полными слез. По его телу словно прошел разряд тока. Подумать только о том, что это губы Ричарда и все! Ему хотелось выть, рыдать от того, что тот любит его, от того, что не ненавидит.       — Какой же ты прекрасный, солнце, — теплая ладонь Ричарда прижималась к его холодной щеке. — Я так мечтал об этом.       Люк уткнулся Ричарду в изгиб шеи. Он мечтал.       — Я так люблю тебя, Ричард. Так люблю тебя. — заплакал Люк. — Я... Я ненавидел себя за это. Я...       Ричард погладил его по спине, прижимая к себе. Люк заплакал ещё сильнее. Как он мог?       — Я сделал Джоан предложение.       Ричард тут же перестал его обнимать и отстранился, смотря на Люка, пытаясь понять шутит ли тот. Он был готов, что Ричард возненавидит его. Койл хотел превратить свою жизнь в ложь до самой смерти, собравшись жениться на Джоан.       — Прости. — Люк задыхался от такого количества слез.       — Ничего, ничего. — Ричард поцеловал его в лоб и снова прижал к себе. — Я люблю тебя и буду любить, что бы ты не сделал.       — Я ужасный человек, Ричард. Я такой плохой. — Люк рыдал, пока Ричард вел его к машине, они оба уселись на задние сиденья, где Отто положил Люка на лопатки. — Я так ужасно поступал с тобой и с другими.       — Я люблю тебя, Люк, ты лучший. — Ричард продолжал целовать Люка во все места, которые мог, щеки, лоб, нос.       Люк вцепился в спину Ричарда, что надвис над ним. Ему так было приятно, что Отто его целует, прикасается к нему. Подумать только, тело Ричарда между его раздвинутых ног, тот действительно целовал его. Он никогда не мог мечтать об этом, если только где-то в глубине души и перед сном.       — Ты... Я хочу провести с тобой остаток всей своей жизни. — Люк поцеловал Ричарда в щеку.       — Я тоже. Люк, какой же ты... — Ричард замолчал и прижался своим лбом к его. — Очаровательный. Я хочу готовить тебе грибную пиццу.       — Да, блять, я хочу, чтобы ты готовил мне грибную пиццу! — улыбнулся Койл, смотря на счастливого Отто, что провел пальцем по носу Люка.       — Обожаю твой нос, он такой маленький и курносый. Это так мило. — Ричард улыбнулся, смотря на смутившегося и раскрасневшегося Люка.       Люк всегда ненавидел свой нос, считая его недостаточно мужественным и уродливым. Впрочем как и все черты своего лица. Как и всю свою личность.       — И что я должен на это ответить? — нахмурился Люк.       — Хочу обнимать тебя целую вечность, — Ричард поцеловал Люка в губы и тот робко отвечал на поцелуй. — Ещё не комплексуешь, что я сверху?       — Да пошел ты. — шутливо огрызнулся Люк и снова расплакался.       — Солнце, ну не плачь, когда ты плачешь я тоже хочу плакать. — Ричард вытер слезы Койла с щек своими пальцами.       — Прости, я не могу поверить, что это все реально. Ты правда любишь меня?       — Люблю, поехали ко мне домой? — Ричард поцеловал Люка в лоб и перебрался на водительское сиденье, смотря, как Койл садиться рядом с ним.       — Поехали. — Люк посмотрел на Ричарда щенячими глазами.       Сердце Койла билось так быстро, что он прижал руку к груди. Ричард вел машину быстро, иногда глядя на Люка и мимолётно улыбаясь ему. Койл волновался, что это все ему сниться, что завтра он проснется в кровати с Джоан, а Ричард будет мертв. Люк коснулся плеча Ричарда. Отто улыбнулся ему, подъезжая к своему дому. Койл никогда не мог быть счастлив больше чем в тот момент. Ему хотелось, чтобы Отто всегда был с ним навсегда был его только рядом с ним. Неужели все эти годы ненависти и вранья были просто бесполезны? Они потеряли так много времени лишь из-за упрямства Люка. Ну и немножко из-за Мелиссы, на которой Ричард был женат. И которую он действительно любил. Люк хотел наедятся, что Ричард его любит больше.       — А Мелисса не будет ругаться? — спросил Люк и получил быстрый поцелуй в губы от Ричарда.       — Из-за чего?       — Я тут... Мы с ней ссорились до этого.       — Не волнуйся она тебя любит почти также, как и я тебя, — Ричард провел ладонью по щеке Люка и вышел из машины.       Койл последовал за ним и поскорее поднялся на террасу, ожидая, когда Отто откроет дверь в дом. Он с замиранием сердца наблюдал, как Ричард быстро вставляет ключ в дверь и несколько раз его поворачивает, отскакивает, открывая дверь, и впускает Люка. Как только Отто запирает дверь, он тут же прижимает Люка к стене, глубоко целуя его. Язык Ричарда скользнул по губам Люка, от чего он тут же отстранился. Отто неловко улыбнулся ему и помог снять пальто. Койл испугался языка, как бы глупо это не было. Нет, конечно, он целовался с языком, ему ведь не пятнадцать, но именно с Ричардом это было так страшно, так необычно. Раньше все, что он делал, было на автомате. Потому что это надо. потому что девушка хочет этого. Не он, конечно, не он.       — Я так тебя люблю, Люк, — говорит Ричард, когда вешает их пальто и смотрит на Люка в костюме. — Пойдем, пойдем.       Рука Ричарда ложиться на спину Люка, пока они поднимаются к его спальне. Койл волнуется, все ли делает правильно. Он чувствует тепло от ладони Ричарда. Ему хочется не облажаться перед Ричардом. Когда язык Рича скользнул по его губе, это так напугало. Люк не особо любил поцелуи с языком, но Отто, казалось, был не против. Не то чтобы Люку не хотелось так поцеловать Ричарда, но не сейчас. Когда они зашли в спальню Ричарда, тот сразу же сбросил с себя черный пиджак и положил его на кресло, что стояло возле двери. Слава Богу, свет включался сам по всему дому Отто. Рич тут же стянул пиджак с Люка. Он не сопротивлялся. В конце дня он так уставал ходить в костюме, и телу хотелось отдохнуть от кучи слоев одежды. Ричард тут же затащил его на кровать и поцеловал. Койл снова оказался под Ричардом. Он вцепился в его черную рубашку со спины и крепко поцеловал его. Он вжался ногами в бока Ричарда, пытаясь соприкасаться с ним каждой частичкой тела.       — Я так устал, — вздохнул Койл и прикрыл глаза.       — Я потащил тебя в постель к себе не за этим. Я подумал о том, что мы довольно сильно устали, — несильно стукнулся Ричард своей головой об голову Люка.       Не смотря на слова Отто, Люк чувствовал как в его ногу упирается член Отто. Он тут же смутился и на его лице показался совсем незаметный румянец. Это было... Так странно. Ричард действительно его хотел, по настоящему. Ричард взволнованно смотрел на Люка. Отто тут же слез с него и лег рядом, теперь его бедра не соприкасались с его ногой.       — Ага, — выдохнул Люк.       — Прости, — смущённо улыбнулся Ричард положив голову на подушку рядом с Люком.       — Не за что, Ричард, ты уже взрослый.       Тот усмехнулся и начал стягивать с себя галстук.       — Прости, но не хочу спать в рубашке с галстуком, — проговорил он и выкинул галстук куда-то на пол.       Ричард тут же развязал галстук Люка и положил его на тумбочку.       — То есть тебе можно раскидывать вещи, а мне нет? — улыбнулся Люк и снова прослезился.       — Ну заканчивай уже плакать, Люк, — Ричард вытер одинокую слезу с щеки Койла. — Мне становится грустно.       Отто потянулся к ширинке своих штанов, и сердце Люка чуть не выпрыгнуло. Он мог представить другой контекст ситуации, в которой Ричард бы стал расстегивать ширинку, находясь в одной с ним кровати. О Боже, Он будет спать в одной кровати с Ричардом, но теперь прекрасно зная, что тот любит его. Теперь Ричард сидел перед ним в черной рубашке и темно-красных боксерах, что выглядели очень соблазнительно. Но Койл поспешно отвёл взгляд, раздеваясь сам. Люк тут же подумал, почему он не мог надеть сегодня белье покрасивее, чем какие-то свободные боксеры в идиотскую клетку. Койл тут же вспомнил, что Ричард тоже мужчина, и ему вообще-то должно быть все равно на трусы Люка. Когда Койл снял с себя брюки и оглянулся на Ричарда, тот уже надел темно-зеленую футболку и снова лег рядом с Люком, смотря на его лицо.       — Что? — спросил Койл, смущаясь пристального внимания.       — Ты такой красивый, Люк, — сказал Ричард и вскочил с кровати, включая ночник, и выключая свет в комнате. — Не будешь снимать рубашку?       — У меня под ней ничего нет, — хмуро посмотрел Люк на Ричарда, что выглядел так мило и дружелюбно.       Так необычно видеть Ричарда таким. Его челка почти падала на глаза, без зачесанных назад волос он выглядел необычно, будто бы ему снова девятнадцать. Раньше он крепил волосы назад с помощью заколок. Люка это раздражало, он находил это глупым и девчачьим. Таким добрым и улыбчивым Люк видел его только, когда он был пьяный.       — Ты пил? — на всякий случай спросил Люк, залезая под одеяло.       — Нет, — ответил Ричард, выгнув бровь, залезая под одеяло рядом с Люком. — Давай я расстегну пару пуговиц.       Отто расстегнул две первые пуговицы на рубашке Люка и Койл тут же потянулся целовать Ричарда.       — Я думал ты устал, — проговорил Ричард между быстрыми поцелуями.       — Да.       Люк тут же положил голову обратно на подушку, смотря на Ричарда.       — Ты бы хотел обняться? — шепотом спросил Ричард.       — Да.       Ричард прижал Люка к себе, кладя руку ему на спину. Койл же положил руку поперек груди Отто и уткнулся носом ему в щеку. Люку так давно не было так хорошо рядом с кем-то. Он наконец-то был по-настоящему счастлив в объятьях Ричарда Отто. Их ноги переплелись, Ричард перевернулся чуть набок, чтобы ему было удобнее обнимать Койла. Люк не хотел думать о том, что будет завтра, что делать с Джоан, ему просто хотелось навсегда остаться в объятьях Ричарда Отто.       Утро наступило внезапно. Люк даже не думал, что заснёт так быстро, тем не менее. В голове пронеслось все что случилось за прошлый день, Люк тут же напрягся. Лёжа на боку, он чувствовал сзади Ричарда, что обнимал его и это начало смущать. Но Люк не попытался выбраться из объятий Отто, а лишь наслаждался. Он никогда не думал, что ему нравятся, когда его обнимают. Скоро все закончится. Койл аккуратно повернулся, пытаясь посмотреть на спящего Ричарда и столкнулся нос к носу с ним. Правда, Отто вовсе не спал, его глаза были открыты и он внимательно смотрел на Люка.       — Давно ты не спишь? — пробубнил смущённый Люк, чувствуя, как руки другого мужчины отрываются от него и тот переворачивается рядом на спину.       — Ждал, когда ты проснешься. Минут двадцать наверно, — улыбнулся Ричард и тут же поднялся с кровати.       Люк в панике забегал глазами по комнате, пытаясь не смотреть на Ричард в футболке и боксерах. Это было так странно, он ничего подобного раньше не чувствовал!       — Куда ты вскочил? — опять пробубнил себе под нос Люк.       — Чистить зубы и умываться, Койл. Ты не делаешь этого утром? — удивлённо спросил Ричард и потянулся, вытянув руки вверх.       Футболка тут же задралась, обнажая небольшую часть живота Ричарда и Люк снова отвёл взгляд в кровать. Койл неловко теребил край одеяла, ему было так стыдно вставать. Тогда Ричард увидит его в нижнем белье, хотя в этом ничего такого нет, он и вчера видел. Но... Люк боялся, что он сделает что-то неправильно, ему не хотелось облажать перед Ричардом, даже в каких-то простых вещах. Он вел себя как девочка подросток, а не взрослый мужчина! Люк тут же вскочил в кровати, смотря в глаза Ричарду.       — Ты со мной? У меня есть ещё одна зубная щётка, — повернулся Отто спиной к Койлу, идя к ванной комнате, но Люк остановил его, положив руку на плечо. — Что такое, солнце?       Люк замер, смотря в карие глаза Отто. Господи, какой же Ричард был красивый. Он никогда не замечал насколько карие глаза могут быть красивыми, он пытался не приглядываться. Не засматриватся на Отто. — Не смотри на меня так будто я тебя съем, Люк. — Ричард провел ладонью по щеке Койла. — Если ты нервничаешь или смущён, то все нормально. Я тоже смущаюсь прямо сейчас. Я так много думал о нас и я не верю, что сейчас я могу сказать «люблю тебя» и не быть за это избитым.       Глаза Люка тут же наполнились слезами и он опустил взгляд вниз.       — Боже, я никогда не видел, чтобы ты так много плакал. Вообще не видел, чтобы ты плакал до этого, — Ричард обнял Койла, уткнувшись в плечо. — Солнышко, я никуда не денусь. Если тебя пугает это все, то это нормально. Для тебя гомосексуальность все время было чем-то отвратительным, Люк, чувствовать что-то это нормально. Я тоже люблю тебя, не бойся меня, я не буду смеяться над тобой и не обижу тебя, Люк.       — Прости, — Люк отстранился от Ричарда и поднял взгляд на него. — Я... Я люблю тебя.       Ричард тут же потянулся и поцеловал Люка, что сразу же ответил на поцелуй. Они быстро отстранились друг от друга, когда услышали, как открывается дверь.       — Какого черта? — прошипела Мелисса, смотря на Люка и Ричарда, что стояли и держали друг друга за руки.       — Мелисса, — с придыханием сказал Ричард.       Та вопросительно на него посмотрела, а затем перевела взгляд на Люка, у которого на щеках были капли слез. Только её не хватало.       — Что вы... Боже мой, когда вы успели? — женщина вошла в комнату и остановилась в метре от них, переводя взгляд от одного на другого.       — Вчера, — ответил Ричард и Люк тут же отстранился от него и начал надевать свою одежду. — Что такое, Люк?       Надо убираться от сюда поскорее. С Мелиссой взаимодействовать желания не было никакого.       — Джоан вообще-то переживала за тебя, Люк, — прошипела Мелисса, глядя, как тот надевает костюм. — Ты бы хоть своей невестке сообщение отправил, что не придёшь домой и будешь сосаться с женатым мужиком.       Ричард удивлённо посмотрел на свою жену и тут же сделал шаг к ней.       — Мелисса, прекрати! Зачем ты так говоришь? — с болью на неё посмотрел Ричард.       — Я понимаю, вы друг друга любите, но у Люка есть невестка, он сделал Джоан предложение и он всё ещё в отношениях с ней. Ты в курсе, Люк, что это измена? Я рада за вас, но, извините, Джоан должна знать и об этом скажет ей Люк.       Койл все это время надевался и грустно посмотрев на Ричарда, собрал все свои вещи, что мог, в том числе и телефон.       — Иди нахуй, Мелисса. — огрызнулся Койл и даже не взглянул на женщину, вышел из комнаты.       Койл понял, что его машина все ещё стоит здания Скай и провел по лицу рукой. Ну за что ему это? Надо вызывать такси ради такой ерунды. Он тут же услышал позади себя шаги.       — Люк, — послышался вновь жёсткий женский голос. — Джоан имеет право знать, если у тебя есть эмпатия, скажи ей.       Не хватало ему, чтобы эта сука ебала ему мозги. Он уважал в какой-то степени Мелиссу, но сейчас ему хотелось заткнуть её. Как же она все испортила!       — Да ты блять сама, то представляешь?! — крикнул на неё Люк, оборачиваясь. — Джоан, извини. Человек, с которым ты была в отношениях все это время, врал тебе? Я никогда не любил женщин? Я не мог принять свою гомосексуальность, потому что в детстве меня бы за это отхуярили и закопали бы прямо во дворе?! Да, я сделал тебе предложение, но моя девятилетняя любовь к мужику оказалась взаимна?! Прости, я тебя бросаю? Да пошла ты нахуй, Мелисса! Ты понятия не имеешь, что мне, сука, надо сделать теперь! Мне, блять, что, недостаточно в жизни говна? Да я в рот ебал вашу семейку, Отто! Я всю жизнь то и делаю, что изворачиваясь, причиняя ущерб себе и другим! Да пошла ты нахуй! Выбрала себе мужика пидора и гонит на меня. Со своим разберись сначала.       Мелисса ни разу не дернулась и продолжала смотреть на Люка. Её взгляд был холодный, осуждающий и пробирал до костей.       — А я разобралась. Потому что Ричард нашел силы и смелость самому рассказать, что любит тебя, а не меня. А ты трус, Люк, и навсегда останешься трусом. — безэмоционально ответила Мелисса, в её глазах промелькнула жалость и отвращение.       Сердце Люка сжалось и он понял, что она права. Он трус. Ничего это не изменит, Люк навсегда остнается таким. Он лишь развернулся и начал спускаться по лестнице.       — Люк, — послушался сзади сдавленный голос Ричарда. — Расскажи Джоан вот и все. И не слушай Мелиссу, никакой ты не трус.       Люк проигнорировал эти слова, но по сердцу будто бы резанули ножом. Схватив с вешалки верхнюю одежду, он открыл входную дверь и выбежал на улицу. Все всегда были правы. он трус, латентный гей и моральный урод. Единственное, что захотелось сделать сейчас Люку, это напиться. Мысли о Джоан теперь сопровождались отвращением к ней, хотя сама девушка ни в чем была не виновата. Из-за слов Мелиссы появилась ненависть к ней. А придя домой в ярости, он устроит скандал и, возможно, напугает саму Кинг. Лучше держаться подальше от других в таком состоянии и пойти туда, где никто не догадается его искать. Не решать проблемы, как отец, он пообещал себе еще в детстве. Но и где он? Он идет нажираться, потому что единственное, что может спасти его - это алкоголь, то, что он всегда ненавидел.