Родившись тут, умерла там

Лето прошло в мгновение ока, несмотря на то, что я находилась в параллельном мире, весь сезон был с маглами, в их мире. Последняя неделя, которую я провожу в норе, но не знаю почему, Молли послала приглашение, написав, что это безумно важно. — То есть, ты хочешь сказать, что написала все эти песни всего за лето? — Я киваю. — Это было не сложно, я ведь почти всегда была в одиночестве. — На самом деле за лето я успела даже начать встречаться с магглом, но эти отношения довольно-таки быстро закончились. — Так ты не знаешь, почему нас всех так срочно сюда созвали? — Гермиона отрицательно кивает, после чего мы обе замечаем, как в комнату входит Джинни, которая достаточно сильно повзрослела и стала очень красивой. — Лин, тебя позвал Сириус, там собрание ордена. — Отлично, всё лето его не видела, но мне, в принципе, не привыкать, — вздыхаю я и выхожу из комнаты, замечая грустный взгляд девочек. — Привет, — говорю сначала посмотрев на Римуса, который был с Нимфадорой, а потом на отца, и сажусь вовсе не рядом с ним, а наоборот, подальше. Мне обидно, ведь я писала ему письма, но ответов не получала, а самое обидное, что Гарри же ответы получал. — Почему вы сюда позвали малышку Лин? — Спрашивает у остальных Молли, и улыбается мне. — Она уже полноценный участник ордена, Молли, — слова исходят от Алостора Грюма, и я незаметно киваю, перекидая одну ногу на вторую. — Белатриса Лейстрендж сбежала из Азкабана, и не только она, — говорит Грюм, и все смотрят буквально в стол, я же наоборот, пытаюсь заговорить, но отец перебивает меня, встав со стола, и подходя ко мне, — Аластор, я думаю, не стоит ей слышать взрослые разговоры, — и я не него с недоуменеем смотрю, я бы высказала ему, но не смогла, что ж такое то, не то ли заклинание немоты? Отлично. — Сириус, ты серьёзно? — Последнее, что я слышу, и папа уводит меня из комнаты. Заклинание пошло.  — Что за хре… О, мерлин, папа, ты серьёзно? Не надо было приезжать, — очень злым голосом произношу я, и он выдыхает, пытаясь обнять меня, — Нет, я все лето писала тебе письма, сколько их было? 20? 30? И ни на одного ответа я не получила, сомневаюсь, что сова не долетела. Мне пришлось все лето быть одной, среди маглов, без помощи взрослых и пытаясь выкрутиться, ведь я несовершеннолетняя, — я вздыхаю и ухожу, оставив отца в раздумьях. Получил, потому что заслужил. Я путаю комнаты и захожу в комнату близнецов, немного не в то время. — Твою мать, Гермиона, я бы убила его, — я открываю дверь, и сначала смотрю на пол, но как только слышу мужской голос, поднимаю глаза, увидев перед собой своего лучшего друга и Джорджа без футболки, точнее ещё одного лучшего друга. — Кого убила бы? — Говорит Фред, и улыбается, заметив мою реакцию на Джорджа. — О Чёрт. — Говорю себе под нос, и собираюсь выйти, но мужская рука меня останавливает, — Да постой ты, Лин, или сейчас упадёшь в обморок? — Подкалывает меня Джордж, на что я натянуто улыбаюсь так, чтобы было видно что улыбка не настоящая. — Когда ты приехала? — Спрашивает меня Фред, и я отворачиваюсь, давая время на то, что бы один из парней надел на себя футболку. — Утром, просто сидела в комнате с Гермионой. — Вот оно, ясно как, не соскучилась по нам? -и я снова улыбаюсь, но уже по настоящему, близнецы почти единственные, кто всегда отвечали мне на письма и часто писали их сами. — Конечно скучала, безумно, — я обнимаю обоих парней, сразу же после этого посылаю воздушный поцелуй и быстро выхожу из комнаты, направляясь к девочкам, которых, к сожалению, или, к счастью, в комнате не было. — Фух, — говорю я и падаю на свою временную кровать, давая волю эмоциям. Никто не говорил, что мне не будет морально больно в этом мире, да? Ну хоть физической боли нету, и не этом спасибо. Плачу, хотя нет, плачу — мягко сказано, рыдаю, вжимая кулаки в подушку. — Ты чего? — Я не услышала как кто-то вошёл, но это был мужской голос, поднимаю голову и вытираю слезы, снова натягивая фальшивую улыбку. — Ничего, забудь о том, что видел, — говорю я парню, и встаю с кровати, собираясь выйти из комнаты. — Ты можешь рассказать мне, если хочешь. Прости что раньше был груб с тобой, — говорит Рон и я без слов крепко обнимаю его. — Давай. В другой раз, все расскажу, но сейчас у меня нету сил, — он кивает, и мы выходим из комнаты направляясь на семейный ужин.

***

Опять новый учитель по ЗОТИ?.. — Они издеваются, или как? — Уныло жалуюсь я рядом сидящей подруге, которая лишь ухмыляется моим словам. — Какая разница кто ведёт? Или ты из-за Римуса? — мои глаза стали, как две бочки. — Прости что, Римуса? Ага, мне ещё тут его не хватало, и так видимся чаще обычного, на собраниях, — делаю глубокий вдох, — Ладно, я схожу в женскую комнату, — Гермиона кивает, а я выхожу из библиотеки, направляясь в туалет, в который давно никто не ходит, и вовсе не для женских принадлежностей, а чтобы поговорить с Миртл, как бы странно это не звучало. — Оххх, — чуть ли не кричу я на весь туалет, и вижу перед собой призрака, но не одну, а с парнем. С парнем, который был мне малознаком, но его затылок я уж точно помнила, «Аккуратнее, Блэк» произнеслось у меня в голове. — Чего тебе? — Грубый, злой, холодный голос, настолько холодный что мурашки по коже. — С чего ты взял, что мне с тебя что-то нужно? Я к Миртл, но явно не к тебе. — Он ухмыляется, но эта ухмылка не была такой, как у Фреда или Джорджа, она… была страшной, я даже не заметила, как оказалась прижатой к стене туалета, — Посмеешь кому-то рассказать и… — И ты расскажешь своему папочке? — Перебиваю я его, и смеюсь с его слов. — Заткнись, тупой щенок Сириуса! — Я отталкиваю его, с такой силой что парень врезается в стену напротив. — Ещё. Раз. Посмеешь. Назвать меня. Не по имени. И. Я. Тебя. Убью. — Холодно говорю я, оборачиваясь, чтобы побыстрей уйти отсюда. Чёртов Малфой, ненавижу его, побыстрее бы он сгнил со своей семейкой пожирателей.