Ведьма

      Обратный полет был таким же потрясающим, как и полет к скале. Когда мы вернулись, шабаш на площади уже заканчивался. Многие видимо уже разошлись. Ахлис мы нашли у стола, лениво жующей какую-то закуску. Она смерила нас недовольным, но спокойным взглядом. – Я вас долго не видела. Где вы были всю ночь? – Я тоже не видела тебя весь вечер. Где была ты? – парировала я. – Что ж, думаю мне пора. Я был очень рад, что ты пришла. Я и мои родители будем рады видеть тебя в нашем поместье. – Нер галантно поцеловал мою руку и улыбнулся Ахлис.       На ее лице не дрогнул ни один мускул. Нер ещё раз улыбнулся и ушёл. – Полагаю, ты решила пренебречь моим советом. Твои горящие глаза о многом сказали, когда ты вернулась. Что ж ты взрослая девушка и я не вправе тебе указывать. – Ахлис, Нер мне правда очень нравится, но как друг. И мы летали на грифоне. Это было невероятно! – Кто бы сомневался. – Ахлис усмехнулась. – Нам пора. Может полетим на мантикоре? – Ой, нет. Грифона на сегодня достаточно. – Как знаешь.       Она выпрямилась и направилась к выходу с площади. Улицы были почти пусты, за исключением тех, кто возвращался с шабаша также как и мы. Солнце медленно начинало освещать верхушки деревьев, во всю щебетали птицы. Воздух был свежим и прохладным. Я слегка улыбнулась, потому что знала, что эта ночь останется навсегда как одно из самых ярких и приятных воспоминаний.       Мы вышли из города и пошли привычной дорогой мимо поселений. Я хотела было расспросить сестру о том, где она была, и зачем ее искал Тамас, но взглянув на ее каменный профиль, решила промолчать. Тут же мне пришла в голову мысль о том, что раз Ахлис встречается с кем-то из совета, то этим кем-то вполне может быть Тамас. Они были чем-то похожи, оба серьёзные, собранные, хладнокровные. Я бы не удивилась, если бы она встречалась именно с ним. Но об этом спросить ее я тоже не решилась, тем более, что по голосу я так и не поняла был ли это он, и это могло быть только предположением. Вместо этого я решила поговорить о себе. – Знаешь, мне нравиться общаться с Нером, потому что мне очень легко с ним. Это так интересно. – Тебе всегда будет легко с такими как он. Потому что вы оба светлые. – Отвечая на мой невысказанный вопрос, она продолжила: – Все ведьмы и колдуны делятся на светлых и темных. Это не значит, что одни хорошие и добрые, а другие плохие и злые. Скорее, это влияет на некоторые качества. Светлые более понимающие, сочувствующие, благородные, готовы помочь. Тёмные более хитрые, эгоистичные. – Откуда ты знаешь, что я светлая? Разве это не определяется в течение жизни? – Нет, мы такими уже рождаемся и изменить это невозможно. – Как тогда это определить, если человек, то есть маг только родился? – Все мы чувствуем энергетику в той или иной степени. Возможно, ты тоже чувствовала, просто не обращала внимание. Но если мы сомневаемся, есть ведьмы, которые видят ауру. – А ты... – Я вдруг смешалась, вспомнив о том, что тёмные хитрые и эгоистичные. – Да, я тёмная. Это не оскорбление, не надо бояться это произносить. Будь осторожна с темными, но не нужно относиться предвзято. Светлые тоже могут предавать, а темные оставаться верными.       До дома Ахлис я дошла уже совсем уставшей и сонной. У меня едва хватило сил на то, чтобы переодеться и умыться. Ахлис же ещё выглядела довольно бодрой, но тоже сразу легла спать. Проснулась я все равно раньше меня, потому что когда я проснулась после обеда, она уже что-то готовила на кухне. От моей помощи она отказалась, поэтому я пошла погулять, чтобы чем-то себя занять. Ноги сами привели меня на знакомую полянку, где мы обычно тренировались.       Я неспешно прогуливалась по полянке залитой солнцем, когда меня вдруг догнала светловолосая девушка. Она вся была словно соткана из света: у нее была очень светлая кожа, светлые пушистые волосы, светло-зелёные глаза и хрупкая фигура. Нежно-зелёное платье со сборкой на нитку-резинку отлично дополняло образ и усиливало эффект. Раньше я не видела здесь никого другого, поэтому очень удивилась. Похоже, она пришла сюда специально, чтобы встретиться со мной. – Привет, меня зовут Йетта. Можно с тобой поговорить? – Что ж так и есть, она пришла сюда, чтобы поговорить со мной. – Эмм, да. Меня зовут Анора. О чем?       Она выглядела очень серьезной, так что было не похоже, что она хотела просто познакомиться. – Я знаю как тебя зовут, – быстро сказала она и тут же смутилась. – Прости, грубо прозвучало. – Да нет, всё нормально. Так о чём ты хотела поговорить? – Зачем Ахлис тебя привела сюда? – серьёзно спросила Йетта.       Я растерянно посмотрела на неё. – Чтобы я вернулась туда, где родилась. Она сказала, что так как я ведьма, я принадлежу этому миру. – И Нер говорил мне то же самое.       Девушка огляделась по сторонам, как будто боялась, что нас услышат и быстро сказала: – Ты выросла в мире людей и принадлежишь ему. Здесь ты чужая, как и любой другой человек. Не доверяй Ахлис. – Что? – опешила я. – Почему не доверять? И почему чужая? У меня же тоже есть дар и силы.       Йетта приблизилась ко мне вплотную и заговорила громким шёпотом: – Они есть, но чтобы их раскрыть потребуются годы, а чтобы научиться ими управлять и того больше.       Я отодвинулась подальше. – Ведьмы же очень долго живут. Куда спешить? И почему не доверять Ахлис? Ты так и не ответила. – Прости, мне пора, – заторопилась она и поспешила прочь.       Я в растерянности уставилась ей вслед. Девушка показалась мне очень странной и ещё страннее были ее слова, но она сумела зародить во мне сомнения. Здесь я никто без Ахлис, я ничего не могу сама, и судя по нашим тренировкам, ещё не скоро смогу, а в мире людей вся моя жизнь. Я очень старалась для того, чтобы поступить, старалась ради хороших оценок. Там моя тетя, которая хоть и не мой кровный родственник, но всё равно мой самый близкий и любимый человек. Я не могу просто бросить ее одну и врать ей всю жизнь, что где-нибудь учусь или работаю или того хуже стереть воспоминания о себе. Даже если я смогу какое-то время врать ей, то потом всё равно придётся наложить на неё заклятие забвения, ведь судя по столетнему Неру я долго буду выглядеть так же как сейчас. Я старалась не думать обо всем этом, но эти мысли всё чаще посещали меня. Я огляделась по сторонам и в самом деле почувствовала себя чужой. Что я здесь делаю? Меня ждал мой универ, а потом работа, потом я может быть вышла бы замуж, родила ребенка, а тетя с удовольствием стала бы с ним нянчиться. Всё было просто и понятно в мире, в котором я выросла, а здесь я чужая и мне всё чужое. – О чем вы говорили? – услышала я за спиной резкий голос и вздрогнула от неожиданности. – Эта девушка, она сказала, что на то, чтобы освоить мои силы потребуются годы. Это правда?       Ахлис не отвела взгляд, глядя мне прямо в глаза, она кивнула. – Да, это правда. Что тебя смущает? Ты ведь уже знаешь, что ведьмы живут очень долго? – Да знаю, но пока я буду здесь пытаться и пытаться, там моя жизнь пройдет. Я заброшу учебу в универе, тетя состарится. Может быть, я захочу вернуться, но возвращаться будет уже некуда! – с отчаянием воскликнула я. – Зачем тебе универ? Бесполезная трата сил. А на тетю...       Конечно, она меня не понимала. Она выросла здесь, где жизнь была совсем другой. – Да-да, можно наложить заклятие забвения, перебила я Ахлис. – Только для меня универ не бесполезен, это моя жизнь, и тетя мне как мама, а ты предлагаешь просто забыть обо всем этом?       Сестра тяжело вздохнула. Сочувствие явно давалось тяжело, видимо, потому что она была темной. – Хорошо, я понимаю, что это важно для тебя, хотя и не понимаю до конца почему. Давай так, не торопись. Хотя бы до конца лета у тебя есть время, верно? – А потом что? Мне будет сложнее уйти отсюда, я привяжусь ещё сильнее к тебе, к Неру. – Нер любит бывать в мире людей. Так что с ним вы ещё увидитесь в любом случае. Может и я как-нибудь приду. – То есть мне нельзя будет приходить сюда самой?       Ахлис отвернулась и медленно пошла к дому, вынуждая меня идти за ней. – Дело немного в другом. Может из-за того, что ты бывала здесь или тренировалась, а может и то, и другое, твоя сила порой проявляется. И это происходит тогда, когда ты этого не хочешь. То есть хочешь, но не контролируешь это желание. Я боюсь, что со временем твоя сила может проявляться сильнее в любой момент, и ты можешь причинить кому-то вред. – То есть чем дольше я здесь нахожусь, тем больше такая вероятность?       Она молчала и шла дальше, я не выдержала, догнала ее, и схватив за локоть, развернула к себе лицом. – Не молчи, Ахлис, пожалуйста. – Прости, Анора, я не знаю этого точно. Но скорее всего да. – Тогда что же мне делать? – Я почувствовала, как подступает паника. – Мне нужно уходить прямо сейчас? – Я не совсем уверена, что это поможет.       Я обхватила себя за плечи. Всё ещё хуже чем я думала. Оказалось, я беспокоилась совсем не о том. – Ты знала об этом? С самого начала знала?! – На глаза наворачивались слезы. – Нет, не знала, но когда ты рассказала о том, что случилось на речке, о том, как тебя расслабила вода, я начала догадываться. Я хотела разыскать какую-то информацию, но пока не успела. – Она в очередной раз тяжело вздохнула. – У меня есть одна идея, но я не уверена...       Я вцепилась в ее ладони. – Что за идея? Пожалуйста, скажи, что есть какой-то выход. – Есть один ритуал, с помощью которого я могу забрать твои силы. Но отменить его будет уже невозможно, больше ты никогда не сможешь пройти через завесу.       Она замолчала, глядя мне в глаза. Её лицо как всегда было спокойно, хотя она и пыталась придать ему сочувствия. Мои мысли лихорадочно заметались. Побывать в этом мире означало для меня прикоснуться к сказке, увидеть невероятные вещи, почувствовать их. Но в мире людей была вся моя жизнь, которую так долго строила, была моя тетя. Лишиться сил и больше не иметь возможности вернуться сюда или забрать у тети воспоминания обо мне и потерять смысл возвращаться в мир людей. – Не торопись, – повторила Ахлис. – Обдумай всё хорошенько. Тренироваться пока больше не имеет смысла, я думаю. Пойдешь есть? – Мне что-то не хочется.       Возле дома Ахлис я остановилась. Она замерла на крыльце и обернулась, поняв, что я не иду следом. – Я хочу домой. Завтра приду. – Хорошо, я буду ждать тебя.       Когда Ахлис говорила, что придется выбирать, я не восприняла этого всерьез. А теперь оказалось, что выбирать действительно придётся и у меня практически нет времени на раздумья. Я боялась дольше оставаться в мире ведьм, чтобы моя сила не проявлялась ещё сильнее бесконтрольно и боялась возвращаться в мир людей, потому что думала, что могла напитать уже достаточно энергии, чтобы моя сила в неожиданный момент бесконтрольно проявилась.       Тетя перебирала вещи на чердаке, когда я пришла. Там был низкий потолок и пахло пылью, но в то же время в воздухе витало что-то навевающее ностальгию, наверное в этом были виновато множество коробок со старыми семейными вещами. Я присоединилась к ней, и мы до темноты мерили старые вещи тети и ее мамы, рассматривали старые любовные романы, пластинки. Нашли и мои детские вещи, игрушки. У тети было отличное настроение, она шутила и сама же громко хохотала. Глядя на нее я отвлеклась и тоже скоро начала смеяться до слез. Она рассказывала какие-то смешные моменты из своего детства и юности, из моего детства. Некоторые из них она рассказывала уже не в первый раз, другие я услышала впервые. – О, смотри, альбом с твоими детскими фотографиями. Странно, что он здесь делает, не помню, чтобы мы его увозили сюда. Видимо, случайно увезли.       Я подвинула коробку с книгами, на которой сидела, поближе к тете и заглянула в альбом. – Какая же ты была пухленькая в детстве. А какие кудряшки. – По лицу тети расползлась теплая улыбка. – Как я люблю эту фотку.       На одной из фотографий была запечатлена я с самодельной открыткой в руках. На ней было написано "Маме". – Это я делала маме? – Это ты делала мне. Какое-то время ты всё время называла меня мамой, и сперва мне это даже нравилось и было приятно. Но потом я вдруг подумала, что не имею на это право. От твоей матери не осталось совсем ничего, и если я позволю называть меня мамой я заберу у нее и это. Я хотела, чтобы ты помнила о ней, о том, что она любила тебя.       Ее воспоминания были ложью, но она всё равно старалась для своей несуществующей и мертвой в ее представлении сестры. Я поджала губы, чтобы не заплакать, но на глаза всё равно навернулись слёзы. – Эй, ты чего? – засуетилась тетя. – Я просто очень тебя люблю. – Ну вот, сейчас и я заплачу. – Она часто заморгала, чтобы смахнуть слезы. – Что за сентиментальность, дорогая?       Мы обнялись, и я крепко прижалась к ней, как в детстве, вдыхая ее запах. Я не могла, просто не могла отказаться от нее.       Я осталась ночевать дома и на следующий день тоже не пошла к Ахлис. Мне не хотелось снова оставлять тетю одну, я соскучилась и мне хотелось подольше побыть с ней. Всё ещё стояла жара, и мы снова пошли на речку. В этот раз я решила даже не подходить к воде на всякий случай. Я сидела на берегу и пила холодный сок. Тетя же позагорав, пошла немного искупаться. Я думала о своём, наблюдая за ней и вдруг почувствовала странную тревогу. Я присмотрелась и увидела, что тетя странно машет руками и периодически пропадает под водой. Я вскочила на ноги, чтобы лучше видеть что происходит и поняла, что тетя тонет. Дальше всё было как в тумане. Я бросилась в воду, кажется целую вечность плыла к тете, а потом попыталась ее вытащить на берег. Вытянуть ее не получалось, словно она зацепилась за что-то под водой. Я нырнула, чтобы посмотреть за что она зацепилась и увидела, что вокруг ее ноги образовался водоворот, который затягивал ее вниз. Он словно живое существо плотно обхватил ее ногу. Меня охватила паника. Каким-то невероятным образом мне всё же удалось освободить ногу тети из водоворота и доплыть с ней до берега. Там мы упали на песок и долго лежали, пытаясь отдышаться и прийти в себя. – Что это было? Я не могла выплыть, что-то держало меня за ногу. – Голос тети дрожал. – Это была какая-то тряпка. Она обмоталась вокруг твоей ноги. – Мне ничего не оставалось как в очередной раз соврать. – Мне с перепугу показалось, что меня кто-то держит.