Ведьма

      Пока Йетта была в доме Ахлис со мной, я не чувствовала грусти. До ее прихода я тоже была занята записями Ахлис. Но вот Йетта ушла, неизученных тетрадей не осталось, и я почувствовала гнетущую тоску и пустоту. Я решила поскорее лечь спать, чтобы отключиться от этой реальности. А завтра будет новый день, завтра станет уже чуточку легче. Но уснуть не получалось, вместо спасительного сна в голову начали снова лезть мысли о произошедшем. Очень скоро я плакала навзрыд от того, что скучала по тёте, от того, что одновременно ненавидела Ахлис и всё равно скучала по ней. — Надоело твоё вытье, — раздался низкий скрипучий голос рядом, и я вскрикнула от неожиданности.       У кровати стоял домовой с кружкой в руках. — Вот выйпей, успокоишься.       Я испуганно смотрела на него и не торопилась ее брать. — Отравлено? — пискнула я. — Хотел бы убить, удавил бы ночью подушкой. Пей, сил нет твой рев слушать.       Я приянала кружку и принюхалась. Пахло травами, но я не поняла какими именно, разве что среди них, кажется, была ромашка. Домовой ждал и я всё-таки решилась сделать глоток. Это был травяной чай, довольно приятный на вкус. Поэтому за первым глотком последовал второй, потом третий. С каждым глотком мне в самом деле становилось легче и я не заметила как допила чай. Домового уже не было в комнате. Чувствуя, как засыпаю, я поставила кружку на прикроватную тумбочку.       Я проснулась от сильного стука в дверь. Было ранее утро. Неужели Нер пришел за мной? Я открыла дверь и тут же об этом пожалела. За дверью стояла Эбота и те же самые парень с девушкой, которые были с ней в прошлый раз. — Да у тебя как я посмотрю ни капли совести. — Эбота подняла брови, как будто была удивлена, но в голосе звучала скорее злость. — Убила сестру, а теперь спокойно спишь в ее доме, в ее постели. — Я не убивала Ахлис, — хмуро возразила я.       Парень вдруг грубо схватил меня за шиворот, выволок из дома и швырнул на землю. — Ты убила одну из нас и ответишь за это! — Его злость ощущалась почти физически.       Зная, что меня ждет верховный совет, было странно требовать ещё какой-то расплаты. Хотя может они не знали о том, что меня будет судить верховный совет.       Не успела я опомниться, как шатенка подняла руку в воздух и по мановению ее руки в воздух взлетела я. Я не удержала испуганного крика. Им это понравилось, они засмеялись, и шатенка начала беспорядочно водить рукой. Меня болтало в воздухе во все стороны, подбрасывало вверх, потом я едва не падала на землю, швыряло то в одну сторону, то в другую. Я уже не кричала. Меня тошнило и если бы я ела вчера хоть что-нибудь, то меня наверняка бы уже вырвало. Шатенка опустила руку, и я упала на землю. Высота была небольшая для того, чтобы что-то сломать, но достаточная для того, чтобы было очень больно. Я поднялась на четвереньки и закашлялась от тошноты. — Не двигайся, — приказал блондин. — Ты не можешь двигаться, твое тело тебя не слушается.       Я в самом деле ощутила, что не могу двигаться, всё тело обмякло и я упала на землю, замерев в неестественной позе. Мне было неудобно так лежать, но тело меня не слушалось. Судя по шагам они подошли ближе и остановились. Кто-то из них поставил ногу мне на спину прямо на светлую футболку. Второй же пнул землю перед моим лицом и песок полетел мне прямо в глаза. Я зажмурилась, это всё что мне было подвластно сейчас. Глазам было очень больно, по щекам потекли слезы. — Беспомощная и жалкая, — с ненавистью прошептала мне в ухо Эбота. — Обычный человек.       Она могла бы этого и не говорить. Я и без ее слов себя именно так и ощущала. — Ну давай, открой глаза. Смотри кто там.       Я не могла открыть глаза, и Эбота раздраженно бросила парню: — Кири, прикажи ей. — Открой глаза.       Против воли я открыла глаза. Слезы лились не переставая. — Смотри кто там. Это же твой друг Нер, — с ухмылкой сказала Эбота.       Сквозь пелену слез я не могла нормально рассмотреть его, но по очертаниям человек, стоящий чуть поодаль, был очень похож на Нера. Кажется, он тоже ухмылялся. Внутри что-то оборвалось. Он был последним из тех, кому я доверяла и кого считала близким. Теперь не осталось и его. — У тебя здесь нет друзей, — припечатала Эбота. — Пошли Нер.       Я снова зажмурилась. Послышался топот копыт, а потом хлопки крыльев. Только после этого я смогла снова двигаться. Я вскочила, чтобы скорее найти воду и промыть глаза. Очевидно, домовой снова решил мне помочь, потому что кувшин уже уже ждал меня на крыльце. Умывшись, мокрая и грязная я села на ступеньки и пустым взглядом уставилась перед собой. Каждый раз, когда мне казалось, что хуже уже быть не может, оказывалось, что может. — Тебе нужно научиться защищаться, ведьма, — услышала я позади уже знакомый скрипучий голос. — А то я не знаю, — пробормотала я. — Иди помойся. Готовить не буду, помоешься и сама приготовишь.       Я тяжело вздохнула и поплелась в ванну. Но на самом деле мне больше всего хотелось уйти не в ванну, а из этого дома, из этого мира. Только идти мне было некуда, поэтому я приняла ванну, переоделась в чистую одежду Ахлис, выбрав ее черные брюки и чёрную рубашку, и пошла на кухню, чтобы приготовить завтрак, но он уже ждал меня на столе. — Ты же сказал, что не будешь готовить, — громко сказала я, но ответа не последовало.       После завтрака моё тело почувствовало себя лучше, но к сожалению, на мои эмоции это не повлияло. Домовой был прав, нужно научиться защищаться. Вернуться к тете я больше не могла, поэтому можно было вернуться к тренировкам. Я ушла на знакомую полянку и стала тренироваться, вспоминая все советы Ахлис. Ничего удивительного, что у меня по-прежнему ничего не выходило. Ощущая себя более бесполезной и бездарной, чем когда либо, села на траву и долго сидела смотря вдаль. Наверное, я могла бы просидеть так ещё целую вечность, но краем глаза заметила, что ко мне кто-то идёт. Это был Нер. Я ощутила острое желание разодрать ему лицо ногтями в клочья, ударить чем-то тяжелым по голове, чтобы с его лица сошла эта милая улыбочка. Но теперь я знала, что он такой же как они, а значит злить его не стоит, чтобы это не вышло мне боком. — Привет. Как ты?       Я хмуро посмотрела на него. Зачем он это делает? Зачем притворяется сейчас, я же видела его утром? — Бывало и лучше. Зачем пришёл?       Он посмотрел на меня так, словно искренне удивлён моим резким тоном. В концн концов ему надоело таращиться на меня и он ответил: — Сегодня вечером будет твой суд. Тебя приказано доставить в башню.       Я резко встала и у меня потемнело в глазах, но я не подала виду. — Так чего же мы ждём? — Я уверен, что всё обойдётся.       Нер хотел приобнять меня, но я вывернулась и отошла подальше. Нер нахмурился, но промолчал, а я порадовалась, что он перестал ломать комедию.       Мы приземлились в саду на заднем дворе башни. Нер помог мне спуститься с грифона. Я бы предпочла отказаться от его помощи, но грифон был слишком высоким для меня. Нер снова хотел поговорить, но я прервала его и попросила поскорее отвести внутрь, не обращая внимания на его замешательство.       Внутри башни царил полумрак. На каменном полу лежал слегка потертый красный ковёр, на стенах горели факелы, но огонь выгляд немного странно, из чего я заключила, что это какой-то магический огонь. Мы прошли к винтовой леснице, начинающейся у левой стены и пошли вверх. Я почувствовала как сильно у меня колотится сердце от волнения. Я понятия не имела какой приговор мне вынесут, какие здесь законы и наказания, и в какой-то момент мне казалось, что я хочу самого страшного приговора — смертной казни, потому что в моей жизни всё равно больше ничего не осталось и жить мне незачем. Но сейчас я ощутила острую жажду жизни. Пусть изгонят меня в мир людей, пусть запретят сюда возвращаться. Я смогу наладить жизнь там, но только в том случае, если она у меня останется. Если это не будут какие-то пытки, то всё что угодно лучше, чем смерть.       Порой мы выходили на небольшие площадки с дверями, но проходили мимо и поднимались дальше. Наконец на одной из площадок мы остановились. — Постой здесь, я узнаю, можешь ли ты зайти. — Нер скрылся за дверью, но довольно быстро вернулся и кивнул мне: — Пошли.       Я почувствовала как у меня вспотели руки, кровь прилила куда-то к затылку и запульсировала там.       В большой комнате за круглым столом сидели ведьмы и колдуны. Они выглядели также экстравагантно как в прошлый раз, и все с неприязнью смотрели на меня. Мне места не предложили, да его и не было и я осталась стоять у двери. Тамас, увидев меня замер на какое-то время и, кажется, даже перестал дышать. Ну, конечно, ведь сегодня я была в одежде Ахлис и была на нее особенно похожа. Если он любил ее, то ему было очень больно видеть меня. Из-за меня она умерла, а у меня с ней одно лицо. Каково это, видеть лицо любимой и ненавидеть его теперь? Я, конечно, не считала, что Ахлис умерла из-за меня, она сама была виновата в своей смерти. Но Тамас бы со мной точно не согласился, это было понятно и из того, что он сказал, когда нашёл нас, и из того, как он сейчас смотрел на меня. — Итак, Анора, — смерив меня высокомерным взглядом, начала высокая худая ведьма с прической в виде короны, — расскажи нам, как ты забрала силы у Ахлис. — Я не забирала её силы, всё должно было быть наоборот.       Голос сел от волнения, и я постаралась прокашляться, чтобы продолжить, но никто не собирался давать мне высказаться. — То есть ты знаешь ритуал? — вмешалась другая слегка полноватая ведьма с огненно-рыжими волосами и таким глубоким декольте, что с таким же успехом можно было вовсе не надевать платье. — Нет, не в этом смысле. — Помня, что ритуал у них считается запрещенным, я поспешила оправдаться. — Я имела ввиду, что моя сила должна была перейти Ахлис. Это предложила сама Ахлис. — То есть ты была согласна умереть? — низким хриплым голосом грозно спросил колдун, похожий на пирата. Схожести с ним ему добавлял огромный попугай, сидящий у него на плече. — Я не знала, что умру. — Как это, не знала? — снова подала голос худая высокая ведьма. В ее голосе звучало удивление напополам с возмущением. — Можно я просто расскажу всё по порядку? — Я буквально взмолилась, потому что из таких обрывочных ответов картина выходила сомнительной даже для меня.       Расслабленно сидящий напротив меня Тамас молча кивнул. Пока я рассказывала, он мрачно смотрел на меня и взгляд его был тяжелее, чем обычно. Внутри меня поднялась волна ненависти. Уверена, он отлично знал о планах Ахлис, а может это и вовсе был его план. Мне плевать насколько он любил Ахлис, но он вместе с ней разрушил мою жизнь, а теперь ведет себя так, словно это я виновата в её смерти. Конечно, сестру я тоже винила, но это было сложно, потому к ней я успела привязаться и потому что ее не было в живых. Мы до последнего с ней хорошо ладили, и несмотря на то, что я понимала как она со мной поступила, воспоминания остались только хорошие. А вот Тамас был здесь, с ним у меня не было связано хороших воспоминаний. На нем я и сосредоточила всю свою ненависть. — Глупости, ты хочешь сказать, что ни о чём не знала и даже не догадывалась? — ворчливо отозвалась рыжеволосая, когда я закончила. — Вот именно, ничего не знала, ничего не умела и забрала силы у такой сильной ведьмы как Ахлис? — медленно и лениво заговорил колдун-альбинос. — Да! Какая наглая ложь! — Я даже не заметила кто из них это сказал, но большинство из них начали активно соглашаться, кто-то пытался возразить и у них разразился жаркий спор. К сожалению, они спорили не потому что хоть кто-то из них защищал меня. Кто-то считал, что я вру от начала до конца, кто-то был уверен, что я утаила часть правды, а другие предполагали, что меня мог заколдовать кто-то из магов и использовать в своих целях.       Я смотрела на них с удивлением и страхом. Большинство из них были вовлечены в спор, только Тамас и ещё парочка членов совета сидели и молча наблюдали. Уголок рта Тамаса слегка подергивался, похоже его всё это раздражало. О, наверняка он сейчас скажет, что я последняя лгунья, хотя как никто другой знает, что я сказала правду. — О чём мы спорим? — Кажется, ему наконец надоело их слушать. Его голос получился таким строгим и громким, что все замерли. — Ариус, разве ты не обладаешь даром чтения мыслей?       Альбинос медленно поднялся со своего места. Я невольно сделала шаг назад. Мне не хотелось чтобы он копался в моих мыслях, но скрывать мне было нечего. К тому же от этого зависела моя дальнейшая судьба, и вообще вряд ли у меня был выбор. Альбинос неспеша подошёл ко мне. У него были глаза невероятного фиолетового цвета. — Не сопротивляйся, я всё равно справлюсь с твоей защитой. — Ариус положил руки на мою голову в области висков и прикрыл глаза.       Я почувствовала тепло и одновременно появилось чьего-то присутствия в голове. Это было такое странное ощущение, что я никак не могла понять физическое оно или только психологическое. И если бы Ариус не стоял прямо передо мной и не касался меня, а читал мысли на расстоянии, не уверена, что смогла бы понять кто именно это делает. Воспоминания против моей воли замелькали в голове, словно кто-то быстро их перематывал. У Ариуса задрожали веки, а под ними заметались из стороны в сторону глаза. Я же почувствовала как начинает ломить виски. Наконец, Ариус распахнул свои фиолетовыми глаза и уставился на меня. У меня всё слегка плыло вокруг и всё на чём я могла сосредоточиться, это его невероятные глаза. — Она сказала правду, — протянул Ариус. — Может она тебя обманула? —Рыжеволосая здесь была самой разговорчивой. — Она даже не умеет защищаться.       Ариус фыркнул, отнял руки от моей головы и также лениво прошел обратно. — Но тогда как она забрала силу Ахлис? — нахмурился пират.       Члены совета больше не спорили, но на их лицах всё ещё читалось сомнение. — Чтобы это выяснить, предлагаю запретить ей возвращаться в мир людей. И я лично займусь выяснением, так как это произошло на моей территории и в некотором роде ответственность лежит именно на мне. — В этом мире колдуны занимали место в совете не за умение красиво говорить, но в мире людей Тамас определенно стал бы успешным политиком.       Меня внутренне передернуло от фразы "в некотором роде ответственность лежит именно на мне". По-моему, он сильно преуменьшал свои заслуги.       Среди членов совета снова разразился спор, но в конечном итоге все согласились с Тамасом. У меня же были смешанные чувства. С одной стороны я была рада, что мне не вынесли смертный приговор, с другой стороны я надеялась, что смогу покинуть этот мир. Ахлис наложила заклятие на тетю, но не на всех же моих знакомых? Я обдумывала мысль о том, чтобы вернуться и обратиться к кому-то из них. Возможно, пожить у них какое-то время, найти работу, потом снять квартиру. Учиться в универе и работать. Было бы тяжело, но это лучше, чем оставаться здесь. Однако, теперь можно было не думать об этом.       На обратном пути Нер снова пытался меня разговорить, но я его не слушала. Он выглядел так, словно не понимает отчего я так себя веду с ним. Я прокрутила в голове этот момент снова. Из-за слез мне было плохо видно Нера, но я узнала его не только по очертаниям, но и по жестам, походке. Поэтому я решила не обращать внимания на его спектакль и надеялась только, что ни он, ни его друзья больше не придут. Я решила, что не хочу сообщать ему даже решение совета, чтобы он и его друзья не знали, что я всё ещё не могу покинуть этот мир. Хотя скорее всего, он всё равно узнает, если спросит у Тамаса.