Трава и камни

— Все-таки опоздал, — буркнул Лео, встречая его в холле, — я так и знал. — Ну, не дуйся, — Жерар быстро обнял его и поцеловал в макушку, — я торопил всех как мог. Сейчас переоденусь и пойдем. Пять минут. Натягивая на себя свежую футболку, Жерар успел порадоваться, что Лео не ушел без него так как он помнил, что дом у Суареса вроде бы где-то рядом, но где именно вспомнить никак не мог. Обычно он приезжал либо сам, либо с водителем, но вот так — пешком от Лео он ходил всего пару раз и давно. — Я совсем забыл о сьемке, — объяснял Жерар пока они шли по улице, — но, благодаря моей красоте и конечно же таланту, удалось все отснять довольно быстро. — Талант фотографа и его группы мы не рассматриваем? — фыркнул в ответ Лео. — Рассматриваем, — легко согласился Жерар, — но с тобой иду я, а не они. — Да, — протянул Лео, — вот бы Луис удивился, если бы я пришел с толпой неизвестных людей к нему. Хотя, мне кажется, он всем был бы рад. Жерар скосил на него взгляд. Чем больше дней Лео был на таблетках, тем сильней сглаживались его эмоции и становилось непонятно шутит он или нет. Как быстро я отвык от такого тебя, с каким-то сожалением подумал он, продолжая незаметно разглядывать Лео. Для удобства он старался не слишком широко шагать, помня, какой недовольной была Шакира, которой приходилось делать либо лишний, либо слишком широкий шаг, чтобы успевать за ним. Лео спокойно шел рядом, его рука время от времени касалась Жерара и он переплел их пальцы, сразу почувствовав ответное пожатие. Жерар оглянулся назад. Недалеко от них о чем-то тихо переговаривалась охрана, время от времени мимо проезжали машины, они то попадали в пятно света от уличных фонарей, то снова погружались в тень, и он поймал себя на мысли, что спокойней чем сейчас, не чувствовал себя еще ни разу за эти две непонятные недели. Задумавшись, он не заметил, как Лео остановился у знакомых кованных ворот и дернул за руку продолжающего идти Жерара. — Ты куда? — Непонимающе спросил он. — Все, пришли же. — Ох, да? Я задумался, что… Его прервал звук полностью открывшихся ворот, откуда с выскочил старший сын Луиса — Бенджамин, за ним уже махал рукой подходящий Суарес. — Здравствуйте, — мальчик прижимал к груди джойстик и чуть ли не подпрыгивал на месте, — а мы вас ждем! — Привет, Бенджамин, — Лео потрепал его по голове, — как у тебя дела? — Хорошо, — тот перевел взгляд на Жерара и засиял, — я подготовился и в этот раз точно не продую. — Всем привет, — подошедший Луис обнялся с ними и указал рукой на дом, — проходите уже, что на улице стоим. Сам дом был точно таким, каким его помнил Жерар, как и София, расставляющая тарелки на столе на террасе. — Привет, — она быстро поцеловала в щеку его и Лео, — мы вас уже заждались. — Да, тут я виноват, — Жерар извиняюще пожал плечами, — задержался в офисе — О, перестань, мы же все понимаем, главное дошли же, — она улыбнулась, — но думала Бенджамин побежит вам навстречу. Он с обеда уже ждет. Тот, не отступавший от Жерар ни на шаг, протянул ему джойстик, сложив руки в умоляющем жесте. — Пойдемте? Хоть на полчаса, а? — он аккуратно потянул Жерара за рукав в сторону дома. — Мы успеем, пока тут все принесут. Жерар бросил непонимающий взгляд на Лео. Тот сочувственно ему улыбнулся: — Иди-иди, ты еще в прошлый раз обещал матч-реванш. А обещания, — назидательно добавил он, — надо выполнять. Бенджамин утащил его в гостиную, где на большом экране уже светилась приветственная заставка FIFA. Жерар сел рядом и улыбнулся. — Ну что, начнем? — Да! Но вы мне только не поддавайтесь, я по-честному хочу! Я тренировался! Через пятнадцать минут игры видя, как ребенок становиться все более и более несчастным, Жерар отложил в сторону свой контроллер и потянулся помочь. — Тут не совсем верно, — он аккуратно вынул джойстик из детских пальцев, — нападающего лучше вести так. На экране маленькая фигурка совершила хитрый проход, обставив уже его собственного, оставшегося без присмотра, защитника. Бенджамин восторженно охнул и придвинулся ближе к боку Жерара, не спуская глаз с экрана. — Круто, покажите еще раз, как вы это сделали? Через какое-то время к ним пришел Лаутаро и, с размаху плюхнувшись на диван, прижался к Жерару с другой стороны. — Бенджи опять вам продует и будет страдать, — громко прошептал он на ухо Жерару. — А вот и не буду. — Судя по заалевшей щеке старшего брата, он был не так уж и не прав. — И вообще, иди к маме, она тебя звала. Дурак. Лаутаро показал ему язык и забрался на колени Жерару, обнимая его за шею и закрывая макушкой весь обзор: — Сам дурак, никуда не пойду. Да, дядя Жерар? Жерар потрепал его по волосам и улыбнулся. Они так сильно напоминали его собственных мальчишек, что ныло в груди. Как они там? У них же все хорошо, они не исчезли, он сможет их снова увидеть? Может он сейчас в коме, и они приходят к нему в палату или все наоборот и тот, другой Жерар пытается понять, как это — быть отцом? И что, если тренировка завтра не поможет, и он останется тут навсегда. Опять эти вопросы, на которые нет ответа. Из задумчивости его вывел голос Лео, раздавшийся откуда-то сбоку: — Эй, игроки, ставьте все на паузу и пойдемте есть. Он стоял у дверей, выходящих на террасу и что-то в его поведении удивило Жерара, но Лео был в тени и разглядеть выражение лица было сложно. Да и как давно он там стоит? Лаутаро послушно соскользнул с Жерара, по пути неловко задев его колено пяткой, на что то мгновенно прострельнуло болью. Он зажмурился и сжав зубы подавил стон. Пугать детей точно не стоило. Длинно выдохнув Жерар медленно встал, и, перенеся вес на здоровую ногу, он одной рукой подхватил под мышку захохотавшего Лаутаро, на другой сразу же повис Бенджамин. — Все, мы идем. По общему разговору за столом Жерар понял, что Луис по-прежнему играет в Атлетико, что позволило ему без особых проблем поддерживать общие темы. Через какое-то время дети начали зевать и за ними пришла няня, а взрослые перебрались с террасы в гостиную. Луис активно о чем-то спорил с Лео, показывая тому в телефоне запись с последнего матча. Жерар уже хотел было к ним присоединиться, как его за руку поймала София. — Ты не поможешь мне? А то поздно уже, не хочу помощницу беспокоить. Он кивнул, и та утащила его на кухню, где вручила поднос с кувшином и бокалами. — Иди, я догоню, — она загремела посудой в шкафу, — все в любом случае не унесем. По широкому холлу он шёл медленно, стараясь аккуратней наступать на мягкий ковёр, колено по-прежнему ныло, да и уронить стоящие на подносе бокалы и расплескать кувшин с чем-то похожим на сангрию в его намерения так же не входило, поэтому негромкий разговор он услышал ещё на повороте к гостиной. Подслушивать Жерар не хотел, просто услышал свое имя и замер у колонны. — Просто он какой-то другой, я не могу это объяснить. — голос Лео звучал приглушенно. — Как будто мне теперь каждый раз надо спрашивать разрешение, чтобы его коснуться, и я не уверен, что он позволит. — Что-то я не видел, чтобы он от тебя шарахался, — Луис недоверчиво хмыкнул, раздалось шуршание упаковки, — может у вас просто все слишком хорошо, вот ты и придумываешь? На нем весь клуб и еще кубок этот. — Не знаю… Но когда я его раньше целовал, он… Луис перебил его: — Так, дружище, стой. — В его голосе зазвучала паника. — Ты уверен, что мне вообще надо про это знать? — Нет, я про другое. Хотя может ты и прав и мне просто кажется. Повисла тишина и Жерар уже хотел выйти к ним, как Луис снова заговорил и в этот раз гораздо тише: — Послушай, — он практически перешел на шепот, — а те фотографии… — Нет, — Лео ответил даже быстрей, чем сам Жерар успел возмутиться, — это тут точно не при чем. В груди потеплело. Он и сам не ожидал, что это окажется таким важным — знать, что Лео не поверил в эти сплетни, пусть даже другие думают иначе. — А подслушивать-то не хорошо… — Прошептала на ухо Жерару так же неслышно подошедшая со спины София. От неожиданности он вздрогнул и еле удержал чуть было не сползшие с подноса стаканы, которые опасно накренившись, все-таки остались на месте. — Да нет, я… — Пойдём, — она мягко прихватила его за локоть, — там уже заждались. Они вернулись в гостиную, где навстречу Софии сразу же встал Луис и забрал из ее рук большое блюдо. Свой поднос Жерар поставил на низкий столик и сел на диван рядом с Лео, стараясь не морщиться от тянущей боли в колене. Лео и Луис продолжили обсуждать прошедшие матчи Кубка Америки. Жерар их рассеянно слушал, временами одобрительно кивал, но больше думал о завтрашней возможной тренировке. Как-то же надо Лео о ней рассказать, да еще колено так некстати разболелось. Сейчас бы вернуться и приложить тот волшебный компресс от Анны, но Лео выглядел таким довольным, с него наконец сошла та пугающая бледность, поэтому Жерар просто поудобней устроил ноющую ногу и присоединился к разговору. С игр Кубка плавно перетекли к ближайшим матчам Ла Лиги, где уже Лео на пару с Луисом начали смеясь спрашивать Жерара, могут ли они в его присутствии это обсуждать или его высокопоставленные уши такого слышать не должны. Пока Жерар раздумывал, что будет смешнее — обозвать их старыми сплетницами, напомнить о дружбе или сделать вид, что оскорбленно уходит, как Лео, продолжая веселиться, положил тёплую ладонь на больное колено Жерара и стал аккуратно, круговыми движениями, его массировать. Все напускное возмущение с Жерара как водой смыло, и он уткнулся в бокал, неразборчиво что-то пробормотав. От футбола перешли бизнесу, уже София интересовалась как дела в отелях, не планируется ли расширение дальше, потом было обсуждение магазинов, а Лео по-прежнему держал ладонь на его колене, согревая.

***

Обратно домой они решили пойти через пляж. Колено наконец перестало болеть и Жерар медленно шел, сняв кроссовки и загребая прохладный песок пальцами. Лео шел рядом и казалось о чем-то глубоко задумался. На комментарии о прошедшем вечере он просто кивал, явно находясь мыслями где-то далеко. Минут через десять такой прогулки в сопровождении лишь плеска волн и редкими переговорами охраны Жерар не выдержал. — А я купил квартиру в Барселоне, — начал он. Лео кивнул. — В три этажа, с бассейном на крыше и полем для минигольфа. — Да, хорошо, — Лео снова кивнул. — И пару маленьких квартир для любовниц этажом ниже, чтобы им далеко ходить не надо было. — он ухмыльнулся. — Предусмотрительно, скажи? — Да, молодец… Что? — Лео замер на месте и наконец поднял на него ошарашенный взгляд. — Ты что сделал? — Шучу-шучу, — Жерар не удержался и расплылся в улыбке, — о чем ты так задумался-то? Они остановились у уже знакомой коряги и Лео сел на нее, потянув Жерара за собой. — Жери, слушай, — он замялся, явно не зная, как начать разговор, — я знаю, мы это уже обсуждали, и ты высказал свое мнение, ведь тогда ты тоже играл и у нас был одинаковый график, но сейчас… Сейчас еще хуже график, подумал Жерар, раньше хоть какая-то стабильность была. Но перебивать Лео он не стал, чувствуя, что тот хочет сказать что-то важное. — Я смотрел на тебя весь вечер, ты так хорошо ладишь с детьми, всегда помогаешь с ними Софии, они любят тебя, и я подумал… Он опять замолчал, разглядывая кривую ветку сбоку, явно подыскивая слова, и у Жерара, начавшего понимать куда тот ведет, заныло в груди. — Лео… — начал он. — Подожди, не перебивай. Я все помню, ты просто обдумай еще раз, хорошо? Усыновление — это не такая плохая вещь. Ну или суррогатное материнство. Мне в целом все равно откуда к нам придет ребенок. Или дети. — Лео. — Не думай, что я на тебя давлю или еще что-то, ты просто сразу не отказывайся, ладно? Но просто я подумал… — Лео! Тот наконец поднял на него глаза и так неуверенно улыбнулся, что Жерар физически почувствовал, как ком от всех невысказанных слов встает в горле. — Почему ты такой, а? — беспомощно прошептал он. В груди что-то рвалось, с хрустом ломалось и то, что он так старательно давил в себе всё это время, прорывалось наружу. Как будто если он сделает еще один вдох, то его грудная клетка лопнет. Внезапно оказалось, что ему столько нужно сказать, за что поблагодарить и извиниться, но горло словно сжали невидимые пальцы и он сделал единственное, что мог — потянулся вперёд и прижался к чужим губам. Жерар помнил, что они уже целовались — в его самый первый день в этом мире, но тогда его гораздо сильнее удивила новая должность и подробностей он практически не запомнил. Но не сейчас. Было ощущение, что выкрутили резкость, и он одновременно чувствовал все. Как чужая щетина непривычно заколола пальцы и подбородок, и губы мягкие, чуть обветренные, податливо разошлись под его напором, как фоном мелькнула и пропала странная мысль про отсутствие помады и цветочного запаха. От Лео пахло еле уловимо дымом, близким морем и знакомым свежим запахом с подушки. Пахло домом. Казалось, что все это время Жерар где-то бродил и вот наконец вернулся. Вот только Лео не отвечал. Жерар чуть отстранился, пытаясь понять, что он сделал не так и вдруг сам резко вспомнил про болезнь, про все запреты, что этим своим порывом он может спровоцировать приступ или сделать еще хуже. Он хотел уже окончательно отодвинуться, вскочить на ноги и начать извиняться, но тут сам Лео, словно что-то наконец решив в своей голове, потянулся к Жерару, накрыв его губы своими, одной рукой жадно притянув ближе за шею, вторую запустив под майку. Теплые пальцы пробежались по спине Жерара и остановились на его пояснице, аккуратно поглаживая. От винно-мягкого ощущения его языка Жерар резко выдохнул и углубил поцелуй, притянув Лео еще ближе, сажая себе на колени. Тот застонал Жерару в рот и прижался грудью, запуская обе руки в его волосы. И в этот момент Жерар очень четко понял, что за две недели у него ничего ни с кем не было. И не потому, что он хранил верность Шакире или другим гипотетическим женщинам, ему просто было некогда. Даже утром в душе, единственное, о чем он думал, это о предстоящих совещаниях, встречах и звонках. Жерар качнул бедрами и Лео тихо охнув, замер, оперевшись руками о его плечи. — Стой, подожди, этого уже много, — выдохнул в его губы Лео, с усилием отстранившись, — я снижаю дозу, но к Луизе иду только завтра. Но я могу твой ответ рассматривать как «Да»? Упоминание о ханахаки отрезвило мгновенно, но, чтобы понять, на что ему надо согласиться, Жерару потребовалось несколько секунд. — Давай я подумаю, — он увидел, как сразу поник Лео и быстро добавил, — это правда очень серьезное решение. Дай мне время. По правде, Жерар сказал бы «Да» сразу и что он согласен на все варианты, но с одним но: если бы он точно знал, что в этом мире он навсегда. Но он не мог. Это не его мир и принимать такие решения за другого человека он тоже не мог. Что, если ему удастся вернуться, и с его решением должен будет остаться другой Жерар. И у этого другого явно были свои причины отказываться. — Ну ладно, — Лео снова прижался и обхватил его за шею руками, тепло фыркнув в ухо, — это уже прогресс. Жерар кивнул и поцеловал его в висок, задумавшись. Если бы не болезнь и самоконтроль Лео, куда бы они зашли? Он так точно был не против. Хотя сейчас уже понимал, что поваленное дерево явно не самое удобное место, как минимум пара сучков впивалась ему в ногу и спину, обещая завтра синяки. — Надо бы уходить, — подал голос Лео, — охрана, наверное, вся извелась. Точно. Еще и люди рядом. Романтика. — Я думаю, они там в ужасе, в конце концов явно не подписывались на такое. Но мы вроде не сильно шумели. — Жерар скептически посмотрел в темноту. — У них же соглашения о неразглашении? — Само собой, а то можно было бы ждать книг с откровениями «Как я охранял знаменитых футболистов». — И теперь на все эти деньги лечу свою психику, — продолжил со смешком Жерар. — Да ладно, мы ничем таким не занимаемся, — он задумчив поерзал на бедрах Жерара, — а могли бы. — Так, все, — Жерар волевым усилием ссадил его со своих коленей обратно на бревно, — домой.

***

В итоге до дома охрана их проводила с абсолютно нечитаемыми лицами, попрощавшись на входе. — Пока еще не поздно, может сыграем, а то ты весь вечер так задорно с Бенджамином резался, я тоже хочу. — Лео взял со столика джойстик и заманчиво помахал им перед Жераром. — Я хотел почитать правки от юристов к контракту с новым спонсором, — честно начал Жерар, но увидев, как мгновенно приуныл Лео, передумал, — но думаю они подождут до завтра. Лео сразу оживился и, усевшись поудобней на диване, потянулся к бутылке с водой. Жерар подошел ближе и заметил длинную ссадину на его левой голени. — Откуда это у тебя? — он показал рукой на чужую ногу, — Вроде раньше не было. — О, — Лео с удивлением посмотрел на ссадину, — это кажется, когда мы на том бревне сидели, я сразу и не заметил. Неудобное страшно. Но за гетрами не видно все равно. Жерар кивнул и, потерев свою спину, где уже у него намечались будущие синяки, сел рядом. Они были только вдвоем, и он подумал, что если завтра все получится, то это последний вечер, когда он может получить ответы на свои вопросы. — Лео, а ты не думал, что делал бы, если бы тогда мне не сказал? — осторожно начал он, — Я бы сам точно не догадался, от меня признаний можно было не ждать. — Тогда это когда? Ты про стадион? Жерар кивнул. — Если бы не признался… — Лео оторвался от выбора команды и, отложив джойстик, задумчиво отпил воды. — Честно, не знаю. Один бы жил, наверное. — Что, совсем-совсем один? — переспросил Жерар. — А что мне делать? — Ну, не знаю, женился бы на ком-то. — Это на ком? — Лео отставил бутылку и перевёл на него весёлый взгляд. — Я не знаю. — Жерар сделал вид, что задумался. — Антонелла? — Анто? И что ты к ней пристал? Если мы знакомы с детства, то это еще ничего не значит, — Лео явно начала надоедать эта тема и он недовольно посмотрел на Жерара, — или я о чем то не знаю? — Нет-нет, — тот примирительно замахал руками, — просто вы столько лет дружите. — И поэтому она вполне способна заменить тебя, что ли? Если ты про это, то нет, не угадал, не способна, гордись собой, — Лео отвернулся к телевизору, там в быстром калейдоскопе замелькали игроки, — придурок. Что за идеи? — Ну прости, — Жерар пододвинулся ближе и закинул руку на плечо насупленного Лео, — я просто предположил. В ответ раздалось мрачное фырканье: — Да, я женился бы на Анто и она бы мне родила четверо детей, чисто тебе назло, теперь доволен? — Назло? — удивился Жерар. Тема явно перестала быть весёлой, но его словно что-то снова и снова заставляло спрашивать. — Да, — Лео скинул его руку и отвернулся к окну, — или нет. Не знаю. Мне пришлось бы справляться с этим всем в одиночку и возможно да, я бы женился. Может и правда на Антонелле, я как-то не рассматривал ее в этом ключе, но она хорошая. Может, поняла бы меня. Зачем ты завёл эту тему, только настроение испортилось. Жерар вздохнул и сгреб в охапку слабо сопротивляющегося Лео, положив подбородок на его макушку: — Прости, просто подумалось, как бы все могло пойти, если бы ты не признался тогда. Лео обнял его в ответ, уткнувшись носом в ключицу. — Зачем об этом думать? Явно все было бы по-другому. — Да, — Жерар задумчиво посмотрел на общие фотографии, стоящие на столике у дивана, — совсем по-другому. Я рад, что ты сказал тогда. — Еще бы ты не рад. — Лео повеселел и удобнее устроился у него в руках. — Но ты знаешь, тогда я думал, что сойду с ума или меня стошнит от нервов прямо там, на стадионе. Перед тобой, — он нервно засмеялся, вспоминая, — непередаваемые ощущения. Я одновременно и не верил, был на седьмом небе от счастья и на самом дне от осознания, что ты уезжаешь на четыре года. Тогда казалось, что это не срок, а целая жизнь без тебя. Но это в любом случае стоило того. Все эти две недели Жерар пытался хоть немного вспомнить, что случилось тогда на стадионе. Он помнил, как было одновременно и страшно, и волнительно, ведь его наконец оценили, его берут в основной состав известной команды. Дед тогда отпустил его на полчаса, пока договаривался о дате переводе и он просто сидел на трибунах, ожидая, когда его позовут подписать документы. Кажется, что да, Лео был нервным, но они все были такими, их жизни кардинально менялись — Жерара ждала новая страна и новая команда, а Лео переводился в основной состав и оставался в Барселоне. Мог ли он тогда предположить, что того волновал вовсе не футбол, а он сам? Он вздохнул и неожиданно для себя сказал вслух то, что подсознательно мучало его с момента, когда, после всех прочитанных статей, он начал анализировать текущее поведение Лео уже в своем мире. — Я думаю, ты бы ненавидел меня. — Что? — Лео отстранился и скептически на него посмотрел, — Жери, вот ты вроде умный, но иногда такой дурак, честное слово. Ну за что я бы тебя ненавидел? — Но это все из-за меня. — Жерар положил руку ему на грудь. — Болит? — Так, подожди, — Лео вдруг нахмурился, — ты записался к психологу, и он навел тебя на такие мысли? Что еще он спрашивал? Жерар подумал, что возможно это не такая уж и плохая мысль, но отрицательно покачал головой: — Мне не нужен врач, чтобы волноваться о твоем здоровье, — честно ответил он, — Так что? — Нет, не болит. — Лео взял его ладонь двумя руками и сжал. — Не знаю, почему у тебя именно сегодня возникли такие мысли, и ты решил это обсудить, но нет, даже если бы мы не были вместе, я бы тебя не ненавидел. Но ты знаешь, — его голос вдруг дрогнул, — мне и правда иногда кажется, что это ты должен меня ненавидеть. Брови Жерара удивленно поползли вверх: — Я? Но почему? — переспросил он. Лео отпустил его руку, его плечи поникли: — Потому что привязал тебя к себе. Я до последнего не хотел рассказывать про болезнь, последнее, что мне было нужно это твоя жалость. И твоя жертва мне тоже была не нужна. Возможно и правда было бы лучше ничего не говорить, но вот такой я эгоист. — он поднял голову и криво улыбнулся Жерару, — Но я не знаю, если бы ты тогда сказал нет, смогли бы мы остаться друзьями? Остался бы ты в моей жизни? Этой болезнью я как будто отобрал твое будущее. Мне так не хотелось, чтобы ты чувствовал себя в чём-то виноватым и мне обязанным. Жерар слабо улыбнулся в ответ. Вынужденная откровенность Лео больно отдавалась в нем самом. Все упущенные возможности, которые тут, в этом мире остались всего лишь беспочвенными страхами, в его мире были реальностью. — Зачем взвалил всю ответственность на себя? — пробормотал он, –И тогда и сейчас это и мое решение тоже. Лео вздохнул и рассеянно потер грудь, покосившись на переключившийся в режим ожидания экран телевизора. — За те первые четыре года столько всего произошло. Ты терпел и мои смены настроения, и непонятные госпитализации и все равно вернулся ко мне. А я до последнего скрывал и сказал, когда ты окончательно припер меня к стенке. Да и то только потому, что увидел таблетки. — Лео страдальчески свел брови, вспоминая. — Мы тогда первый раз поссорились, помнишь? Ты обиделся на меня, что я так долго скрывал, а я подумал, что всё, это конец, и у меня был приступ. Прессе пришлось говорить что-то про перелом ноги. Потом ты вернулся и больше не уходил. И я думал… Жерар не выдержал и, не дожидаясь пока он договорит, прижал к себе застывшего Лео, вжимая его в себя, пытаясь хоть немного заглушить чужую боль. Почему-то ему казалось, что тот, другой Жерар и Лео дано все эти вопросы обсудили, а сейчас он как будто сковырнул старый нарыв. Лео в ответ судорожно вцепился в майку на его спине и, выдохнув его имя куда-то в ухо, замолчал. — Все хорошо. — Жерар успокаивающе провел ладонью по его напряженной спине, — Прости, что завел этот дурацкий разговор. Прости. Извинения горчили на языке, но что он мог еще сказать? Можно было бы добавить, что он никогда и никуда не уйдет. Что он выбрал Лео тогда и выбирает его сейчас. Что это все в прошлом и сейчас все хорошо. Ведь это было бы так легко — остаться в этом мире и не думать ни о чем другом. Но он не мог. Поэтому Жерар только тихо шептал извинения, осторожно рисуя круги на чужой спине и чувствуя, как Лео постепенно расслабляется под его прикосновениями. Думал ли он, что получит свои ответы таким способом? Стоило ли это оно? — Какой-то вечер семейной терапии вышел, а ведь хотели поиграть, — внезапно подал голос Лео, выдернув Жерара из мыслей, — но может и стоило это обсудить. Жерар облегченно выдохнул и потрепал его по затылку, потом чуть подумав, откинулся на бок, уложив Лео рядом с собой. Тот сразу завертелся в его руках, отстраняясь и намереваясь встать, но Жерар закинул на него ногу, фиксируя. Лео поднял на него недоумевающие глаза, и Жерар, медленно разгладив большим пальцем хмурую складку между его бровей, молча поцеловал в лоб. Потом наступила очередь кончика носа. Под его прикосновениями Лео закрыл глаза и довольно вздохнул: — Хотя я должен признать, что твои методы допроса вполне действенны, чего тебе еще рассказать? Про цветы, мгновенно всплыло в голове Жерара. Про их первый поцелуй и первую близость. Про то, как отреагировали родители. Про Рождество и те дурацкие свитера. Ему столько всего хотелось спросить, но имел ли он право? Вместо этого он оставил очередной поцелуй на щеке. — Жери… — осторожно начал Лео, — Нам правда не стоит… — Я помню, просто полежим, хорошо? Лео перевернулся на спину и Жерар положил руку ему на грудь, прижавшись губами к виску. Ему так хотелось потянуть этот момент видимого спокойствия, в доме было тихо, телевизор давно перешел в режим ожидания, из полуоткрытой двери в сад тянуло прохладой и слабым запахом моря. Хотелось просто лежать и ни о чем не думать. Лео накрыл его руку своей и повернул голову к Жерару: — Я люблю тебя, — просто сказал он и, осторожно поднеся к губам ладонь Жерара, поцеловал костяшки, — всегда буду, как бы ни сложилась дальше судьба. Не дожидаясь ответа Лео потянулся к нему первым. Поцелуй вышел мягким, без напора, совсем не таким как на пляже. Жерар чувствовал, как Лео улыбается, и он так же неторопливо начал отвечать, стараясь не давить и помня о всех предыдущих предупреждениях. Через какое-то время Лео с мягким вздохом от него отстранился и, приподнявшись на локте, посмотрел через плечо Жерара на погасший экран: — Что же, значит поиграем в другой раз, — он потянулся всем телом, — Завтра уже тренировки начнутся, сезон возобновиться. Давай, говори, мысленно приказал себе Жерар, дальше тянуть уже просто некуда. — Я… — он откашлялся и постарался как можно беззаботнее сказать, — я буду завтра на вашей тренировке. Лео скептически посмотрел на него сверху вниз: — Зачем? И Жерар подумал, что он мог бы сейчас рассказать всю правду, но кому от этого будет легче и какой в этом будет смысл? Особенно после сегодняшнего разговора, как его рассказ о том, что он не из этого мира, что у него есть дети, воспримет Лео? Решит, что он шутит или сошел с ума или просто из всех идиотский причин расстаться придумал именно эту. А это последнее, что хотел бы Жерар. Он поднял руки и обхватил ладонями лицо наклонившегося к нему Лео: — Я соскучился по полю и игре, — бесхитростно ответил он, — вот и все. — Жери, но твое колено… — начал Лео. — Я не буду сильно напрягаться, — он погладил большим пальцем щеку Лео, — тем более там всегда полно врачей, не переживай, все будет хорошо. — Обещаешь? — Обещаю.

***

Утро. Быстрый завтрак. Лео молчит, но Жерар ловит на себе его обеспокоенный взгляд. Стадион. Раздевалка, удивленные приветствия от команды и тренера. Лео выхватывает его в темной подтрибунке и быстро целует. Он делает первый шаг на поле, под ногами знакомо пружинит трава и единственной мыслью, перед тем как его засосала темнота, была не радость, что все получилось, а то, что обещание он так и не сдержал.