You Get Me So High

      Погода была отличной, небо — идеально чистым, без единого облачка. Не холодно, не жарко, как раз для пеших прогулок. В пять ещё не темнело, тем более летом, и Хару мысленно похвалил себя за хорошее распределение времени. На самом деле он немного переживал, несмотря на то, что продумал абсолютно всё, что можно было продумать, и сам не понимал, почему так нервничает.       Идей, куда можно пригласить Дайске, было много, от самых банальных (куда чаще ходят туристы) до слишком личных (например любимое место Като, куда он часто ездит, если нужно было побыть одному или порефлексировать). Хару выбрал что-то между этими двумя. Вышел он из квартиры за десять минут. На балконе ещё никого не было.       «Не надо было так резко уходить, — думает Като. — Может Дайске не может прийти сегодня? А если у него есть планы?»       Он опять высунул светло-русую макушку из окна (когда-то ему сказали, что однажды он доиграется, и делать так не стоит, но не то чтобы юноша слушал советы незнакомцев), вдыхая свежий воздух и немного успокаиваясь. Отвлек его звук открывающихся дверей лифта. Камбе остановился у проема, глядя на нового знакомого.       Като, в отличие от него самого, был одет в более яркое: приглушённого оранжевого цвета большой свитер, тёмно-коричневые брюки в крупную клетку и жёлтые кеды. Глядя на него Дайске почувствовал себя глупо, однако классический стиль для него был удобнее и привычнее, и отказываться от него Камбе не собирался.       — С укладкой ты выглядишь старше, — протянул Хару. — Тебе идёт, — уже тише добавил он, всё также как и в прошлый раз разглядывая его.       — Спасибо, — также тихо ответил Дайске. Мысль о том, что было бы неплохо сделать комплимент в ответ, внезапно заставила его бледные скулы немного покраснеть. Какой стыд. — Ты тоже… ничего.       Наступила тишина. Дайске покраснел сильнее. Всё плохо. Всё очень, очень, черт возьми, плохо. Он просто хотел провалиться под землю. И больше никогда не контактировать с Хару. Вообще ни с кем. Боже, Дайске мысленно проклял своё согласие раз шестьдесят по меньшей мере, пока до него не донёсся смех Като.       — Не переживай ты так, — он широко улыбнулся, подходя к собеседнику ближе. — Просто расслабься и ни о чём не думай, — пожал плечами парень, обходя Камбе и вызывая лифт, который ещё не успел уехать. — Я, кстати, даже не спросил твой возраст.       — Мы ничего не знаем друг о друге, — согласился Дайске, заходя внутрь. Хару зашёл за ним и встал напротив, облокотившись на стену. — Мне семнадцать.       — Мы почти ровесники! — улыбнулся Като и, не давая задать встречный вопрос, сразу же ответил: — Мне восемнадцать.       Дайске, всегда держащий спокойное выражение лица, всё-таки выдал своё удивление на пару секунд. Хару ухмыльнулся, зная, что выглядит младше. Особенно в сравнении с Дайске с укладкой. Хару всё ещё удивлялся тому, как менялся Камбе в зависимости от прически.       Раздался короткий звук, оповещающий, что они уже на первом этаже.       Выходя, они уже переговаривались, обсуждая школу, затем уже любимые предметы и хобби. Дайске расслабился, медленно раскрываясь. Като легко вел диалог, находя новые вопросы, цепляясь за данную информацию, рассказывая что-то из своей жизни, и плавно вытягивал тоже самое из собеседника.       Возможно, Дайске погорячился в начале. По крайней мере сейчас, если бы у него спросили, согласился он в ту ночь на прогулку, Дайске точно не изменил ответа. Даже если пришлось бы пережить начальную неловкость заново.

* * *

      За полтора часа они успели зайти в кафе и были на полпути к нужному месту. Постепенно начинало темнеть, и Хару надеялся, что они успеют приехать к закату. А ещё он надеялся, что это не будет похоже на свидание. Хару ни раз встречал много парочек на таких местах, их было больше, чем остальных посетителей. Дайске хотелось довериться и получить доверие в ответ. Хару не смог бы объяснить это желание, просто он чувствовал, что они в чём-то очень схожи.       Камбе смотрел на огромную высотку, не совсем понимая, что они тут делают, но тем не менее Хару шел весьма уверенно.       — Быстрее, мы можем не успеть, — он аккуратно потянул парня за собой, быстро шагая ко входу.       Через пару минут они поднялись на шестидесятый этаж. Като отсканировал два билета, и их пустили на смотровую площадку. Людей было не так уж и много, и Хару быстро направился к панорамному окну, оборачиваясь на Дайске.       — Мы успели до заката, — парень ярко улыбался, глядя в тёмно-синие глаза. Камбе встал рядом, глядя вниз, на большой светящийся огнями город. — Смотри!       Небо медленно окрашивались оранжевым и розовым, цвета смешивались между собой и плавно перетекали друг в друга. Очарованный этим, Дайске смотрел на это зрелище будто прикованным взглядом.       — Я люблю небо, — тихо сказал рядом стоящий Хару, переводя взгляд на знакомого. В темных глазах так ярко были видны эти краски, что он застыл, усилиями заставляя отвести взгляд обратно на город.       — Это очень красиво, — вполголоса сказал Дайске.       Наступила мягкая, комфортная тишина, которую никто не хотел нарушать. Они стояли так около десяти минут, до конца заката, и спустились обратно вниз. На улице уже потемнело. В кармане Камбе зазвонил телефон. Он неловко поднял трубку (разговаривать с родителями и говорить, что всё в порядке, будто он маленький, было как-то унизительно, особенно при новом друге).       Дайске нравилось, что он мог назвать кого-то другом, пусть и в мыслях, пусть они мало знакомы, но это уже шанс. Он услышал что-то про накрытый стол, в очередной раз угукнув, и только потом понял, что от него хотела мама.       — Стой, какой ужин? — он даже встал на месте, заставляя Хару также остановиться и посмотреть с интересом.       — Ты всё прослушал, не так ли? — несмотря на то, что Дайске не видел мать, он был уверен, что она улыбается. — Я сказала тебе позвать на ужин своего друга. Вы наверняка проголодались, и я была бы рада познакомиться с Хару. Его так зовут?       — Да, но, — брюнет нахмурился, — но вдруг у него дела?       — У меня нет никаких дел! — вмешался светящийся от радости Хару. Камбе фыркнул, пробубнил ему что-то про самоуверенность и попрощался с матерью, посмеивающейся с их маленькой перепалки. Они возобновили шаг, направляясь к автобусной остановке.       — Раз нет дел, то приготовься к допросу, — Дайске ухмыльнулся, — потому что мои родители слишком любопытные.       Като засмеялся. Из поворота вырулил автобус, и им пришлось бежать, чтобы не опоздать на него.       В транспорте был приглушённый свет, который создавал мягкую атмосферу. Ребята сели на свободные сиденья друг напротив друга.       Хару всё ещё улыбался. Приятное волнение растекалось в груди.