Ты слишком громко думаешь!

Прокравшись на чердак, Гарри очистил стул от пыли и, насмешливо изобразив реверанс, присел перед портретом грозного мужчины, на подлокотнике кресла которого сидела Вальпурга Блэк. — Не имею чести быть представленным, — улыбнулся Гарри. — Лорд Орион Блэк, юноша, — надменно кивнул мужчина. — Вальпурга рассказала мне о вашей просьбе. Спрашивайте, что вас интересует. — Я, признаться, в замешательстве. Сегодня я случайным образом обнаружил, что, оказывается, у меня на роду написано лишить «сильнейшего мага столетия» не чего-нибудь, а жизни, но вот проблема, — он изобразил сильное удивление, взмахнув руками. — Я о нем ни хрена не знаю и не похоже, что кто-то собирается заниматься моей подготовкой. Поэтому, памятуя о том, что вы и ваша супруга были особо приближены к упомянутому магу, я обращаюсь к вам с вопросом: он действительно сильнейший, или всеобщее мнение таково просто потому, что никто до меня не решался бросить ему вызов, страшась его репутации? Лорд Блэк нехорошо улыбнулся: — Смею вас огорчить, юноша, но, учитывая возможности «данного мага», это не просто сложившееся впечатление. Вы понятия не имеете о его магической силе и знаниях. Силы неравны, молодой наследник Поттеров, окститесь. — Ну вот, а я надеялся пожить, — притворно вздохнул Гарри, опуская плечи. — Сдайся ему, мальчик, — покачала головой Вальпурга. — У тебя нет шансов. — Вы не хотели бы пойти нахуй, нет? — обиженно прищурился Поттер, вставая со стула. — Как и ожидалось, манер у тебя никаких, — процедил Орион. — За словом в карман ты не полезешь, это я уже понял и не стану соревноваться с тобой в остроумии, но и Темный Лорд не любитель многословных ремарок, и на надгробии у тебя помимо имени будет выбито всего-то «Авада Кедавра». — Нашли чем удивить, я умираю не первый год. Раз мирный путь не его конёк, так, стало быть, и не наш тоже. Выкрутимся без сопливых, — презрительно бросил он портрету и вышел за дверь, не прощаясь в лучших традициях англичан. — Он так похож на Сириуса в молодости, — вздохнула Вальпурга. — Но у Сириуса были мы, а у этого мальчика никого… — И к чему это привело нашего сына? — жестко произнес Орион. — Я не собираюсь и после смерти возиться с ошибочными комбинациями. Надеюсь, этот щенок испугается и забьется в какую-нибудь нору, где проведет остаток своей никчемной жизни. — Такой не испугается, — покачала головой Леди Блэк. *** — Гарри! Вставай, идем в Косой Переулок! Гарри, не открывая глаз, выкинул руку в сторону, и Рон, поскользнувшись, упал на свою, уже заправленную, кровать. — Гарри Джеймс Поттер, немедленно поднимайся! Поверх ругательств Рона наложились требовательные выкрики Гермионы, от которых не спасала даже подушка, и Гарри открыл глаза, запуская руку в волосы. — Май лайф – феритэйл, — пробубнил он по пути в ванную, едва разлепляя глаза. Казалось бы, куда хуёвей, а вот сюда, сука! Потихоньку начиная свыкаться с мыслью, что на нем, небольшом, висит огромная страна, он совершенно упустил из виду, что ему помимо всего прочего нужно ещё и учиться. Ученик с углубленной программой по уничтожению Темных Лордов. Сенсейшн дистенейшн. Он сплюнул в раковину зубную пасту, ещё раз умылся и толкнул дверь ванной. — Блядский по-отрох, — послышалось за дверью. Гарри выглянул в коридор и увидел рослого парня, приложившего ладонь ко лбу. — Голуба моя, ну извини, нечего под дверью честных людей стоять, когда они в расстроенных чувствах умываются. А ты кто такой вообще? — Чарли, — буркнул рыжий. — Оп-оп, вспомнил, — прищелкнул пальцами Гарри и закинул на плечо полотенце, пропуская Чарли в проем. — Холодненькой водичкой умоешься — и как бабка отшептала, бля буду. — Пошел ты, — скривился Уизли и захлопнул дверь перед его носом. — Ух, нервный какой-то, — похлопал глазами Гарри и отправился одеваться. Спустя час, стоя в Дырявом Котле, Гарри Поттер заценил, что бывает, когда обыватели покупаются в говносети ебанатов-газетчиков, которым за красноречивые штампы платит власть. Прожженный десятками взглядов, что клеймили его, мысленно вторя статьям «Пророка», лжецом и помешанным, он вошел вместе с Роном и Гермионой во «Флориш и Блоттс» и, психанув, вышел оттуда спустя пять минут. Набросив на себя Чары Отвлечения Внимания, Гарри скрылся от разыскивающих его друзей в Лютном Переулке и заскочил в неприметный бар, а-ля «злачное место». Отменив колдовство, он прошел к барной стойке и, кинув на выщербленную поверхность галеон, скомандовал: — Виски, отец. Немолодой волшебник с сальными волосами ощерился желтыми зубами и каркнул: — Район перепутал, пацан. Учебники в соседнем. «Знакомое лицо у этого щегла, где-то я его видел». — Вау, ну, спасибо за гайд, а то я чё-то и не в курсе без тебя, — закатил глаза Гарри, не обращая внимания на гогот мужиков позади себя. Бармен ухмыльнулся и, плеснув из бутылки порцию, толкнул стакан по стойке к мальчику. Гарри, смело замахнув, закашлялся, но потребовал ещё. Проследив за тем, как парень, откинул со лба челку, бармен округлил глаза: — Ба! Да ты, никак, сам Гарри Поттер? «Во, самоубийца пацан. Может, и вправду люди говорят, Избранный, да только щенок ещё с Лордом биться». Посетители бара обернулись к стойке. В помещении зависла тишина, и Гарри скривился: — Каждый день, кроме сегодняшнего. — Не боишься один гулять, Мальчик-Который-Выжил? — пугающе ухмыльнулся мужчина. — Мне страшен ваш культ. Заебало быть легендой, которой все говорят, где гулять и куда чихать. Куда бы не пошел, — он ткнул пальцем на собственное изображение газетной передовицы перед волшебником, сидящим справа, — фотография 9х12. Сучка Дамблдора с саундом правды-матки, которая нахуй никому не нужна! Пришел выпить, а уже жопой чую, как у некоторых рука чешется Волан-де-Морта сюда вызвать. Действительно, такой зачет на деревьях не растет, лучше поторопиться… — Вот и поторопись, — негромко сказал ему бармен, сделав вид, что протирает стойку. — Пиздуй отсюда, пока цел. «Подорвались, вон, щас весь бар разнесут. Как бишь их… Макнейр и Руквуд, вроде. Лишь бы Его не вызвали, а то и шкуру свою не уберегу». Гарри осторожно оглянулся через плечо и увидел, как к нему, не спеша, двигается пара мужчин с дальнего столика. — А может, я решил проебать жизнь красиво? — хитро улыбнулся он бармену. — Не в мою смену, надеюсь. Гарри, шустро соскочив с высокого стула, метнул связку оглушающих заклинаний и прыгнул за спину высокого мужчины, что сидел за ближайшим столом. Руквуд попал в беднягу оглушающим, и тот нырнул лицом в тарелку с супом. Гарри проскочил к выходу, открыл двери, и, уловив чужую мысль об Империусе, выскочил на улицу. Запечатав входную дверь Коллопортусом, он развернулся вглубь Лютного и впечатался с размаху в прохожего. «Гарри?!» — Поттер?! — раздалось у его уха с ноткой паники. Гарри отшатнулся, оттолкнув человека и, подняв взгляд, увидел вытаращившего глаза Драко Малфоя. — Здорово, обесцвеченный! — крикнул ему взъерошенный Поттер, оглядываясь на дверь, которую выбивали ногами изнутри. — Заблудился? Парикмахерская дальше. — Ты что тут забыл… Блондин замолчал на полуслове, когда за его спиной разбилось стекло, и из оконного проема один за другим выскочили три Пожирателя. «Нет!» Он развернулся к атакующим и, закрыв собой гриффиндорца, словил в грудь красный луч Ступефая. Гарри оттолкнул его обмякшее тело и бросил Петрификус Тоталус, попадая в неловкого белобрысого паренька. Увернувшись от зеленого луча Руквуда, он вырубил его и, бросив в незнакомого мужчину Инкарцеро, развернулся к валяющемуся у его ног слизеринцу. — Энервейт! — повел он палочкой и рявкнул на открывшего глаза блондина. — Да очнись ты, кукла напомаженная! Вставай, валим! Рванув, несоображающего Малфоя на себя, Гарри поволок его к выходу в Косой Переулок. Взяв себя в руки, Драко совладал с ногами и отлепился от гриффиндорца. Проскользив подошвами по брусчатке, они вылетели в Косой Переулок, слыша вдали голоса преследователей. Драко накинул на них обоих Чары отвлечения Внимания и, схватив давнего соперника за локоть, втолкнул его в аптеку. Схватив Поттера за плечи, он прижал его к стене и выпалил: — Ты чё, блять, творишь? Какого ты здесь? — Где «здесь»? В твоих объятьях? — съязвил Гарри, и блондин поспешно одернул руки. «Он в порядке? Вроде не зацепили…» — Придурок, — выплюнул Малфой в своих лучших традициях. — Пташка моя, я правильно расслышал? — опешив, Гарри приложил ладонь к уху. — Ты ринулся спасать гриффиндорца, а «придурок» здесь я? И хохочет. Гарри в духе, потому что под кайфом азарта побега, и алкоголь давит. Мерлин поцеловал его в макушку и не раз. Драко же хватает воздух ртом, краснея, и отходит от него на шаг, не зная, как объясниться. Гарри жалеет его и с силой хлопает по плечу: — С победой, говнюк. Разворачивается и уходит из аптеки, хватая за хвост первую оформившуюся мысль из белобрысой головы: «Я скучал».