Обещай

-Антон! Ты завис? Пара начинается, подъем! - какой-то одногруппник "любезно" вырвал парня из воспоминания, оставляя в коротком непонимании. -Да, спасибо - пробубнил студент, заходя в аудиторию. Ничего не изменилось за период каникул. Стены все также делились со всеми штукатуркой и кусками краски, из которых можно было делать орнамент в стиле "две тысячи оттенков болотно-зеленого". Доска тоже не вызывала доверия. Казалось, что как только кто-то поставит точку, эта зеленая штука полетит вниз, наконец подчинившись законам физики. В начале все сидят расслабленные, но как только препод начинает что-то говорить, пусть даже здороваться, а это бывает крайне редко, половина группы принимается судорожно малевать буквы в конспектах, боясь пропустить хоть одно слово. Некоторые индивиды продолжают сидеть, рассматривая трещины на парте. По этим критериям можно догадаться, что пара проходила с деканом. Мужчина лет тридцати прохаживался около своего стола, объясняя тему. Взгляд был направлен куда-то в астрал, но продолжал следить за студентами и бросать косые взгляды на всех, кто пытался с ним "заигрывать". Этот человек ненавидел романтику, особенно в сфере учебы. Этой отрасли он посвятил лучшие годы своей жизни, если можно так выразиться. Провел не одну сотню пар, побывал на множестве мероприятий, да и в принципе состроил неплохую репутацию. Его бесили ученики, которые наплевательски относились к его предмету, ну, и в целом к учебе. Такие особи живут за счет родителей. Возможно, делят пенсию старших родственников, но главным для декана были не они, а наш Антон Звездочкин. Всегда готовый к парам, никогда не прогуливал, кроме дней с какими-то встречами, куда его таскали, иногда, против собственной воли. "Ты - самый умный студент университета! Ты обязан присутствовать! Это очень важная встреча!" - проносилось в голове всякий раз, когда парень направлялся в здание. Он сам не понимал, почему его туда тащат. Есть же много других учащихся не хуже, почему именно он.

***

Еще много идей лезло в голову, но мысли опять были прерваны. В этот раз топотом студентов, толпой выходивших из аудитории. Антон тоже начал собираться, но к нему подошел декан. -Так, Звездочкин. Сегодня в *** важное мероприятие, ты должен присутствовать! - так и хотелось врезать ему в эту мерзкую улыбку. "Нет, я хочу навестить друга" - пронеслось в голове, но он же самый лучший студент, это не позволяет статус. Из-за этого вырвалось что-то по типу - Хорошо, обязательно приду - фраза выдавлена с таким нежеланием, но статус... Парень всегда считал, что если пропустит хоть одно такое событие, сразу же станет позором университета. Ему было страшно терять приобретенный статус. Оставалось лишь как серая масса поддакивать и соглашаться с любым словом этого противного мужика. Антон вышел из кабинета, натягивая уверенное и счастливое выражение лица, после чего подумал, что бы надеть.

***

-Опаздываю! - студент выбежал из комнаты общежития, стараясь как можно быстрее добраться до места назначения. Мысли несли его куда-то не туда, а ноги подчинялись. В следствии этой путаницы он пришел к двери Диминой комнаты. В очередной раз смотря на часы, понимал, что уже не успел на редкий автобус. Спешить некуда. -Дим! Ты как? - произнес парень, привычно закрыв дверь. Шашлык сидел на кровати, таким же стеклянным взглядом сверля стену. -Все нормально - шепот, но такой громкий. В этом умиротворении даже вздох разносился эхом. По голосу было понятно, что сдерживался то ли вопль отчаяния, то ли ком слез. -Ну я же вижу, что-то не так - студент прошел к окну, рассматривая пожелтевший осенний парк, недалеко от универа. Обернувшись, посмотрел на руки этого "скелета". Побрацкий сильно похудел, так что кличка была уместна. На коже красовались новые раны. Опухшие, красные, но их было не так много. Уже плюс, однако они были, это минус - Опять порезы?! Я конечно знал, что ты не оставишь это дело, но надеялся на твое благоразумие! - речь прервал громкий крик. -Да знаю я! Я блять знаю! Ты думаешь я это от скуки делаю?! У меня поехала крыша, а ты все еще не понимаешь?! У меня нет родственников, которые меня бы поддержали. У меня нет парня, да никого кроме тебя у меня нету! - не особо вникая в смысл этих фраз, Антон тоже перебил, только громче в два раза. -А мне все мои друзья твердят что я тоже поехавший! Мол, помешался ты на своем объекте симпатии! Каждый день навещаешь, бла-бла-бла! Только о нем и говоришь, только о нем и думаешь! Это не нормально, бла-бла-бла! - громкие высказывания оборвались, как только он увидел лицо Димы. На нем были слезы и... улыбка? Неуверенная, дрожащая, казалось, испуганная чем-то, но улыбка. -О..объект с..симпатии? - голос дрогнул - Ты... про меня? - слезы ненароком текли по щекам, заливая все вокруг. -Проговорился... - сказал Антон, "сползая" по стене. Ему было плевать на пиджак, он все равно страшный. Потертый, выгоревший. Парня волновало только одно: он рассказал о своей влюбленности... человеку, в которого он был влюблен. -Т..тоесть ты.. меня.. л..любишь? - голос дрожал, а ком слез затемнял разум. Хотелось броситься в объятия, но все еще не подтвердилась достоверность слов. В ответ на вопрос вышло тихое "Да", после чего раздался грохот. Дима в буквальном смысле свалился с кровати на колени, рыдая. Шок и непонимание отразились на лице, но сердце быстрее мыслей. Антон поменял положение, все еще оставаясь на полу он обнимал Шашлыка. Побрацкий плакал на его плече, Звездочкин тоже дал волю сдерживаемым эмоциям. Сердце сжималось в груди. От слез уже щипало глаза, было больно. Соленая жидкость потекла по щекам в два раза быстрее из-за нового потока. Именно так Дима обнимал Олежу, когда тот ещё был жив. Все моменты с их прогулками, походами в кино, кафе... Все это давило на душу. Отрывок смерти мелькал бесконечным ужасом. Совсем недавно.. казалось, только вчера они вернулись из бара, смеясь над очередной ерундой. Оба разошлись по домам, а точнее Олег пошел в свою квартиру, что была в доме напротив университета, а Дима в здание общежития. Заходя, он обернулся и посмотрел на маленький дом, всего-то пятиэтажка. Тихо закрылась подъездная дверь. Студент прошел внутрь "шикарных хором", которым лет двести. Не смотря на жутко мигающий свет в коридоре, его сердце было спокойно "Ну что может произойти?" - думал Шашлык, когда Душнов не отвечал на сообщения второй час - "Спит наверное, ладно, я тоже пойду" - отправив стикер "спокойной ночи" парень отрубился. Открыл глаза ближе к утру, но не от будильника, а от сигнала полицейских машин. Даже не до конца проснувшись, быстрым и неуверенным шагом он подбежал к окну. Снаружи стояла пара машин хранителей порядка, скорая помощь и толпа каких то людей. Общежитие было невысоким, все отлично видно. Вокруг этого сборища была заметна какая-то желтая лента, но что больше всего напугало Диму - что-то красное во всей этой "пентаграмме". Парень был уверен, что это кровь. Сознание просыпалось вместе с телом, но не давало адекватных отчетов о происходящем. Натянув свой свитер со штанами, Шашлык еще раз посмотрел в окно, после чего надел ботинки и выбежал на улицу. Он подошел к какой-то девушке и спросил -Извините, а что тут произошло? - голос был встревоженный, глаза бешеные. В мыслях крутились самые плохие варианты развития событий, но в глазах потемнело от ответа дамы. -Студент из окна выпал, уже посмотрели его билет. Душнов вроде, а что? - у Побрацкого случился то ли инфаркт, то ли инсульт, хотя даже он сам не понимал, что с ним происходит. На глазах выступили слезы, через секунду покатившиеся ручьем. Сзади он услышал шаги: толпа расходилась, лишь несколько людей остались стоять. Зачем - непонятно. На асфальте лежал Олежа, а точнее его тело... Кровь... Диму пугал только лишь факт того, что она есть. Со всех ног хотелось броситься прочь, но что-то его держало. Сзади вновь послышались шаги, после чего и грохот. Рядом с ним на колени упал Антон, такими же как сейчас стеклянными глазами рассматривая труп. Внутри бурлило все: ненависть к этой жизни, печаль, от которой хотелось повеситься прямо там, но не смотря на опустевшее нутро, каким его считал сам Дмитрий, где-то глубоко-глубоко тлело что-то теплое, светлое и легкое. А человек рядом, как раз таки Звездочкин, подозрительно заставлял Шашлыка даже при коротком, мимолетно брошенном на него взгляде, сжиматься сердце вместе с этой теплотой внутри. Горе сближает людей. Душнов был отличным парнем, веселым, добрым, он любил эту жизнь и явно не заслуживал такого конца. В голове Побрацкого все также бушевал океан. Он не понимал, почему смотря на холодное, бездыханное тело лучшего друга ему так спокойно и легко на душе. Возможно, как думал сам студент, его отвлекает Антон, буквально уводит размышления на себя. Пред глазами Шашлыка как на хромакее всплыла первая пара первого курса, хотя может и первая неделя, но не суть. Сразу же его начал бесить один единственный парень - Антон Звездочкин. Все преподаватели говорили о нем без конца, постоянно ставили хорошие отметки и беспрерывно восхваляли на занятиях "Антон - самый умный в группе! Вы все должны на него ровняться!" - как в один голос трещали преподы. В голове Димы возникало лишь отвращение "Подумаешь, самый умный. Еще бы ему не быть умным. Небось с детства из книг не вылезает. Он же сын какой-то важной шишки" - с издевкой бурчал он под нос, всякий раз замечая Звездочкина - "Девчонки говорят, что он самый красивый, хотя это пожалуй правда" - но студент моментально выкинул пришедшую мысль из головы - "Вот еще, ха-ха, да чтобы я, по парням, нет уж. Просто какой то глюк!" - да, именно этот глюк и положил начало симпатии. Сначала он просто смотрел на Антона немного дольше, даже можно сказать, рассматривал. Потом начал попытки завести диалог. Это получалось нелепо, несуразно. Рядом с ним он даже два слова связать не мог, хотя буквально пару минут назад уверенно говорил сам с собой. Спустя время он перестал пытаться, ибо понял одно: для такого парня как Антон... он просто рандомный, ничем неинтересный и непримечательный одногруппник. Оставив попытки начать общение, перестала появляться и эта искорка в душе. Каскадом посыпались кадры с каждой бессонной ночи, которую студент проводил в слезах. Общение с друзьями не радовало, пища потеряла вкус, а картины оранжево-красной осени сменились бесконечной серой кислой массой. На учебу стало плевать, ведь она ассоциировалась с Антоном, а Шашлык даже ему на глаза боялся попадаться. Каждый взгляд, даже от незнакомых людей казался осуждающим, в какой-то мере пренебрежительным. Апатия, замкнутость, целое оливье из комплексов не давало спокойной жизни целый год. Множество фотографий, сделанных исподтишка, Побрацкий просто помешался на Антоне, но тот его не замечал. И зачем тратить все свое время на попытки привлечь внимание того, кто тебя в упор не видит? Дима решил просто проглотить эту ситуацию и забыть обо всем. Антон страдал не меньше. Он знал Олежу не так давно, но успел подружиться с ним на одной из встреч, куда его потащили с отцом. Сам Звездочкин считал это мероприятие - лучшим, ведь ему удалось найти друга по интересам. Душнов был достаточно умным. Его туда и привели из-за этого. Правда представлял он другой университет, однако это не помешало им стать друзьями, хоть и виделись они жутко редко - переписывались, созванивались, а потом... Несчастный случай, или убийство, уже не важно. Этот голос больше никогда не зазвучит в динамике смартфона. Остается просто вспоминать... Из воспоминаний, которые впервые утянули настолько глубоко, Антона и Диму вырвал телефонный звонок. На экране была надпись "Декан". Парень вздохнул, прокашлялся и ответил на вызов -Здравствуйте. -Алло, Антон! Почему тебя нет на мероприятии? Что-то случилось? - хотелось сказать "Отвалите" или "Идите к черту", но сам студент понимал, что ему тут учиться еще долго, а если он нагрубит декану, жди беды. Даже статус отца не поможет. Потому вырвалось только - У меня появилось очень важное дело, извините, впредь буду четче планировать график. На другом конце провода опять послышался голос, но парень сбросил трубку, поставив на беззвучный. -Прости, я не хотел, оно само - начал оправдываться Побрацкий. -Все нормально, Дим - Антон улыбнулся - Я тебя понимаю, правда, но... Просто спасибо за то, что ты есть. Не успел Шашлык ответить, как в его губы вцепились перекрывая доступ к воздуху. Щеки были мокрые от слез у обоих, но сердца пылали, заставляя забыть все проблемы, и просто погрузиться во вкус соленого кофе и каких то конфет, чей привкус остался на губах. Кто-то куда-то спешил, листья отбывали последний дни на деревьях, а в сердце Димы вновь зажглась та самая теплая искра, повесив на лицо искреннюю, полную любви улыбку...