Полынь после мёда

      Приближался Новый год. Жизнь текла удивительно безмятежно, невзирая на все подозрительные взгляды Поттера. И поэтому Северуса не отпускало ощущение, что вот-вот случится какое-то дерьмо. И оно не заставило себя ждать.       Болван Кингсли, вместо того чтобы накопать компромат на Красиуса Эйма, просто вывалил Поттеру правду.       — Я ничего не нашел, а время идёт, — оправдывался Шеклболт. — Я друг Гарри, меня он послушает. Он сейчас злится, но он поймет.       — Кингсли, ты идиот. Теперь Поттер считает... — Северус осекся. — Постарайся удержать его от необдуманных поступков.       Поттера не было до поздней ночи. Потом он вернулся, собрал вещи и ушел в комнату на самом верхнем этаже, беспардонно проигнорировав все попытки Северуса заговорить.       Оставалось выжидать, и, конечно же, следующим утром взъерошенный Поттер спустился на кухню. Все так же молча он заварил чай, ухватил подсохший тост и собрался уйти. Но Северус поймал его за руку и заставил поднять взгляд. Говорить нужно было сейчас, пока Поттер не успел выдумать сказочку, благодаря которой сможет видеться с ищейкой.       — Как прошло? Ваш ненаглядный герой смог оправдаться?       Гарри выдернул руку.       — Я не буду это с вами обсуждать.       — Вы продолжите к нему таскаться? Кингсли мне все рассказал.       — Кингсли? И от кого же он получил эту информацию? Умоляю, Северус. Я идиот, но не до такой степени. Кингсли рассказал сразу, если бы знал. Но вот с того света явились вы, а следом чудесным образом открылось постыдное прошлое Красиуса. Опять все за моей спиной. Опять я не достоин знать правду.       — Прекрасно. Ты узнал правду. Что ты с ней сделаешь?       Гарри отступил. Весь вид его кричал, что он не верит. Что готов проглотить любое оправдание, которое ему скормит выродок.       — С чего ты вообще вцепился в этого Эйма? Мало мужчин вокруг? Захотелось кого-то постарше? Ты хоть знаешь, сколько ему лет?       — Да какая разница, сколько ему! Не он же меня учил с одиннадцати лет!       — Сожалею о каждом потраченном на тебя дне, — процедил Северус. — Значит, продолжишь путаться с врагом?       — Его даже не было в Британии в первую магическую, — беспомощно возразил Гарри.       — Зато во вторую он преспокойно работал на Волдеморта и сдавал ему наших товарищей по Ордену! Тебе назвать их имена?       Гарри мотал головой, продолжая отступать. Непонятно, то ли он отказывался слышать про жертв, то ли не хотел узнать правду о новом кумире.       — Может, это ошибка? Может, у него семья была в заложниках, может, он был под Империусом?       Снейп сделал короткий вдох и прикрыл на секунду глаза.       — Заткнись, — сказал он. — Заткнись, иначе я за себя не ручаюсь. Ты не хочешь видеть правду, ты мальчишка, живущий в своих фантазиях.       — Однажды я уже поверил в предательство, — сказал Гарри, и вид у него был такой, что он вот-вот разрыдается. — Даже если вы говорите правду, даже если он помогал Волдеморту…       — Трус! Просто спроси его, что он делал на войне.       — Что он делал на войне? — переспросил Гарри, чуть не крича. — Что вы делали на войне! Не собираюсь судить его, я не Визенгамот. Вы сами были Пожирателем!       — Не смей! Ставить на один уровень нас… — Северус с трудом говорил, казалось, он задыхается.       Ох, это было ошибкой.       — Ты просто влюбился в этого ублюдка и готов простить ему что угодно, — на Снейпа было страшно смотреть. Глаза полыхали ненавистью, тонкие губы обескровились, и сам он выглядел как инфернал.       — Вам я тоже все простил! Все! И смерть родителей, и Дамблдора, и унижения, все то, что вы делали шесть лет в Хогвартсе, — Северус пошатнулся и схватился за столешницу. — Я все простил, — сказал Гарри, делая судорожный вдох. — Я все простил, потому что вы искупили все, что натворили. Потому что вы наказали себя так, как никто не мог наказать. Потому что вы любили ее, потому что вы сражались, не жалея себя. Только вам можно ошибаться?       Гарри в бессильной ярости отшвырнул чашку и тост.       Северус стоял, опустив взгляд, даже не вздрогнув от звона стекла. Лицо скрывали темные пряди.       — О! Наконец ты увидел истинную натуру своего ненаглядного. Все? Закончили спектакль? — раздался издевательский голос Йоль.       Она презрительно скривилась, перешагивая лужу, потом перевела взгляд на Северуса, не обращая внимания на то, что он даже не глянул на нее.       — Ненормальные вы оба.       Наконец Снейп поднял голову. Если бы взглядом можно было убивать, то Йоль уже лежала бы бездыханной.       — Мы не вовремя? — без суеты спросил Виллем, появившийся вслед за Йоль.       — Убирайтесь, — просто сказал Северус. — А ты, Поттер, подбери сопли и выведи Эйма на чистую воду. Потом прощай его сколько влезет.       На этой фразе в комнате материализовался еще и Дару. Поцокав языком, он подхватил Йоль, которая тут же принялась вырываться.       — Опять сбежала, — посетовал он. — Не серчай, Гарри, ягодка ты моя красная.       Все это время Поттер молчал, и Мерлин знает что происходило у него в голове. Но его глаза потемнели, а руки то и дело непроизвольно сжимались в кулаки.       — Если ты появишься еще раз, я найду способ тебя уничтожить, — пообещал Северус.       — Я буду являться когда захочу, — выпалила Йоль. — Пока ты не уйдешь со мной.       — Йоль, — уронил Виллем, и она тут же замолчала.       — Ты уж прости нас, — проговорил Дару, беззащитно улыбаясь. — Духи и правда вздорные существа.       — Кого ты назвал вздорной? — взвилась Йоль       — Закрой свой рот и выметайся.       — Не смей со мной так разговаривать.       — Ты не заслужила другого обращения!       — Больной ублюдок!       — Йоль!       Поднялся настоящий гвалт. Все, что скопилось за эти месяцы, выплескивалась из Северуса и Йоль. Дару и Виллем пытались их успокоить, но скандал только набирал обороты.       — Хватит таскаться сюда как к себе домой, — заорал Гарри, не выдержав.       Снова. Снова все как в школьные годы. От него прятали правду. Манипулировали. Решали за него. Даже дом больше ему не принадлежал.       Сила вспыхнула в нем, словно звезда взорвалась. Комнату залил слепящий свет, посуда задрожала, что-то упало, раздались вскрики.       А когда Гарри смог снова видеть, в доме на Гриммо не осталось никого, кроме него.       * * *       В первый день Гарри хотел смести все украшения и выбросить елку. Потом взял в руки варежки, долго сидел на диване, вглядываясь в сумрак за окном.       Он вспомнил слова Йоль о том, что Северус скоро потеряет силу и не сможет вернуться. В бессилии он обнял себя, проклиная длинный язык.       На третий день он перерыл библиотеку Блэков, но ни в одной книге не было способа вызвать духа леса.       На четвертый он стал думать, как вывести Красиуса на разговор:       “Добрый день, Красиус. Покажите мне свою левую руку”.       “Красиус, как Волдеморт заставил вас служить?”       “Может, расскажешь, почему не сражался на светлой стороне?!”       Невозможно!       Красиус ведь был умным. Сильным магом. Сколько людей выжило бы, будь он за них?       Гарри снова и снова говорил с кустиком полыни, но тот увядал. И молчал.       Правильно Йоль назвала их с Северусом ненормальными. Как можно было ненавидеть друг друга? Как можно желать быть рядом?       Ему хотелось крушить все вокруг. А потом ярость сменялась отчаянием, он сворачивался на кровати и лежал часами.       Перед Красиусом Гарри отговорился болезнью. Но утром восьмого января он все же заставил себя выйти из дома и знакомым маршрутом отправился в контору. Пришло время выслушать версию Красиуса. Гарри верил, что почует ложь.       У входа он привычно замер перед своим отражением в стекле. Видок был тот еще, но теперь Гарри было все равно. Он толкнул дверь и вошел.       — Гарри! — Красиус встретил его теплой улыбкой. — И как ты умудрился заболеть к Новому году? Точно готов к работе? — он достал было сигарету, потом посмотрел на Гарри и убрал ее обратно в портсигар. — Может, заскочим в "Дырявый Котел" вечерком? — предложил он.       — Не хочу никуда идти, — виновато ответил Гарри.       — Нет проблем, ужин можно устроить прямо тут, — Красиус поднялся и подошел к нему.       Как бы Гарри хотел сбежать от этого разговора! Но Красиус будто задался целью подобраться к нему поближе.       Красиус почувствовал его напряжение и чуть отступил.       — Я очень наблюдательный, Гарри, — сказал он и изогнул губы в улыбке. — Ты так смотришь иногда, что на мне горят штаны. И я совсем не против твоих взглядов.       Гарри прижался к своему столу. Он не ожидал такого напора.       Запрокинул голову и зрачки расширились, когда Красиус навис над ним.       Шершавые подушечки пальцев коснулись щеки, и Гарри прикрыл глаза.       — Все останется только между нами, — прошептал Красиус так близко, что Гарри почувствовал его дыхание на своих губах. И он позволил ему касаться, позволил прижаться всем телом к его напряженному телу.       А потом поднял холодный взгляд и спросил:       — Ты работал на Волдеморта?       За секунду целая гамма чувств промелькнула на лице Красиуса, он молниеносно взял себя в руки, но Гарри этого хватило.       И Красиус понял, что Гарри увидел все. Что он выдал себя. Попытался удержать его, но получил ощутимый тычок и разомкнул объятия.       — Гарри, я ищейка. Не палач. Но я и не самоубийца — отказывать Темному Лорду.       Он не лгал, не оправдывался. И он звал Волдеморта Лордом.       — Ты ведь знал, для чего их ищут, — Гарри не спрашивал. Красиус схватил его за руку, но он вырвал ладонь.       — Я просто делал работу, за которую мне платили.       Умный Красиус предпочитал не задавать вопросы, на которые не хотел знать ответы. На которые он знал ответ. Пока глупые дети умирали в схватках с приспешниками Волдеморта, он делал свою работу.       — Стажировка окончена, — сказал Гарри, пятясь к двери.       Красиус рванул за ним, но поймал только воздух.       * * *       Гарри снова был один.       Ночь все не разрешала ему уснуть, поэтому он сидел на подоконнике в своей спальне и бездумно поглаживал засыхающие веточки полыни. На кустик было больно смотреть. Ни вода, ни разговоры не спасали, и бедное растение чахло с каждым днем. Гарри уже готов был поливать его своими слезами.       Он замер.       Северусу нужна была сила. Гарри понятия не имел, как проводились запрещенные темномагические ритуалы. Но он мог просто напоить его своей кровью и звать. Звать Северуса.       Он бестолково заметался по комнате. Потом сбегал на кухню и принес самый острый кухонный нож. Резать себя было страшно. Он минуту постоял с занесенным ножом, а потом зажмурился и полоснул ладонь.       Кровь хлынула, и он скорчился, баюкая руку. Не теряя времени, поднес кисть к полыни, так чтобы капли текли по пальцам прямо в горшок. Кровь попадала на землю и на измученное растение.       Сколько Гарри сможет отдать?       Похоже, порез получился глубже, чем он хотел. Голова начинала кружиться, он прижал руку к себе, схватил с кровати старую майку и попытался пережать рану. Отвлекаться от своего "ритуала" он не решился.       — Северус, — прошептал он. — Северус! — стекла задребезжали от его крика.       Кровь засветилась, и бледные листики начали впитывать ее.       Нестерпимо запахло горечью полыни. И в центре комнаты начала сгущаться тьма.       — Соскучился? — процедил Северус, поднимаясь с колен из этой тьмы.       Гарри смотрел на него больными глазами и не мог насмотреться.       — Тебе ведь нужен этот мир, — сказал он неловко и замолчал. — Вот и позвал, — выдал он вместо того, чтобы кричать, что он тосковал, что он проклял свой язык.       Северус смотрел с такой ненавистью, что ему было страшно.       — Я не шавка прибегать по первому твоему зову! — выплюнул он.       — Но прибежал! — не выдержал Гарри и испуганно отшатнулся.       Гарри видел, что Снейп вот-вот сорвется: глаза потемнели, кровь отхлынула от лица. Гарри сделал шаг, другой, а потом схватил его за черную мантию, притянул и прижался своими губами к презрительно искривленным губам.       Северус сжал его с такой яростью, что Гарри испугался, что его позвоночник переломится.       — Чудовище, — прошептал он в приоткрытые губы.       И Гарри был с ним согласен. Он сдерживал слезы и гладил изможденное лицо, покрывая поцелуями бледные щеки. Сердце колотилось от страха и восторга. Северус прижал его еще ближе и прервал суматошные ласки. Поцеловал сам, глубоко и неспешно, и Гарри выгнулся, чувствуя, как по телу проходит горячая волна.       — Твой язык тебя погубит, Поттер, — сказал Северус, тяжело дыша.       — Пока он же меня и спасает.       — Придурок, — Северус снова вовлек его в поцелуй. — Для чего ты меня позвал. Попрощаться? — с горечью спросил он, прервавшись.       — Я все исправлю, Северус, — Гарри пошатнулся, но Снейп не дал ему упасть.       — Ты на ногах едва держишься, — он наконец заметил, что Гарри приготовился истечь кровью. — Поттер! — Северус размотал окровавленные тряпки. — Мордред! Палочку держать можешь?       Северус устроил его на кровати и принес палочку. Гарри уверенно прошептал заживляющие заклинания, и только подсохшая кровь на руках напоминала о ране.       — Я научился лечить после того, как вы умерли. Мне все это снилось столько раз...       — Есть кроветворное? — Северус предпочел отвлечься от слов Гарри. Тот мотнул головой. — Нет? Тогда спи, тебе нужно восстановиться.       — Северус, — вцепился в него Гарри.       — Все, все, — он прижал его к себе. — Ты ничем не поможешь мне в таком состоянии.       И обессиленный Гарри забылся тяжелым сном.       Северус с тоской вгляделся в предрассветные сумерки за окном. Последний день наступил. Мордред всех раздери! Северус осторожно устроил Поттера на постели, схватил горшок с полынью и спустился в гостиную.       Оглядел так и не снятые украшения, выдохнул. Сел на диван, пытаясь почувствовать этот мир, и напитаться его магией. Северус его почти полюбил, но мир не отвечал ему взаимностью.       Вдруг раздался тонкий скрип. Снейп встрепенулся, поднялся с дивана и укрылся в тени.       — Гарри, не пугайся, это я! — раздался низкий, смутно знакомый голос. — Твой дом непросто было найти. Я уж думал, он под Фиделиусом, — в гостиную зашел Красиус Эйм. — Я только надеюсь, что ты не наделал глупостей, — пробормотал он себе под нос. — Гарри? — снова позвал он, оглядывая комнату, едва освещенную пламенем в камине.       Хмыкнул и направился к лестнице.       — Далеко собрался? — проговорил Северус, делая шаг вперед. — Это новая мода, являться в дом без приглашения?       На лице Эйма мелькнуло узнавание.       — Я нашел всех, кто был у Лорда тогда, — прищурился Красиус, вытаскивая палочку. — Тебя тоже искал, но кровь показала, что ты мертв. Ты призрак?       — Я достаточно материален, чтобы не позволить тебе пройти.       — К Гарри, — понимающе усмехнулся Красиус. — Оставь, с живым ему будет лучше. Уже было, — добавил он, приподняв уголки губ. — Тебе не на что рассчитывать, — Красиус отметил, как Снейп сжал пустые руки в кулаки и продолжил: — Он был горяч, хоть и удивительно неопытен для своей славы.       Эйм провоцировал его так наивно, что он будет полным идиотом, если купится. Настоящей проблемой был не треп ищейки, а его палочка, смотрящая прямо на Северуса.       — Не надейся, — сказал он и рывком увернулся от слетевшего заклятия.       Проклятья срывались одно за другим, режущее попало в Северуса, и его отшвырнуло к окну. Он поднялся на колени.       — Для всех ты мертв, так что мне ничего не грозит, если я сделаю твою смерть окончательной.       Северус тяжело дышал, прижимая руку к боку. Но Эйм сделал то, что ему было надо — подошел слишком близко, предвкушая скорую победу.       Стебли полыни рванули к нему, вырвав из рук палочку. Один ловко подсек его, и Эйм упал на колени, мотая головой. Второй обвил шею, стянул, заставил протяжно захрипеть.       Северус поднялся. Комнату заливал призрачный свет. Нити силы тянулись от него к полыни, но все новые жгуты будто прорастали из его груди и ползли в разные стороны. Северус чувствовал весь дом и деревья, спящие за пределами дома. И копошение жизни в земле. Как когда-то, в зимнем лесу, когда Дару показал ему, что значит быть духом.       Северус забыл о времени, забыл о своем теле. Стоял и слушал сонные песни природы.       Очнулся он от крика Гарри.       Ищейка почти задохнулся, увитый стеблями полыни.       — Поттер! — рявкнул Северус, ослабляя хватку на горле Эйма. — Решай! Сейчас!       — Гарри, — полузадушенно просипел Красиус.       — Я уже решил, — ошарашенно сказал Гарри и рванул к камину, чтобы вызвать авроров.       Северус достал свою палочку, которая тут же нагрелась в его ладони и перестала притворяться безобидным куском дерева.       Пока Гарри что-то втолковывал Кингсли через камин, Северус подошел вплотную к ищейке и холодно бросил:       — Легилименс! — Красиус дернулся, но защититься не мог. — Не только трус, но еще и лжец, — довольно проговорил Северус, просмотрев нужные воспоминания.       — Зачем полез в мою голову, если веришь Поттеру? — прохрипел Красиус.       — Предпочитаю проверять, — бесстрастно ответил Северус.       Через камин прошли люди Кингсли и без лишних слов скрутили Красиуса, Стебли полыни опали безвольными плетьми.       — Я все устрою, — сказал Шеклболт осматриваясь. — Помощь нужна?       — Убирайтесь уже, — рявкнул Северус       — Ты ничего не докажешь! — крикнул Красиус Снейпу напоследок и исчез в вихре зеленого пламени.       Северус был совершенно измотан. Со страхом потянулся к силе, но она послушно отозвалась, и он снова погрузился в шепот окружающей жизни.       — Северус, — позвал его Гарри, — Позволь помочь.       — Я цел, — отмахнулся он.       — У тебя кровь, — с напором сказал Гарри.       Северус отнял руку, которую прижимал к боку, и посмотрел на окровавленную ладонь. Пальцы подрагивали. Голова кружилась. Крик Гарри он услышал уже на полу.       — Все будет хорошо, — чужая палочка порхала, ловко останавливая кровь. — Точно все будет хорошо. Северус! — позвал его Гарри.       Кровь давно остановилась. Не так сильно он был ранен, скорее, был шокирован самим фактом своей телесности и уязвимости.       Северус сделал вдох, попытался подняться. Но тут же начал заваливаться на пол. Гарри помог ему устроиться на диване.       — Ты сказал, что сделал выбор.       — Можно, мы поговорим об этом потом? Ты так выглядишь, краше в гроб кладут. Позвать Дару? Твоя сила... тебе нужна помощь? — тараторил Гарри, вглядываясь в него с тревогой.       — Дару не рискнул соваться вслед за мной, ты вполне красноречиво показал свое недовольство.       — А Йоль? — с опаской спросил Гарри       — Она занята и не скоро освободится, — ухмыльнулся Северус, он чувствовал себя все лучше.       — Не скоро?       — Полагаю, пока не родит Виллему пару-тройку сопляков.       — Оу, — Гарри ошарашенно смотрел на Северуса.       — Я же говорил, что она трусливая слабачка. Когда нас выбросило в царство духов, я решил больше не жалеть ее. Сказал, что раз мне больше нет хода в мир людей, то я посвящу жизнь тому, чтобы испортить ее существование. Как она рыдала! — с наслаждением проговорил Северус. — Хорошо, что Дару мне подыграл и чуть не начал нас женить прямо на месте. На Виллема жалко было смотреть, но Йоль его быстро утешила, заявив, что в жизни не выйдет ни за кого, кроме него.       Гарри рассмеялся, а потом снова обнял Северуса.       — Надо утром позвать Кингсли. Пора тебя воскрешать, — сказал он задумчиво.