второе начало

Джебом ⇢ Владимир (Граф) Алый Жнец Роль: Маг Аристократичный изувер, жаждущий крови смертных. Магия крови позволяет ему не только продлевать свою жизнь, но и с лёгкостью управлять умами и телами других, находя жертв и высасывая из них всё до последней капли.

Wildfire — Inferno

Прикрывая глаза, Джебом чувствует, как кожа под пальцами расходится по швам, стоит немного надавить в области талии. Очень хрупкий. Югём реагирует участившимся сердцебиенем и рефлекторно сведенными ногами, хотя дальше сводить уже некуда — его колени и так упираются чуть ниже лопаток старшего. В целом, похоже, ему не страшно, не очень больно и, главное, абсолютно не стыдно. Он успевает облизнуть губы раньше, чем Им накрывает их своими, выпивая его дыхание уже сотый раз за эту ночь. — Расскажешь всё-таки зачем и кто тебя послал ко мне? Югём жмурится. — А что я получу в обмен на честность? — Свою жизнь, например. Ким криво улыбается и отворачивает голову в сторону, сжимая пальцами свободной руки простынь, когда вампир прихватывает кожу на его шее зубами, проводя языком вдоль, будто, отмечая себе область для укуса. Он не спешит, совсем не потому, что на самом деле нуждается в информации, а потому, что в живом пленнике удовольствия гораздо больше, чем в мёртвом. Изучать тело младшего было интересно. Им мог на ощупь найти на нём все родинки и шрамы, так же как и определить их источник. Югём вздрагивает от того, как обжигающе старший прикасается к изогнутому шраму на его плече, оставленному имперским мечом, а потом закрывает глаза поводя головой из стороны в сторону, будто слышит болезненный крик, вырвавшийся из горла Кима в тот раз. Если бы ему захотелось, то он мог бы заставить его кричать и куда лучше. — Ваша милость! — торопливые шаги за дверью и неожиданный голос одного из слуг разрывают тишину, заставляя Джебома оторваться от чужого тела и недовольно поднять голову. Он просил, чтоб его не трогали ближайшие сутки, но в этом замке, видимо, никогда покоя не будет. — Ну, что ещё? — отзывается Им, а Югём тихо прыскает от смеха. — Сумеречный пожаловал. Им закатывает глаза. — Черт! А до утра он не подождёт? — Так уже утро. Мужчина быстро перегибается через мальчишку, бросая взгляд на алые шторы на окне. Через край ткани пробивается слабый утренний свет. — Ладно, сейчас спущусь, — вздыхает Джебом и возвращается к своему пленнику. — Ва-ша ми-лость, — игриво растягивая гласные произносит Югём, — какой нонсенс. Он ещё раз усмехается, прежде чем платит за веселье собственной кровью, когда Джебом прокусывает его губы, слизывая выступившую алую жидкость. Глаза вампира начинают искриться багровыми тонами, будто в миг налившись всем тем, что тот выпил из Кима за ночь. Джебом встаёт, накидывая на плечи рубашку и застёгивая её на пару верхних пуговиц. Наблюдая за ним, Югём закусывает губу и медленно покачивает коленкой. — Мы ещё не закончили, — обнадёживает его Им, забирая со стола амулет с демоническим камнем и вешая его на шею. На всякий случай. Когда он выходит, Ким откидывается на подушку и выдыхает. Поясница ноет, а бёдра и лопатки нестерпимо чешутся от большого количества маленьких порезов, которые не могли не оставить чужие прикосновения. Дождавшись, когда шаги затихнут в далике, Югём выпрямляется, нащупывая свободной рукой наручники, которыми был всё это время прикован за право запястье к изголовью кровати. — В этот раз видимо и не закончим, — тихо шепчет парень с хитрой улыбкой, чувствуя, как замок поддаётся со второго раза.