Попытка №2

Замок стоял на возвышении, утопая в зелени. Не просто окруженный лесом, а казалось, что растительность его поглощает. Он словно держался из последних сил, но все равно проигрывал в этом сражении. Зелень пробивалась сквозь камни, наверняка разрушая их. Замок оказался огромным. С множеством пристроек и флигелей. Один флигель, самый большой, возвышался за остальными. И пусть замок был старым и ветхим, но Ники он показался самым прекрасным из всех строений, что он видел за обе свои жизни. Ники поспешил всех растолкать. Ждать, пока все выспятся, он не собирался. Накормив всех завтраком из остатков вчерашнего ужина, он поторопил их свернуть лагерь. В такой близости от замка желание попасть внутрь стало совершенно нестерпимым. Он понимал, что это ненормально, но интуиция упорно подсказывала, что это нужно сделать. Они поднялись выше и остановились возле статуй двух волков, устроившихся на страже у начала каменного моста через ров. — На мост мы так и не попали, — сообщил Курт. Ники пошел было вперед, но Кристоф остановил его, удержав. — Я попробую. Не став спорить, Ники отошел в сторону. Он смотрел, как сначала Курт, а затем Кристоф подошли к статуям и словно наткнулись на невидимую стену. Они ходили вдоль нее и оглаживали руками, пытаясь выяснить границы. Даже попробовали бросить камень, но тот пролетел на мост без препятствий. Кай и Оке присоединились к этому развлечению. Ники дал им двадцать минут, а после пошел сам. Он двигался медленно, вытянув руку. На границе моста Ники почувствовал ладонью преграду, но легко ее преодолел, словно прошел через тканевую завесу. Ступив на мост, он оглянулся на изумленных спутников. На вопросительный взгляд Кристофа он лишь пожал плечами и двинулся дальше. Остальные попробовали еще раз и теперь смогли преодолеть невидимую границу вслед за Ники, словно он отпер закрытую дверь. Мост оказался довольно длинным. Ники шел впереди, за ним следовали Кристоф и все остальные. Ники подошел к воротам, ожидая новой преграды, но ее не было, ну или Ники ее попросту не заметил. Мощеный внутренний двор тоже зарос травой. Ники остановился в центре и огляделся. Замок возвышался громадой, но это абсолютно не давило. Улыбнувшись, Ники пошел дальше. Массивная входная дверь поддалась тяжелее, видимо, петли заржавели. Внутри тоже царило запустение, пыль и затхлый воздух. Ники тянуло вперед, и ему снова понадобилось приложить усилие, чтобы остаться на месте. Интуиция это одно, но об осторожности забывать не следовало. — Курт, Кай, на вас флигели, Оке и Йенс, на вас помещения на этом этаже, а мы с Кристофом на нижние, — распорядился он, стоило остальному отряду собраться в холле. — Нужно убедиться, что здесь безопасно. Встречаемся на этом же месте. Слушать возражения он не стал. Теперь его внутренний магнит тянул в подвалы замка. Ники пошел вперед, точно зная, где расположены лестницы. Ждать, пока остальные все обсудят и получат подтверждения его приказам у Кристофа, он не собирался. — Ники, ты мне можешь объяснить, что происходит? — поинтересовался Кристоф, догоняя его на лестнице. — Как тебе удалось пройти на мост и провести нас? — Я не знаю. Ты сейчас снова будешь возмущаться, но думаю, это как раз то, о чем говорил Альпин. Я должен был сюда попасть. У меня такое чувство, словно я попал домой после очень длинной и трудной дороги, понимаешь? Мне здесь хорошо. Нижний этаж был не менее большим, чем верхние. Они нашли кладовые, винный погреб, помещение с камерами, видимо для пленников, и еще было помещение за внушительной дверью. Кристоф подергал ее, но дверь не поддалась. Ники, отодвинув супруга, открыл дверь с легкостью и обнаружил винтовую лестницу, уходящую вниз. — Мне надо туда спуститься, — заявил он. — Желание настолько сильное, что я едва себя контролирую. — Мне это не нравится, — нахмурился Кристоф. Он вообще был весьма напряжен и с подозрением вглядывался в темноту. — Давай вернемся к остальным, обсудим, что делать дальше, а потом обследуем, что там внизу, — предложил Ники. Кристоф кивнул и с видимым облегчением закрыл дверь. — Замок пуст, — отчитался Йенс. — Во всех помещениях, что мы видели, лежит толстый слой пыли. Ощущение, что нога человека не ступала здесь долгие годы. Правда, в главный флигель попасть не удалось, дверь не открывается. Кладовые полны припасов, и при этом они совсем не испорчены, хотя и там следов пребывания людей нет. Кристоф какое-то время молчал, раздумывая. Ники не стал вмешиваться. Замок был идеальным местом и мог стать для них домом, но Кристоф должен понять это сам. — Курт, Оке, вернитесь в лагерь и приведите сюда остальных, — приказал Кристоф, видимо приняв решение. — Осмотрим еще раз замок, и, если он действительно необитаем и безопасен, останемся здесь. Йенс, Кай, обойти все еще раз, а после осмотрите остальные постройки. Не разделяться. Если хоть что-то покажется опасным — не приближаться. И в случае любой опасности — вернуться сюда, будем разбираться вместе. Мы же с Ники продолжим осматривать подвалы. Они нашли факел, без которого спуститься в кромешной тьме по винтовой лестнице было невозможно. Кристоф, как всегда, настоял на том, чтобы идти впереди. Лестница вывела их сразу в огромный каменный зал. Ники коснулся факелом желоба в углу, и вдоль всех стен пробежал огонь, осветив пустое пространство. Здесь не было ничего, кроме огромного зеленого камня в центре, очень похожего на малахит. Пока Кристоф двинулся вдоль стен, Ники уверенно направился к камню. Тот на ощупь оказался гладким и восхитительно теплым. Гладить его было так приятно, словно живое существо. Кристоф дошел до противоположного конца зала и нашел несколько шкафов с полками. Там были в основном какие-то травы и свечи, а еще несколько пузырьков. Взяв один из них, он повернулся к Ники. Тот стоял у камня и задумчиво его поглаживал. Пальцы скользили по гладкой поверхности, обводя каждую жилку, словно лаская. Приблизившись, Кристоф повернул его лицом к себе и сделал то, что казалось самым естественным на свете, — поцеловал. Губы Ники оказались удивительно нежными. Кристоф целовал его, не в силах оторваться, и Ники искренне отвечал. Языки переплетались снова и снова. Кристоф огладил его спину и, обняв, прижал к себе, отмечая, как сильно супруг изменился. Тело в его руках было жилистым и сильным. Идеальным. Нестерпимо захотелось его коснуться, и Кристоф не стал отказывать себе в удовольствии. Он быстро стягивал мешающую сейчас одежду, продолжая целовать Ники, не в силах от него оторваться. — Хочу тебя, — едва не рычал он, оглаживая нежную кожу спины и стискивая ягодицы в ладонях. Ники повернулся к нему спиной и плавно прогнулся, опираясь локтями на гладкий камень. Вид при этом открылся изумительный. Кристоф снова огладил спину и устроил ладони на ягодицах, разводя их. Взгляд упал на пузырек, что он принес. Внутри удачно оказалась мазь, и Кристоф, подчерпнув ее пальцами, огладил ложбинку между ягодиц и осторожно скользнул внутрь. Ники был расслаблен и плавно подавался на его движения. Пальцы легко скользили внутри, и Кристоф сходил с ума от этой податливости. Он торопливо спустил свои штаны и нанес на уже возбужденный член все ту же мазь. Максимально раздвинув ягодицы Ники, он протиснулся внутрь одним длинным движением. Ники зашипел, выгибаясь, но Кристоф удержал его, навалившись всем телом и прижимая к себе. — Тш-ш, прости, прости, поспешил. Сейчас, сейчас пройдет, — прошептал он, скользя губами по плечам и шее. — В тебе так хорошо… Горячий… Тесный… Мой… Едва Ники немного расслабился, Кристоф осторожно задвигался. Контролировать себя получалось через раз. Запах Ники, вкус его кожи сводили с ума. И только супруг принялся отвечать на его движения, Кристоф сорвался. Он резко загонял себя внутрь до звонкого шлепка об обнаженные ягодицы, а потом скользил обратно. Двигаясь все быстрее, Кристоф стискивал его и тяжело дышал. Застонав, Ники обхватил свой член и выгнулся, кончая. Он так сладко сжимался на члене Кристофа, что больше держаться не было сил. Резко загнав себя до самого конца, Кристоф кончил, впиваясь зубами в открытое плечо. Немного придя в себя, он перевернул Ники и, уложив его спиной на камень, снова накинулся с поцелуями. Ники тут же оплел его руками, притягивая ближе и укладывая прямо на себя. Второй раз был намного медленнее и вдумчивее. Кристоф целовал Ники, медленно спускаясь все ниже. Добравшись до пупка, он провел языком дорожку обратно вверх и вернулся к губам. Терзая поцелуями, Кристоф гладил его бедра, то и дело обхватывая ягодицы и сжимая их. Ники под ним был такой живой, тяжело дышащий, жадно отвечающий на каждое прикосновение и так одуряюще пах, что его хотелось вылизать, уткнуться в его шею и наполнять легкие этим запахом. Плавным толчком вогнав член внутрь, Кристоф зарычал от переполнявших его ощущений. Но, стоило Ники тревожно завозиться под ним, тут же замер. А потом он двигался, ловя в ответ сладкие стоны, и мир будто сузился до карих глаз. Морок безумного желания спал очень нескоро. Обессиленные, они лежали на теплом камне и, тяжело дыша, разглядывали потолок. Еще влажные тела неприятно холодило. — Кажется, отпустило? — хрипло спросил Ники. Голос он, по-видимому, сорвал. — Что это вообще было? Что это за место? — запоздало поинтересовался Кристоф. — Не знаю. — Ники сел и осмотрел локти и колени. — Думал, стер себе все. Есть хочется зверски. Он говорил, чтобы скрыть неловкость. Произошедшее выбило его из колеи. Ники торопливо оделся, отворачиваясь. Сумасшествие, разделенное на двоих, закончилось, оставив наедине с последствиями. Бесконтрольное возбуждение, полное отсутствие возможности сопротивляться похоти пугало. Да и обескураженный вид Кристофа подсказывал, что произошедшее и с его стороны было не совсем добровольным. — Как думаешь, сколько мы здесь времени? — спросил Кристоф, тоже одеваясь. — Не знаю. Но кончил ты в меня раз семь, не меньше. — Щеки Кристофа покрылись пятнами, но он промолчал. — Ладно, давай уже правда выбираться, есть хочу. Ники взял один из факелов со стены и поджег его от горевшего огня. Стоило только подумать о том, что опасно оставлять открытый огонь в подвале дома, где они собираются жить, как он тут же погас. У входа на лестницу ждали Йенс и Кай. Они сидели прямо на полу, но тут же подскочили. — Сколько времени прошло? — поинтересовался Кристоф. — Есть что поесть? — одновременно с ним спросил Ники. — Третьи сутки пошли, — ответил Йенс. — Мы приготовили поесть. — Давайте переместимся на кухню, — попросил Ники. — Думаю, обсудить все можно и там. Кристоф, чуть нахмурившись, кивнул. Ники заметил, что супруг вообще старается не смотреть в его сторону, а если и бросает взгляд, то тут же отворачивается. Разбираться сейчас с его заморочками совершенно не хотелось. Ники и сам пока не понимал, как реагировать на произошедшее. Они вчетвером отправились на кухню. Что-то царапало сознание и было явно не так, но Ники не мог уловить что, пока не вышел на кухню. — Вы что, здесь все отмыли? — удивленно поинтересовался он, оглядываясь. — Нет, — ответил Йенс тихо. — Когда вы не вернулись через час, мы попытались пройти за вами, но дверь не открылась. Мы покричали, попытались дверь выбить. — Ники скептически приподнял бровь, вспомнив толщину двери. — Я ее даже порубить пытался, но ей хоть бы что. Короче, пройти за вами мы не смогли, а потом началось это… Все не просто стало чище. Замок как будто обновился. Пропала грязь, мебель сломанная восстановилась, даже кладка, где была разрушена, теперь снова новая. Мох со стен пропал. Во дворе перед замком фонтан забил, и цветы в клумбах зацвели. — Что там произошло? — не сдержал любопытства Кай, накладывая им мясной каши. Ники схватил ложку и, пододвинув тарелку, принялся за еду, справедливо рассудив, что раз это люди Кристофа, то пусть он сам и рассказывает. — Мы не могли выйти… — чуть замявшись, ответил Кристоф, бросив на Ники быстрый взгляд, и снова отвернулся. Тот для вида покивал, поддерживая версию мужа, и снова вернулся к каше. Все это было очень занимательно. И у Ники даже было предположение о произошедшем, но его следовало обдумать. — Здесь есть библиотека? — поинтересовался он. — Нет, — покачал Кай головой. — Правда, в главный флигель мы так и не попали, возможно, там что-то есть. Ники зевнул и подумал о том, что за эти пару суток они и не спали толком. Так, отключались пару раз, но совсем ненадолго. — Сначала поспим, а потом я попробую туда попасть, — заявил он и посмотрел на Кристофа. Тот нахмурился и какое-то время молчал, не торопясь вызываться в сопровождающие. Видимо, повторение произошедшего в его планы не входило. — Я с тобой, — со вздохом все же заявил он. — Хозяйские покои на втором этаже в левом крыле, — сообщил Йенс. — Мы их осмотрели. Ники выхлебал пару кружек травяного чая, снова зевнул и, пошатываясь, направился к лестнице. Кристоф еще что-то говорил Йенсу с Каем, но он уже не слушал. Спать с каждым шагом хотелось все сильнее. Поднявшись на второй этаж, Ники еще ощутил желание осмотреть флигель, но спать хотелось сильнее.

***

Ники открыл глаза и сладко потянулся. Тело было приятно расслабленным, и в голове было удивительно ясно. Он давно так хорошо не высыпался. Возможно, все дело было в стенах, ведь в лесу до конца расслабляться никогда нельзя. А возможно, в теплом, привалившемся сзади теле и уютных объятиях, в которые Ники оказался заключен. Конечно, его потягушки разбудили Кристофа. Он потерся носом о макушку Ники и сделал глубокий вдох. — От тебя пахнет лесом, — пробормотал Кристоф и отстранился. — Что-то мне подсказывает, что не только лесом. — Ники сел. — Интересно, здесь есть где искупаться? — Там, — Кристоф махнул в сторону одной из дверей. — Прежде чем лечь, я ополоснулся. И даже нашел в шкафу одежду, представляешь? Совсем как наша и по размеру подошла. — Чудеса. На этом хорошие новости не закончились. Вода была горячей, и в наличии имелось не только мыло, но и множество туалетных принадлежностей, включая расческу. Так что следующий час Ники провел, приводя себя в порядок, а после переоделся и присоединился к остальным за завтраком. — Мы пойдем осмотреть главный флигель, — сообщил Кристоф. — Я видел дозорные башни, — заметил Йенс. — Если вы не против, поднимусь на одну из них, осмотрю округу. Кристоф кивнул. — Кай, займешься обедом? Парень поморщился, но кивнул. Как и всё в замке, дверь в главный флигель поддалась с первого касания Ники. Флигель состоял из четырех этажей. На нижнем располагалась полугостиная-полуспальня. На втором этаже — библиотека. Фолианты в ней оказались древними, хотя были здесь и более новые рукописные книги и журналы в мягких кожаных переплетах. В центре, на подставке, располагалась огромная и на вид очень старая книга. Ники обещал себе позже уделить ей особое внимание, а пока продолжил осмотр. Этажом выше располагалась лаборатория. И наконец на последнем этаже — пустой зал. Ники сразу решил, что он для тренировок. Во всяком случае, сам Ники использовал бы его именно для этого. Они вернулись в библиотеку, и Кристоф первым направился к книге. Однако даже подойти к ней не смог. Ее защищал все тот же невидимый барьер. Тяжело вздохнув и покачав головой, он сделал приглашающий жест рукой, уступая Ники место. Книга была тяжелой и… старой. Перевернув увесистую обложку, Ники погрузился в чтение. Он пробегал по строчкам пальцами и буквально проглатывал текст. К счастью, несмотря на то, что книга была старой, страницы ветхими не были. — …Ники? — Что? — не сразу смог оторваться он. — Что за книга? — спросил Кристоф. — О чем там написано? — Ты разве не видишь? — спросил Ники, отодвигаясь. — Только непонятные символы. Ты можешь их прочесть? Ники мысленно чертыхнулся. Об этом он как-то не подумал. А ведь изначально, попав в мир Кристофа, он очень удивлялся способности понимать и речь, и текст другого мира. Впрочем, это было не более странно, чем способность проходить магические барьеры. — Могу. Это… книга о магии природы, — ответил Ники. — Хочу ее прочитать. Мне кажется, что это важно. — Ладно. Только прошу тебя, не лезь в лабораторию. Не хотелось бы уничтожить тут все по незнанию или неосторожности. Я пойду осмотрюсь в замке. Прикину, как разместить людей. Расскажешь потом, что узнал. Ники только кивнул, осторожно подхватил книгу двумя руками и, устроившись в кресле, продолжил чтение. За все время он оторвался всего пару раз — один раз, чтобы поесть, потому что его заставил Кристоф, и один раз, чтобы справить нужду. Он не пропустил ни один кусочек текста, даже описание не совсем пока понятных ритуалов. К ним предстояло вернуться позже еще разок, чтобы разобраться лучше, но пока Ники успокоился и на общем представлении. Потягиваясь, он убедился, что на дворе глубокая ночь и отправился в спальню. Забравшись в кровать к спящему Кристофу, он, недолго думая, сунул под него замерзшие ноги и, довольно выдохнув, отключился.

***

Проснулся Ники в одиночестве, и что-то ему подсказывало, что уже далеко не утро. Он позволил себе полежать полчаса в постели, рассудив, что ничего такого срочного за это время явно не случится. Потом Ники еще повалялся в ванне, решив, что будет наслаждаться благами цивилизации, пока есть такая возможность. И пусть в голове не укладывалась та магия, с помощью которой замок обеспечивал их даже горячей водой, но и с этим Ники собирался разобраться тоже. Настроение было отличным. Ники планировал подкрепиться и разобрать книги в библиотеке, надеясь найти что-то полезное. Однако стоило спуститься вниз, и от хорошего настроения не осталось и следа. Люди Кристофа вернулись и сновали по замку, обустраиваясь. Супруг нашелся в столовой. Обедал в окружении Хауке, Курта, Урса, Кая и, конечно, Уты. Куда же без нее. И эта нахальная девица снова крутилась вокруг Кристофа, всячески о него отираясь и демонстрируя грудь в глубоком вырезе сорочки. Супруг улыбался и не без удовольствия поглядывал на предлагаемое. Не став себе портить настроение, Ники отправился на кухню, где радостно обсуждали замок женщины. Поздоровавшись, Ники получил свою порцию обеда, быстро перекусил прямо здесь же, пристроившись в углу, а после отправился в библиотеку. Видеть он никого не хотел, от хорошего настроения не осталось и следа. В библиотеке время летело незаметно. Вообще, Ники не был книжным червем. Конечно, он в прошлой жизни читал, и немало, начиная от классики, заканчивая третьесортными детективами, когда судьба, то бишь родина-матушка, забрасывала в неведомые дали и приходилось ждать приказа или связного сутками, а то и неделями, маясь от бездействия. Позже, выйдя в отставку и перебравшись в глушь, он поставил себе цель читать хотя бы одно классическое произведение в месяц. Любителем не был, но понимал важность саморазвития, да и просто не желал давать мозгам раскиснуть. Теперь же, уже во втором мире, книги становились едва ли не единственным более-менее достоверным источником информации. Пройдясь по названиям книг, Ники определил для себя те, что собирался прочитать в первую очередь. Например, информация об оборотнях казалась весьма актуальной в их ситуации. Он снова увлекся. Благо во флигеле находилось все для комфортного времяпрепровождения. Ники то устраивался в кресле, то лежал на диване, читая. Здесь же, на первом этаже, имелись туалет и даже ванная комната. На столе в кабинете стоял графин со свежей водой, который не опустошался ни на грамм, сколько бы Ники ни пил. Чего во флигеле не имелось, так это кухни. Из его укромного убежища выгнал только голод. Под дверью, ведущей во флигель, сидел Кай. Он поднялся, стоило ее открыть. — Наконец-то! — Что случилось? — поинтересовался Ники. — Тебя потеряли. Твой супруг не смог попасть во флигель и забеспокоился. Мы стучали и кричали, даже пытались сломать дверь, но безуспешно. Меня оставили здесь караулить твое появление. Почему ты не вышел раньше? — Я не слышал, — честно ответил Ники. — У меня не было настроения кого-то видеть, и замок, похоже, помог мне избавиться от чужого присутствия. — Ты говоришь так, словно он живой, — нахмурился Кай. — Может, и не живой, но магический однозначно. Думаю, не заметить это было сложно. — Но почему он слушается тебя? — Ники пожал плечами, не желая вдаваться в подробности, которые и сам понимал лишь поверхностно. — Ты пропустил ужин. — Да, как раз собирался перекусить. Они вместе направились в сторону кухни. — Почему ты не хотел никого видеть? — осторожно спросил Кай. — Из-за Уты? Ее поведение переходит границы, наконец даже Урс с этим согласился. Так откровенно предлагать себя несвободному мужчине — просто непристойно. Ники горько усмехнулся. — Серьезно думаешь, что меня задевает поведение этой… Уты? — А разве нет? — Глупо ревновать, когда возле твоего супруга вьются всякие… посторонние, откровенно себя предлагающие. — Ты так считаешь? — удивился Кай. — Меня вот бесит, когда на Урса даже просто глазеют издалека. — Когда на твоего супруга кто-то вешается — это не проблема. Проблемой это становится, когда он принимает это как должное, — резко заявил Ники. Кай даже остановился на мгновение, хмурясь. — У вас магический брак. Он не сможет тебе изменить. Ники тоже остановился и посмотрел ему в глаза. — На моем месте тебя бы это успокоило? — Кай потупился и не ответил. Да и нечего было. — Ладно, не бери в голову. Пойду перекушу. Ники думал, что придется готовить, но, к счастью, на столе ждало жаркое и какой-то отвар. Ники уже заканчивал, когда на кухне появился Кристоф. — В чем дело? — сердито спросил он. — Я устал. Мы можем поговорить в спальне? — предложил Ники, потягиваясь. Впрочем, ждать ответа он в любом случае не собирался, так что обошел Кристофа, преграждавшего ему дорогу, и направился к лестнице. Не обращая внимания на хмурого мужа, Ники стянул с себя верхнюю одежду и направился в ванную комнату. Кристоф последовал за ним. Лишь оглянувшись на него через плечо, Ники решил, что стесняться того, с кем уже неоднократно занимался сексом, глупо, поэтому сбросил остатки одежды и забрался в ванну. — Ники, — предупреждающе позвал Кристоф. Похоже, у него заканчивалось терпение. — Что? — Почему ты закрылся во флигеле?! — Я не закрывался. То есть это было неосознанно. Я просто не хотел никого видеть, и никто не смог ко мне пройти. — Я полчаса долбил в дурацкую дверь. — Я не слышал. Не хотел, чтобы мне мешали, и вы мне не мешали. Магия. Кристоф снова нахмурился. — О причинах поговорим позже. Я так понимаю, ты что-то узнал о замке? Думаю, эта информация сейчас важнее. Ники пожал плечами. Говорить о причинах и признаваться в собственной ревности не хотелось, так что он не настаивал. — Не только о замке, — ответил Ники. — Скорее о магии и об этом мире. Рассказать? — Конечно. — Про магию и равновесие я тебе рассказывал. В книге тоже об этом было. И о местных богах. А еще там было о хранителях этой магии. Сама по себе магия в этом мире рассеивается. Для ее концентрации требуется хранитель, который… как бы пропускает ее через себя и через алтарь направляет обратно. А так как существа здесь обитают магические, то слабеющая магия в первую очередь сказывается на них. Без хранителя магии природы все вокруг постепенно увядает, а оборотни дичают, все больше становясь животными, а не людьми. Без хранителя магии жизни рождается все меньше существ, а без хранителя магии смерти приходит мор и болезни. Без хранителя магии хаоса существа становятся более кровожадными и безумными. Хранители всегда приходят из других миров и ни к одному из видов существ не относятся. Они как чистый лист для магии. Последние хранители жили несколько сотен лет назад, и, судя по всему, магия начала истончаться, а вместе с ней увядает и этот мир. Здесь это не так заметно, потому что мы в самом центре сосредоточия магии природы. Тот зеленый камень в подвале — это ее алтарь. Замок построен так, чтобы защищать его, и хозяином замка является хранитель. — Ники немного помолчал. — Ты понял, к чему я клоню? — Ты тот самый хранитель? — предположил Кристоф. — Поэтому тебя не укусили? Поэтому перед тобой открываются все двери замка? — Да. Видимо, да. Ники ополоснулся и поднялся из воды. Кристоф задержал на нем взгляд и тут же отвернулся, но это не осталось незамеченным. Ники улыбнулся и, обмотав полотенцем бедра, умылся. Вернувшись в спальню, он натянул нижнее белье и устроился в кровати. Кристоф, как привязанный, последовал за ним. Ники похлопал по кровати рядом с собой, и тот тут же послушно лег. Кристоф повернулся на бок и уставился на Ники, давая понять, что разговор не окончен. — Замок почти живой и послушен воле хранителя. Без моего на то желания в него никто попасть не сможет. Мы здесь в абсолютной безопасности. — Ты не можешь быть в этом уверен, — заметил Кристоф. — Но я уверен. И то, что случилось в подвале на алтаре, было частью ритуала. Магией. У хранителя есть несколько способов концентрировать магию. Медитация, например, или даже просто сон на алтаре. Однако это очень медленный способ. А секс между магическими супругами и обмен жизненными энергиями процесс значительно ускоряет. Так что появляться вместе в подвале чревато такими вот спонтанными приступами неконтролируемого желания. Видимо, магическая подстраховка какая-то. — Ну хоть с этим разобрались, — хмыкнул Кристоф. — А помимо секса на куске камня у хранителя есть какие-то обязанности? Слышать сарказм в его голосе было странно, но Ники это понравилось. — О них в книге написано размыто. Поддержание равновесия, защита этого мира, покровительство оборотням. Там описано много ритуалов, но я пока не разбирался с ними подробно. Только в общих чертах. — Что еще узнал? — Почитал об оборотнях, — признался Ники. Кристоф тут же нахмурился. Неизвестность довлела над ними. — Похоже, в полнолуние вас ждет тяжелое испытание. Местные оборотни все в основном рожденные. Они с детства учатся принимать свою вторую ипостась, и оборот дается им легко. Для них это естественный процесс, в отличие от вас. В первое полнолуние вы все обернетесь независимо от желания. Первая трансформация весьма болезненная, и единственное, что вам остается, — пережить это. Я нашел несколько рецептов отваров, которые должны уменьшить вашу агонию, но даже с ними это будет тяжело. — Можно как-то это предотвратить? Ты же хранитель, может быть, ты можешь все исправить? Ники покачал головой. — Это естественный процесс для этого мира, а хранитель не может этот естественный процесс нарушать. Такие вещи влекут за собой тяжелые последствия. — Ники взглянул на Кристофа. — Посмотри на это с другой стороны — оборотни живут во много раз дольше людей, они не болеют, да и силой не обделены. Есть и еще один плюс. Местные оборотни живут здесь веками, скрещиваясь между собой. Они постепенно вырождаются. Вы же, укушенные, свежая кровь. Вы будете сильнее, быстрее, ловчее. Конечно, при условии, что сможете принять свою новую сущность. — Это будет трудно, — признался Кристоф. — Знаю, но я приложу все силы, чтобы вам помочь, — пообещал Ники. — Что с твоими людьми? Ты всех разместил? — Да. Для этого огромного замка нас не так много. Они были рады оказаться под защитой стен. Ники покивал. — Давай спать? Поздно уже, я устал. Он свернулся в компактный клубок и прикрыл глаза, надеясь, что сон придет быстро. Однако не мог не чувствовать, как напряжен рядом Кристоф. — Как думаешь, это будет похоже на то, о чем говорится в поверьях? — вдруг тихо спросил он. — Мы потеряем над собой контроль и, словно дикие животные, будем рвать других на части? Ники понял, как важен для супруга этот вопрос. Как его страшит неизвестное. — Я не знаю, — честно признался Ники. — Этого в книгах я не нашел. Но будем надеяться на лучшее, да и основания для этого есть. Во время нападения оборотни все выглядели адекватно и нападали расчетливо, значит, контролировали себя. И вы сможете. Но мы все же перестрахуемся. В полнолуние оставим детей в одном зале и закроем их. А вас всех соберем в подвале в клетках. — Людей это напугает. — Зато остальные точно будут в безопасности. А если вы окажетесь адекватны, я вас выпущу. — Звучит как план, — с улыбкой заметил Кристоф. Ники протянул руку и коснулся его плеча. — Мы справимся.

***

Ники пришлось снова приспосабливать свой распорядок дня к новым реалиям. Он вставал по-прежнему рано, на рассвете, и бегал вокруг замка для разминки. Уже на третьей пробежке к нему стали присоединяться Кай и Йенс, а на седьмой Кристоф и почти весь его отряд. Однажды с ними напросилась и Ута — видимо, никто из мужчин не сумел ей отказать. Стоило признать, что в штанах и белой сорочке девушка была на загляденье хороша. Кристоф лишь вопросительно взглянул на Ники, признавая, что в этих утренних пробежках он главный. Ники не стал ничего говорить, проигнорировал насмешливый взгляд девушки и, повернувшись, взял свой обычный темп. С каждым разом бежать становилось все легче. Тело привыкало, приноравливалось и становилось крепче. Быстрее. Ловчее. Под конец, возвращаясь к крыльцу замка, уже не казалось, что еще одно движение, и он просто выплюнет собственные легкие. Остановившись, Ники бегло осмотрел остальных финишировавших и закономерно не заметил Уты и Кристофа. — Ногу подвернула, — правильно истолковав его интерес, хмуро заметил Кай, тяжело дыша после бега. Ники не стал комментировать, хотя сказать ему было что. Они все вместе направлялись на тренировочную площадку, когда в воротах замка показался его супруг с девушкой на руках. На тренировке Ники больше себя не сдерживал. Первого вставшего с ним в спарринге Кая Ники уложил через три минуты и взял на болевой. Парень сдался сразу и ушел с площадки, баюкая руку. Урс бросился на защиту мужа и вышел против Ники вторым. До этого им спарринговать не приходилось, и оказалось очень просто заломать немаленького Урса, поведшегося на элементарную уловку. Правда, сдаваться он не спешил, и Ники едва не сломал ему ногу. К счастью, вовремя вмешался Хауке, ошивающийся поблизости, признав победу за Ники. От участия в третьем спарринге Хауке благоразумно отказался. У Ники упала планка. В прошлой жизни с ним такое случалось, и тогда в рукопашной ему равных не было. Ярость его была холодной и расчетливой, но остановиться сам он уже не мог. Дрался, пока не вырубался на пределе собственных сил, подобно берсеркам. Воины поглядывали на него с плохо скрытым любопытством, но выходить не рисковали, и это злило ещё сильнее. Когда напротив оказался Кристоф, Ники понял, что готов его если не убить, то покалечить так, чтобы о бабах блудливый супруг вспоминал только в кошмарах. Кристоф его всерьез не воспринял, отнесся к бою как к обычной тренировке, за что и поплатился. Ники неплохо попал ему под дых, а потом еще и с силой приложил носом о собственное колено. После этого Кристоф сдерживаться перестал и занялся им всерьез. Однако и Ники уступать не собирался. С прошлого их боя он куда лучше свыкся со своим новым телом и старался выработать новые рефлексы взамен старых. Подставляться, как в прошлый раз, он не собирался. И все же Ники выдохся первым, чем Кристоф тут же воспользовался. Они в один миг оказались на земле. Ники задохнулся под тяжестью чужого тела и только яростнее стал вырываться, стараясь взять на болевой, вывернуться, сделать хоть что-то. Кристоф перехватил его запястья, вжимая в землю над головой и прижимаясь еще плотнее, наклонился и вдруг впился в губы поцелуем. Ники дрожал от бессильной ярости, и в один миг все закончилось. Злость внутри сдулась, как воздушный шар. Боевой запал вдруг переплавился в не менее яркое возбуждение. Причем явственно ощущалось — взаимное. Кристоф нехотя отстранился и облизал влажные губы, не отводя взгляд потемневших глаз. — Дай мне встать, — приказал Ники, отворачиваясь в сторону. За вспышку ярости было стыдно. Даже не за нее, а за то, что не сумел ее скрыть, выставил на обозрение. Ведь причина этой вспышки была очевидна всем — ревность, на которую он, по сути, права не имел. Кристоф принадлежал ему лишь номинально. По принуждению. А такие узы Ники не признавал. Он искренне верил, что связь между людьми должна устанавливаться добровольно. Нельзя навязывать такие вещи, как «жили долго и счастливо». — Что на тебя нашло? — спросил Кристоф, поднимаясь и протягивая ему руку. Видимо, про ревность дошло все же не до всех. Или Кристоф просто хотел услышать от Ники очевидное. Он не стал отвечать, отвернулся и направился к замку. Как обычно, захватив после тренировки перекус, Ники отправился в свой флигель. Остро хотелось остаться одному. Сбежать. — Тебе его не удержать, — заявила Ута, караулившая Ники у входа на его территорию. — Ты ничего ему дать не можешь. — Как и ты, потому что он связан со мной, — ответил Ники, проходя мимо нее. Ута шагнула было за ним, но невидимый магический барьер по-прежнему хорошо защищал его личное пространство. Сгрузив прихваченную провизию на стол, Ники поднялся на самый верх, где располагался тренировочный зал, как определил его для себя Ники. Огромная комната с каменным полом и проемами без окон. Здесь всегда гулял свежий ветерок, впрочем, холода Ники в замке не испытывал. Он уже прочитал то, что определил для себя как первоочередное, и теперь пытался научиться управлять той силой, что ему, судя по всему, подвластна. Магия поступала извне и копилась внутри. Его задачей было почувствовать ее, вытянуть из себя и научиться ею манипулировать. Книги советовали медитировать, слиться с природой. Вот только как это сделать, Ники пока не понял. Тяжело вздохнув, он сел прямо на пол и прикрыл глаза. Снова и снова прогоняя навязчивые мысли о Кристофе, Ники пытался прислушиваться к себе. Сначала он игнорировал жаркий клубок злости, что полыхал в нем с самого утра, но потом решил с ним разобраться. Обидные мысли снова взяли верх, и Ники зарычал, ударяя кулаком по камню. Руку опалило жаром, и Ники, подняв ее, увидел наконец то, чего так долго ждал. На ладони разгорался лепесток пламени, неуверенный, но яркий. О злости тут же позабылось, но Ники все тянулся к тому жаркому клубку внутри подсознания, и огонь становился все сильнее. Сжав кулак, Ники загасил пламя и, откинув голову, радостно засмеялся. Магия внутри была так прекрасна, вызывала столько восторга, что сдержаться не было сил. До вечера он разобрался и с воздухом. Тот самый ветерок, что гулял по площадке, теперь легко менял направление и заворачивался в спирали. Оставшиеся стихии Ники оставил на завтра, решив перенести тренировку во внутренний сад замка. Состояние после общения с магией было безмятежным, и Ники, не желая этого менять, остался спать во флигеле, пристроившись на софе на первом этаже его надежного убежища.

***

— Может, поговорим? — предложил Кристоф на следующее утро, догоняя бегущего впереди Ники. — На этот раз без балласта? — поинтересовался Ники с сарказмом. — Зря, с утяжелителями бегать даже лучше для тренировки. — Ты про Уту? — уточнил Кристоф. — Так она же ногу подвернула. — Какая досада, — фыркнул Ники. — Ты не пришел ночевать. Ты меня избегаешь? — Честно? У меня нет времени разбираться с нашим браком, — признался Ники. — Сейчас есть дела куда важнее. Мне надо понять, куда мы вляпались с разбегу, и быть готовым к последствиям. — Но объяснить-то можешь, что вчера произошло? — Если ты не понимаешь, то не вижу смысла сотрясать воздух. Кристоф остановился перед ним и посмотрел прямо в глаза. — Прости меня, если я тебя чем-то обидел, — серьезно сказал он. — Я этого не хотел. Мир? И Кристоф протянул руку, не пожать которую Ники не смог. — Мир. Оставшуюся часть дороги они преодолели молча, но рядом. На тренировочной площадке Ники посчитал своим долгом подойти и извиниться перед Каем и Урсом. — Забыли, — кивнул Кай. Урс был явно с этим не согласен, но промолчал под предупреждающим взглядом супруга. Ники улыбнулся и отошел в сторону ото всех. К счастью, сегодня у него в планах были силовые упражнения, потому что Ники сильно сомневался, что после вчерашнего кто-то захочет с ним спарринговать. — Твоя форма все лучше, — заметил Кристоф, присаживаясь рядом с ним. Ники как раз заканчивал последний подход и держался только на чистом упрямстве. Было еще тяжеловато выполнять норму из прошлой жизни. Однако это была приятная тяжесть. Ведь в прошлой жизни для него все это было позади, а сейчас у него все впереди. И пик физической формы тоже. Он может стать тем, кем захочет, лишь приложив нужное количество усилий. — Я стараюсь, — ответил Ники, поднимаясь. — Ты что-то хотел? — Хочу почитать ту книгу об оборотнях. Если это нас ждет, хотелось бы быть готовым. — Ведь ты не понимаешь написанного. — Да, но ты можешь мне почитать вслух. Ники посмотрел на него удивленно. — Хорошо. — Тогда давай вечером? — Договорились. Это было странно, но Ники снова был готов идти на уступки. Кристоф, как и обещал, пришел вечером. То, что магия без препятствий впустила его во флигель, как ничто другое подсказывало, что Ники был не против видеть супруга. — Неважно выглядишь, — заметил Ники, внимательно оглядев Кристофа. — Устал, — признался тот, входя. Он с интересом осмотрелся, подмечая плед в кресле у камина, посуду на столе, стопку книг на полу. — Ты здесь неплохо обустроился. — Здесь уютно. — Ты голоден? — спросил вдруг Кристоф, разворачиваясь лицом к Ники. — От ужина бы не отказался. — Тогда давай совместим? Книгу ведь можно отсюда вынести? — Да. — Тогда бери книгу, а я пойду поищу съестное на кухне. Встречаемся в спальне, — предложил Кристоф. Ники осталось только согласиться. Вечер оказался приятным. Они устроились в спальне прямо на полу на ковре перед камином. Ники решился продемонстрировать супругу одно из своих достижений и зажег огонь с помощью магии. Он немного переживал, как Кристоф к этому отнесется. Невольно вспоминалась история из прошлой жизни: инквизиция, охота на ведьм, костры. Однако супруг воспринял это нормально — видимо, сказывался факт, что магия в их жизни присутствовала и раньше, — и даже с энтузиазмом. Ники показал то, чему успел научиться, и получил восторженные отзывы. Кристоф был впечатлен, и это приятно грело. Потом они наконец перекусили и приступили к чтению. Ники читал, а Кристоф слушал внимательно и даже просил вернуться к непонятным моментам. При этом он не забывал подливать себе и Ники вина, выуженного из запасов, принесенных из другого мира. Так что вечер был тихим и прошел в расслабляющей атмосфере. И отчего-то ложиться в одну постель после этого было немного странно и неловко, но очень приятно.

***

К полнолунию они успели прочитать книгу несколько раз. И, может, не заучили ее наизусть, но свободно могли пересказать. Кристоф все еще не мог поверить, что их ждет обращение. Говорил, что не чувствует в себе никаких изменений. Зато Ники видел. И не только с Кристофом. Люди практически полностью перешли на мясо и употребляли его в слабо прожаренном виде. У всех повысилось либидо. Ники периодически замечал парочки, укрывшиеся в разных уголках замка. Да и было заметно, как Кристоф по утрам едва сдерживает возбуждение. А еще Ники заметил, что супруг, находясь рядом, периодически обнюхивает его. Подходит очень близко и делает глубокий вдох. Так что к полнолунию Ники нисколько не сомневался в том, что предсказание Альпина сбудется. Куда сложнее было убедить в этом остальных людей. Они отказывались верить даже после того, как Ники продемонстрировал новоприобретенные умения. Магия не убедила, и тогда пришлось прибегнуть к другим аргументам. Лишь после того, как Ники поинтересовался, готовы ли они рискнуть безопасностью детей, удалось уговорить их переночевать в камерах в подвале. С помощью Кристофа и Кая Ники проверил, что из подвала без его желания замок никого не выпустит. А еще они принесли в камеры воду и пледы, постаравшись создать хотя бы минимальные удобства. Вроде они все подготовили, но Ники не оставляло беспокойство. Справиться с волнением не получалось. Промаявшись несколько часов без сна, Ники осторожно выбрался из постели, умудрившись не разбудить Кристофа, снова опутавшего его всеми конечностями. Немного помявшись на пороге, выбирая куда пойти, вопреки мелькнувшей мысли о том, чтобы в который раз перечитать книгу об оборотнях, Ники направился в сад. Свежесть ночного воздуха сразу отрезвила, мигом прогнав остатки сонливости. Ступив на прохладную землю голыми ступнями, Ники поежился, но упрямо добрался до беседки и устроился с ногами в уютном плетеном кресле. Глядя на огромную луну, что завтра обретет полную силу и раз и навсегда изменит жизни людей, ответственность за которых Ники чувствовал, он пытался успокоить скачущие в голове мысли. «Ты слишком шумный». Ники повернул голову и отчего-то совсем не удивился, увидев белоснежного волка, вытянувшегося на дощатом полу и тоже разглядывающего небесное светило. — Я ничего не говорил. «Зато долго и громко думал». — Я боюсь, что мы не справимся завтра. «Разве у вас есть выбор? Все уже давно предрешено за вас». — Предрешено? А как же свобода воли? Выбор? «Никто тебя его не лишает. Ты можешь встать и уйти прямо сейчас. Предназначение работает не так. Тебе было предрешено стать хранителем, а им — оборотнями. Но что с этим делать дальше, выбирать только вам». — Затейливо, — хмыкнул Ники. — Я могу им помочь? «Конечно. Ты же их хранитель». — Но как? Я же почти ничего не умею. Научи меня. «Мы не должны вмешиваться в жизни смертных», — отвернулся Альпин. — Я и не прошу вмешиваться, но мне нужен совет. Очень нужен. Как им помочь? «Просто будь рядом. Ты их хранитель, и они нуждаются в тебе». Альпин вдруг насторожился, поднялся, к чему-то прислушиваясь, и, не прощаясь, исчез. — Ну спасибо. Очень полезно, — проворчал Ники, тоже поднимаясь. Видимо, у божества нашлись дела поинтереснее.

***

Убедившись, что дети в безопасности и устроились с комфортом, Ники с остальными взрослыми спустился в подвал и лично запер всех в камерах. Решено было устроить супругов парами, чтобы вместились все. Проверив замки и ободряюще улыбнувшись Каю, притихшему в объятиях мужа, Ники прошел к камере Кристофа и сел прямо на пол. — Уверен, что хочешь остаться? — Уверен, — ответил Ники. — Я не оставлю вас в таком положении. К тому же хочу быть уверенным, что вы не вырветесь, — нарочито небрежно прибавил он. Хотя провести Кристофа не удалось. — Спасибо, — улыбнулся супруг. Те пятнадцать минут, что оставались до полуночи, они провели в относительном спокойствии. А потом началось то, что Ники еще долго будет преследовать в кошмарах. Люди хрипели, а их тела выламывало от боли. Кажется, он слышал, как трещали кости. Это было ужасно, но хуже всего было то, что Ники не знал, как помочь. «Альпин, ну пожалуйста, где ты пропадаешь, когда так нужен», — мысленно взмолился он. «Да не я им нужен, а ты», — раздался знакомый голос в голове. Ники с тревогой посмотрел на притихшего на койке Кристофа. Тот вел себя куда спокойнее, чем остальные. Поднявшись с пола, Ники нерешительно подошел к камере Кая и Урса. Супруги стонали от боли, вцепившись друг в друга. «Поторопись. Ты им нужен». Ники, кляня себя за доверчивость, открыл дверь камеры и вошел внутрь. Урс угрожающе зарычал, но, стоило приблизиться и положить ладонь Каю на лоб, стих. Друг замер, вцепился в его руку и, прижавшись к ней лицом, глубоко вдохнул. Его тут же выгнуло, послышался треск костей, вывернуло, и вдруг перед Ники оказался волк. Большой серый волк. Он жалобно заскулил и подтолкнул своей здоровой башкой ладонь Ники к Урсу. Того тоже перекинуло почти мгновенно. Волки с трепетом друг друга обнюхивали и потирались мордами. Ники бы умилился, но в этот момент Кай снова подтолкнул его, на этот раз к выходу. Покинув камеру, Ники собрался закрыть решетку. «Брось, они не дикие звери, чтобы запирать их», — снова раздался голос Альпина. — Когда я запирал людей, ты не был против. Вредное божество в голове оставило его без ответа. Ники обходил камеру за камерой, наблюдая, как людей словно играючи перекидывает в волков. Зашел даже к Уте. Девушка сжалась в комок, забившись в угол камеры, но стоило ей перекинуться, и волчица тут же злобно зарычала. Сбившись в кучу, волки устроились у дверей из подвала, с явным намерением выбраться наружу. «Им нужно побегать, испытать новые тела». — Это вряд ли. Они не покинут подвал, пока я не буду уверен, что они не причинят никому вреда. В этот момент стон раздался из камеры Кристофа. Ута перегородила было вход к нему, но Ники было не до страха — стоило гневно приказать волчице проваливать, и она, поджав хвост, послушно отступила. Это было странно, но раздумывать над поведением зверя было некогда. Кристоф упал с койки на пол и корчился от боли. Ники быстро справился с замком и упал рядом с мужем на колени, обхватывая его руками. Кристофа снова выгнуло в судороге боли, он обхватил Ники за плечи и уткнулся лицом в его шею, тяжело дыша. Кристоф выгнулся, захрустел костями и наконец перекинулся. Даже по сравнению с остальными он оказался огромным и черным. Ники от неожиданности отпрянул, но волк тут же сунулся еще ближе, обнюхивая влажным носом. Ники терпел, но было щекотно, и он, не сдержав смешка, оттолкнул лохматую башку. Волк внимательно уставился на него голубыми глазищами, заворчал и сунулся обратно, ткнулся носом за ухо и шумно фыркнул. Ники рассмеялся, уворачиваясь, но волк был настойчив. Обнюхивал его, иногда зарываясь носом в одежду. Стало не до смеха, когда здоровенная лобастая башка устроилась между ног и ткнулась в пах. — Стоп-стоп, — запротестовал Ники, отползая. — Зоофилия в наши планы не входила. Ну ты чего? — поинтересовался он, глядя в несчастные глаза. — Не смотри так. Ники протянул руку и прошелся по холке. Странно, но страшно ему не было. Совсем. Хотя причин для этого было немало. Но бояться этих зверей не получалось. Ники на каком-то интуитивном уровне точно знал, что вреда они ему не причинят. Волк подставил башку под ладонь и придвинулся. Потом еще и еще, пока Ники вдруг не оказался прямо под ним. Волк наклонился и принялся вылизывать Ники лицо, щекотно пройдясь шершавым языком. При этом выражение на морде у него было самое умильное. Ники настолько расслабился под ним, что едва не упустил тот факт, что волк возбужден. Причем настолько, что острый член показался из мешочка. — Эй-эй, полегче, парень, — снова одернул его Ники. — Прекрати! Твою мать, ты же не отстанешь, да? Совсем невтерпеж? — Вместо ответа волк снова ткнулся носом в его шею. — Ладно. Хорошо. Но с животным я этого делать не стану. Перекидывайся! Сейчас же! Или отвали. Ну же! Волк отступил, весь встряхнулся, и вот перед Ники уже абсолютно голый и возбужденный Кристоф. Голубые глаза заволокло желанием. Он не сказал ни слова. Приблизился и стиснул Ники в объятиях, спешно избавляя его от одежды. Ники даже пикнуть не успел, как оказался раздетым и на животе под Кристофом. Тот потирался всем телом и вылизывал его шею. Когда его член толкнулся между ягодицами, Ники снова пришлось вмешаться. — На сухую не выйдет, Крис… Тому словно команды и не хватало. Он опустился ниже, развел ладонями ягодицы Ники и принялся его вылизывать. Медленно и глубоко. Слова разом позабылись. Даже возмутиться толком не получалось. Так что Ники лежал на полу камеры и принимал ласку от буквально озверевшего мужа. К тому времени, как Кристоф медленно натянул его на свой член, Ники оказался разлизан и сам маловменяем от этой неведомой раньше ласки. Так что он безропотно отдался ощущениям, не забывая подмахивать и даже, кажется, поскуливать на особо глубоких толчках. Сколько Кристоф валял его по полу камеры, сказать было сложно, но под утро задница горела огнем, а локти и колени были стерты в кровь. Из-под супруга Ники едва выполз и с трудом натянул порванную в некоторых местах одежду. В стену рядом с камерой постучали, и между решеток показалась голова Хауке. — Если вы закончили, — смущенно произнес он, — может, выпустите нас? Есть хочется зверски. Кажется, Ники покраснел, хотя, казалось, отучился еще в прошлой жизни. Стоило только пожелать остаться с Кристофом наедине, как остальных из подвала практически сдуло. — Не стоит их оставлять одних, — хрипло заметил Кристоф сорванным голосом, отводя взгляд. — Я пойду, — согласился Ники, тоже старательно избегая на него смотреть. — Как ты себя чувствуешь? — Нормально. Нет, даже хорошо. Просто дай мне полчаса, и я тебя сменю. Тебе стоит отдохнуть. Ники согласно кивнул и направился к выходу. У двери в подвал ждала Ута. Раздражение вспыхнуло с новой силой. Ники демонстративно закрыл за собой дверь и мысленно пожелал, чтобы девушка в подвал, пока там Кристоф, спуститься не могла. Ута пару раз дернула ручку и резко повернулась к нему, готовя отповедь. — Мой супруг хотел побыть в одиночестве, — заявил Ники. — Ты не имеешь права! — прошипела девушка. — Замок считает иначе, как и я. Место, пёсик! Он совсем не ожидал, что девушка развернется и деревянным шагом направится в свою комнату. Похоже, Ники недооценил власть хранителя. Из раздумий его вывел Хауке. — Женщины рвутся к детям. Если их не пустить, они разнесут замок в щепки. — Да, конечно. Иду. Родители толпились у двери в комнату и ждали его. Когда Ники объявил, что будет запускать женщин по очереди, началось возмущение. Пришлось объяснить, что справиться с одной неконтролируемой особью ему будет проще, чем бегать по всей комнате, вылавливая толпу. И снова благоразумие победило. К счастью, контролировали себя люди вполне нормально, и вскоре перепуганные дети оказались в крепких объятиях родителей. Убедившись, что все в порядке и никто не собирается прямо сейчас обращаться или кидаться на детей, Ники перекусил, дождался Кристофа и отправился спать. Супруг пришел через несколько часов и устроился рядом. Ники перекатился к нему под бок и сладко потянулся. — Как ты? — осторожно поинтересовался Кристоф. — Нормально. — Ники, я серьезно. Я понимаю, что прошлой ночью накинулся на тебя и мог навредить. — Брось. Засосы, укусы и саднящую задницу я как-нибудь переживу. Все в порядке, правда. — Все равно прости. Ники похлопал его по предплечью. — На самом деле мне даже понравилось. Так что успокойся. — Кристоф фыркнул ему в макушку и повернулся, прижимаясь со спины. — Расскажешь, как это было? — Ты же сам все видел. — Нет. Что ты чувствовал? — Было очень больно. Словно кто-то тянет все твои конечности в разные стороны и скручивает. Мышцы горят. А потом будто ломается каждая косточка твоего тела, выворачиваясь, — тихо ответил Кристоф. В знак поддержки Ники взял его ладонь и прижал к сердцу. — А потом? Каково это — стать… волком? — Он сдержал рвущееся «зверем», побоявшись обидеть супруга. — Это был я. И в то же время не совсем. Словно, когда я человек, во мне преобладает разум, а в теле зверя — инстинкты. Я чувствовал, где я, кто я, кто со мной рядом. Чувствовал, что ты мой, принадлежишь мне и… хотел это право утвердить. Я не понимал, что для тебя это может быть слишком или не желанно. Просто чувствовал, что ты мой и так правильно. Не знаю, как еще объяснить. Ники задумался о том, сознает ли Кристоф, что, даже рассказывая, демонстрирует разницу. Что человеком он понимает, а зверем — чувствует. Раздумывая о том, каково это — полностью отдаться инстинктам, Ники снова заснул под мерное дыхание Кристофа.

***

Поужинали они все вместе. И даже Ута, сверкающая на него глазами, так не раздражала. Пока все готовились к еще одной бессонной ночи, Ники отвел Кая в сторонку. — Хочу на тебе кое-что проверить, — заявил он и вдруг резко рявкнул: — Сидеть! Кай посмотрел на него недоуменно, но слушаться и не подумал. — Ты чего? Ники хотел было рассказать об утреннем происшествии с Утой и как она послушно выполнила команду, но остановил себя. Если он действительно смог управлять девушкой, то людей может напугать его власть над ними. — Ничего. Пошутил. На самом деле я хотел убедиться, что с тобой все в порядке. Я мало что знаю о том, как вы провели ночь. Кай усмехнулся. — Да все пары провели ее так же, как вы с Кристофом. Разве что в людей не перекидывались. Ники не смог удержать падающую челюсть. Как-то об этом он не подумал. Представив, что творилось в подвале, он передернулся. — И как оно? В теле волка? — Острее, — задумавшись, ответил Кай. Немало удивленный, Ники отправился в подвал, проверить, все ли готово к следующей ночи. Ведь сегодня луна будет сильна особенно.

***

По камерам все разошлись организованно. Люди только сейчас поняли, что все действительно серьезно. Еще вчера многие относились к возможности оборота скептически, теперь же все знали, что их ждет. Ники видел, как некоторые женщины плачут, понимая, что снова будет боль. Мужья старались их успокоить, но сами выглядели подавленными. Люди притихли по своим клетушкам. Ники хотел было сразу устроиться в камере Кристофа, но тот попросил этого не делать. Боялся, что в случае необходимости Ники может не успеть. Снова запереть камеры тоже было его идеей. Он переживал, что что-то может пойти не так. Однако разрешил Ники отпереть замки, если все будет нормально. Опасения Кристофа не подтвердились. Да и переживания Ники тоже. На второй раз оборот прошел в разы легче. Практически незаметно. Только с одной женщиной вышла заминка. Видимо, бедняжка Франка настолько боялась боли, что до последнего сопротивлялась обороту и сдерживалась, отчего ее снова начало выкручивать. К счастью, ее супруг сразу позвал Ники. Как и накануне, стоило взять ее руки в свои, женщина слабо всхлипнула и тут же обернулась. При этом волчица выглядела крайне удивленно, видимо, не ожидала, что ее так просто перекинет. Убедившись, что все чувствуют себя нормально, Ники вернулся к камере Кристофа. Черный волчище уже ждал его с нетерпением. Стоило открыть замок, как он вывалился наружу и боднул Ники головой. Рассмеявшись от облегчения, тот принялся наглаживать волка, забираясь пальцами в жесткую шерсть. Стоило выпустить животных из камер, как они столпились у двери из подвала с явным желанием выйти. — Мы так не договаривались, — обратился Ники к черному волку, который эту мохнатую банду возглавлял. «Они все же животные, им нужна свобода», — заметил Альпин, появляясь рядом. Волки его явно не видели, но все как-то присмирели, видимо почувствовав присутствие своего божественного покровителя. — А если они кому-то навредят? «Мне казалось, ты уже понял, что они все прекрасно осознают». — Осознают, но руководствуются не разумом, — возразил Ники. — А если инстинкты возобладают? «Собираешься до конца жизни держать их взаперти каждое полнолуние? Не выйдет. Если постоянно натягивать поводок, однажды зверь с него соскочит». — И куда они собираются? «В лес. Им нужно укрепить связь стаи». Ники вздохнул, но все же послушно отворил дверь. Волки стремительно выбрались наружу. Ники проводил их до моста. Черный волк еще задержался на секунду, боднув его напоследок головой, и, в два прыжка обогнав остальных, понесся вперед. Ники вернулся в замок и устроился в комнате с детьми. Те мирно спали, не подозревая, что родители носятся по лесу.

***

В последнюю ночь запирать никого не стали. Ники только обезопасил детей, а вот взрослых оставил. Только убедился, что оборот прошел без проблем у всех. Чем больше они перекидывались, тем проще это происходило. Они еще какое-то время потолкались в гостиной, но потом стали понемногу расходиться. Некоторые убежали в лес, некоторые отправились по своим комнатам. — Кристоф, пойдем побегаем еще, — предложила Ута, пылая энтузиазмом. — Вчера на охоте было так здорово! — Извини, сегодня без меня. Пойдем? — позвал тот Ники. Они поднялись в свою комнату. — Спать? — предложил Ники. Кристоф замялся. — Я… Мне надо… Ники, ты не обязан помогать, но… Кажется, он впервые был так не уверен в себе. Ники толком не мог разобрать, в чем суть, пока взгляд не скользнул на пах. Кристоф был неслабо возбужден, и тонким штанам его состояние прикрыть не удавалось. — Мы связаны магическим браком, так что в беде я тебя не брошу. Только у меня к тебе встречное предложение: может, заодно и алтарь подпитаем? — Значит, ты не против? Пойдем! И он тут же перекинулся в волка, но застрял у закрытой двери. Ники только фыркнул на его нетерпение. Он подхватил одеяло и пузырек с маслом и последовал за ним.

***

— Где ты был?! — набросился Кристоф, стоило переступить порог замка. Ники удивленно приподнял бровь и показал ему корзину и ведро. — На рыбалку ходил, заодно грибов набрал. Ты когда-нибудь пробовал вареники с грибами? — поинтересовался он. — Что это? — завис Кристоф на незнакомом слове. — Попробуешь — узнаешь, — отмахнулся Ники, направляясь на кухню. Та оказалась пуста. — Сегодня все разошлись пораньше. Отдыхают после полнолуния. — Кристоф устроился на стуле и принялся наблюдать, как Ники споро чистит грибы. — Почему ты сбежал с самого утра, не сказав ни слова? — осторожно спросил он. — Дико захотелось на природу, — признался Ники. — Не знаю почему. Наверное, это снова как-то связано с магией. Видимо, надо почаще бывать на природе. — Я решил, что это из-за прошлой ночи. — Почему? Кристоф ненадолго замолчал, наблюдая за ним. — Я прекрасно помню, каким ты был раньше, — тихо заметил он. — Насколько охочим ты был до секса, как лип ко мне, как подмахивал, стоило нам оказаться в постели. Изменения в твоем поведении после смерти императора были весьма заметны. Я видел, насколько тебе претит сама мысль, что нам нужно исполнить супружеский долг. Ты каждый раз словно переступал через себя. Ники не стал это комментировать. Признаваться он не собирался, а иначе объяснить перемены не мог. — Когда я обратился… Ты не представляешь, насколько сильно становится желание… подчинить, присвоить тебя. Наверное, все дело в нашей магической связи, но волком я не могу сопротивляться этому желанию, полностью подчинен инстинкту. И в то же время я понимаю, что ты, оставаясь человеком, не чувствуешь того же. И вчера я почти принудил тебя… Ники коротко взглянул на него и отправился за мукой, чтобы замесить тесто. Прихватив из кладовой все необходимое, он вернулся. — Ты из меня прямо мученика делаешь, — с усмешкой заметил он. — Но я тебя заставил. — Крис, поверь, сложно мучиться и страдать в постели, когда тебя вылизывают с ног до головы и хотят с такой страстью, что ты продемонстрировал вчера. Поверь, равнодушным я не остался. Да и магия алтаря вчера пришлась как нельзя кстати. Так что не переживай, я тоже неплохо провел время. Но алтарь забирает энергию, и, видимо, чтобы восполнить ее, мне остро понадобилось провести время на природе. Так что, проснувшись, я не стал тебя будить, а решил прогуляться. — Значит, у нас все в порядке? — уточнил Кристоф. Ники пожал плечами и улыбнулся. — Мы по-прежнему в одной упряжке. А теперь помоги-ка мне. Вот, надо раскатать тесто на кружочки, — он подвинул к нему порезанные кусочки. — Запасов немало, но рано или поздно они закончатся. — Я попросил Кая этим заняться. Он посмотрит, что и в каком количестве у нас есть. Обустроимся и будем думать, как разводить свое хозяйство. Они вместе приготовили вареники, а затем их и съели. Кристоф от нового блюда был в восторге. А после они вместе отправились спать.