Уставший пассажир

-Спасибо! Спасибо, Ястреб! Все еще слышатся благодарности в ответ, но самому уже отвечать нет сил, ноги подкашиваются не от полученных ран, а от банальной усталости. Сквозь хвалебные крики вокруг он поднимает голову, оглядывая высотки. -Ястреб, уже улетаешь? Гудение толпы сменилось на перебивки от пожелания удачной дороги до простого — отдохнуть. Он разминает шею, пока по крыльям проходится мелкая дрожь. «Пожалуй, на сегодня полеты стоит отложить». *** Он стоит на платформе, покачиваясь. Глаза уже слипаются, как яркие мелькающие огни проносятся перед ним. Обдавая холодным потоком городских туннелей. Время за полночь, и вагоны почти пустые, но не глядя случайно оказывается рядом с темной фигурой, которую, кажется, передергивает от внезапно занятого рядом места. Поезд трогается. Звук колес монотонный. Идет в одном ритме, что еще больше усыпляет. Яркие огни остановки затухают. Свет в вагоне приглушается, или сознание медленно оставляет его, передавая ослабшее тело в руки незнакомцу. Даби не нравится. Кажется, эти герои совсем зазнались, хотят лишнего внимания, пользуясь транспортом, когда у самого крылья. А пара перьев уже сияет красными пятнами на черном плаще, пока чужая голова устраивается на плече. Поезд тормозится резко, что едва Ястреб не падает вовсе. Оглядывается в легкой панике с немым вопросом. «Что случилось?»  — Парень, если хочешь спать, ложись туда, — Даби указывает на пустой ряд сидений, немного хмурясь. — Простите, — его голос взволнованный от нелепости ситуации, — я просто… — он опускает голову, опираясь локтями на ноги, прикрыв глаза, — устал. Даби осматривает самую яркую деталь в этом блеклом старом вагоне. Крылья ободраны, и сама одежда «героя» выглядит далеко не так, как их показывают по кабельному. Куртка подпалена, виднеются ряды порванных нитей, что уже едва скрывают кожу. Бордовые пятна, ожоги покрывают ее, как очередной лоскут ткани. Помнит ли Даби, как сам спасал кого-то? А хотел бы? Кейго не успевает встать, как вагон приходит в движение, и испытывать свою координацию на его умение держать равновесие в таком состоянии просто не хочется. Остается только снова прикрыть глаза в попытке защититься от нарастающей головной боли. Пару секунд в темноте кажутся лучшей идеей. — Простите, пожалуйста, — только успевает произнести, как темнота накрывает, забирает его к себе, и тело снова тяжелеет. Чужая голова оказывается на коленях. Внутренние порывы столкнуть несчастного на пол резко прерываются при встрече со своим отражением в противоположенном окне вагона. Может, ему самому когда-то нужна была помощь, как сейчас этому «герою». Хоть и такая несущественная. Даби, все еще сомневаясь, кладет ладонь на сбитые пшеничные пряди, немного приглаживая в одну сторону, убирая с лица. Оно все в ссадинах, засохшей крови или грязи, мелких царапинах. И все же даже «героям» нужно отдыхать. Даби гладит, немного зарываясь в пряди, перебирая ряды. Кейго тихо всхлипывает под такими движениями, стараясь сильнее закрыть глаза. Боль отступает. И снова слышится монотонный стук колес.