Мерлин, Малфой

— Ох, Мерлин.. — кровь была повсюду: раковина, пол, душевая кабина. Никого в ванной не было, кровавая дорожка вела кривым, но точным следом в комнату слизеринца.Из-за приоткрытой двери доносились тихие звуки, даже можно сказать стоны. — М-малфой? — на ватных ногах девушка побрела в комнату. – С тобой всё в порядке? – в ответ совершенно ничего не последовало. Сердце ушло в пятки. – Драко?! — девушка рванула в комнату. Он даже не заметил, что она назвала по имени того, кого ненавидела всем сердцем, а уже, может, и нет. Повзрослела? Ненависть исчерпалась? Конечно, она не влюбилась. Конечно, нет! Об этом не может быть и речи. Просто частица львиного факультета давала о себе знать. Тем более, за летние каникулы она много думала обо всём, поняла, что эта детская вражда была глупостью. Она бы могла всё исправить, ведь человек перед ней не паршив, а просто сломлен. Парень лежал на кровати, а от внешнего вида его можно было испугаться сильнее, чем от самого дементора. Снова разбрызганная везде кровь — привычное зрелище, казалось бы, но нет. Даже не известно, как из человека могло вылиться столько жидкости! Хотя, парень оставался в сознании и мог что-то бормотать себе под нос. А полностью осмотрев его... С ума сошла девушка: налитый фингал под его глазом красовался бардовым пятном, порванная одежда, сломанная палочка, взъерошенные волосы. Приоткрытые веки – единственная причина, по которой можно было понять, что тот ещё жив. Это, практически ежеминутное, сплёвывание сгустков крови куда-то на пол и еле слышное прерывистое дыхание... Очевидно, что это дело рук тёмной магии. Да никто в здравом уме не мог бы сотворить такое, по крайней мере в стенах школы. — Чё стоишь? Полюбуешься потом, Грейнджер. Либо помогай, либо проваливай, — грубо сказал Драко. — Ох, а вот я думаю, тебе моя помощь не нужна, раз ты можешь язвить в таком состоянии, — не менее порывисто парировала Гермиона. — Будто я просил тебя прийти сюда, поганка. Кхг-кгхк! — он попытался подняться, но тщетно, — Позови профессора Снейпа, от него пользы побольше, чем от тебя будет. — Молчи, — она подошла к раненому и достала волшебную палочку. — Вулнера санентур! — после заклинания раны начали понемногу затягиваться. Довольная своей работой, девушка отошла от кровати. – Ты! — она указала пальцем на Малфоя, — будь тут, а я за бадьяном, — после она вышла за дверь, не прирывая диалог. — Как ты? Откуда ты знаешь это заклинание? — послышалось из комнаты, где лежал парень. Грейнджер уже возвращалась с пузырьком экстракта бадьяна: — Нашла в книге Северуса, попалась мне в библиотеке, — быстро оправдалась та, ловя на себе вопросительный взгляд, — а вместе с заклятием всегда пишется контр, — намочив кусочек ваты, поинтересовалась она: — Что произошло? — после, присев на кровать, расстегнула пуговки рубахи и начала обмывать ранки, что не успели затянуться. Весь процесс проходил под пристальным взором Малфоя. – Тебе какая разница? — тот лукаво посмотрел прямо в её глаза. Что-то, что было в этой девушке, казалось довольно необычным, если это возможно так назвать. Да, не согласиться с Блейзом насчёт того, что она стала красивее что-ли, невозможно. Но не для него, точно не для него. Какому аристократу может понравиться грязнокровка? Эти «отродья» только портят величие и жизнь остальных волшебников. То же самое, что и маглы, владеющие ничтожной частичкой волшебства. — Ладно, можешь не говорить, — она с невозмутимым выражением лица продолжила своё дело. — С Поттером поговорил, — ухмыльнулся он и стал ждать реакцию, что, конечно же, последовала незамедлительно. Глаза расширились до невозможных размеров и теперь пугающе смотрели прямо в душу. — Что-то не так? Оказывается, что твой дружок Поттер не такой святой, как ты думала? — огрызался парень, порой шипя от боли в ране. — Нет! — она резко прыснула жидкость из емкости на рану, создавая реакцию, что заставила поморщиться слизеринца. — Что творишь, дура?! — он резко схватил её за руку и притянул ближе к лицу. — Это Поттер покалечил меня, а не я его, так что поменьше своей бедности в мою сторону. Интересно, все грязнокровки такие или ты исключение? — не отпуская руку, а вовсе сжимая её сильнее, смеялся Малфой с испуганного лица напротив. — Я думаю, что у Гарри точно была причина это сделать, а если и нет, — она вырвала свою руку из хватки и, сопровождая громким стуком, поставила пузырёк на прикроватную тумбочку, — то я полностью его поддерживаю. — А причина в том, что он беспокоился за твою девственность больше, чем ты сама. — Снова словил он на себе непонятливый взгляд, — Подумал, что я Нотта послал, и, собственно, вот результат. А ты говоришь: слизеринцы опасны. Может быть, стоит сначала присмотреться к людям, которые тебя окружают, не находишь? — Едва ли. Видела я достаточно таких. А друзья мои — единственные, кому я могу доверять. Да и не думал ты, что я сама разберусь? — она поднялась с кровати и пошла к выходу с комнаты. — Всегда пожалуйста. Двери закрылись. — Экскуро! — пуф, и вся кровь в ванной испарилась. Какая полезная вещь — заклинания. *** Нужно найти... — Гарри! — запыхавшаяся и немного расстеряная Грейнджер подбежала к парню. —Гермиона? — тот удивлённо посмотрел на свою подругу, — что-то случилось? — сразу почувствовал он неладное. — Да, Гарри, нам надо поговорить, — опустила неуверенно голову девушка и отступила на шаг назад. «Я тебя слушаю» — получила она в ответ, — Но не тут, — парень немного напрягся после таких слов, но виду не показывал. — Через 15 минут в туалете Миртл, —поставила условие она и ушла. Гарри кивнул в след. В коридоре было холодно, ветер гулял туда сюда в попытках найти свою новую жертву, каменные стены отражали лунный свет, делая обстановку загадочней. Шагая спокойно и довольно размеренно, Гермиона рассматривала холл: массивные шторы на окнах, величные портреты и картины, статуэтки, грамоты, награды. Не то чтобы она не видела их, ведь знала даже наизусть, просто нужно было отвлечься от навязчивых мыслей. Пустой коридор — место для неуместных мыслей в голове. Для неё всегда мораль была превыше многих обстоятельств. Всё-таки человека красят поступки, а не слова, как бы банально это не звучало. Но и тут можно поспорить, ведь правильные слова в трудную минуту могут сделать многое, например, спасти жизнь, ну, или просто поднять настроение. Шаги отбивались от стен громким эхом, проносящимся по всем помещениям. Бродить среди ночи по замку — не самое благоприятное дело. Зловещие портреты смотрели со всех сторон, не давая чувствовать себя уверенно. Казалось, что все эти глаза следят за тобой всю твою жизнь, не смотря на то, что они заняты своими делами. От тишины напряжение росло, но в школе безопасно. По крайней мере, так всегда говорили. Хотя, если подумать, все случившееся за курсы проблемы происходили именно в Хогвартсе: Тролль, Василиск, Дементоры, Пожиратели - перечислять можно бесконечно. И после этого школу можно звать безопасным местом? Кто знает, что его ждёт за очередным углом? Быстро минув оставшиеся коридоры, девушка остановилась перед лестницей на третий этаж. Раньше это было под запретом, а сейчас всеми любимый туалет Миртл находился прямо там. Поверить тяжело, это последний год тут! Столько всего связывает с этим местом: празднование Рождества и Хэллоуина в главном зале со всеми профессорами; первый полёт на Клювокрыле, когда Малфой чуть не заставил убить беззащитного животного; и, конечно, не стоить забывать все удачные игры в Квиддич — всё это стало настолько родным и привычным, и даже не верится, что скоро исчезнет. *** И вот, она стоит перед этой злощасной дверью в женский туалет. Девушка настраивалась морально, ведь предстоял разговор с Гарри, на тему, которая, по её мнению, считалась слишком личной для обсуждения. Сделав шаг к дверному проёму она помедлила: парень был уже тут и с готовностью раззирался на все боки, дабы увидеть будущего компаньона в предстоящем разговоре. — Гарри! — не сильно громко, но достаточно для того чтобы по стенам пошла рябь еле слышного еха, позвала девушка. Парень приветливо улыбнулся и в вежливом жесте пригласил подругу сесть на подоконник окна, что выходило во внутренний дворик, так же с него можно было увидеть гремучую иву, что мирно опустила свои ветви. — Я, — начала было она, но тот прервал её движением руки: — Сначала я бы хотел, чтобы ты выслушал мою версию произошедшего, а потом делала выводы, опираясь на бредни, — он сделал паузу, чтобы выразить всю свою неприязнь через слово к той особе, о которой, конечно же, шла речь, — Малфоя. — Это не походило на бредни, скорее на правду покалеченого человека. Не думаю, что ему нужно было врать о том, о чём пойдёт речь, — она покосилась на друга очень красноречивым взглядом, явно выражая своё недовольство по поводу ситуации. — Меня разозлило то, что наш "любимый" хорёк оказался на месте происшествия раньше всех нас, к тому же, он беспосредственно принимал участие. Если логически подумать, то можно прийти к выводу, что именно он подстрекал Нотта, — он сморщился, будто рассказывал ребёнку почему дорогу нужно переходить на зелёный, а не красный. У Гермионы из-за этого неприятного момента засосало под ложечкой. Почему это Гарри не скрывает своего презирства? Такого раньше никогда не было. Думала, Гарри тоже многое осознал, и оставил вражду со слизеринца и в прошлом, как попыталась она, но видимо нет. — Я всё понимаю, Гарри, и не смею тебя осуждать, но когда дело касается моей, — она запнулась, подбирая более правильное слово и решая стоит ли вообще продолжать, — девственности, — слово вылетело так резко, отбиваясь от стен и неприятным эхом возвращаясь обратно, — я могу сама за себя постоять. — Всё таки закончила она. Гриффиндорец стоял и вбирал смысл сказанных ею слов. От части она права. Нет! Она действительно права, но Гарри, как верному другу, хотелось помочь девушке, но, как обычно, всё обернулось против него самого. Действительно. Он побил Малфоя за то, что ещё не случилось, и возможно не входило в планы слизеринца. Хотя, по мнению мальчика-который-выжил, на то, чтобы побить гадкого слизня, не требовалось особой причины.