Фуджимару Рицука

Ночь опускается на Халдею, когда в коридорах гаснут практически все лампы, а оставшиеся работают на половине мощности, едва освещая помещения тусклым холодным светом. В такие моменты, даже самый тихий звук, громким эхом разносится по комплексу, отражаясь от металлического покрытия стен и потолков. Но, по какой-то причине, быстрые шаги мальчишки, целеустремленно идущего в центр комплекса. Остановившись перед закрытой дверью, он в последний раз глубоко вздыхает, прежде, чем войти в комнату, в которой расположился Халдеас. Его ровное синее свечение завораживает Рицуку на несколько мгновений. Остановившись, он очарованно смотрел на маленькую планетку, висящую в воздухе. Но дело, которое привело его сюда не ждёт. У него есть время лишь до утра. До этого момента он должен успеть вернуться не только из рейшифта, но и успеть добежать до своей комнаты. Привычно устроившись в горбу, Рицука начинает рейшифт по установленным координатам. Закрыв глаза, он перестает быть мастером Халдеи, Фуджимару Рицукой. И становиться… Тихий стук каблуков тонет в пелене тумана, окутавшего ночной Лондон. Свет луны едва способен пробиться сквозь него, а тусклые огоньки фонарей лишь немного разгоняют темноту, сгущая ее еще больше там, до куда не дотягиваются лучи света. Тяжелое дыхание испуганной девушки, бегущей по узким переулкам, зажимая рукой кровоточащую рану на бедре. Но силы покидают несчастную и, споткнувшись, она падает на мокрую, от дождя, мостовую, вскрикнув, словно раненное животное. Будто нити, в руках искусного ткача, потоки тумана сплетаются в две фигуры, обступившие упавшую девушку с двух сторон. Почерневший туман обрёл черты мужчины, одетого в мешковатую одежду, с собранными в неаккуратный хвост волосами. Сжимая в руках изогнутый меч, напоминающий восточные катаны, он наступил несчастной жертве на руку, заставив ее огласить безмолвный переулок печальным криком. С другой же стороны была фигура куда меньше. Окутанная в тряпье неопределенной формы, детская фигура поднесла к щеке напуганной девушки нож. Несмотря на то, что он точно был лишь туманом, каким-то магическим способом, принявшим форму, она ощутила холод стали и остроту лезвия, что заставило ее проглотить рвавшийся наружу крик, испуганно водя глазами из стороны в сторону. Двигающиеся подобно теням, бесшумные образы из черного дыма крепко держали девушку, растянувшуюся по земле, когда до ее ушей донесся звук шагов. Твёрдые каблуки мужских туфель звонко стучали по влажной от дождя мостовой, разносясь похоронным набатом по узким улицам, утопающим в ночной темноте. Девушка, что пристально смотрела туда, откуда исходил звук шагов, почти упустила момент, когда из липкой черноты ночи появился силуэт человека, закутанного в промокший черный плащ. Лицо его скрывала странная керамическая маска, сделанная в виде черепа. И только губы, изогнутые в безумной улыбке, не скрывались этой ужасной маской. На его левом запястье едва заметно светились странные метки, а в правой он вальяжно держал нож, покачивая им на ходу. С длинного, бритвенно-острого лезвия, капала кровь, растворяясь в лужах, которыми была покрыта вся мостовая. Его взгляд, пусть и не видимый, но чётко ощущающийся из-за своей тяжести, скользнул по теневым фигурам, а после на жертву, которой практически удалось сбежать, если бы не досадная случайность, приведшая к поимке. — Ну зачем же нужно было устраивать весь этот фарс? — голос парня, а это был именно мужчина, оказался на удивление мягким, и даже детским. Но в этом нежном голосе, который будто с заботой и какой-то усталостью спрашивал, казалось бы, мирный вопрос, ощущалась нечеловеческая жестокость и жажда крови, от которых всё тело девушки оцепенело в ужасе, когда их взгляды встретились. Лишь, когда фигура вышла под свет тусклого фонаря, куртизанка смогла увидеть глаза того, кто подобно зверю напал на нее в подворотне. Это были небесно-голубого цвета глаза, полные детской наивности и доброты. И это пугало еще больше, ведь смотря на мир такими глазами, этот человек, нет, монстр, жестоко убил уже нескольких ее коллег, если можно их так назвать. Бледные искусанные губы едва смогли прошептать: — Джек… — как тут же ее голова коснулась мостовой. Последним, что успела увидеть умирающая проститутка, оказалось ее тело, медленно оседающее на каменную брусчатку, заливаясь собственной кровью. — Просыпайся, Рицука! Время завтрака! — звонкий голос миниатюрной девушки доносится из-за железной двери, эхом отдаваясь в черепе сонного парня, вставшего с кровати. Едва открывающиеся после сна глаза пытаются разглядеть, где же он находится. Но вскоре приходит осознание, что тот ночной рейшифт уже кончился. Он больше не Джек Потрошитель, а Фуджимару Рицука, мастер Халдеи. Причесавшись и умывшись, он надевает привычную униформу организации и выходит в сторону мостика, где его уже ждут очередные приказы. А ночью он вновь окажется на залитых дождём улицах Лондона, что бы снова проливать кровь.