Рама

Нежные солнечные лучи проникали через сочную зеленую листву, падая на покрытую яркими цветами поляну, согревая нежившегося на нежном природном ковре юношу, улыбающегося солнцу. Его огненно-рыжие волосы стелились по земле. В свете солнца казалось, будто огненные змеи ползут меж цветов, чтобы согреться в милость Сурьи-дэвы. Яркие птицы, сидящие на ветвях вековых деревьев заливисто пели, радуясь новому дню, услаждая слух бывшего принца Кошалы не хуже гандхаров, что играют свои мелодии в царстве Индры. Воздух полнился свежестью ветра и сладостным ароматом цветов, вызывая легкое желание попробовать на вкус лепесток красочного растения. Но их запах перебивался ароматом, доносившимся из очага небольшого домика, на опушке леса, где молодая девушка, чей лик был прекраснее луны в безоблачную ночь, а стать и грация были подобны богине Лакшми. Ныне ее покой берег воин, которых не сыскать во всех трёх мирах. Любимый младший брат царевича Рамы, Лакшмана. Отправившийся вслед за своим братом в изгнание, он на веки заслужил себе титул самого преданного брата. Отказавшись от титулов и личного счастья, он последовал за преданным братом, коего обманом лишили трона. Но вместо зла, он с улыбкой покинул царство, следуя приказу отца, скованного обещанием. И вот они здесь. Перебравшись на другой берег Ганги, они обустроились на опушке прекрасного леса, полного сочных фруктов, вкусных кореньев и резвой дичи. Открыв глаза, Рама полной грудью вдохнул свежий воздух, несущий прохладу вод Ганги в их сторону и нехотя встал с мягкого ковра, что соткала сама Мать-Земля и потянулся. Сладкий сон в подобном месте сравним пребыванию в обители Вишну, царстве вечного покоя и блаженства, с той лишь разницей, что Рама был жив и наслаждался жизнью в мире смертных. Окруженный любимыми людьми, он чувствовал, что действительно счастлив. Потеря царства его не сильно беспокоила. И лишь тяжесть на душе за брата Бхарату омрачняла сердце юного кшатрия. Ведь он ныне один в отречении, пока Рама не вернется на престол. Но то события далекого будущего, о коем нет и смысла волноваться. Подняв с земли лук и колчан со стрелами, Рама не спеша направился в свою обитель, где к обеду его уже ждала возлюбленная супруга и дорогой брат. Он был счастлив в этот момент, как не мог быть счастлив никто из живших в арийских землях. И в момент, когда он выходил из леса к той хижине, где они нашли своё пристанище, он молился всем богам, что бы эта идиллия длилась весь строк изгнания.