Цинь Шихуанди

Куда падают весенние лучи? ᅠᅠᅠРанее весеннее утро, тишина и спокойствие… Птички поют, насекомые в траве шумят и цикады стрекочут в кронах деревьев. В такое неспокойное время, как сейчас, такая картина — редкость. Обычно эту землю терзают крики воинов, а трава окрашивается людской кровью, когда звон клинков разрывает мирную тишину. Но это позже. В данный момент тут умиротворенно и тихо. Кузнец сидит на крыльце своего дома и наслаждается этим спокойствием. Совсем скоро уже будет нужно возвращаться в кузню. Работа не дремлет — работа ждёт. ᅠᅠᅠᅠᅠНо в памяти своей, он жаждет сохранить мгновение этой ᅠᅠᅠᅠᅠᅠᅠᅠтёплой весенней идиллии в спокойное утро. ᅠᅠᅠКузнец — его работа, она же и призвание. Должно быть, он и сам давно позабыл, когда впервые взял молот в руки, когда на пальцах появились первые мозоли, и когда услышал он впервые звон наковальни. И даже сейчас, он вернулся в кузню и вновь начинает свою работу. По окрестностям раздаётся гулкий металлический звук, состоящий из череды повторяющихся ударов. Жители этой деревушки уже привыкли к шумному жаворонку. Как услышат грохочущий стон наковальни, сразу поймут — это Мурамаса-сан работает. Порой люди стараются обходить стороной его кузницу, боятся владельца. Вернее, его характера, ведь, будучи молодым юношей, Мурамаса Сенго уже ворчит, как настоящий старик! Однако местные детишки знают насколько добрым он может быть.ᅠ Стук по-прежнему разносится по округе, а Мурамаса начинает напевать песню. ᅠᅠᅠᅠᅠᅠᅠᅠᅠᅠ ᅠᅠᅠ«Выходи, моя краса, ᅠᅠᅠᅠᅠᅠᅠᅠᅠᅠᅠᅠᅠᅠвыходи из дома. ᅠᅠᅠᅠᅠᅠᅠᅠᅠᅠᅠᅠᅠВстречу я тебя у моря. ᅠᅠᅠᅠᅠᅠᅠᅠᅠᅠᅠᅠᅠВместе мы, вместе мы ᅠᅠᅠᅠᅠᅠᅠᅠᅠᅠᅠᅠᅠпокинем отчий дом.» ᅠᅠᅠᅠᅠВ это время уже проснулись самые юркие из детишек. ᅠᅠᅠᅠᅠОни бегут в кузню к Марамасе. Уж очень им интересно! ᅠᅠСенго не отвлекается от работы, её нужно закончить до прихода гостей. Они совсем близко, он чувствует это! Возгласы детей постепенно стихают, все замирает. ᅠᅠᅠᅠᅠᅠᅠ — Они здесь, – думает про себя Мурамаса. Он улыбается и сам не ведает почему, но энтузиазм малышни греет его сердце куда жарче нового клинка. В своих мыслях он рассуждает о том, как прекрасна эта умиротворенная жизнь. Будто это селение застыло в мгновении спокойствия. Война слишком далеко от этого места, воины сёгуната не превратят его в руины. Кузнец отложил молот на ближайший стол и окунул заготовку, что держал до этого кожаной перчаткой, в бочку с маслом. Масло закипело, забурчало и начало метать свои горячие капли во все стороны, словно извергающийся вулкан. Постепенно масло успокоилось, и Мурамаса облегченно вздохнул. ᅠᅠᅠᅠᅠᅠᅠᅠᅠᅠ ᅠᅠᅠСпустя какое-то время… ᅠᅠᅠᅠᅠᅠᅠᅠ— Ну что, малышня, я закончил. Чего хотели? ᅠᅠᅠᅠᅠᅠᅠ— Мурамаса-сан, Мурамаса-сан! Вы нам обещали. ᅠᅠᅠᅠᅠᅠᅠᅠ— Именно, вы обещали сходить с нами в храм! ᅠᅠᅠᅠᅠᅠᅠᅠᅠᅠ ᅠᅠᅠ— Да-да, собирайтесь. ᅠᅠᅠᅠᅠᅠᅠᅠ— Мы уже готовы! Я и мой брат готовы идти. ᅠᅠᅠᅠᅠᅠᅠᅠᅠᅠ ᅠ— Мурамаса-сан, я правда готов! ᅠᅠᅠᅠᅠКузнец ничего не ответил, лишь потрепал мальчишек по голове. С собой он взял клинок и плащ — кто знает какие опасности хранит в себе дорога. ᅠᅠᅠᅠᅠᅠᅠᅠᅠᅠᅠᅠ Еще спустя какое-то время… ᅠᅠОни подходят к буддистскому храму, но он давно в руинах, сожжён. Это произошло еще при шествии Демона-Повелителя Шестых Небес, Оды Нобунаги. При нём были гонения буддистов. Даже Мурамасе досталось от воинов этого дьявола! Однако он не держит зла на род Ода. В этом нет смысла, они клиенты. Пока Сенго остаётся кузнецом в эти жуткие годы, работа у него всегда будет. Мозолистые руки крепче сжимают маленькие ладони мальчишек. Смотря на кузнеца, ребята понимают: ему больно, очень больно. Это место, в котором он молился еще в их возрасте. А сейчас ранее искусно расписанные колонны храма не отличить от обгорелого бревна. Но злодеяния Нобунаги — дела минувших дней. Мурамаса живёт настоящим и глядит в будущее, он не цепляется за прошлое. Возможно, это и помогает ему жить, он не связан предрассудками и стереотипами. ᅠᅠᅠᅠᅠᅠᅠᅠМурамаса скрывает свою боль, свою обиду. ᅠᅠᅠᅠᅠᅠᅠᅠОни просто не к месту, в них нет надобности. ᅠᅠᅠᅠᅠᅠМурамаса всегда сильный, всегда ворчит на малышню. Он понимает, он не нюни распускать пришел. Дети сами уговорили помолиться здесь. Они попросили, он не смог отказать. Дети — цветы жизни, и Сенго не в силах разрушить, сломать бутон [ мечты ] хотя бы одного. ᅠᅠᅠᅠᅠᅠᅠᅠᅠᅠᅠᅠВремя для молитвы. Молитва не для богов, она для людей. Люди молятся не для кого-то, лишь для себя. Она помогает им чувствовать себя чуть лучше, чем есть на самом деле. Создают веру в то, что их услышат, им помогут. ᅠᅠᅠᅠᅠᅠᅠᅠᅠᅠᅠᅠДешёвый самообман. Один мужчина и двое мальчиков стоят на коленях. У каждого свой повод для этого: один желает защиты от духов, другой удачи во всех начинаниях, Мурамаса же просит даровать здоровье. Молитву Сенго прерывает лишь одно — легкий запах гари, доносимый ветром. Детишки едва ли могут уловить его, но кузнец его отчётливо чувствует. ᅠᅠᅠᅠᅠОн привык к этому запаху, он работает бок о бок с ним. Мурамаса вскочил с колен и обернулся. Все это время за спинами путников буйствовало пламя — видимо, в их деревне. Мурамаса знал, эту местность, он не спутал бы. Огромные клубы дыма летели в воздух. Сенго стоял оцепеневший, тело было парализовано потрясшей его действительностью. По лицу медленно, как те самые клубы дыма, катились слёзы. Почему это произошло? Еще утром в деревне всё было в порядке! Кузнец ничего уже не понимал, он был в отчаянии. Ноги подкашивались, лицо будто окаменело в испуганной гримасе. Мальчики еще не встали с колен, они не знали, что их дома больше нет. Мурамаса же знает только одно: скоро он медленно подойдет к ним, потреплет по головам, как обычно. Они зажмурятся. В это время, он накроет их своим хаори, приобняв каждого, и один из них невинно спросит: ᅠᅠᅠᅠᅠᅠᅠᅠ— Мурамаса-сан, а куда падают весенние лучи? ᅠᅠᅠᅠᅠᅠᅠᅠᅠᅠ— Туда, где твой дом… Нам пора домой…