Другая история

Вэй Ин честно просидел в стороне две с половиной минуты, а после подполз ближе. Лань Ванцзи лишь косо глянул на него и слегка приподнял руку. Адепт Юньмэн Цзян тут же устроился у него под боком и даже почти расслабился, как пальцы Лань Чжаня огладили края ожога. Зашипев, Вэй Усянь отскочил в сторону и обиженно глянул из подлобья. -Ты знал, что будет больно, — безразлично ответил Второй Нефрит Лань, но Вэй Ин сумел уловить в его тоне укор, поэтому поспешил оправдаться. -А что я мог поделать? — ещё больше разобиделся он. — Эта Ван Линцзяо целилась в лицо Мянь-Мянь, и это ужасно. А так этот шрам будет напоминать, что когда-то я спас девушку, и она уж точно меня не забудет. -Не заигрывай, если не имеешь серьёзных намерений. -Как это не имею? — первый ученик Юньмэн Цзян эмоционально взмахнул руками. — У меня очень серьёзные намерения в отношении тебя! -Мгм, — кивнул Лань Ванцзи с еле видимым интересом. -Конечно же, это выйти за тебя замуж! От неожиданности Второй Нефрит Лань подавился воздухом и тут же выплюнул застой дурной крови, едва ни пачкая и так потрепанное ханьфу. Вэй Усянь с готовностью подскакивает и нажимает на определённые акупунктурные точки. Лань Чжань удивлённо посмотрел в его искрящиеся торжеством и нежностью глаза. -Что? — удивился Вэй Ин и тут же принялся пояснять. — Застой крови это очень плохо. Изначально я, правда, хотел к тебе пристать, но так тоже неплохо. -Мгм. -Ох, гэгэ, — хихикнул адепт Юньмэн Цзян. — Ты так ответил, будто совсем не против. Лань Ванцзи лишь отвёл взгляд в сторону. Вэй Усянь невольно сглотнул, скользнул взглядом по молочно-белой шее, по ключицам и остановился на собственных руках, лежащих на крепкой груди. Чужое сердце неистово билось прямо в его ладонь. О, это было уже слишком. -Гэгэ, я понимаю, что сейчас не место и не время, — Вэй Ин слегка поёрзал, борясь с искушением положить вторую руку на свою плоть — даже боль не отрезвляла от желания. — Но я так сильно тебя хочу. -Бесстыдник, — выдохнул Лань Чжань, заворожено смотря, как адепт Юньмэн Цзян прикусывает губу и, судя по затуманивающемуся взгляду, теряет рассудок. -Лань-эргэгэ, — проскулил Вэй Усянь и, громко выдохнув, осторожно забрался на бёдра своего Нефрита, даже не затронув больную ногу. — Я хочу…я хочу, чтобы ты прямо сейчас вошёл в меня, заполнил полностью. Потому что я…мне не хватало этого эти месяцы, — Лань Ванцзи едва слышно зарычал и впился пальцами в ягодицы любимого, отчего тот только потёрся об него всем телом и бесстыдно застонал. — Я каждое утро представлял, как бы ты взял меня, как бы я скулил, принимая тебя. Ну же, гэгэ, иначе я с ума сойду! Вэй Ин чувствовал, что его снова затягивает, как и каждое утро до этого, как и каждый их раз. Не сдерживаясь, он прижимается к губам Лань Чжаня, что с готовностью впускает чужой настойчивый язык. Первый ученик Юньмэн Цзян бесстыдно стонет и прижимается ещё ближе, так, чтобы грудью чувствовать частое биение сердца. Вэй Усянь опускает руки ниже, сквозь одежду нащупывая возбуждённую плоть. Второй Нефрит Лань лишь шипит в довольно улыбающиеся губы. С завязками штанов они расправились не столь быстро, как хотелось бы. Было ли дело в том, что они не желали прерывать поцелуй или в том, что их руки тряслись, как у алкоголиков после запоя, он не знал. Вэй Ин просяще захныкал — ему так хотелось уже ощутить Лань Ванцзи в себе. И всё же он вздрогнул, когда услышал звук рвущейся ткани, и застонал, когда чужие пальцы коснулись ничем неприкрытой чувствительной плоти. -К чёрту всё, гэгэ, — задыхаясь, прошептал адепт Юньмэн Цзян. — Я несколько месяцев представлял, как ты грубо натянешь меня на свой член. Послышался очередной рык, и Вэй Усянь удивлённо хлопнул глазами, когда его с поразительной лёгкостью приподняли. Сориентировался он быстро и, заведя руку за спину, направил член в себя, в блаженстве прикрывая глаза. Как же долго он хотел его. Вэй Ин облизнул губы и, с трудом сфокусировав взгляд, осмотрел своего любимого. Лань Чжань тяжело дышал и смотрел на него с откровенной жаждой, и как бы он мог обрушить на него всю свою страсть… Адепт Юньмэн Цзян еле слышно простонал, слишком явно себе это представляя. И всё же он не забыл, что они оба ранены, и сорваться, чтобы утолить всю свою страсть, просто физически не способны. Поэтому Вэй Усянь решил взять всё на себя. Медленно приподнявшись, он так же медленно опустился, смакуя удовольствие. Он каждое утро растягивал себя, поэтому даже намёка на боль не чувствовал, а эти медленные движения лишь раззадоривали, даря тягучее наслаждение, от которого внутри что-то сжималось. Вэй Ин прижимался к Нефриту Лань, положив голову ему на плечо, и целуя шею, он продолжил медленно подниматься и опускаться, чувствуя себя просто невероятно счастливым. Разом стало не важно, что они оба ранены, что они на пороге войны с Цишань Вэнь, что они заперты в пещере Черепахи-Губительницы, сейчас они вместе, а большего ему сейчас и не надо. -Я люблю тебя, — тихо прошептал адепт Юньмэн Цзян и простонал, когда его плоть обхватили и в несколько движений довели до разрядки. -Люблю тебя, — отвечает Лань Ванцзи и закрепляет свои слова нежным поцелуем. Вэй Усянь лениво отвечает, полностью расслабившись в надёжных объятиях, и позволяя себе погрузиться в спокойный сон. Пока он с Лань Чжанем всё будет хорошо.