Однажды в Лас-Вегасе

У вас бывало похмелье? Наверняка, бывало, если вам стукнуло хотя бы 16. Тошнота, головная боль, провалы в памяти - бесплатный приз на дне каждой бутылки. Вот и Чонгук с Чимином представляли все это прекрасно, но свойственная большинству людей надежда на то, что в этот раз пронесет, сделала свое дело. Возможное похмелье казалось чем-то далеким и маловероятным, зато алкоголь - вот он, близкий и родной, и прямо сейчас. Но пришло утро и наступила расплата. Реальность накрывала больные головы и осознание случившегося вводило в состояние шока. У Чонгука теплилась слабая надежда, что это все не то, чем кажется и он, собрав яйца в кулак, решил прояснить ситуацию: - Чимин, умоляю, скажи мне, что у нас ничего не было! - Хотел бы, да мой саднящий зад говорит об обратном. Господи Боже, у тебя в штанах шланг, что ли? Почему так больно?! Чонгук виновато съёжился под обиженным взглядом Чимина и грозным взором Намджуна, который при последних словах Пака брезгливо поморщился. - Так, подробности вашего совокупления я слышать не желаю, одевайтесь и марш в общую гостиную, будет серьезный разговор. - Хен, может отложим? - промямлил Чимин. - Никаких отложим! Вы должны осознать, что ваше поведение чревато потерей репутации всей группы! Чонгук и Чимин молча переглянулись, посмотрели вслед хлопнувшему дверью Намджуну (он это специально, знает ведь, что голова раскалывается!) и стали одеваться. Чон, увидев, как его партнер по преступлению вертится в поисках трусов, галантно отвернулся, дабы не подглядывать. - Серьезно? А теперь значит даже не смотришь, да? Вчера тебя мой голый зад не смущал. - Прости, я не смущаюсь, я... Черт, не знаю теперь как мне себя вести. - Ладно, я понимаю, Чонгук, мне тоже неловко от того, что у нас был секс, но чем быстрее мы преодолеем наше смущение и вернемся к тем отношениям, что у нас были до вчерашнего вечера, тем проще будет всем. - Да, наверное. Будем просто стараться вести себя как раньше. - Тогда перестань краснеть и отворачиваться. Мы же и раньше переодевались друг перед другом, так что ничего такого в этом нет. Чонгук хотел было сказать, что есть разница - раньше он не представлял Чимина как сексуальный объект, а теперь, зная что между ними было, поневоле представляет, но не стал. Как раньше - значит как раньше. Может если он будет делать вид, что ничего не случилось, то со временем сможет убедить в этом сам себя.       Ребята вышли из спальни и направились в гостиную их огромных пятикомнатных апартаментов. Чего они не ожидали - так это того, что на них уставятся пять пар глаз. Среди них были сердитые, недовольные, любопытные, насмешливые в противовес наигранно равнодушным, которые пытались строить Чимин с Чонгуком. Первым тишину разорвал Хосок, поигрывая бровями: - Повеселились? Как себя чувствуешь, Чиминни? Да ты присаживайся, в ногах правды нет! - Спасибо, я постою. Тут же усмехнулись все, включая Намджуна, который, впрочем, тут же вернул себе сердитое выражение лица и проговорил: - Я, надеюсь, вы понимаете, насколько безответственно поступили? Я не могу вам указывать, что делать за закрытыми дверьми, вы взрослые люди. Но то, что вы творили вчера - непозволительно. Вы были на людях, вы привлекали внимание, вы целовались, черт побери! Вы знаете, чего нам стоило предотвратить распространение фотографий, сделанных как папарацци, так и случайными людьми? По видеокамерам в казино мы нашли всех до одного с помощью специальных людей и заставили уничтожить снимки. Шантажом, угрозами, подкупом, всеми мыслимыми способами! И всех их заставили подписать соглашение, согласно которому они не имеют права сливать куда бы то ни было и кому бы то ни было любую информацию, касающуюся вчерашнего вечера! Тут Чонгук обратил внимание на стопку бумаг в руках лидера и виновато потупил глаза, понимая, что из-за их пьяной выходки репутация группы могла оказаться по угрозой в такой гомофобной стране, как Корея. - Я прошу прощения за это у всех вас. Мне действительно очень жаль и я могу обещать, что подобное не повторится. - Не повторится секс или брачные игры шалфейных тетеревов? - Тэхен! - одновременно воскликнули остальные! - Это не смешно! - подал голос Сокджин. - Погоди, брачные игры кого? - изрек молчавший до этого Чимин. - Шалфейных тетеревов! Самцы в брачный период распушают перья и начинают ходить, покачиваясь, ну, как бы, танцуют. Это вот как раз то, что вы вчера собой представляли! Чимин, отчаянно краснея, прокричал, уходя в сторону ванной: - Все, хватит! Никакого больше секса, никаких тетеревов!