Мрачная сердцем

      По случаю приезда важных гостей вечером в замке был организован большой пир. Рапунцель хотела не только произвести на кузину хорошее впечатление своим поведением, но также продемонстрировать гостеприимство и богатство своего двора. Солнце уже скрылось за горизонтом, на улицы опустилась вечерняя прохлада, и поэтому окна банкетного зала были закрыты, а в большом камине ярко полыхало пламя. Повсюду стояли канделябры, и света от свечей было достаточно, чтобы осветить всё помещение — настолько много их было. Людей в зале было в избытке, огромный стол едва умещал в себе всех придворных. Всюду сновали лакеи, обслуживая столь высоких особ — двери зала постоянно открывались, пропуская слуг, которые приносили новые блюда и уносили грязную посуду. За столом шли оживленные беседы и споры, в комнате стоял гул из разговоров, смеха, бряцания столовых приборов и топота прислуги. Здесь же, чуть поодаль от стола, восседал квинтет скрипичных инструментов, наполняя зал незатейливыми мелодиями, к которым вряд ли кто-то по-настоящему прислушивался.       Эльза сидела рядом с королевской четой и вела себя довольно сдержанно. Она, как и вся делегация из Эренделла, были крайне удивлены размахом торжества. Никто из них не брался подсчитать количество подаваемых блюд, так как взгляд любого растерялся бы от всего этого разнообразия. Стол ломился от яств, и при всём желании человек вряд ли смог бы опробовать каждое кушанье. Гостям предлагалось отведать разные виды морепродуктов, дичи и мяса, были также и супы, изделия из хлеба, гарниры, соусы и десяток сортов вина, а центр стола украшал запеченный молочный поросёнок. И это ещё не настало время кофе и десертов. Чтобы еда не остывала так быстро, посуда была помещена на небольшие подставки, под которыми были разложены свечи для обогрева, однако они едва справлялись с поставленной перед ними задачей. Эльза всегда ела умеренно, и в этот раз она почти и не прикоснулась к основным блюдам, довольствуясь одним лишь супом. В королевском дворе Эренделла, кажется, даже по самым большим праздникам не ставили на стол столько блюд, ибо это посчитали бы чрезмерной расточительностью. Когда страна с трудом восстанавливается после каждой тяжелой зимы, её монархи отлично понимают необходимость в сдержанности. Пробыв в замке королевы Рапунцель меньше дня, Эльза сразу подметила, насколько велика разница между этим двором и её домом. Здесь все были праздными, несуетливыми, любителями мирских наслаждений и благ. В Эренделле этим людям пришлось бы столкнуться с суровой реальностью Севера, где жители были более закрыты, набожны, строги и чопорны. И хотя эти качества также были присущи и Эльзе (разве что, кроме сильной веры в Бога), сейчас она старалась не проявлять их, изображая из себя более открытого человека, чтобы настроить ближе к себе кузину. Она даже соорудила с помощью своей магии целый крытый каток, похлопотав над одной из комнат замка, откуда предварительно убрали всю мебель. Теперь вместо пола там находился гладкий лёд, а с потолка медленно падали снежинки. В детстве она делала так дома, играя с ещё совсем маленькой Анной. Рапунцель и её дочери были в восторге от такого подарка, который, как уверяла Эльза, не растает ни зимой, ни летом. Кажется, пока она проявила себя только в лучшем свете перед Рапунцель, и если так продолжится в дальнейшем, то она сможет воплотить многие из своих целей.

***

      Наступило время для кофе. Вся свита переместилась в более уютную комнату меньшего размера, где уже были готовы столы для игр. Тем, кто впадать в азарт не собирался, можно было провести время на диванах за светской беседой, чтением книг или дремотой после сытного приёма пищи. Королева Рапунцель, принц-консорт Юджин и ещё несколько знатных особ принялись за игру в пикет*, и хотя они поначалу пытались пригласить дорогую гостью присоединиться к ним, после второго отказа они уже были вовсю поглощены своими картами. Кассандра заметила, что королева Эльза не особо проявляла энтузиазма в развлечениях и в целом держалась довольно обособленно, пусть и пыталась выказать больше дружелюбия. За долгое время пребывания во дворце, а после — на полях сражения, Кассандра уже привыкла сразу считывать людей в попытках понять истинные мотивы их слов и поступков. Но это у неё получалось не всегда.       Нынешний объект её изучения, королева-чужестранка, особенно заинтересовала Кассандру. Собственный народ заклеймил её ведьмой, а в других странах о ней сложилась репутация жёсткой и непреклонной правительницы. И вот теперь она сидела перед Кассандрой совершенно не проявляя ни одно из этих качеств. Да, она определённо была сдержанной и молчаливой, однако голубые глаза этой двадцатидевятилетней северянки выдавали её смятение. Это вполне можно было объяснить непривычной новой обстановкой — Кассандра вполне догадывалась, что ситуация при дворе Эренделла могла заметно отличаться от того, что они все видели сейчас. Сама она тоже особо не любила подобное времяпрепровождение — по её мнению бесполезное и глупое. От неё также не скрылось то, с каким усилием королева Эльза старалась угодить Рапунцель при помощи всех этих дорогих подарков, проявлений магии ради развлечений, комплиментов и любезности. Чего ради столько стараний? Ей просто хотелось сблизиться с родственницей спустя столько лет? Или же действия королевы Эренделла имели скрытые мотивы? Прожив при дворе столько лет, Кассандра больше склонялась к последнему варианту.       Сейчас Её Величество сидела на позолоченном диване из бархатной обивки с причудливыми закрученными ножками и ручками. Она не позволяла себе расслабиться и вальяжно облокотиться о спинку, а потому сидела с выпрямленной спиной и слегка опущенными и отведенными назад плечами — пример по-настоящему королевской осанки. Руки она положила на колени, перебирая пальцами складки юбки. Наряд также выделял её среди остальных придворных, так как был более строгим и совсем не подходил под торжество. Даже одеяние Кассандры, которая по просьбе Рапунцель к ужину сменила доспехи на более женственный и праздничный туалет, больше вписывалось в обстановку. Эльза была одета в длинное однотонное платье бледно-голубого цвета с высоким воротником. Выглядело оно достаточно свободным и не сковывало движений. Грудь и шея королевы были спрятаны под отделанной тонкими кружевами пелериной**. Рукава платья сужались к локтю, однако вся остальная часть рук была спрятана под длинными перчатками цвета кобальта, которые королева Эльза пока сняла лишь один раз для демонстрации своей магии. Несмотря на достаточную простоту, кажется, в этом платье Её Величеству было удобно. В выборе украшений она также проявила сдержанность, надев только жемчужные серьги. По обеим сторонам её лица были спущены несколько белых прядей, но все остальные волосы были сплетены в две косы, которые бережно были уложены в узел, скрепленный нитью того же жемчуга.       Королева в это время слушала сидящего рядом с ней посла Эренделла в Короне, который вполголоса рассказывал ей о чём-то, что никто кроме неё услышать не мог. Закончив свой рассказ, посол получил кивок от королевы и удалился к другим гостям. Теперь Её Величество оказалась одна, и, осмотревшись по сторонам, она заметила стоявшую в углу с чашкой кофе в руках Кассандру. Королева Эльза немного отодвинулась, освобождая место рядом с собой, и посмотрела сначала на главнокомандующую, а затем — на диван, недвусмысленно намекая ей присоединиться. Кассандра знала, как не любят монархи отказов, а потому рассудила, что игнорировать этот жест ей явно не стоит. Мысленно вздохнув, она направилась к королеве Эльзе. К чему строить догадки о личности этой чужестранки, если можно во время беседы понять, стоит ли эта персона такого внимания?       — Ваше Величество, — сказала Кассандра и поклонилась.       — Леди Кассандра, — кивнула королева Эльза, позволяя воительнице сесть подле себя. — Я весьма рада наконец с вами переговорить.       — Позвольте и мне сказать, что это большое удовольствие — иметь возможность с вами беседовать, — Кассандра хорошо знала, что учтивость и доля заискивания в общении с людьми такого происхождения почти наверняка расположат собеседника к себе.       — Право, должна признаться, это такое особенное ощущение — сидеть рядом с национальной героиней, чья слава уходит далеко за моря.       Королева Эльза говорила с легким акцентом, но Кассандру больше позабавило то, что Её Величество пыталась угодить ей плохо завуалированной лестью. Что же, эта чужеземка пыталась расположить к себе не только Рапунцель, но и саму Кассандру тоже? Если так, то королеве нужно будет сменить тактику, ибо нынешнее поведение скорее вызовет у главнокомандующей насмешку.       — Да, смею предположить, что такой, как вы сказали, «героине», как мне, следует привыкнуть к тому, что истории о моих подвигах уже успели побывать в домах людей и самых знатных, и самых ничтожных.       — Однако, подобный пересказ из уст в уста страдает тем, что с каждым разом обретает подробности, которых на самом деле не было в реальности. Поэтому мне, человеку, знающего вас исключительно по таким легендам, хотелось бы узнать, как всё происходило на самом деле.       — К сожалению, я отношусь к той категории прославленных людей, которые страдают ужасными приступами застенчивости, — с улыбкой сказала Кассандра. — Даже и не знаю, хватит ли у меня духу рассказать вам об этом. Быть может, лучше вам поделиться тем, что вы знаете, а я затем укажу на явные россказни в вашей истории.       Королева явно была не очень довольна таким ответом. Однако, прочистив горло, она, к удивлению шутившей Кассандры, начала неторопливо делиться с ней тем, что она слышала, позволяя Стальной Деве окунуться в собственную биографию.       Из рассказа Её Величества исходило, что будучи дочерью генерал-майора, Кассандра с детства проявляла склонность к военному ремеслу. Однако ей пришлось пройти нелегкий путь к достижению своих целей, так как тот факт, что она женщина, создавал множество проблем. Её стремления не воспринимали всерьез, а увлечение оружием расценивали как забаву. Поначалу Кассандру определили в фрейлины принцессы Рапунцель, благодаря чему между девушками завязалась дружба, несмотря на различия в характерах. Спустя несколько лет после вступления на престол Рапунцель, королевство Эквис объявило войну Короне и напало на его границы. Моментально была собрана армия, в которую вступила и Кассандра. Поначалу принимать женщину в ряды войска не хотели, но её отец заступился за дочь, и Кассандра отправилась на фронт. Изначально воспринимавшаяся как обуза, Кассандра быстро зарекомендовала себя как хорошего бойца, отстаивающего интересы своей родины и не знающего пощады врагам. По прошествии полугода, она привлекла к себе внимание вышестоящих лиц, которые награждали её за воинские успехи продвижением по званиям. Помимо этого Кассандра начала пользоваться популярностью среди обычных солдат, как та, кто всегда мог поднять дух бойцов, вселить в них надежду, воспламенить их сердца и привести всех к победе. Она бросалась в бой одна из первых, неся в руках знамя и подавая пример остальным. Та воинская часть, с которой выступала Кассандра, никогда не проигрывала, в результате чего о ней стали говорить как о любимице судьбы, Деве, приносящей удачу. Помимо хорошей боевой подготовки, Кассандра проявила себя способным тактиком, принимая участие в собрании высших должностных лиц, которые обдумывали стратегии боя. Вести о бесстрашной Деве, ведущей армию к победе, скоро дошли до местных жителей и дворца, Кассандра стала народной героиней и всеобщей любимицей. С каждым месяцем военная кампания Короны настолько хорошо продвигалась, что они не только отодвинули врагов от границ, но и за год до приезда королевы Эльзы, штурмом взяли столицу Эквиса и провозгласили над бывшим государством власть Короны. Кассандра принимала самое активное участие во взятии города, и после долгожданной победы, была назначена главнокомандующей армии Короны, к ликованию простого люда и неодобрению высокопоставленных военных. Также её посвятили в рыцари, благодаря чему она получила титул Леди. В своей новой должности Кассандра всего лишь за один год поспособствовала принятию ряда важных военных реформ, которые не только сказались на боеспособности армии, но и на качестве службы рядовых солдат.       — Это всё, что мне было известно, — кратко подытожила королева.       — Вы должны гордиться тем, насколько точные и надёжные у вас источники, Ваше Величество. Даже я, будучи непосредственным участником всех описанных событий, не смогла бы рассказать всё в таких подробностях. Единственная ошибка, на которой я вас подловила — мой отец занимает должность капитана гвардии.       — Полагаю, многие военные с высокими званиями приняли новость о вашем назначении на пост главнокомандующей с неприятием?       — Если не с открытой враждой, — усмехнулась Кассандра. — Ведь им для того, чтобы продвинуться по службе, приходится ждать годы, а я из бывшей фрейлины стала человеком выше них по рангу за двадцать два месяца. На их месте вас бы это тоже раздражало.       — Стало быть, это они распускают слухи о том, что вы обязаны своей блестящей карьерой в большей степени близкой дружбе с Её Величеством Рапунцель?       — В этой войне я рисковала жизнью каждый день ради победы своего государства, — с негодованием произнесла Кассандра. — Я никогда не просила ничего за это, а стало быть, свои звания я заслужила только своим трудом. О вас, Ваше Величество, тоже ходит много слухов, но и они, похоже, не все правдивы.       — И какие же? — гордо спросила королева.       — Многие судачат о вас, как о королеве-девственнице, которая ни при каких условиях не обременит себя узами брака с мужчиной. Складывается впечатление, что вы замужем за своё королевство, что, по моему мнению, весьма почётно.       Её Величество Эльза резко посмотрела на собеседницу и поджала губы. Кассандра внезапно поняла, что, возможно, допустила ошибку и смертельно оскорбила важную персону. Она сама вспылила от слов о незаслуженных привилегиях, и потому не проследила за тем, что говорит. Однако в следующее мгновение королева тихо рассмеялась, и даже в этом поступке прослеживалась сдержанность.       — Если так, — с улыбкой сказала она, — то я приложу все свои усилия, чтобы закрепить за собой этот образ.       Кассандра ощутила прилив облегчения и тоже улыбнулась. В её планы не входило стремление развлекать королеву, но лучше пусть будет так, чем если бы она стала врагом могущественной правительнице другого государства.       — Как вы считаете, — спросила Эльза, — используй ваша армия в войне с Эквисом магию, вы бы быстрее одержали победу?       — Мне так не кажется, — поразмыслив, ответила Кассандра. — Наш противник прибегал к помощи чародеев, однако, как видите, это не помогло. Куда важнее в этом деле продуманная тактика боя, слаженная работа в рядах бойцов и прекрасное понимание сил и слабостей своего врага.       — Однако, в схватке один на один, человек, использующий магию, имеет явное преимущество.       — Тем не менее это не означает, что победа обязательно будет за ним.       — Мне с трудом в это верится.       — Я могу убедить вас в этом на вашем же примере.       — О чём это вы?       — Я вызываю вас на дуэль. Дружескую, разумеется. Ведь вы обладательница безграничной магии, в то время как я могу полагаться лишь на свои умения и знания. Таким образом мы без всяких рассуждений узнаем, кто из нас прав.       Королева Эльза задумалась. Чтобы пробудить в ней азарт, Кассандра предложила следующий вариант:       — В случае моей победы вы должны будете вновь воспользоваться своей магией для одной забавы.       — Что же сделаете вы, если выиграю я? — с интересом спросила Эльза.       — А чего бы вам хотелось?       — Я бы хотела, чтобы вы провели меня в какое-нибудь красивое, уединенное место с видом на деревню и замок. У меня ещё не было возможности по достоинству оценить красоты вашего королевства, и я хочу это исправить.       — Тогда я буду ждать вас завтра в семь утра у входа в западное крыло замка. Оттуда я отведу вас в тренировочный зал, где нам будет удобнее сражаться. В это время не спит только прислуга, так что никто нас не потревожит.       — Договорились.       Всё внутри Кассандры встрепенулось от предстоящей авантюры. Она прежде не сражалась с представителями королевской семьи, а нынешний её оппонент ещё и прославился как могущественная колдунья. Тем не менее, Кассандра была уверена в своей победе. Откланявшись, она вышла на балкон, подальше от духоты и шума, и сразу же принялась обдумывать тактику завтрашнего боя.