Дядя Брок все разрулит.

      — Питер, бей жоще, не надо ее гладить, — говорит Барнс, встав справа от боксерской груши, — не бойся бить.       Паркер шмыгает носом и сильнее сжав руки в кулаки, снова начинает наносить удары. Они уже второй час торчат в пустом спортивном зале, который арендовал Барнс для занятий с сыном. Спустя пару месяцев, после событий Вашингтона, с подачи некоторых старых знакомых Рамлоу, о которых тот не особо распространялся, Баки помогли сделать липовые документы на Джеймса Паркера, так что он официально стал отцом Питера и смог устроиться на работу в этот же зал — вел секцию по самообороне, что его вполне устраивало.       — Я больше не могу, — ныл Питер, потирая стертые костяшки пальцев. Несмотря на просьбы отца использовать перчатки или бинты, Питер категорически отказывался это делать, ощущая себя в них некомфортно.       — Мы здесь, — прикидывает отец, — два часа, из которых полтора — ты ноешь о том, как устал в школе, так что рот на замок и работай дальше.       Барнс был строгим и Питер уже привык к этому. Он всегда требовательно подходил к тренировкам, и буквально два дня назад Питер застал отрывок занятия, которое проводил Баки для группы молодых людей. Он прекрасно справлялся с такой работой и некоторые из его учеников выглядели вполне довольными. С Питером он явно был более ответственным и заставлял парня тренироваться много и напряженно, так как Паркер продолжал патрулировать улицы города, а значит должен был быть готовым ко всему.       — Ладно, хватит ее тискать, как одноклассницу на выпускном, — одной фразой Барнс вгоняет сына в густую краску, — поработаем с ножами, — обычно, Баки использовал деревянный или пластиковый муляж, когда демонстрировал группе случаи нападения с ножом, но с Питером он брал настоящие ножи, только тупые.       Питер и Баки выходят на дорожку, где обычно отрабатывали разные приемы и Барнс приносит два ножа, похожие на те, что он использовал, когда выполнял задания ГИДРЫ. Они были достаточно тяжелыми и удобными. Паркер берет нож и крутит его в руках, пока отец разминается, отрабатывая разные техники.       — Отложи свой нож и попробуй отразить атаку, — спокойно поясняет Баки и Питер кивает. Один раз, на патруле, на него двигался воришка с ножом. Конечно, костюм, который ему сделали, не пострадал бы от ножевого ранения, особенно мелкого, так как был достаточно прочным. В тот раз Питер отразил атаку с помощью паутины, но отец не давал ему шутеры во время их тренировок.       С первого раза все идет не по плану и тупое лезвие касается плеча Пакера, показывая то, что он проиграл. Питер хмурится, но почти сразу предпринимает вторую попытку выбить нож из рук отца.       — Просто сосредоточься и не делай лишних движений, — советует Барнс, — ты делаешь слишком много ненужного, это дает противнику понять твои намерения, а не запутать его. Лучше использовать один, но хороший и неожиданный удар, а не все это.       — Хорошо, — соглашается Питер, и решает поступить так, как велено.       — Супер, молодец! — довольно произносит Баки, когда после еще одной неудачной попытки, нож все же валится из его руки, а Питер смущается, хотя хвалили его на тренировках довольно часто, — хорошо, теперь я покажу тебе пару приемов, как лучше перехватывать нож в драке, а потом пойдем и посидим в той бургерной.       Питер коротко кивает и затем наблюдает за тем, как ловко Барнс орудует ножом. Порой эти перехваты кажутся такими резкими и быстрыми, что подросток не до конца понимает, как именно это сделано. И это даже несмотря на то, что Барнс старается делать все медленно.       Баки мог бы назвать такую жизнь размеренной. Он не привлекал внимания к своей персоне, да и тут, в Куинс мало кто знал подробности истории с Зимним Солдатом. Соседи конечно порой пытались спросить у Баки что он думает насчет смерти Ника Фьюри и развала Щ.И.Т, но тот отвечал что-то стандартное. Сейчас он рад тому, что у него есть неплохая работа и он получает за нее весьма приличное жалование, а еще возможность участвовать в жизни Питера и помогать ему настолько, насколько это требовалось. С ГИДРОЙ и жизнью призрака он простился окончательно, как и с длинными волосами, которые обрезал чуть ли не на следующий день после возвращения из столицы. Да и короткая стрижка, да чисто побритое лицо напоминали о тех славных довоенных временах, когда они со Стивом ели хот-доги в небольшой забегаловке, и просто жили настоящим.       — Если ты будешь работать в заданном направлении, то даже без паутины сможешь дать хороший отпор, — сообщает отец, когда они выходят из зала, — и кстати, вчера звонил Брок, — подросток навострил уши, — на выходных его переведут в госпиталь Куинса.       — Ого, это просто потрясающая новость! — обрадовался Питер, — и долго… ну ему еще лежать в больнице?       — Пока что неизвестно, — Барнс сует руки в карманы. Он старался максимально закрыть протез, чтобы не привлекать лишнего внимания, — будет известно, когда здешние врачи проведут обследование. Но в целом, динамика у него хорошая.       Они приходят в забегаловку, что находится через дорогу от зала. Тут немного народа, по большей части, рабочие в спецовках и еще пара парней примерно одного с Питером возраста. За барной стойкой работали две девушки в желтых платьях с передниками. Когда Баки и Питер заняли столик у окна, к ним подошла шатенка и посоветовала брать бургеры с беконом.       — Как думаешь, чем сейчас занимаются Мстители? — Питер обмакнул картошку в чесночный соус. Из новостей он знал, что после событий в Вашингтоне Наташа Романофф и Стив Роджерс вернулись на базу Мстителей, а с ними был еще и тот парень с крыльями.       — Не знаю, — Барнс пожимает плечами. Питеру было запрещено приближаться к Башне Мстителей и как либо с ними контактировать, так как Баки боялся того, что Стив Роджерс узнает о том, где он. Пока что, желания общаться с другом из прошлого особо не возникало, так как Баки не хотел всех этих разбирательств, которые рано или поздно настигли бы его, — скорее всего занимаются какими-то миссиями или чем-то в этом роде.       Питера такой ответ больше, чем устроил, так как от Рамлоу он знал о том, что его отец встречался с Кэпом в тот день, когда Щ.И.Т. пал, ведь Брок был посвящен в подробности предстоящей операции, так как ГИДРА считала его своим. Для подростка было не до конца понятно, почему его отец не общается с Капитаном Америкой, ведь они были друзьями детства, но спросить прямо не решался.       — Ого, мистер Паркер! Какая встреча. А мы как раз шли с йоги, — Питер вздрагивает, когда слышит свою фамилию, но потом вспоминает, что отец теперь тоже ее носит. Около их столика остановились две девушки лет двадцати пяти в ярких болоньевых куртках, со спортивных сумках.       Они, как две дурочки улыбаются и поправляют волосы, отчего у Питера создается впечатление, что они флиртуют с его отцом. От этого становится смешно, ведь они не знают сколько ему на самом деле лет.       — Алекс, Рита, рад встречи, — улыбается Баки. Он куда более спокоен и уверен в общении с дамами, ежели его сын. Даже после всего того, что он пережил, Барнс не растратил и капли своего природного обаяния и умело общался с дамами, — Питер, познакомься, это Алек и Рита. Они ходят ко мне на занятия. А это мой сын — Питер.       — Серьезно? — широко улыбается блондинка с брекетами, — у вас такой взрослый сын? Я думала, что это ваш младший братишка, — Питер густо покраснел.       — Да, мой сын, — уверенно отвечает Баки, — встретимся на занятиях в пятницу.       — До свидания, мистер Паркер, — они уходят в другой конец зала, так как только там были свободные столики.       — А они в курсе, что тебе ну… немного далеко за тридцать? — усмехается Питер.       — Просто заткнись и ешь, — бурчит Барнс, а Питер продолжает смеяться.

***

      — Неужели я дома? — Броку потребовалась всего неделя в местном госпитале, чтобы его смогли перевести на дневной стационар.       — Да, братишка, — Мэй обнимает его, утыкаясь в плечо. От ожогов по всему телу мужчины остались шрамы, но если учесть, что с ним произошло, то сам факт того, что он остался жив уже чудо, — я приготовила тебе твою спальню, — пока они жили в старой квартире, Баки занимал диван, хотя уже месяц поднимался вопрос о том, что им стоит расширить жилье, но пока что они не нашли хорошего варианта.       Они планировали провести этот день дома, устроив праздничный ужин. Мэй редко удавалось пообщаться с семьей, так как работа требовала многочисленных поездок в ходе которых она заключала различные сделки распространяя продукты их фирмы, по больницам и аптекам. Да и в скором времени у нее будет длительная благотворительная поездка в Заковию, где у их компании был развернут госпиталь. Так что пока была такая возможность, Мэй общалась с семьей, и завтра они с Питером собирались пойти в театр.       — Как идут дела с твоей работой? — интересуется Брок, накладывая себе еще салат.       — Все прекрасно, — ответил Баки, — владелец зала предложил мне выкупить его за низкую цену, так как он собирается переезжать.       Мистер Остин — владелец зала, в прошлом, как и сам Барнс — боксер, с военным прошлым, который получил ранение под Афганистаном, был мужчиной среднего роста и плотного телосложения. Питер всего несколько раз видел его, когда приходил с отцом на тренировки и Патрик относился к парню весьма хорошо. Теперь он искал нового владельца для зала, и Барнс, ну то есть, Паркер, был в его понимании неплохим вариантом, да и Баки был заинтересован в таком предложением.       — Кстати, пока я был в Вашингтоне, ко мне приходила Хилл, ну Мария, — Мэй в этот момент ушла на кухню за пирогом, иначе бы она не допустила таких разговоров за столом, так как не особо любила говорить о работе, — она предложила мне работу в ФБР, по нашему штату.       — Ого, — Питер выпучив глаза уставился на дядю, — ты будешь прямо, как один из Винчестеров.       — Как кто? — рассмеялся дядя, совершенно не понимая о чем идет речь. Он не был силен в подростковых сериалах.       — Ну это из сериала. Там два брата катаются по стране на старой машине и охотятся на всяких монстров, — Питер не был особым фанатом этого шоу, но иногда смотрел, когда его крутили по телеку, — и вот, эти братья часто представляются федералами, чтобы узнать нужную им информацию.       Брок ничего не ответил, да и за стол вернулась Мэй, так что разговоры о работе стихли. Брок не был в восторге от того, что его сестра летит в Заковию больше, чем на год, но Мэй не видела в этом ничего страшного, да и там были люди, которые нуждались в помощи.       — Когда ты улетаешь? — спросил Питер, ковыряя кусок пирога.       — Через неделю, — сообщает женщина, — я понимаю, что вы не особо рады этому, но там правда очень много людей, которые нуждаются в помощи, — она вяло улыбается и гладит племянника по руке, — я буду звонить вам. Все будет в порядке.       Питер хмурится. Конечно, он понимает, что работа Мэй очень важна, но он много раз видел в новостях что творится в Заковии. Страна действительно была довольно бедная, с кучей внутренних конфликтов, и поэтому парень переживал за свою тетю.