Дядя Брок все разрулит.

      — Куда мы едем? — нетерпеливо спросил Питер примерно через полчаса пути.       — Скоро узнаешь, — спокойно ответил Барнс, — обещаю, тебе это понравится.       Их первая неделя без Мэй подошла к концу и в целом, троица отлично справлялась. Баки выкупил зал и сейчас там был небольшой косметический ремонт, но занятия некоторых секций все же продолжалось. Брок работал в ФБР, и сейчас находился в небольшой городке Ньютон, близ Бостона, на одном из заданий. Питер же жил уже ставшей привычной жизнью с тренировками и патрулями, а еще кучей домашки и уроков.       Питер отметил, что они ехали где-то по окраине Бруклина и сам он тут никогда не был. Он вообще редко ездил куда-то, кроме Кунс и Мидтауна, где находилась школа. Патрули проходили строго на территории его района. Так что местность за окном была для парня незнакомой и он с интересом рассматривал дома, гадая о том, зачем отец везет его сюда.       Наконец, Барнс остановился около ничем не примечательного дома с черной крышей. Здание выглядело запущенным. Окна были заколочены, а лужайка заросла сорняками. Пока что, вопросов у Питера было больше, чем ответов и это немного напрягало его.       — Что это за место? — интересуется Питер, вслед за отцом, покинув машину.       — В этом доме, Пит, — он обнял парня за плечи, — прошло мое детство. В общем, Брок покопался в городском архиве и узнал, что тут никто не жил в шестидесятых. В моей семье было четверо детей, но так вышло, что брат и отец погибли на войне, мать во время родов, а сестры от болезней, толком не успев пожить, — от этой истории Питеру становится не по себе, — и тогда Рамлоу помог договориться с мэром о покупке этого здания. Здесь нужно только сделать ремонт и все, мы сможем жить тут все вместе. Дом крепкий, фундамент прочный, и места на всех хватит.       Питер осмотрелся еще раз. Здание действительно выглядело большим. В округе стояло еще несколько таких домов и все они явно были жилыми. Около них стояли машины и на газонах были разные садовые предметы.       — А школа? — Паркер отлично понимал, что отсюда добираться до школы еще дольше, чем от их старого дома. Конечно, всегда был школьный автобус и он забирал учеников со всех частей города.       — Ну пока ты не можешь получить права, я буду возить тебя или сможешь брать такси, если будет нужно, — сказал Барнс, — а как станешь старше — сможешь получить права и мы с Броком организуем тебе машину.       Они осторожно поднялись по ступенькам и оказались в запущенной прихожей, которая была покрыта слоем грязи. Мебель, если это можно было таковой назвать, была сломана и валялась то тут, то там. От обоев ничего не осталось, а на второй этаж вела лестница, которая не внушала доверия, так что они не рискнули ей воспользоваться. Барнс отлично понимал, что работы тут много, но они с Рамлоу были готовы привести этот дом в порядок и постараются успеть до приезда Мэй, чтобы сделать ей сюрприз.       — Знаешь, а я же могу после школы помогать вам тут, ну с ремонтом, — говорит Питер и отец улыбается. Дом ему действительно нравится, да и тогда у Мэй не будет причин отказать племяннику в собаке, которую тот просил еще с детства.       — Завтра приедут строители, чтобы решить во сколько обойдется работа и закупка материалов, — сообщает Баки, — они сделают основную часть, а уже покраску, обои и мебель мы возьмем на себя.       — Тут правда круто, — Питер прошел в просторную гостиную, думая о том, как это здание выглядело в те годы, когда его отец был маленьким и они со Стивом Роджерсом гуляли по этим улицам. Из историй отца Пит знал, что будущий Капитан Америка часто становился мальчиком для биться у местных хулиганов, и что Баки часто отбивал друга.       — Мэй пока не слова, — просит Барнс, — хотим сделать для нее сюрприз.       — Конечно, — обещает парень, — я уверен, что ей это понравится, — тетя уже несколько раз говорила о том, что хочет переехать в свой дом и устала от этого муравейника.       Они проводят в доме еще немного времени, чтобы оценить масштаб работы, и Питеру безумно нравится небольшая мансарда на первом этаже, которая примыкает к гостиной. Если тут поменять окна и положить на пол хорошую плитку, тот тут будет уютно и можно будет заниматься в окружении цветов или просто пить чай.       — Ладно, у тебя наверняка много уроков, — Баки обнимает сына, — так что поедем домой.       — А можно будет завести собаку, когда мы переедем сюда? — Питер решает начать с отца. Они садятся в машину и подросток с надеждой смотрит на Баки.       — Конечно, — соглашается тот, — знаешь, когда я был… ну, наверное, как ты… у меня тоже была собака. Такая… коричневая, да, ну каштановая. Мы… мы не то, чтобы ее заводили, ну просто она прибилась и мама иногда подкармливала его, а Лорд… ну он разумеется был не против такого расклада, да и мы к нему быстро привязались. Хороший был пес, — воспоминания еще были неуверенными и порой плавали, но почему-то именно собаку он помнил хорошо, — и как-то… как-то он защитил Стива от хулиганов, рычал на них и лаял, пока я не добрался до места. Знаешь, Стив… он обожал Лорда, хотя собака была крупная…. ну как овчарка, что ли.       Баки редко, что рассказывал сыну о своем прошлом, так как довоенных воспоминаний было не так много, да и приходили они вот так, внезапно, а про тот кошмар, что был на войне и после него. говорить не хотелось. Пару раз он коротко рассказал ту историю, которая была в каждом учебнике по истории, когда Стив в одиночку спас кучу людей из плена. Среди них был и Баки.       — А Стив… у него были… ну животные? — интересуется Питер.       — Нет, — коротко отвечает Баки, — как ты скорее всего знаешь, его родители погибли во время войны, так что у Стива с ней были личные счеты. Он хотел оказаться на фронте.       — А ты? — Паркер смотрит на своего отца, который потирает переносицу.       — Я… я не знаю, тогда многие уходили воевать, — ответил отец, так как этого практически не помнил, — меня легко взяли, так как я был довольно крепким и занимался боксом. Со здоровьем у меня проблем тоже никогда не было, чего не скажешь о Стиве, — Барнс смеется, — когда он чихал, я боялся, что тот развалится. Он был очень хилым, но хорошим и преданным другом. Знаешь, мы с ним прошли огромный путь… и я, я рад, что сейчас он жив.       Питер молча уставился перед собой. Он не хотел расспрашивать отца о подробностях их службы, так как знал, что тот не любит этого.       — Кстати, как у тебя дела в школе? — интересуется Барнс.       — Нормально, — пожимает плечами Питер, — ты же знаешь, что стараюсь хорошо учиться.       — Да, конечно.