Император и женщина-рыцарь

Молодой император Люциус Первый сидел в своей палатке. Вместо отдыха, он читал захваченные военные документы. Они уже не имели большого значения, поэтому император просто просматривал их, пока взгляд не зацепился за знакомое имя. «Это…» Это был отчет с того дня, когда Паулиана потеряла должность командира взвода. Ее начальство, скорее всего, не поверило в ее предупреждение, но, поскольку она говорила во время официальной встречи, все было записано. В документе Люциус Первый ясно увидел свое собственное имя. «Паулиана Крэнбелл… Пол Крэнбелл… Значит, это она. Хм ... » Люциус склонил голову и пробормотал: «Чем больше я думаю, тем сильнее разочаровываюсь в том, что она оказалась девушкой… Такой талант». Паулиана не знала, но она произвела на императора неизгладимое впечатление. Он был уверен, что его атака увенчается безоговорочным успехом. Но когда рыцарь и группа солдат сбежали от его людей, Люциус был в шоке. Император послал своих людей за ними, но группе под руководством того рыцаря раз за разом удавалось избежать поимки, что также впечатляло. И когда, наконец, того рыцаря схватили, Люциус быстро понял, что это было сделано нарочно. Рыцарь явно сдался по доброй воле, чтобы спасти своих людей, чем искренне поразил императора. По крайней мере до тех пор, пока Люциус не разглядел в рыцаре женщину. Женщина-рыцарь. Рыцарь. Это просто нелепо. «Даже так… Это все равно была такая трата». Люциус Первый обыскал документы и нашел все, где стояло имя Паулианы Крэнбелл. Ее предложения, отчеты и записи о тактике. Чем больше император читал, тем больше он хотел ее в свою команду. Физически она была средним фехтовальщиком, но это было ожидаемо. В конце концов она женщина. Внимание Люциуса Первого Паулиана привлекла как стратег и военачальник. Она умела читать и анализировать карты, а также использовать географию в своих интересах. Это был выдающийся талант. Судя по отчетам, у нее были значительные военные достижения, но ей дали только должность командира взвода. Как оказалось, даже это низкое звание отобрали у нее всего несколько дней назад. Причина очевидна - она была женщиной. Ирония в том, что она потеряла свое положение потому, что правильно предсказала вторжение Акрии. Люциус тихонько рассмеялся. «Какой смысл допускать существование подобного рыцаря, если они не собирались использовать такой талант? Идиоты». «Женщина-рыцарь… Хмм…» - думал Люциус Первый. Было стыдно терять такой подарок, как Паулиана Крэнбелл. Если бы она родилась мужчиной, она сделала бы себе имя. Фактически, ей бы оказали честь стать его подчиненным сегодня. Люциус хотел ее. Он хотел рыцаря, способного перехитрить его людей. Император хотел, чтобы она была в его команде. У Люциуса Первого были большие мечты и амбиции. Ему были нужны выдающиеся таланты. Императору было все равно, откуда они пришли. Люциус очень хорошо знал, что для успеха жизненно необходимы любые таланты, которые он встретит, даже если они не из его страны. И сегодня он нашел рыцаря, о котором искренне мечтал, но это была женщина. Рыцарь. «Девушка… Девочка… Девушка…» В Акрии зимы были суровыми и долгими, еды всегда не хватало. Женщины редко покидали дома, поскольку они должны были готовить еду и заботиться о детях, в то время как мужчины брали на себя все остальное. Люциус Первый не мог понять законов Эхаса, позволяющих женщинам становиться рыцарями. Вдобавок ко всему, женщины также могли наследовать фамилию, статус и богатство. Это была такая абсурдная идея. Женщины наивны и слабы, поэтому они должны оставаться дома и растить детей. В этом мире, безусловно, было много мудрых женщин, но они встречались редко и всегда имели очень высокое происхождение. В Акрии женщина получала уважение и почет, только выходя замуж за высокопоставленного мужчину или родив успешного сына. Все старшие получали уважение, но когда женщина становилась старой и более не могла иметь детей, ее переставали считать женщиной. Люциус Первый задумался. Женщина. Рыцарь. Талант. Женщина. Рыцарь. Талант. Женщина. Рыцарь. Талант. Женщина и рыцарь. Что ж, уже поздно. Он приказал убить ее два часа назад, так что Паулиана Крэнбелл, скорее всего, уже должна была умереть. «Может, мне не стоило ее убивать». Император был очень суеверным северянином. Он был раздражен и расстроен, а звуки за пределами его палатки лишь усугубляли его настроение. Люциус не выдержал и крикнул: «Что там творится!» «Ваше Величество… Дело в том…!» Друг и подданный Люциуса Первого, сэр Айно выглядел встревоженным, что сбивало с толку. Сэр Айно был решительным человеком. Его редко можно было увидеть обеспокоенным или колеблющимся. Шум становился громче, и когда терпение Люциуса Первого лопнуло, он вышел на улицу. Император слышал крики своих людей, поэтому сначала ему показалось, что база атакована. Но, подойдя ближе, Люциус подумал, что он, возможно, ошибся. «Что здесь происходит?» - спросил император раздраженным тоном. «Эта девушка сопротивляется и закатывает сцену». «Сопротивляется?» Услышав неожиданную новость, Люциус Первый посмотрел на часы. Он читал документы последние 3 часа, так как она может быть еще жива? Он думал, что женщина умрет в течение первого получаса после его приказа, но она все еще жила. И снова она удивила Люциуса. Император был недоволен. Его люди не могут справиться с обычной девушкой, связанной веревкой? Насколько же они бесполезны и бестолковы? У Люциуса были большие планы на свою страну, и все же его людям было трудно справиться с одной девушкой. Это нехорошо. Совсем не хорошо. Император подошел к месту драки. Подходя ближе, он увидел как вокруг собирается все больше и больше солдат. «Эта девочка сопротивляется так сильно, что моральный дух наших мужчин быстро падает», - объяснил Люциусу один из его подчиненных. - «Такими темпами она умрет девственницей, а ее призрак начнет преследовать нас. Ваше Величество, отдайте нам еще один приказ». «Какой в этом смысл, если эти солдаты не могут совладать даже с одной девушкой?» - ответил сердито император. «Приносим свои извинения, Ваше Величество, но эта сука такая свирепая». Он был великодушен, когда приказал красивому мужчине лишить ее девственности перед смертью. Но именно такая благодарность ждала Люциуса за его великодушие. Если бы на нее напало сразу несколько мужчин, они смогли бы ее подчинить. Но по какой-то причине, солдаты так не поступили. Люциус Первый жестом приказал уступить ему дорогу. Когда он подошел к месту происшествия, он увидел нечто шокирующее. Почти лысая и обнаженная женщина яростно сражалась с пятью его солдатами на земле. Каждый раз, когда кто-то приближался к ней, она его либо пинала, либо кусала, чтобы сбежать. Она использовала зубы и ногти, подобно животному, чтобы стать свободной. Люциус Первый понял, что имел в виду рыцарь, когда говорил о потери боевого духа среди солдат. Ни один из его подчиненных никогда раньше не подвергался нападению женщины. Когда девушка избила их, они почувствовали себя униженными, что не могло не шокировать. Она не была необычно сильна, но зато Паулиана была обученным рыцарем. Люциус Первый прочитал о том, что она провела на войне более 6 лет. Каждый ее шаг был расчетливым и отчаянным. «Стоп». Даже после приказа императора бой закончился не сразу. Шесть человек сражались с Паулианой и проигрывали. Шлеп! Паулиана ударила одного солдата в челюсть. Хлоп! Другой человек получил удар в пах. Удар! Паулиана почти успела проткнуть мужчине глаз. Если бы она метила немного правее, этот солдат уже потерял бы зрение. «ОСТАНОВИТЕСЬ ПРЯМО СЕЙЧАС!», - крикнул сэр Рэбби, и, наконец, все замерли. Пострадавшие упали на землю, но Паулиана Крэнбелл осталась стоять. Она выглядела ужасно. Ее лицо опухло и сильно кровоточило. Тело было залито кровью, грязью и всем, что находилось на земле. Паулиана была почти голой, но не пряталась от стыда, пытаясь прикрыть срам. Она дрожала, ей было трудно стоять. У Паулианы была сломана рука. Она постоянно падала на землю, но снова и снова поднималась. «Пожалуйста, убей меня», - потребовала она, глядя императору в глаза. Она выплюнула изо рта сгусток крови и кусок плоти. Она была почти полностью обнаженной. Даже ее грудь была видна, но женщина не отводила взгляда от Люциуса Первого. Впервые император почувствовал недовольство и дискомфорт от вида обнаженной женщины. Люциус все решил для себя именно в этот миг. Он знал, что ему нужно сделать. «Очень впечатляюще». Люциус сказал ровно то, что действительно имел в виду.