Император и женщина-рыцарь

С тех пор Паулиана практически не видела Донау. Она пыталась найти возможность отомстить Донау, но это было нелегко. Парень был коварен, он сбегал каждый раз, когда она оказывалась поблизости. Сначала Паулиана думала, что он умен и удачлив, но вскоре поняла, что каждый раз попадает в его ловушки. У Донау было меньше военного опыта, чем у Паулианы, но он знал армию Акрии намного лучше, чем она. Донау отлично знал пути и графики каждого солдата, и он использовал эти знания в своих интересах, чтобы посмеяться над ней. Единственный пробел в его тактике побега заключался в том, что он не может сбежать от нее на кухне, когда он готовит. Донау все еще работал поваром, а это значило, что по крайней мере за час до обеда и ужина он должен был быть на кухне. Паулиана использовала этот момент в своих интересах. Готовя, Донау не может с ней драться. Если они поссорятся и что-то случится с едой, у него будут проблемы. Так что в это время именно Паулиана пыталась затеять с ним драку. Пока Донау работал, Паулиана бродила по кухне. Она знала, что он ненавидит ее присутствие, и поэтому она делала это нарочно. Паулиана также пробовала его еду, пока он готовит, или съедала несколько кусочков овощей сразу после нарезки. Солдаты думали, что она просто голодна, и Донау не может открыто пожаловаться на то, что она делает, поскольку Паулиана не делала ничего плохого. Донау быстро стал чрезвычайно раздраженным, особенно когда Паулиана критиковала его готовку. «Маленький мальчик, твой суп слишком соленый». «Иди утопись, сука». Паулиана улыбнулась, и Донау тоже улыбался. Издалека казалось, что они мило беседуют. «Если бы не ты, сука, меня бы уже посвятили в рыцари». «Я вижу, что ты трус, который любит обвинять других в своей некомпетентности». «Это не моя вина! Все мои друзья уже стали рыцарями!» Главная причина, почему Донау ненавидел Паулиану, заключалась не в том, что она была женщиной. Каждый год выдавалось ограниченное количество рыцарских званий. Донау все еще ждал своего часа. Большинство его друзей уже посвятили в рыцари, но Донау считал, что он был лучшим из них. Он злился на то, что все еще был простым личным помощником. Донау был уверен, что добьется успеха в этом году. Так и должно было быть, ведь всех остальных помощников его возраста уже посвятили в рыцари. Остался только он и мальчики помладше. Его посвящение должно было быть в этом году, но на его место пришла Паулиана. После ее посвящения в рыцари император объявил, что больше не собирается никого посвящать в течение следующих трех месяцев. Во всем была виновата Паулиана. «Это смешно. Его Величество не посвятил тебя в рыцари, потому что знал, какой ты негодяй», - ответила Паулиана. «Ты все испортила, сука!» Донау ударил по горшку черпаком, который держал в руке, и повсюду разлетелись небольшие кусочки тушеного мяса. Паулиана нахмурилась и забрала у него черпак. Она хотела ударить его им, но с трудом сдержалась. Затем в комнату внезапно ворвалась собака. Когда Паулиана предложила собаке свою миску с тушеным мясом ее приготовления, та понюхала его, несколько раз лизнула и сбежала. «…» «Хахаха! Даже собака не хочет твою стряпню, сука! Даже собаки такое не едят!», - Донау злобно смеялся над ней, но Паулиана игнорировала его. Она взяла еще одну миску и съела ее. Философия Паулианы заключалась в том, что еду нельзя винить за ее вкус. Хотя сейчас армия не вела активных боевых действий, Паулиане нужно было заполнить еще несколько отчетов. После долгого дня, когда она смогла, наконец, позволить себе отдых, Паулиана вышла из палатки и пошла прогуляться ночью. Когда она была помладше, в эхасской армии частенько бывали случаи попыток ее изнасилования мужчинами во время этих ночных прогулок. Каждый раз, когда подобное случалось, Паулиана сопротивлялась и сбегала. Она не была талантливым борцом, но зато была настойчивой и упорной. Она не была сильной, но опыт рыцаря сделал ее хитрой. Каждый, кто был настолько уверен в себе и своих силах, что решал использовать ее как женщину, получал от Паулианы весьма болезненный урок.* В акрийской армии, где военное законодательство соблюдалось строго, такие ситуации никогда не возникали. Мужчины заботились о своих нуждах, но никого не насиловали. В эхасской армии начальство всегда говорило мужчинам и ей самой не жаловаться ни на что, будь то изнасилование, совершенное сэром Батре, или на любую другую несправедливость. Паулиану не нужно было предупреждать, она даже не думала жаловаться изначально. Даже когда у нее были месячные, она не мечтала о спокойствии. По крайней мере, к счастью, ее менструация была не слишком частым гостем. Но когда менструация у нее была, это был ужас. Паулиане не было больно, но она часто злилась и раздражалась. Она становилась жестче и грубее, а во время сражений лучше убивала противников. Причиной ее ночных прогулок было снятие стресса. Паулиана подошла к ближайшему дереву и стала бить его голыми руками. Патрульный поблизости заметил ее и, покачивая головой, ушел. Он явно подумал, что женщина сошла с ума. Внезапно Паулиана почувствовала приближающихся к ней людей. Она перестала избивать бедное дерево и, обернувшись, обнаружила, что несколько мужчин в шоке смотрят на нее. Одним из них был сэр Айно. Сэр Айно никогда не покидал императора. Где бы ни был сэр Айно, это означало только одно - Люциус Первый был где-то поблизости. «Сэр Паулиана Винтер приветствует Ваше Величество», - Паулиана мгновенно вспотела, когда обратилась к императору. «О, привет. Я не уверен в том, что вы сейчас делали, но удачи вам». Люциус Первый без интереса взглянул на нее и продолжил идти мимо. Паулиана стиснула зубы. Очевидно, что она ему неинтересна. Скорее всего, причина в том, что она выглядела крайне глупо. Ей некого было винить, только себя. Сэр Айно с отвращением посмотрел на нее и последовал за императором. Люди позади них несли кабана. Акрийские мужчины были отличными охотниками, поэтому, хотя у них не было недостатка в еде или припасах, они часто охотились ради развлечения. Сэр Бауфалло не одобрял эти охотничьи экспедиции. Технически это не было незаконной практикой на военной базе, но поскольку первый сержант не одобрял это, солдаты воздерживались от охоты. Люциус был пойман на охоте. Но опять же, он был императором. Паулиана почувствовала себя неловко. Рыцари тоже выглядели несколько смущенно из-за того, что их поймал помощник сэра Бауфалло. Люциус Первый попытался побыстрее уйти, но остановился, как будто что-то вспомнил. Он снова повернулся к Паулиане и спросил: «Я слышал, что вы, сэр Паулиана, недавно были причастны к отравлению солдат. Это правда?» «Еда не была отравлена!» Паулиана была счастлива, что император проявил к ней интерес, но она не хотела, чтобы ее император знал об этом. Паулиана встала перед ним на колени. Она не добавляла яда в это рагу. Все ингредиенты были съедобными. Она не сжигала горшок и не засыпала в него земли. Фактически, она ела приготовленное ей тушеное мясо три раза в день уже три дня. Другие мужчины видели, как она ест, и не могли поверить в это. Они назвали ее сумасшедшей сучкой без вкусовых рецепторов. Сука, которая, вероятно, могла бы пережить отравление. «Без разницы». Паулиане было все равно. Все, чего она хотела, - съесть свое рагу как можно скорее, чтобы начать есть еду Донау. Он будет готовить всего неделю, поэтому ей нужно как можно скорее доесть тушеное мясо. Затем Люциус Первый сказал: «Я тоже хотел бы попробовать твое тушеное мясо, чтобы узнать, какое оно на вкус». «Нет, Ваше Величество. Вы не должны». Один из рыцарей в его группе серьезно покачал головой. Он заявил, что был одним из немногих, кто его попробовал. Рыцарь выглядел таким расстроенным, что Люциус Первый рассмеялся. «Все было так плохо? Ну, тогда я не буду. Я дам вам этого кабана, сэр Паулиана, так что позаботьтесь о том, чтобы все мужчины получили свою долю». Судя по всему, Люциус Первый поймал в тот день двух кабанов. Одного император отдал Паулиане, так что стало понятно, что таким образом он просит ее сказать сэру Бауфалло о его охотничьей вылазке. Поляна с благодарностью поклонилась, и мужчины бросили перед ней одну из туш животных.