Оригинальный сериал Netflix

      Кто из вас в студенческие годы не находил проблем на пятую точку в виде влюбленности в того, с кем вам совершенно не по пути? Ну, знаете, то самое чувство, граничащее с помешательством: когда дыхание учащается, пока ты ловишь его мимолетный взгляд в кафетерии, когда он сидит на залитом солнцем университетском дворе, а у тебя ноги подкашиваются от одного только вида. По законам жанра объект твоего воздыхания — заносчивый засранец из богатой семьи, капитан футбольной команды, на шею к которому постоянно вешается какая-нибудь не менее популярная блондинка в вызывающей одежде, не вписывающейся в рамки университетского дресс-кода.       Очередное клише.       Не буду даже отрицать, но, к сожалению, частично я тоже являюсь героиней этой подростковой комедии от Netflix.       Начнем по порядку. Меня зовут Агата Харрис, мне 19 лет, и я с гордостью ношу звание студентки Университета Восточного Лондона. В отличие от большинства местных, что являются отпрысками лондонских бизнесменов и знаменитостей, свое место здесь мне пришлось зарабатывать ценой лучших лет моей жизни. Я не была наследницей многомиллионного бизнеса, мои родители умерли, когда я была совсем маленькой и с тех пор моим опекуном является моя тётя Аннет. У нас прекрасные отношения, хоть иногда она и пытается строить из себя строгого родителя, посылая мне тысячу сообщений, если я не вернулась до захода солнца или домой меня подвёз кто-нибудь из друзей.       В выпускном классе, пока мои одноклассники устраивали безумные вечеринки, я проводила вечера в своей комнате, с головой зарывшись в ворох учебных материалов. Повторюсь: у меня не было богатых родителей и связей, которые помогли бы мне проложить дорогу в светлое будущее, поэтому рассчитывать приходилось только на собственные силы.       В один из обычных учебных дней меня пригласили в кабинет директора, и я понятия не имела, что за дубовой дверью меня ожидает то, что изменит мою жизнь навсегда. По дороге я заламывала пальцы, размышляя о том, какой разговор может произойти в этих стенах. Я не имела проблем с опозданиями, не ввязывалась в проблемы и не прогуливала, потому была редким посетителем этого кабинета.       Да, могло казаться, что я — затравленная зубрилка, которую все ненавидят за излишнюю любовь к учебе, но в реальности же всё было по-другому: у меня была довольно активная социальная жизнь, которая практически никогда не мешала моей успеваемости.       Уже в кабинете директор старшей школы, мистер Вуд, подозвал меня к своему рабочему столу и без долгих вступительных речей вручил мне несколько листов, на которых было распечатано письмо, пришедшее на электронный адрес школы сутками ранее. Взгляд заскользил по ровным печатным строчкам и, чем больше я вникала в прочитанное, тем сильнее билось мое сердце. В письме было сказано, что Университет Восточного Лондона впечатлен моей успеваемостью и приглашает меня на собеседование сразу после выпускных экзаменов. От нахлынувших эмоций мне захотелось крепко обнять стоявшего передо мной мужчину, но я ограничилась лишь улыбкой и сдержанной благодарностью: — Не могу поверить! Спасибо, что сообщили, мистер Вуд. — Университеты такого уровня редко сами приглашают будущих студентов на собеседование. Подойдите к этому с умом, мисс Харрис. Вы способная девушка, — добродушно улыбнулся директор, — и я верю в вас. — Обещаю сделать все, что в моих силах, — мои губы дрогнули в полуулыбке.

***

      Именно по этой причине то лето прошло для меня в пределах моей небольшой комнаты. Я ежедневно готовилась ко вступительным тестам и позднее мне удалось произвести хорошее впечатление на приемную комиссию. Уже в конце августа мой упакованный чемодан ожидал отправления у входной двери дома Аннет. — Агата! Обещай, что будешь звонить каждый день и не променяешь учебу на эти ужасные студенческие вечеринки, — тетушка быстро сморгнула наворачивающиеся на глаза слёзы. — Аннет, — я беззлобно закатила глаза, приобняв её, — общежитие всего лишь в часе езды отсюда, ты не успеешь даже соскучиться. — Знаю, милая, но мне будет так тебя не хватать. — она глубоко вздохнула, проведя ладонями по моим плечам, — Итак, хватит болтать, Университет Восточного Лондона уже ждёт свою лучшую студентку!

***

      Моей соседкой по комнате оказалась миниатюрная брюнетка русско-китайского происхождения по имени Ева Скай, которая, как и я, оказалась первокурсницей. От неё исходила сумасшедшая энергия и она никогда не лезла за словом в карман, потому нам потребовалось некоторое на то, чтобы притереться друг к другу. Я не привыкла делить комнату с соседями и по началу она казалась мне до безобразия шумной и не способной уважать чужие границы. Скай громко слушала музыку, забывала свои вещи на моей кровати и, выходя из комнаты, никогда не закрывала дверь до конца, но в конечном итоге я перестала заострять на этом внимание и сделала первый шаг к сближению. Девушка без колебаний сделала движение навстречу и, как только мы узнали друг друга получше, наши отношения сильно улучшились и в самом начале моей новой жизни у меня появилась первая подруга.       От Евы я узнала, что ее бойфренд Сэм Макото учится здесь на факультете права. Соседка жутко любила рассказывать о нем, поэтому вскоре я была в курсе того, что Сэм вместе с семьей переехал из Японии в Англию, когда ему было всего три года. Его отец является одним из самых успешных адвокатов по семейным делам во всей Великобритании, соответственно, от единственного сына он всегда требовал такого же трудолюбия и стремления к успеху. Макото-младший и сам был совсем не против пойти по стопам отца, поэтому, как и мы с Евой, подходил к учебе с особой серьезностью. В этом году он перешел на третий курс и сразу после учебы планировал получить стажировку в одной из крупнейших адвокатских фирм Европы. При одном лишь взгляде на Сэма можно было легко представить его в дорогом костюме с кожаным дипломатом в руках, потому не было сомнений в том, что ему удастся получить заветный диплом с отличием и достичь того, о чем он мечтает.

***

      Уверена, можно легко выкинуть из повествования первые несколько скучных месяцев первого семестра. Дни пролетали один за одним, лекций становилось все больше, а экзамены неумолимо приближались.       Однажды после занятий мы с Евой и ещё парой наших приятелей как обычно занимали большой стол в читальном зале кампуса, когда массивная дверь библиотеки вдруг распахнулась и в момент, когда небольшая компания второкурсников предстала перед нашим взглядом, я увидела его. Александра Нильсена собственной персоной.       Да, мы и раньше встречались в кафетерии и на общих собраниях, но моим главным упущением все это время было то, что я вечно куда-то спешила и ни разу не задержала на нем взгляд. Сегодня же я позволила себе немного поразглядывать стильного красавца, о котором вздыхала добрая половина девушек с моего курса.       Определенно, Нильсен обладал всем тем, на что обычно засматриваются молодые девушки: похожие на льдинки голубые глаза, идеально ровный нос без намёка на горбинку и слегка вздернутый в хитрой ухмылке уголок губ. Чем больше я смотрела на него, тем сильнее ощущала, как мои щёки покрываются румянцем свекольного цвета. В реальность я вернулась лишь тогда, когда почувствовала, как Ева больно пихнула меня локтем в бок и прошипела: — Харрис, прекращай пялиться, ты же сейчас дыру в нем просверлишь. — Я просто задумалась. Что в этом такого? — Ага, – хмыкнула подруга, —только запомни, что Нильсен страшный бабник. Ты убедишься в этом на рождественской вечеринке у Эйдана, когда на шее Александра будет висеть пара наших однокурсниц, а потом он уединится с одной из них. — Какая мне разница, что он из себя представляет и с кем спит? — я неуверенно повела плечами, – В любом случае, Ева, давай сменим тему. Он сам может решить, как проводить свое время.       Достаточно было короткого взгляда на подругу, чтобы увидеть, что она сияет, как начищенная монета. Я действительно не успела ничего нафантазировать у себя в голове, но где-то в глубине души понимала, что мне не хотелось бы отводить взгляд. После того, как Нильсен и его друзья скрылись из вида за высокими стеллажами, мой мозг и глаза решительно отказывались концентрироваться на тексте учебника.       Да что с тобой, Агата?! Помни, что экзамены – единственная вещь, которая может волновать тебя сейчас.

***

      Наша первая встреча с загадочным красавцем произошла на той самой рождественской вечеринке Эйдана Локвуда, третьекурсника и по совместительству капитана университетской баскетбольной команды. Вечеринки, которые он устраивал, действительно походили на те, что показывают в подростковых кино: красные пластиковые стаканчики, громкая музыка, куча алкоголя и парочки, занимающие все свободные помещения. Основной свет в гостиной был выключен, и только неоновые лампы сияли притягательным синим светом, придавая тусовке особой атмосферы. Из колонок раздавалась ритмичная музыка, заставляя подвыпивших молодых людей покачиваться в такт.       Вместе с Евой и Сэмом я занимала один из небольших диванов, стоявших по периметру гостиной. Будучи первокурсницей, пришедшей без пары, я ощущала себя немного неуютно, в отличие от подруги, которая устроилась в объятиях бойфренда, потягивая водку с соком из пластикового стаканчика. Когда я запрокинула голову назад, чтобы сделать глоток импровизированного коктейля, чья-то рука похлопала меня по плечу. Нетвердо стоящий на ногах незнакомец протянул мне дымящийся косяк, на что моя рука непроизвольно поднялась в воздух в жесте, означающий явный отказ.       Курить травку я пробовала лишь однажды, в компании приятелей в предпоследнем классе. Моя школьная подруга Сара убедила меня, что уже после первой затяжки напряжение уйдет и станет хорошо, но все, что мне дала многообещающая самокрутка – это ужасная паническая атака, длившаяся по меньшей мере два часа.       Вместо того, чтобы расслабляться, Саре пришлось увести меня в одну из комнат на втором этаже дома, в котором мы собирались, и все это время держать меня за руку. Тогда мне казалось, что душа отделилась от моего тела и я как будто смотрю на свое дрожащее тело со стороны. Когда действие наркотика наконец прекратилось, я попросила вызвать мне такси и по возвращении домой сил мне хватило лишь на то, чтобы нырнуть в свою постель, где я провела следующие 13 часов моей жизни. После этого в моей голове прочно засела мысль, что отныне я предпочитаю лишь выпивку.       Кстати, о ней. Весь алкоголь на вечеринке у Эйдана был расположен на кухне и каждый раз, чтобы наполнить стакан, нужно было расталкивать локтями довольно плотную толпу, прокладывая себе путь. Мы с Евой и Сэмом как раз прикончили очередную порцию «Отвертки», и я с неожиданным для себя энтузиазмом вызвалась взять нам добавки. Пробираясь к кухне, я невольно ловила себя на мысли, что алкоголь наконец начал оказывать свой головокружительный эффект и я чувствовала себя гораздо комфортнее, чем когда только переступила порог этого дома.       Найти стол с выпивкой в помещении, освещенном лишь синим светом неоновых ламп, не составило огромного труда. Я дотрагивалась кончиком пальца до многочисленных сосудов, слегка наклоняя их, чтобы понять, чего же мне хочется.       Пиво, джин, газировка…       Пока мой затуманенный взгляд был сосредоточен на содержимом бара, спиной я ощущала присутствие другого человека, который пока был вне поля моего зрения. Наконец, бутылка с водкой была найдена и, издав громкое победное «Ха!», я обернулась и прищурилась, чтобы получше разглядеть подошедшего.       Вновь перед самым моим носом стоял Александр, мать его, Нильсен. Один, без висящей на шее блондинки, лишь с пустым стаканчиком в руке. Даже одетый в простую белую футболку, голубую рубашку и темные джинсы, он выглядел так, словно вот-вот сошел с обложки журнала, а его фирменная ухмылочка заставила пол под моими ногами пошатнуться.       Попытка сделать движение в сторону с треском провалилась, я споткнулась о собственную обувь и чуть было не встретилась лицом с каменной плиткой, которой была выложена кухня, но Александр успел схватить меня под локоть, оставляя мою физиономию в целости и сохранности. — Эй, эй, — он улыбнулся, — иногда люди рады моему появлению, но не стоит падать передо мной на колени. Достаточно сказать «привет».       Готова поклясться, мои пунцовые щеки в сочетании с синим освещением выглядели довольно жутко, но как еще мое тело могло отреагировать на то, что сам Нильсен не дал моим зубам рассыпаться после встречи с напольным покрытием. — Прости, я, — слова застревали в горле и из моего рта доносилось лишь невнятное бормотание, — извини. Это вышло случайно. — Почему ты извиняешься? Все в порядке. Ты Астрид, верно? — Агата...Агата Харрис. Учусь на первом курсе.       Зачем я рассказываю ему то, о чем он не спрашивал? Какая же ты дура, Астрид, Агата, или как там тебя?!       Одна часть меня жаждала того, чтобы шатен не выпускал мой локоть из своей хватки, а другая просто умоляла поскорее убежать, чтобы ни секунды больше не плавиться под заинтересованным взглядом голубых глаз. Несколько секунд мы так и продолжали стоять, пока он не разжал свою руку на моем предплечии. Из моих губ было вырвался разочарованный вздох, но Александр вдруг растянул губы в широкой улыбке и протянув для рукопожатия другую руку, произнес: — Александр Нильсен. — я неуверенно обхватила его широкую ладонь своей, — Видел тебя пару раз в библиотеке. И очень рад знакомству. — И я…тоже рада знакомству.       Подойдя чуть ближе, чтобы наконец налить себе виски, он слегка повернул корпус в моем направлении, разглядывая содержимое моего стакана. — Значит, водка с соком, — эта фраза заставила меня тут же уставиться на свой коктейль. — Скажи, какой факультет ты выбрала? — Информационные технологии. Криптография. А ты?       Конечно же ответ был мне известен. Его знал абсолютно каждый в нашем университете, но я не могла сообщить ему это прямо в лицо. — Честно сказать, родители до конца жизни хотят видеть меня сидящим в зале суда в туго затянутом галстуке, — шатен грустно усмехнулся, – так что, факультет права, стало быть. — Мне кажется или это не то, чем ты на самом деле хотел бы заниматься?       Прежде, чем ответить, Александр завел руки назад и уперся на ладони, прижимаясь спиной к краю мраморной столешницы. Удивительно, мы официально знакомы всего каких-то пять минут, но, находясь рядом, я чувствую себя так, словно дружу с ним уже целую вечность. Его поведение ни капли не соответствует слухам, не раз доходившим до меня, в нём нет ни капли высокомерия, которое присуще тем, кто обычно вращается в его кругах. — Это довольно сносный вариант, но, если честно, больше всего на свете я хотел бы заниматься проектированием яхт, или может даже кораблей.       Алкогольные пары, под воздействием которых все еще находилось мое тело, заставили меня сначала присвистнуть от удивления, а потом произнести глупейшую фразу на Земле: — И ты никогда не пытался двинуться по направлению к своей мечте? Просто согласился с родителями?       Александр беззлобно рассмеялся, и, медленно оттолкнувшись от кухонного островка, пригладил рукой слегка растрепавшиеся каштановые волосы. Сократив и без того малое расстояние между нами, но по-прежнему не нарушая допустимых границ, он с мягкой улыбкой ну губах произнес: — Ты очень интересная девушка, Агата Харрис.