Гиперактивный псих

      Тёмный лес, холодный ветер обдувает лица людей, оккупировавших тело на земле, они соорудили кружок, чтобы не подпускать прохладу, которая так жадно хотела успокоить происходившие агонии внутри юноши, но его друзьям это знать необязательно, ведь так? Может, они и могут унять эту боль, но хочет ли сам парень понимать, что то, что сейчас с ним происходит, почувствуют его близкие. Его не волнует мысль о том, что он умирает, единственное, что сейчас беспокоит ум, так это мысль о том, что отец явно будет расстроен из-за потери ещё одного члена семьи, но Стайлз надеется, что Скотт вместе с Мелиссой не бросят его отца наедине с алкоголем. Желание Стилински только одно по отношению к папе, ему будет легче, если тот не будет винить себя в его гибели.       Ему плевать на боль, она может и причиняет вред его психике, которая так хочет уйти вместе с разумом в сон, ведь это защита, его тело и организм согласны с друг другом, они хотят спокойствия для восстановления сил, но у него есть время, и терять его сын шерифа не намерен. Стремление увидеть друга, чтобы попрощаться и просто попросить о том, чтобы тот тоже не сильно горевал из-за произошедшего, но слёзы предательски выступают на глазах, веки заселялись пеленой, что расплывалось всё то, что юноша хотел увидеть перед тем, что неизбежно сейчас.       — Стайлз! — кто-то кричит прямо над ухом парня, он слышит, абстрагируется тот, кто пытается взывать к нему, близкому человеку, а его руки, как кокон, оплетают плечи, дополняя своим теплом, стараясь согреть тело, из которого медленно уходит жизнь.       — Кхм, — судорожные выдохи с хрипами слышались из последних сил выталкивающихся лёгких, глаза медленно размыкаются, солёные капли скатываются по щеке, попадая на губы и рот, но это не волнует его, он знает, что чьи-то тёплые ладони убирают эти дорожки грусти и печали со скул, нацеливаясь ликвидировать их ещё когда те выходят за грани век. — Тео.       — Стайлз, молчи, пожалуйста, Маккол скоро придёт. Пожалуйста, просто, помалкивай, не говори и не отключайся, прошу, Стайлз, — держа чуть на весу тело друга, произносит оборотень, он дрожит, ему страшно, охватывает ужас и холод со стороны спины. Боязнь остаться снова одиноким слишком пугает его, но если мысль об уходе Стайлза он пережить сможет, то его смерть он не выдержит, это слишком тяжело. Его голос под конец сказанного дрожит, предаёт, он ведь так сильно хочет казаться спокойным, ему нельзя показывать слабость и безвыходность ситуации, но, кажется, Стилински сам понимает, что того, что сейчас происходит, не изменить, и еле улыбается, по крайней мере, он пытается чуть поднять уголки своих губ.       — Стайлз, держись, не засыпай, тебе нельзя этого делать, — чуть порыкивая, грозится бывший альфа, но младший Хейл и сам понимает, что этот паренёк никогда его не боялся, а вышедший им рык его вовсе не образумит, не то что в чувство приведёт, его рука сама по себе тянется к виску юноши, убирая вываливающиеся на молодое лицо небрежные тёмно-каштановые волоски.       — Стилински, ты так и не узнал мой возраст и не узнал, где находится моё подземное логово, — проговаривает Питер, он думает, ему сложно придумать подбадривающую речь, в голову не лезло ни одного слова или связного предложения, его надеждой были лишь те давние споры с этим мальчишкой. Может, всё-таки этот паренёк сможет вспомнить и хоть на некоторое время вернётся сюда. Стайлз же умный, точно вспомнит и ещё припомнит в будущем, так должно быть, ведь если его не станет, то кто будет огрызаться с ним? С кем он будет спорить и вступать в перепалки словесные, смешные и с данным им обоим сарказмом.       — Стайлз, он не может тебе помочь, почему?! — восклицая рядом, начинал беситься один из «стаи» Стилински, парень явно не чувствует присутствия второго хозяина, если Наги можно было так назвать, и это смущает его. Этот дух ведь не мог просто взять и бросить это тело? Ведь не мог, да? Это всё, что сейчас имеет вес в голове Бена.       — Всё в порядке, правда, — тихо простонал пострадавший. Наверное, он сейчас был по-настоящему благодарен тому, что оборотни имеют свои преимущества, ему не придётся быть громче и стараться сжечь ещё больше сил, чем у него есть на самом деле.

***

      — Малия, быстрее, если не можешь быстрее в этой форме, то давай обратимся, — на бегу говорил лидер стаи, ветер и сукна деревьев он виртуозно оббегал, не задевал, сейчас не до этого.       — К чёрту! — кричит от безысходности девушка и, пав на сухие листья, начинает превращаться в койота, кости громко хрустят и слышатся болезненные стоны от волчицы, но сейчас это единственный выход в такой ситуации.       Юноша явно не стал пренебрегать тем же действенным способом быстрой пробежки до их друга. Преобразовавшись в свою более звериную форму с бакенбардами и когтями, его девушка была более продвинута в этом деле или возможно, что вся её жизнь в теле животного быстро присваивала себе свою форму, особенно при обоюдном желании внутреннего зверя и человека. Зверь, не мельтешась, бежал на данный им зов, нюх располагал к принятию ноток боли, но не того, кого они искали, а её близких и их сопровождающих. Внутреннего человека начала настигать мысль о том, что они могли опоздать, и она рванула что есть мочи, чуть не стирая себе лапы, но в данный момент приоритетом был он, их друг, её первая любовь и просто Стайлз.       Скотт, как только перешёл в свою полную оборотническую форму (бета версию, если её так называют) сразу же ринулся за запахом друга, сейчас он был явственный и не скрытый, но его настораживало лишь одно — чувство слежки, чего-то такого, будто то, что происходит сейчас с ними — вовсе неслучайность или недосказанность друга, что-то подсказывало Макколу, что это спланированный план и то, что теперь Скотт потеряет одного из своих главных игроков.

***

      Проскальзывающие мимолётом пейзажи лесов, деревьев и простой природы делали эффект спокойствия, если бы только не звонок шерифа или той же Мелиссы, ответили бы их сыновья, но те не смогли ответить. Теперь, в машине скорой помощи, волнение, казалось, восприняло более твёрдое состояние, отчего то можно было резать ножом, да чем только под руку попадётся.       — Они не отвечают? — сделав обеспокоенный голос, произнёс Рейн.       — Нет, — в унисон произнесли оба родителя.       — Тогда стоит позвонить Лидии? Я слышал, что теперь она его девушка. Может, она знает? — вопросил Белтли, оборачиваясь к окну, в котором, казалось, начали мелькать какие-то огоньки и только юноша понимал, что скоро всё изменится. Ни Скоти, Мартин или та же стая не смогут этого изменить, уже поздно, скоро он погибнет и всё встанет на свои законные места.       «Нормализуется баланс».