Выпивкой ничего не решить

— Тебе надо отдохнуть, — приказал он Забини, прежде чем встать и решительно направиться к камину. — Ты идешь, Грейнджер? — спросил он. Вряд ли стоит возвращаться в Мэнор — у меня нет хороших воспоминаний об этом месте. Я на секунду закрыла глаза, собираясь с духом, прежде чем подойти к Малфою. — Ладно, пойдем. Я приподняла бровь, когда он раскрыл мне объятия, но подчинилась… Было приятно и странно успокаивающе стоять в его руках — учитывая, кому принадлежали эти руки, можно было подумать, что меня это беспокоит. Каждый раз, когда я прикасалась к нему, меня поражало, что слизеринцы могут быть теплыми — говоря с ними, создавалось впечатление, что они сделаны изо льда, или мрамора, или чего-то еще холодного и бесчувственного. Малфой бросил летучий порох в камин, и мы отправились дальше. Каким-то чудом мы приземлились на ноги. Я была готова отойти от Малфоя, но он не отпустил. — Грейнджер, можно тебя кое о чем спросить? — произнес он серьезным голосом, я и не подозревала, что он на такое способен, — больше всего мне знакомы его насмешливые и саркастические интонации. Я немного откинулась назад, чтобы заглянуть ему в глаза, но приблизила наши лица настолько, что носы почти соприкоснулись. — Давай, — только и смогла выдавить я и даже не потрудилась указать на то, что он уже это сделал, — я была почти уверена, что это не тот вопрос, который он задал бы, если б мог. И очень надеялась, что он скоро скажет то, что собирался, или я окосею из-за того, что буду смотреть на него с такого близкого расстояния. Его губы внезапно столкнулись с моими так яростно, что я отшатнулась на несколько шагов, ударившись спиной о стену. Казалось, Малфою было все равно, и в данный момент я тоже не могла заставить себя об этом беспокоиться. Я обвила руками его шею, когда он сильнее прижал меня к стене, возобновляя поцелуй. Я вздрогнула, когда он прикусил мою нижнюю губу, — не очень приятные ощущения, но в тот момент мне было все равно. Я оттолкнула его и прикусила губу в ответ — то, чего никогда бы не сделала с Роном. Я покончила с милотой: Рон был милым, и посмотрите, куда это меня привело. Я покончила с хорошим: оно привело к тому, что люди через тебя переступали. Малфой отстранился, он выглядел испуганным и немного встревоженным. И все же это тоже был не тот вопрос, который он собирался задать. Я поднесла руки к раскрасневшимся щекам и посмотрела на него, вероятно, более испуганная, чем он. Моей первой реакцией было бы бегство: одно дело Пожиратели смерти, а эмоции — совсем другое. Но я оказалась в ловушке между ним и стеной. — Эм-м… Малфой? — произнесла я нерешительно, надеясь, что мне не придется просить его отпустить меня, это было бы слишком неловко. Это означало, что я не только останусь поблизости, когда его накроет своеобразный личностный кризис, но и приму в нем очень… активное участие. Я предположила, что он наконец осознал, что сделал, а также то, что мы находимся в поместье — месте, где им были изучены большинство идей о превосходстве чистокровных. Вероятно, это не помогало всем изменениям, которые в настоящее время происходили в его голове. — Драко! — выдохнул кто-то. Это помогло ему выйти из оцепенения. Он резко развернулся и быстро пересек комнату, чтобы обнять мать. Я завороженно наблюдала за ними. Они проявляли нежность, это выглядело странно. — Тебе не следует здесь находиться. Министерство может в любую секунду устроить рейд! — предупредила Нарцисса. — Они снова устраивают обыски? — сердито спросил Драко. — Они ищут тебя. Кто-то крайне расстроен твоим исчезновением. — Я уйду, как только ты расскажешь, что сделала с портключом, — пообещал Драко. Нарцисса взглянула на дверь, прежде чем ответить. Она выглядела так, словно ожидала, что в любую секунду появятся авроры и обыщут дом. — Мне нужен был кто-то, чтобы вытащить тебя, но портключи строго регламентированы Министерством, так что позволяют только одному человеку войти и тому же человеку выйти через определенное время. Гермиона, остававшаяся незамеченной, кивала в такт тому, что говорила Нарцисса, — та была совершенно права. — Я знала, что не смогу вытащить тебя. Нужен был кто-то с безупречной репутацией, и я слышала о некой героине войны, которая поднималась в Министерстве, она была бы идеальной для этого плана. Поэтому я попросила Поттера подписать для меня форму, чтобы посетить тебя, а затем применила к нему Обливиэйт — ты же знаешь, как я искусна в заклинаниях памяти. Тогда мне оставалось только дождаться, пока Грейнджер выйдет из дома, и последовать за ней. Я подкупила бармена в той дыре, куда она пришла, чтобы он подсунул ей портключ — какой-то маггловский фантик от конфет. Я прикрыла глаза и тихо вздохнула от досады… Я нашла обертку от жвачки в доме Забини и выбросила ее; я уничтожила единственное доказательство причастности Нарциссы и единственное доказательство моей невиновности во всей этой катастрофе. Откуда-то из глубины дома донесся очень громкий скрежет. Нарцисса отпустила Драко и в отчаянии посмотрела на дверь. — Они здесь! Быстро, используй камин! Она кивнула в сторону камина и, казалось, впервые заметила меня — действительно ли я настолько незаметная, или она просто очень сосредоточилась на сыне? — Мисс Грейнджер, берегите его для меня, — сказала она, прежде чем открыть дверь и выйти из комнаты. Я посмотрела на Малфоя, который словно избегал моего взгляда; интересно, это потому, что его мать только что попросила меня присмотреть за ним, или из-за… эпизода, который состоялся прямо перед тем, как она вошла в комнату. — Куда мы отправимся? — спросила я его. — Не знаю, Грейнджер, неужели я должен думать обо всем? — рявкнул он на меня. Я нахмурилась: то, что у него проблемы, не значит, что он должен быть резок со мной. Ладно. Если он собирается так себя вести, то не будет иметь никакого права голоса в том, куда мы отправимся. Я быстро ломала голову в поисках безопасных мест, где бы мы могли спрятаться. И тут меня осенило: это последнее место, где нас будут искать. — Ты идешь, Малфой? — окликнула я, бросая летучий порох в огонь. Он хмуро посмотрел на меня, но подошел сзади и обнял меня за талию. Я шагнула в огонь и назвала нашу цель.