Выпивкой ничего не решить

— У тебя было предчувствие? — недоверчиво спросила я. Из всех возможных направлений он выбрал то, которое приведет нас к чему-то полезному? Сомнительно. — Ладно, — сказал он, заметив мой скептический взгляд. — Я бывал здесь раньше, когда был младше, это коттедж, в котором жил дед Грега до своей смерти. Как-то раз мы провели здесь лето, просто сначала не узнал этот район, прошли годы. — Значит… Эта собственность принадлежит семье Гойл? — Он кивнул. В этом было все меньше и меньше смысла. Я обернулась, проверяя, нет ли никого вокруг — мало ли, мы ведь посреди неизвестности, — и, заглянув в окошко на двери, убедилась, что за ней никого нет, бросила Алохомора и зашла. Вытащив палочку, Малфой последовал за мной внутрь. Здесь было пыльно — очевидно, что здесь давно никто не бывал. — Зачем Паркинсон понадобилось посылать нас сюда? — спросила я вслух, расстроенная; не люблю чего-то не знать. — Кто знает, что творится в ее крошечном тщеславном умишке. — Я недоверчиво подняла бровь. — Что? — спросил он, защищаясь. — Ты жалуешься, что кто-то слишком тщеславен? — Нет ничего плохого в том, чтобы ценить красивую внешность, но даже мне известно о границах. — Границах, которые мне еще предстояло увидеть, но я не собиралась затевать спор, когда мы почти поладили. — Как думаешь, камин подключен к системе? — спросила я, найдя на каминной полке маленький горшочек с летучим порохом. — Наверное, брось туда порох. Если огонь позеленеет, значит, все работает. — Я нахмурилась: конечно, я это знаю. Палочкой разожгла огонь и остановилась — к кому я могу отправиться с Малфоем? Это должен быть кто-то, кому я полностью доверяю; но прятки у того, кому доверяю, не помогут мне получить ответы. — Куда отправимся? — спросила я. — К Блейзу, — тут же ответил он. Блейз Забини, второй помощник министра; местонахождение во время войны неизвестно, живет в Лондоне. Он был одним из тех, кого подозревали в исчезновении средств в Министерстве. Впрочем, я промолчала: может быть, если Забини решит, что я ничего не знаю о происходящем, то скажет что-нибудь и выдаст себя. — Ты первый, — предложила я, передавая летучий порох. Малфой подозрительно на меня посмотрел. — Мы пойдем вместе. Не хочу, чтобы ты думала, что можешь бежать к своему драгоценному Поттеру и арестовать меня, — сказал он, обхватив за талию, и, крепко держа, бросил порох в огонь. Его близость должна была вызвать у меня отвращение, но оказалась довольно приятной. И совершенно необходимой: если я вообще уйду, то могу поскользнуться и оказаться в каком-нибудь неизвестном, опасном камине — именно этим я и оправдывалась, а не тем, что, возможно, направляюсь к неизвестному, опасному камину. — Драко! — взвизгнул кто-то, стоило нам вывалиться из камина. — Все ищут… Это Грейнджер? — недоверчиво спросил голос, когда мы встали, стряхивая лишнюю сажу с одежды. Я почувствовала что-то смятое в заднем кармане, вытащила обертку от жвачки. Как давно это там находится? Жвачка выглядела так, будто несколько раз проходила через стирку, так что я предположила, что долго. — Да, да, это она. Долгая история… — сказал Малфой Блейзу, отвлекая мое внимание от мусора. Я бросила его в камин и посмотрела на Забини. — Ты выбрал ужасное время, чтобы появиться, я буквально завален бумагами, — сказал он Малфою, указывая на оригами-уток и лягушек, плавающих среди бумажных бычков на волнах бумаги, которые текли по столу; камин, из которого мы вышли, находился в его кабинете. Я приподняла брови. Наверное, внутри его головы происходит много интересного — но ведь он дружит с Малфоем. Малфой, казалось, привык к такого рода странностям, поэтому я притворилась, что меня ничего не смущает. — Министр Шеклболт был в бешенстве из-за пропавших денег; они должны были пойти на сбор средств для детей тех, кто погиб во время войны. Хоть война давно закончилась, но они не перестали быть сиротами. Потом твой побег, Грейнджер пропала, Уизли взорвал машину какого-то маггла, а Поттер настаивает, что не заполнял форму для согласования портключа, когда у меня есть все документы и свидетель того, что он это сделал! Ты хоть представляешь, сколько бумажной работы из этого вытекает! Бедный Блейз, я понятия не имела, что он так много работает. Я всегда считала, что помощникам министра легко отвечать на совиные вопросы и время от времени заполнять бланки. — А ты не можешь попросить Перси помочь со всем этим? — спросила я. Перси являлся еще одним помощником министра; можно было предположить, что он помогает коллеге с некоторой нагрузкой. Именно Перси предупредил меня об исчезновении средств, у него был дар, когда дело касалось бумажной работы, — не тот подарок, который я хотела бы, но, похоже, в его случае это отлично срабатывало. Я думала, что он захочет присутствовать на каждом этапе расследования, находиться прямо посреди всех бюрократических действий. — Этот мерзавец взял отпуск, и никто не смог до него достучаться! — Забини все больше и больше нервничал по мере того, как рассказывал о своей работе; я сделала мысленную заметку поговорить об этом с Кингсли при следующей встрече. Малфой рвал бумагу, чтобы накормить оригами-уток, но подошел к Блейзу и усадил его на диван, когда услышал нарастающую истерику в его голосе. — Блейз, ты должен успокоиться, или я заставлю тебя выпить зелье сна без сновидений. Не смотри на меня так, я знаю, что у тебя где-то есть. Когда ты в последний раз спал? — сурово спросил он. Я с интересом наблюдала за происходящим — Малфой был по-своему добр, и это выглядело… сюрреалистично. Забини сделал несколько глубоких вдохов, в то время как Малфой вышел из комнаты и вернулся с маленькой бутылочкой в руке. Он молча бросил ее Блейзу, тот выпил все одним глотком и сразу же расслабился — должно быть, это был Умиротворяющий бальзам. — А теперь мы можем нормально поговорить? — спросил его Малфой. Забини кивнул. — Спасибо, приятель, мне это было нужно. А теперь расскажи, как ты нашел Грейнджер, — произнес он приказным тоном. — Вроде как это она меня нашла, появилась в моем доме вчера вечером после того, как увидела Гойла и Пэнси в баре. Пэнси сунула ей портключ, который был настроен на прикосновение нас обоих. Он доставил нас в летний коттедж Грега, — объяснил Малфой. Я была отчасти рада, что он не счел нужным рассказать своему другу, насколько я была пьяна. Забини посмотрел на нас, потом подошел к столу и сорвал несколько тростников. — Формы, которые Поттер не помнит, были согласованием портключа на твой остров, Драко. Об этом просила твоя мать, думаю, надо расспросить ее. — Он развернул бумаги и передал Малфою, тот внимательно их прочитал. Закончив, он протянул их мне. Формы были заполнены почерком Гарри, и подпись внизу страницы определенно принадлежала ему. Такие каракули трудно воспроизвести, и чернила он использует особенные — красные с золотыми крапинками (как он настаивает, это не имеет никакого отношения к его гриффиндорскому прошлому, но никто ему не верит). — Почерк точно Гарри, — подтвердила я. — Моего отца все еще нет в городе? — спросил Малфой, явно опасаясь столкнуться с человеком, который сыграл большую роль в его необоснованном заключении. — Да. Твоя мать сказала, что его не будет до следующей недели. Малфой вздохнул и мрачно кивнул. — Думаю, мне пора нанести визит домой, — сказал он с решимостью.