Отряд Пожирателей

Утро Джинни началось спокойно, в отличии от ранее упомянутых друзей: она проснулась от того, что по ее плечу тонким кривым пальцем стучал домовик в хороших одеждах, если их можно было таковыми назвать. Продрав глаза, девушка сонно оглянулась: засыпала она в совершенно другой комнате. Эта выглядела немного хуже, чем предыдущая, но тем не менее обстановка была весьма уютная, пахло свежими цветами. На прикроватном стуле девушка обнаружила очень аккуратную стопку с какой-то одеждой, сама же она спала в пижаме, которая явно ей не принадлежала. Уизли поднялась на кровати, зевая и сонно почесывая голову. - Лорд Нотт ожидает вас в обеденном зале и просит не опаздывать, - домовик поклонился, чуть ли не коснувшись лбом пола, и торопливо удалился. Джинни подумала, что все это похоже на сюр, но при этом - деваться ей было некуда. Рыжая была далеко не глупа, и понимала, что если не соблюдать правила, правила начнут соблюдать ее. Однако, она также не могла и стать другой версией себя, поэтому священный душ занял у нее около часа. Эка невидаль - воды много, очереди нет, стучащих за дверью раздраженных братьев нет, как тут не замочить ножки до бабушкиной кожицы на пальцах? Когда она все-таки соизволила выйти и переодеться - домовик появился вновь, учтиво напоминая ей, что она опоздала к столу. Джинни хмыкнула: чутье подсказывало ей, что словесными издевательствами за опоздание она не отделается. На завтрак, пусть и с задержкой, спустилась девушка, облаченная в строгий, практически школьный наряд: юбка в клетку, естественно темно-зеленая, белая рубашка и серый джемпер. Лорд Нотт с сыном уже находились за обеденным столом, но к еде не приступали. Их лица были полны негодования, и когда Джинни показалась в зале, оба одновременно повернула головы в ее сторону, а домовик попытался слиться с ковром.. - Мисс Уизли, настойчиво прошу Вас больше не опаздывать, тем более когда Вас ожидают, - голос Теренса был холоден и груб, левая бровь слегка подрагивала. Теодор же наоборот, проникся и выглядел теперь развеселенным. Он смотрел на Джинни будто бы с издевкой, ухмыляясь так, чтоб отец этого не заметил, но девушка видела четко. - Извините, - буркнула Уизли, присаживаясь за стол напротив Теодора. Юноша находился по правую руку от отца, который занимал главное место. Вся троица спокойно приступила к завтраку. - Итак, Вы носите звание “предатель крови”. Почему Вы так этим гордитесь? - буднично поинтересовался Лорд Нотт, элегантно препарируя яйцо Пашот. Джинни от такого вопроса же подавилась воздухом, так и не успев ничего положить в рот. - Ну, эээ… Как бы… - Не мямлите, - рявкнул Теренс, нервно сжав вилку, однако успокоил он себя уже через секунду. Теодор прокашлялся, скрывая смешок в кулаке. Ему самому, однако, пришлось выпрямить спину от грозного секундного взгляда родителя. - Не сказала бы, что я гордо ношу этот статус, мистер Нотт, - тихо ответила Уизли, выпрямляя спину и нервно дергая край юбки. - Неужели? - мужчина выжидающе смотрел, позволяя девушке продолжить фразу. - Ну... - сжавшись от строгого взгляда, Джинни все-таки собралась, - Мой отец очень гордится этим, мама и Рон тоже, а мнение других я толком не знаю. Самой мне не нравится, все-таки я - чистокровная волшебница, а отношение ко мне будто к грязнокровке. Джинни поджала губы, исподлобья посмотрев на своего вынужденного учителя. Кажется, Лорд Нотт остался доволен ответом, краешек его губ поплыл вверх. Если бы ее семья слышала ее слова - линчевали бы и подали вместо тушки птицы на обед. Следующие минуты завтрака прошли в тишине, до того момента, пока вилки и ложки не коснулись стола. Домовик, до этого стоявший в сторонке, быстро и почти незаметно смел посуду со стола, пока Теренс задумчиво наблюдал за притихшей Джинни. - Мы с вами займемся светской этикой, - будничным тоном сообщил Лорд Нотт, - Занятия начнутся в двенадцать часов и каждый день этой недели мы будем заниматься минимум по шесть часов. Теодор покажет вам, где кабинет. Когда Нотт-старший удалился из обеденной залы, Джинни откинулась на спинку сидения. прикрыв глаза руками. С другой стороны стола послышался смешок. - Ты просто очаровательная дура, - Теодор с любопытством разглядывал девушку, не стесняясь, словно перед ним сидела не выскочка из Гриффиндуры, а девушка с обложки “Ведьминых шалостей”. Этот журнал Тео, кстати, прятал под подушкой и берег как зеницу ока. - А ты дебил, зенки свои спрятал, пялиться будешь на своего дружочка в душе, - буркнула Джинни и гордо встала из-за стола. Нотт-младший, не ожидавший такой наглости, аж подавился воздухом, но мерзкая девчонка уже уходила восвояси. Однако, стоило отметить, что дерзость ее ему даже… понравилась?

***

Во время разговора в светском обществе необходимо выбирать максимально нейтральные темы: погода, искусство, новости. Не стоит пытаться вывести малознакомого человека на какой-то менее скучный диалог, - Нотт-старший расхаживал туда-сюда по своему кабинету с указкой, не забывая периодически смотреть, пишет ли его новоявленная ученица то, что он диктует, - Мисс Уизли, соберитесь, вы не на уроке магической истории. Спать нельзя! Джинни, с ногой на ногу под столом, сгорбившись в три погибели, пыталась делать вид, что записывает так называемую лекцию, однако ей было безумно скучно. Еще немного, и она начала бы биться головой об стол, лишь бы эта нудятина прекратилась. Необходимо избегать лишней театральности в своих жестах: не махать руками, проще говоря, - Теренс многозначно поднял палец вверх, слегка приподняв голову, - например, вот этот жест в приличном обществе был бы неуместен. Джинни многозначительно кивнула, благодаря чему ударилась об стол лбом. Тихо ойкнув, она прижала ко лбу ладонь. - Мисс Уизли, - Нотт-старший заметно вскипел, - Вы говорите, что хотели бы иметь статус чистокровной волшебницы, так? Чтобы вас уважали за чистоту крови, так? Джинни нервно кивнула, не понимая, к чему этот странный дядька клонит. - В таком случае, я даже не предполагаю, почему вы таким наглым образом игнорируете мою лекцию. Чистокровная волшебница обязана быть культурной, начитанной, скромной… - Теренс перечислял, загибая пальцы, - Леди! Чистокровная волшебница - это леди, и девочек учат этому с пеленок! - Но я… - Джинни попыталась возразить. - Никаких но! В вас скрыт потенциал чистокровной волшебницы, который вы хотели бы показать, так сцепите свои мелкие зубы и занимайтесь! Возможно, из вас даже выйдет толк, - Нотт-старший повел бровью. Джинни вздохнула, не найдя, что сказать в ответ. Действительно, с самого детства ей хотелось быть такой же, как эти девочки “с обложек” светских журналов, выпуски которых сова иногда по ошибке доставляла в их дом. Иногда она находила в материнском шкафу старые платья, красивые до безумия, размеров на 6 меньше, чем их владелица - и разгуливала в них по комнате, притворяясь принцессой на балу. Уизли задумалась… Всю следующую неделю девушка прилежно занималась. Все лекции, практические занятия: поведение за столом, танцы, светские беседы - все было ею сдано учителю на отлично. Каждый раз она видела в себе ту девочку, которая хотела быть принцессой, и каждый раз это двигало ею. Она должна была показать себя такой, она ХОТЕЛА показать себя такой. Вечерами в свободное от учебы время она читала газету на летней веранде, чтобы знать последние новости магического мира. Погода в эти дни стояла замечательная: на небе не наблюдалось ни тучки, температура была максимально комфортной, легкий ветерок нежно ласкал ее голые плечи, которые бессовестно открывал ее летний выходной сарафан (один из подарков Теренса). Джинни действительно нравилось проводить так вечера, не часто ей удавалось оказаться в тишине и спокойствии, учитывая, что она была младшим ребенком в многодетной семье. Роза среди кактусов. Впервые в жизни ей дали быть этой розой, почувствовать себя особенной, даже несмотря на то, что мать носилась с ней как с писанной торбой. У мамы не получилось сделать из нее леди. Как можно сделать леди из девочки, окруженной оравой бесноватых пацанов? Иногда Уизли поднимала глаза в небо, к звездам, куда не добирался свет настольной масляной лампы, и просто смотрела вверх, чувствуя покой и… счастье? Первые пару дней Теодор Нотт подглядывал за ее действиями со стороны. Будучи такой противной днем, даже несмотря на ее попытки стать “Первой леди на мэноре”, вечером она была какой-то волшебной. Ее спокойные движения, задумчивые взгляды - завораживали. На третий день, вооружившись такой же газетой, Нотт-младший гордо, но тихо примостился на соседнее кресло, не глядя на свою потенциальную собеседницу. Вечер прошел в тишине. На следующий вечер они коротко обменивались мыслями по поводу новостей, а еще через два дня уже мило обсуждали все события, которые обозревал через желтоватые страницы магический вестник. А вездесущий Уолден Макнейр, успевший в конце недели заглянуть и в Нотт-мэнор, подглядывал за парочкой из кустов, и не мог не отметить химию, появившуюся между ними в те скучные для него вечера… Сам же он, кстати, бессовестно жрал малину с куста, не обращая внимания на сопение домовика, который эту малину, собственно, и выращивал.

***

Гермионе с локацией повезло куда меньше, чем предыдущим ее товарищам. Проснулась она в тесной и мрачной маленькой комнатке, на узкой кровати. Постельное белье, словно паутина, окутывала ее тело - также неприятно и тяжело. Ей не стоило усилий догадаться, где она находилась - комната была похожа на Снейпа, скорее всего (она предполагала) - весь дом был похож на Снейпа, возможно, больше чем сам Северус сам на себя. Вздохнув от накатившей безысходности, девушка поднялась с кровати: проснулась она в той же одежде, в которой засыпала, это не могло не радовать. Значит, первое - ее никто не трогал, второе - в доме вряд-ли были домовики. Наспех умывшись в соседствующей с комнатой ванной и переодевшись в свою привычную одежду, Гермиона спустилась с тесного второго этажа (который представлял из себя две маленькие комнаты и общую ванну), и практически сразу попала в гостиную. Темная, с ветхими обоями, сверху донизу заставленная старыми стеллажами с огромным количеством книг, с парой старых кресел в центре и небольшой лампой на столике между ними, освещающей только маленькое пространство рядом с этими креслами. В одном из них, положив ногу на ногу, сидел Северус Снейп, листал утренние новости и попивал крепкий кофе из чашки, блюдце которой располагалось на столике под лампой. - Я думала вы богаче, - Гермиона сама не ожидала, что ляпнет что-то подобное.. В груди сжимался комок, называющийся "Дискомфорт". Она не понимала, в чем подвох, но он, разумеется был. -Я думал, вы умнее, - парировал Снейп, практически не изменив положение тела в кресле. Его черные глаза сузились, тонкой полоской выглядывая из-за верхушки газеты. -Простите, - коротко бросила Грейнджер, немного тушуясь взгляда: увидеть его в классе на уроке было куда более комфортно, чем в интимной обстановке профессорского жилища. - Думаю, мне плевать на ваши извинения, - пожал плечами Северус, сворачивая газету, - Мы с вами странным образом оказались на одной площади, вынужденные прожить неделю и выучить что-то новое, чему я могу научить вас. Дам вам возможность выбрать: зелья или темные искусства. - Зелья, - коротко подумав, ответила Гермиона, - Подождите. Вы - пожиратель смерти? - Очевидно, иначе вы бы не попали в данную ситуацию. - Но, как вы могли? - Гермиона была обескуражена новостью и не могла сосредоточиться на какой-то одной мысли в своей голове. - Моя жизнь вас не касается и обсуждать я с вами ее, соответственно, не собираюсь. Вы здесь за тем, чтобы учиться, как бы этого не хотелось ни мне, ни вам, - Северус нервно дернул бровью, - Ровно через час я буду ожидать вас в этой комнате. Пока что вы можете приготовить себе завтрак, кухня справа от этой комнаты. К вашему сожалению, домовиков у меня нет. - К моему счастью. Я все еще борюсь за права домашних эльфов. - Успешно? - Снейп хмыкнул с нескрываемым удовольствием. - Вполне, - Гермиона насупилась, вскинула голову и гордо удалилась готовить себе еду.

***

Занятия этой пары проходили не более скучно (и весело тоже), чем уроки в школе. Гермиона готовилась к занятиям каждый день, словно предугадывая, чем профессор займет ее в этот раз. Каждый день они проходили не менее пяти новых зелий, от простых к сложным. Снейп испытывал двоякие чувства к девчонке: с одной стороны, она восхищала его своими знаниями, подготовленностью и смелостью. С другой стороны, раздражала его до скрежета зубов. Какой же она невыносимой всезнайкой была, есть и, видимо, планирует быть! Здесь мы добавим сушеных лапок лягушки, буквально пол унции, подождем пятнадцать минут, и вуаля - все готово! - Гермиона положила руки на стол, победно постучав короткими аккуратными ноготками по древнему, повидавшему виды, столу. Это был четвертый день их занятий, и они сварили практически все, что только можно было сварить за короткий промежуток времени. - Знаете, мисс Грейнджер, не буду скрывать, я весьма удивлен, - Снейп не хотел этого говорить, но, очевидно, сейчас ему было незачем держать это в себе - в помещении все равно не было никого, кроме их двоих, - Вы действительно очень умная и старательная волшебница. Возможно, вы достигните высот… - Гермиона поперхнулась, не ожидая такой лестной оценки своих способностей. - Однако, - Северус ядовито ухмыльнулся, - Только если вы перестанете кичиться своими мозгами налево и направо. И бегать за Поттером хвостиком, как за местным божком. - А вы… А вы! - Грейнджер задохнулась, выбирая формулировку, - А вы-ы-ы-ы… - Не стесняйтесь в выражениях, это становится любопытным, - хмыкнул профессор, пока девушка глотала воздух. - А вы - конченный ублюдок с садистскими наклонностями и сальными патлами! - наконец-то разродилась Грейнджер, и тут же замолчала, прикрыв рот ладонями. Вслух она такое даже при друзьях про него не говорила. Северус смотрел на нее с нескрываемым любопытством и насмешкой во всем своем виде. Сколько же сил этой несносной девчонке стоило произнести все эти любезности и даже не икнуть. На секунду Грейнджер приподнялась в его глазах, но всего-лишь на секунду, пока взгляд ее не упал в котел. Там медленно, но верно доваривалось нужное для оценки знаний снадобье, однако Северус уже знал, что оценка будет не меньше, чем “Превосходно”. - Что-ж, после такого восхитительного обмена любезностями, предлагаю оставить попытки научить вас чему-то полезному, и начать учить вас совсем не полезному. - Простите? - Гермиона, недоумевая, смотрела на учителя, быстро пытаясь сообразить, сошел ли он уже с ума окончательно, или у нее есть время сбежать. - Прощаю, - коротко пожал плечами Снейп, закрывая готовое снадобье крышкой, в хозяйстве любое зелье пригодится, - А теперь собирайтесь. Прогуляю вас по местным увеселительным заведениям. Посмотрим, насколько вы дерзкая на самом деле. Гермиона хрюкнула и стушевалась. Учить материал вместе со Снейпом, жить в одном доме со Снейпом, завтракать на тесной старой кухне со Снейпом.. ко всему этому она уже смогла привыкнуть за такой короткий промежуток времени. А вот к тому, что профессор Зелий способен на эдакие выходки - она еще не могла себе представить. - М-мне шестн-надцать… - пискнула Гермиона, не удосужившись сообщить, что всего через пару месяцев в сентябре переступит порог совершеннолетия. - Я в тех заведениях с двенадцати лет, только чтобы ссоры матери с отцом не видеть, - пожал плечами Снейп, не удосужившись уточнить, что проходил он туда тайком в холодную погоду банально чтобы не мерзнуть, - Но если вы трусите, можете запереться на ближайшие три дня в своей спальне, пока что мне нечему вас научить больше. Грейнджер вспыхнула, как спичка, и пошла переодеваться во что-то менее домашнее. Она собиралась этот вызов принять. Снейп задумчиво смотрел ей вслед, пытаясь понять, кого же эта несносная гриффиндорка ему напоминает, силился, но не мог. Этот и последующие вечера “Профессор-и-студентка-по-неволе” провели в: не очень приятном баре; старом мрачном кинотеатре; не внушающем доверя пабе; ужасном на вид и вкус блюд кафе, и Гермиона Грейнджер все эти дни почему-то чувствовала себя более свободной, чем когда-либо. Они ничего не учили, общались на будничные темы, несмотря на то, что данные злачные места не располагали к приятным беседам. Северус выпивал, немного, чтобы не напугать девчонку, но по другому не мог - эти места не давали никаких приятных воспоминаний. Гермиона же держалась от того, чтобы впервые попробовать выпивку, поэтому перебивалась с воды на лимонад. Было странно, что ей не было страшно рядом со старым грязным пьяным профессором. Наоборот, казалось, что если кто-то вдруг захочет к ней пристать, он защитит ее. В эти дни она, кажется, не выучила ни одного важного урока: все-таки, страшный злой профессор не делал ничего важного, он просто пил, они просто разговаривали, периодически плюясь ядом друг в друга. Хотя нет, один важный урок все-таки был. Не обязательно все время зарываться с носом в одну лишь учебу. Можно ли это было назвать уроком? Определенно. Был ли он полезным? Кристаллически нет. Тот же урок, кстати, выучил и Макнейр. Эта всепроникающая задница сидел за барной стойкой наимерзотнейшего заведения “У Олли” в бедном квартале Коукворта, по чистой случайности одновременно с профессором и заучкой, и заливал свое горе маггловской водкой не самого лучшего происхождения. Кажется, его рот по кругу был окрашен чем-то красноватым, что придавало напитку более приятный вкус…