МИФическая любовь

— Сосредоточься. Не волнуйся. Почувствуй энергию, проходящую сквозь тебя. Направь ее поток на свечу. Ну же, Скив! Свеча не загорелась. Снова. Скив расстроился. Танда задумалась. После того, как Ааз потерял терпение и пошел выпить, она решила, что займется обучением юного пентюха сама. Скив был милым, симпатичным и неискушенным. Танда действительно желала ему добра. Но с каждой минутой все больше и больше понимала Ааза. Хороший глоток джина сейчас не помешал бы… — Прости, — сказал Скив убитым голосом. Он выглядел абсолютно несчастным. Если гнев Ааза его просто пугал, то недовольство Танды расстраивало до глубины души. «И неудивительно. — Троллина окинула ученика быстрым взглядом. — Кого он в своей глуши видел, кроме Гаркина и косуль? Наверняка все мысли только об одном…». И тут ее осенила идея. Скив удивленно поднял голову, когда Танда положила руки ему на плечи. — Послушай. — Ее улыбка была очаровательна, как у девола, пытающегося загнать покупателю просроченный товар. — Сейчас мы попробуем совершенно новый способ обучения. Доверься мне и… В общем, доверься. Скив кивнул. Как разговаривать, он, похоже, временно забыл. Руки Танды обладали совершенно гипнотическим действием на представителей многих рас. Как и голос. И взгляд. И… — Энергия магии разлита вокруг нас. — Ладони Танды покинули плечи Скива, с чувством скользнули по шее и оказались в волосах. — Расслабься и впусти ее. Она оседлала колени Скива и дернула завязки рубашки. Ворот разошелся. Танда облизнулась и приникла губами к непривычно нежной коже. Ей приходилось иметь дело с деволами, силурианцами, троллями, извергами и еще десятком-другим иномирцев, но с пентюхами она раньше не сталкивалась. Большое упущение. Скив на вкус был как сама невинность. Солоновато-пряная невинность, так редко встречающаяся на шумном и циничном Базаре. Олицетворение невинности громко выдохнуло, и Танда вспомнила, что она еще и педагог. — Сконцентрируй энергию, — предложила она ямочке между ключиц. — Собери ее воедино в себе, как стрелу или копье. Скив смотрел на нее, как девол смотрел бы на эльфийские бриллианты, внезапно встретившиеся ему на дешевой распродаже. Оставалось надеяться, что он все слышит и выполняет ее распоряжения. Танда сползла на пол, устроилась меж колен Скива и потянула за шнурок, заменявший ремень. — Ого, — сказала она, добравшись до цели. — Отличное, хм… копье. Оценив копье на толщину и гладкость, Танда попробовала его и на вкус, здраво рассудив, что отказывать себе в удовольствиях — верный путь к гастриту и мизантропии. — А теперь, — она поднялась, вызвав у Скива вздох разочарования, и стянула с себя то, что исключительно по недоразумению можно было назвать трусиками, — направь энергетический поток куда следует. То есть на свечу. Обласканное копье Танда тем временем уверенной рукой направила в себя. Оставалось надеяться, что свеча зажжется… и что табурет выдержит. — Тебе хорошо видно? — спросила она. Ее бедра двигались мягко и плавно. Скив оторвал взгляд от глубокого декольте, на которое открывался поистине роскошный вид, и перевел его на свечу. — Думай о том, как сильно ты хочешь зажечь эту свечу. — Танда изгибалась всем телом, наслаждаясь ощущениями и позволяя рукам Скива изучать ее ягодицы. Глубоко внутри уже зарождалось огненное удовольствие. Танда покачала бедрами, словно втираясь в Скива, прикусила его ухо, прижалась грудью и вернулась к прежнему ритму — жесткому, как торг с бесом, и размеренному, как звон монет в кармане изверга. — Сделай это, — выдохнула она в покрасневшее ухо. — Ты можешь. Сделай это. Скив вдруг подался ей навстречу, едва не опрокинув табурет. Этого оказалось достаточно, чтобы плотина рухнула, и огненный прилив затопил Танду до кончиков зеленых волос. Извержение вулкана, взрыв порохового склада и пожар в саванне не шли с этим ни в какое сравнение. Даже вместе взятые. — Это было горячо, — прошептала она, уронив голову на плечо Скива. — Черт, это и сейчас горячо! — Ну еще бы, — пробормотал Скив. Танда обернулась — чтобы тут же подскочить, увидев полыхающий ярким пламенем стол. — Что у вас тут происходит? — прогремел через несколько минут голос Ааза. Танда невозмутимо пожала плечами. — Скив не рассчитал силу и поджег немного больше, чем свечу. Мы затушили пламя твоим вином, ничего? — Убью, — пообещал Ааз. — Обоих убью. Но как это вышло? Полчаса назад у него даже фитиль не тлел! — Если ты не умеешь извлечь пламя из ученика, кто ж тебе виноват? — невинно заметила Танда, выходя из комнаты. Джин все-таки был отличной идеей.