Лучшие друзья

Три года назад.

      Яркое солнце нагло ворвалось в комнату и резко ударило в умиротворённо и измученно закрытые глаза парня. Недовольный тем, что его так нагло разбудили, он повернулся на другой бок, попытавшись укрыться одеялом, но этот поворот стал для него весьма болезненным. Голову сразу же пронзило острой болью, как будто тысячи иголок одновременно впились в виски и вызвали сейсмическую активность мозга. Правую руку начало немного покалывать из-за того, что парень всю ночь проспал именно на ней, навалившись на неё телом, а вот ноги от того, что не были прикрыты, замёрзли и сейчас настырно просились под клочочек ткани, чтобы согреться.       Что происходит, юноша с красивыми глазами и тонкими чертами лица не понимал. Даже будучи сонным, он производил впечатление благородного аристократа, что и было таковым, однако вопреки расхожему мнению насчёт того, что высшее общество не терпит дураков, он именно таким себя и почувствовал, стоило только задаться рвущимся в его голову вопросом.       «Чёрт, – выругался про себя парень, желая снять с головы невидимую паутину, которая не давала ему трезво мыслить. Его глаза, сравнимые с взором вольного ястреба, уставились в потолок, так как он лежал на спине, положив ладонь на немного горячий лоб. В комнате было душно, но кому принадлежала эта комната, так и оставалось вопросом. – Где я? Это не моя комната», – и вот наконец-то его мысли стали более или менее сфокусированы на реальности, и он, прищурив глаза, стал заставлять себя думать.       Повернув голову направо, он увидел большое окно, из которого и светил этот глупый и противный свет. Сама комната была небольших размеров, а её интерьер больше походил на студенческое общежитие. Около кровати находилась тумбочка, в правом дальнем углу – шкаф. Кровать тоже была не самой лучшей и удобной: она была сделана из металла, а матрац покоился на железной сетке, натянутой между каркасом ложа, что, конечно же, делало койку скрипучей и даровало ощущение пребывания на батуте.       Единственное, что полностью убеждало его в том, что это не общежитие, были стены, выкрашенные в красные цвета страсти, к которым в комплекте шли простенькие шторы точно такого же оттенка.       Решив, что его исследовательскому взгляду пора отправиться на разведку в другую сторону, но при этом не вставать с кровати, Рен повернул голову влево. Его глубокий вдох так и не нашёл выхода из лёгких, оставшись томиться внутри в ожидании свободы. Увидев то, что располагалось слева от него на самой кровати, Тао не смог ни моргнуть, ни отвести взгляда.       Приобретая синие оттенки на своём лице из-за недостатка воздуха, Рен смотрел на ЭТО глазами полного ужаса, шока и непонимания. Он не верил в происходящее, ведь всё казалось кошмарным сном, от которого не так-то просто избавиться, всего лишь ущипнув себя. Однако бесконечно задерживать дыхание шаман не смог, и наконец воздух из его лёгких быстро вышел наружу, а сам парень начал задыхаться, раз за разом хватая обратно этот ускользнувший от него кислород.       Судя по его панике, которая уже являлась нонсенсом в эмоциональном диапазоне Тао, он мог увидеть только собственного дядю в обнимку с его любимым, пушистым зайчиком, потому как даже большой и разъярённый медведь, который смотрел бы на него взглядом убийцы, не смог бы испугать его больше.       В действительности же рядом с этим холодным, гордым и воспитанным по старым традициям парнем лежал не его дядя, с которым у него до сих пор были натянутые отношения, и тем более не медведь, а всего лишь худенькая, что аж прямо косточки все выпирали, девушка. На её теле был минимум одежды, всего лишь нижнее бельё, но ужаснее для шамана был тот факт, что она спала с ним в одной кровати и под одним белым одеялом, тоньше которого была разве что простыня. Она спала изнурённо вчерашним вечером, её рот был немного раскрыт, а к губе прилипла прядь каштановых и прямых, как палки, волос.       В голове молодого, но весьма забывчивого парня снова пронеслись мысли о том, что он предпочёл бы, чтобы рядом с ним лежал медведь, но в итоге всё сводилось к тому, что эта незнакомка никуда не испарялась, а лишь давала Рену осознание того, что он заработал позор на свою голову.       Переспать с незнакомой девушкой для любого другого парня современного веяния было бы подвигом, но для Тао это было совершенно несвойственно и приводило в ужас от содеянного. Однако, слава духам, в Рене была одна черта, не дающая ему впадать в панику и отказываться от разума. Быстро потрясся головой, тем самым надеясь на прояснение рассудка и стабилизацию мыслей, Рен стал напряжёно думать, совсем как маньяк, что делать с телом, но в итоге лишь вызвав очередную головную боль.       «Так, Тао, спокойно, – «ударив» верещавшее сердце и душу, спокойно выдохнул герой-склерозник, будто боясь пошевелиться и стараясь смотреть только в потолок. – Я не мог. Я не мог. Я не мог, – вторил и одновременно убеждал себя в невиновности Рен, однако единственное, что чётко билось у него в голове, так это «Мог. Мог. Мог». – Сейчас не время истерить, надо быть спокойным и что-то срочно предпринять, – рассуждая трезво, но на подсознательном уровне всё же жутко нервничая, вошёл Рен в фазу поочерёдных действий. – Так, во-первых, – парень резко заглянул под одеяло, получив большую порцию удивления и в какой-то степени надежды. – Странно, – всё так же мысленно разговаривая с самим собой, задумался Тао. – Возможно, у нас ничего и не было, – немного успокоившись, потешил себя наивными иллюзиями Рен, отчётливо услышав в ответ сарказм обидевшейся на его поступки гордости, которая стала злорадствовать и говорить, что он цепляется за соломинку. – Чёрт, наличие на мне трусов ещё не говорит о том, что я не переспал с ней!» – и снова хладнокровным юношей, никогда ранее не попадавшим в такие переделки, овладела паника, заставившая его ладони хлопнуть по лицу.       Стараясь дышать ровно, не принимать поспешных решений, варьирующихся от воспитанности до жестокости, Рен очень медленно и весьма аккуратно снова повернул голову налево, где «картина кошмара» не сильно менялась, а лишь рефлекторно втянула обратно в рот немного стёкшую из открытого рта слюну и продолжила спать дальше.       Это было жутко и отвратительно для Рена, которого пробрала дрожь. Он даже не удосужился сделать «это» с девушкой посимпатичнее, отчего ещё больше разочаровывался в себе. Хотя едва такие мысли посещали его голову, как его душа тут же верещала от глупости его разума. В этих тёмно-каштановых волосах, которые, наверное, ни одними щипцами мира невозможно накрутить, в слегка курносом носе, который, судя по небольшой горбинке, был когда-то сломан, не было ничего привлекательного – обычная простушка. Она даже не красилась косметикой, что было очевидным, ведь ночью она бы вряд ли пошла смывать её. В общем, как и было сказано, она была простолюдинкой.       Сделав глубокий вдох и очень тяжёлый выдох, который не только карточный домик мог бы снести, но и бутылку с водой повалить, Тао понял, что как бы он ни пытался напрячь свою память, он не сможет вспомнить, кто эта девушка. От этого становилось ещё хуже. Он чувствовал себя самым настоящим животным, но всё же не терял надежды и, зайдя в тупик своих логических воспоминаний, вернулся к началу. Сейчас было необходимо хотя бы вспомнить, как он сюда, хотя и непонятно куда, попал, и что вообще было за недавние сутки. Заодно неплохо было бы вспомнить, скольких свидетелей его позора было.       Для того, чтобы ничего не упустить, Тао решил переместиться на двое суток назад. Неизвестно же сколько его здесь в бессознательном состоянии насиловала данная барышня. Да-да, и пока Рен не вспомнит, что произошло, он твёрдо решил, что не виноват в случившемся. Что ж, весьма «мужской» поступок с его стороны.

Двое суток назад.

      Это был обычный день, но обычный не всегда означает скучный, потому что в доме Тао обыденным за последние несколько месяцев стало постоянное нравоучение хозяйки этого дома. Она день ото дня, мягко говоря, пилила своего сына настраивающими на будущее фактами.       – Рен, тебе пора подыскивать невесту, – сказала величественная и грациозная Ран Тао, повернувшись к только что пришедшему сыну.       «Почитал», – за секунду набравшись столько усталости, сколько после забега на пятнадцать километров не наберёшься, обречённо подумал Тао, уже пожалев о том, что он пошёл в библиотеку, когда прекрасно знал, что его любимая матушка всегда заседает там по вечерам за интересными книгами.       – Мам, не начинай снова, – устав от этой темы, которую его мать уже в сотый раз поднимала на дыбы и ставила перед ним ребром, отмахнулся Тао, целенаправленно направившись к одному из стеллажей, который подарит ему новые знания и ощущения. Обычно Рен читал какие-то детективные рассказы, а если находил в них романтические моменты, то сразу же перелистывал эту часть, от которой начинало подташнивать.       – Что значит «не начинай»? – спокойно, но всё же показав своё недовольство его тоном, ответила госпожа Тао. – Ты прекрасно знаешь, что через три года тебе нужно будет жениться, – грациозно перелистнув страницу книги в красивом переплёте, не отступалась Ран от своих убеждений, при этом смотря на то, как её сын взял книжку из шкафа, после чего завалился на диван, полностью отгородившись от её пристального взгляда.       – Вот именно, что через три года, – не отрывая взгляда от книги, продемонстрировал Рен свою расслабленность и пренебрежительность словами матери. – А мне об этом говорят так, будто уже завтра.

***

      На этом моменте Тао резко остановил свои воспоминания, ненадолго вернувшись в реальность, где он всё так же сидел на скрипучей кровати чужого дома и, держась за голову, думал:       «Нет-нет-нет, в тот день я вернулся домой. Мама мне ещё потом вынесла мозг этой дурацкой женитьбой, – парень с усилиями напрягал свою память, продолжая быстро отсекать ненужные воспоминания, пока наконец он не стукнул себя полбу. – Точно! Джун…»

Чуть меньше суток назад.

      – Рен, познакомься, – дело происходило всё в той же библиотеке дома Тао, куда молодая госпожа, а также любимая сестра Рена, зашла вместе с каким-то иностранцем. – Это Джо, – Тао лишь на секунду оторвал от книги взгляд, посмотрев поверх неё на молодого юношу лет двадцати, после чего, сделав моментальные выводы, снова уставился в книгу, игнорируя сестру. – Он мой хороший друг, и мы с ним частенько проводим время на различных мероприятиях, – продолжила Джун так настойчиво представлять своему брату высокого парня со светлыми волосами и чёрными глазами.       – Под мероприятиями ты имеешь в виду танцы в сомнительных клубах и употребление не совсем безалкогольного содержимого? – как всегда, человек-сарказм дал о себе знать, так своевременно проснувшись в Рене. Он изогнул бровь, подвергая сомнению невинные слова, а его доводы сформировались на знании его сестры, ставшей за последние два года душой любой компании в высших кругах, и на оценке современно одетого парня по имени Джо, который не вселял надежды на порядочность.       – Они не сомнительные, а вполне приличные, – с укором произнесла Джун, видя, что от её слов толку мало. Он был настоящим Тао: гордым, упрямым и весьма догадливым. Рен уже знал, к чему ведёт это новое знакомство с этим сомнительным «другом» сестры. – Ну, что? Случай безнадёжный? – словно обратившись к доктору с сорокалетним стажем, поинтересовалась даос мнением Джо, который до этого момента внимательно «исследовал» Рена на наличие дефектов воспитания.       – Не волнуйся, и не таких переделывали, – улыбнувшись, успокоил «доктор» родственника пострадавшего от тяжёлого детства, но, честно признаться, его заявление было встречено «больным» уж слишком резко.       – Даже и не надейтесь, я с Вами никуда не пойду, – оторвавшись от чтения книги: «Как покорить мир, или Я, я и ещё раз я», нахмурил брови Тао, который воспринимал в штыки любые предложения сестрицы, которые он знал, что ему точно не понравятся.       – Так не пойдёт, Рен, – оспорила его упрямство Джун. – Сегодня ты пойдёшь с Джо в клуб, – без тени сомнения в том, что Рен это сделает, проинформировала его сестра, при этом мило улыбнувшись аля «мир прекрасен» и специально выделив слово «пойдёшь», чтобы брат почувствовал её непреклонность в этом вопросе.       – Лучше дай мне хула-хуп, – в рифму и с явной неприязнью ответил Рен, тем самым говоря, что он лучше застрелится.       – Отлично, братик, в следующий раз ты пойдёшь в литературный кружок, – с ответной язвинкой ответила даос, которая ни на йоту не уступала брату. Вот она – горячая и неукротимая кровь Тао. – Ты пойдёшь, – твёрдо заявила Джун, – потому что мама сказала, что тебе пора выбрать невесту. Вот я и даю тебе шанс найти хорошую девушку, которая в первую очередь устроила бы тебя, а не семью.       – Ладно-ладно, – сквозь стиснутые зубы, процедил Рен, явно не пребывая в восторге от этой ситуации. Он не признавал её правоту, однако понимал, что она от него не отстанет, пока он не согласится с ней.       Её счастью не было предела, ослепительная улыбка озарила библиотеку, а сама девушка захлопала в ладоши и, взяв Джо под руку, решила удалиться с ним из комнаты, дабы её братик всё осознал. Однако буквально около самой двери она почему-то остановилась и, развернувшись, сказала:       – Да, и кстати, ты держишь книгу верх ногами, – после этого Джун с милой улыбочкой закрыла дверь, а Тао уронил книгу себе на лицо и протяжно прорычал от усталости.

Шесть часов спустя.

      На улицах Токио уже давным-давно стемнело, однако, будто бросая вызов ушедшему со сцены солнцу, огни от подсветок города ярко зажглись, тем самым освещая путь путникам, влюблённым или семейным парам, а также случайным прохожим. Это город, как и многие столицы мира, никогда не спал, а вместе с ним были полны энергии и его жители, особенно в такие пятницы, как сегодня.       Только если молодые люди, идущие в караоке или в кафе со своими любимыми, ждут конца рабочей недели с тревожащим их ожиданием, то в припаркованной возле одного ночного клуба машине сейчас находились два парня, которые пока даже не прочувствовали на себе слово «работа».       – Значит так, – сверкнув чёрными глазами при виде «жертвы» с роскошными и длинными ногами, раздался смачный хлопок рук блондина, – краткий курс поведения в клубах для чайников, – уж очень парню по имени Джо не хотелось потерять из виду развлечение на одну ночь, но всё же, отстегнув ремень и повернув голову к сидящему рядом Рену, он принялся проводить инструктаж, стараясь не замечать его скепсис в глазах. – Нельзя быть зажатым, иначе тебя сочтут ботаником. Нельзя не танцевать, иначе получишь клеймо инвалида. И третье – поддавайся всеобщему настроению и не иди вопреки желанию большинства.       «Правила съёма: метод Джо», – не смог Рен сдержать язвительного комментария хотя бы в своих мыслях. – И кто придумал эти правила? – теперь уже вслух спросил Рен, закатив глаза и до сих пор не веря, что он сейчас здесь с этим подозрительным «субъектом». Успокаивало только одно: это единственный раз, когда он куда-то пойдёт с этим человеком, и только ради Джун.       – Я, – коротко и ясно ответил парень, похоже, будучи гордым за то, что он не какой-то там профан по части веселья и, конечно же, девушек в отличие от Тао.       – Вопросов не имею, – осознав всю тяжесть своего положения рядом с таким неоправданно самоуверенным человеком, с сарказмом ответил Тао, посмотрев в окно машины, но не сумев насладиться видом ночного города.       – Во-во, смотри, – стукнув «новичка» по плечу, из-за чего лицо Рена приобрело оттенки возмущения, указал Джо на вход в клуб, около которого вертелось несколько девчонок, включая ту, что была с роскошными ножками. – Выбираешь любую, кроме вон той брюнеточки – она моя, и потом стреляешь на поражение. И не бойся, каждая из них пришла сюда с одной целью, если ты понимаешь, о чём я, – хищно дёрнул бровями Джо, вызывая у Тао очередной монолог с самим собой.       «Трудно не понять, когда ты аж слюной брызжешь», – но следом за этой мыслью шаман решил отнестись к этому знакомству, как к курсовой работе на тему: «Современные нравы, и возможность предотвращения их деградации». – У тебя девушка-то есть? – решил начать с главного Рен, однако в положительном ответе он очень сомневался. Тем не менее этот парень смог его всё же удивить.       – Да, – первое удивление, – целых пять, – второе удивление. Со спокойной душой и без угрызения совести Джо ответил так легко, что Рен не смог сдержать поражённое «кха». Вопреки себе Тао захотелось ещё больше понять этого удивительного и наравне с этим безнравственного человека.       – А на шестую сил не хватило? – сарказм Тао просто зашкаливал. А по-другому он и не мог реагировать на подобную ситуацию, которая была омерзительна его жёстким и, на тот момент казалось, нерушимым принципам.       Но суть происходящего была в том, что Джо совершенно не понимал его сарказма и всё воспринимал прямо.       – Сегодня я и попытаюсь найти себе шестую, – так просто и решительно ответил иностранец, от чего Тао действительно изумился, понимая только две вещи: его «курсовая» слишком сложная для его понимания, а его отношение к девушкам слишком старомодное. – Так, ну всё, хватит лясы точить, пора веселиться, – с радостным призывом воскликнул Джо, дёрнув на себя ручку двери и выйдя из машины.       «Я об этом пожалею», – абсолютно правильно предсказал себе судьбу Рен, однако оставаться в чужой машине он не горел желанием, хотя соблазн угнать её и сбежать отсюда был велик.       Выйдя вслед за другом Джун, про которого она, скорее всего, мало что знала, Тао услышал то, как машина отозвалась на приказ хозяина и стала ожидать его, в любую секунду готовая включить сирену об угоне.       Возвращаясь к двум парням, которые только что подошли к главному входу в клуб, необходимо заметить, что с face-контролем у парней не возникло проблем, так как в этом заведении Джо оказался всем знаком и отнюдь незаурядной личностью. Не успел он переступить порог, как его окружили две девчонки, которых Джо хорошо знал, хотя, возможно, это просто такой стиль знакомства: сделать вид, что ты уже знаком и чувствовать себя расслабленно.       Честно признаться, Тао захотелось бежать, когда он почувствовал едкий запах дешёвых сигарет и чего-то странного, никогда ранее не ощущаемого самим наследником древнего клана. Однако стоило ему подумать о побеге, как тут же его гордая и готовая к любым трудностям натура дала о себе знать, заставив шагать вперёд и не обращать внимания на игривые взгляды девушек и уж тем более на громкие стоны за закрытыми дверями.       Пройдя в клуб, который был отчасти погружён во тьму и переливался лишь радужным светом прожекторов, Рен даже не задумался над наставлениями своего «учителя», решив быстренько и под шумок пробраться к самому дальнему месту у барной стойки.       Однако надежда умерла в тот же миг, как Тао допустил мысль о том, что Джо сейчас не до него.       – Нет-нет-нет, – поймал Рена у самого стула блондин, навалившись на него всем телом, будто они закадычные друзья. – Я обещал Джун, что не брошу тебя сегодня, так что не вздумай улизнуть, – хлопнув Тао по груди на мотив: «Смирись, я никуда не денусь», заявил парень с широкой и ослепительной улыбкой, адресованной девушкам, но никак не Рену, после чего сам усадил своего неопытного гостя на барный стул.       – Я не маленький, чтобы ты за мной присматривал, – несмотря на то, что он поклялся себе вытерпеть всё, сквозь сжатые зубы, тоже вежливо кивая проходящим мимо и почему-то здоровающимся с ним незнакомкам, буркнул Рен, подперев голову рукой и мечтая о том, чтобы этот ад уже закончился. Он никогда не любил того, что все носятся с ним, как курица с яйцом, а тем более того, чтобы его заставляли делать то, что ему не нравится.       – Не маленький? – изумился «надзиратель-нянька», крутанувшись на высоком стуле и сев, как и Рен, лицом к бармену, устраивающему настоящее шоу и показывая своё мастерство. – Тогда чего ведёшь себя, как в детском саду? Джун говорит, что ты никуда не ходишь, ни с кем не встречаешься. Разве это взрослая жизнь? – ну вот и настал момент, которого шаман так долго ждал, потому что знал, что каждый знакомый Джун так говорит о нём. Все считают его одиночкой и чуть ли не монахом-отшельником. Но доносить до общественности то, что он ещё пока не повстречал ту, ради которой не захотелось бы перелистывать любовные сцены в книгах, Рен просто не представлял себе возможным. Во-первых, вряд ли кто-то его поймёт, а, во-вторых, его личная жизнь – это его личная жизнь. И это его непреклонный принцип.       – Наши понятия о взрослой жизни очень расходятся, – выдав с усталостью извечную и стандартную фразу, заученную на зубок, ответил Тао, держась всё также строго, непреклонно и холодно. Он изучал глазами список напитков, но даже не вникал в то, что там написано.       – Возможно, – беззаботно пожал плечами Джо, замечая, как у Рена дёрнулась правая бровь. – Но ты ведь даже не хочешь попробовать настоящую жизнь.       – Что, по-твоему мнению, кроется под понятием «настоящая жизнь»? – резко положив заламинированный лист бумаги на стол, усмехнулся Рен от горечи деградации человечества. – Напиться в хлам, а наутро вспоминать, кто ты такой?       – Да, – коротко ответил Джо, из-за чего у Тао от удивления поползли брови вверх и последующие вопросы отпали сами собой.       «Чёрт возьми, это просто безнравственное общество аморальных существ», – не зная, какому доктору позвонить, чтобы всех присутствующих здесь вылечили и спасли от упадка человечности, проскулил про себя Рен. Тао не мог понять этой культуры, каким бы интересом он ни обладал, но ему искренне хотелось верить, что в этом клубе не все такие.       – Так, забудь про всё на свете, отключи свой умный и слишком правильный мозг и попробуй это, – протянул Джо Рену какой-то коктейль, насыщенно красного цвета и напоминающий кровь.       – Что это? – с опаской посмотрев на стакан, спросил Тао, дабы узнать, от чего он будет отравлен.       – Томатный сок, – коротко ответил Джо, с лица которого не сходила что-то затевающая коварная улыбка. Рен, немного поколебавшись, глотнул через трубочку напиток, но в ту же секунду понял, что скрывалось за маской коварства блондина. – Называется «Кровавая Мэри», – щёлкнув пальцами, словно он очень остроумно подловил Рена, откинулся на спинку стула парень, смотря, как Тао не подаёт вида, что ему не понравилось. И правда пойло, а иначе шаман его никак не мог назвать, было не из самых приятных.       – Томатный сок с алкоголем, – натянуто улыбнувшись, тем самым говоря, что его ловко обманули, мотнул головой Рен, действительно не желая показаться слабаком.       – Ну, есть немного, – рассматривая Рена, как подопытный образец, который сейчас тестировался, сказал Джо. – Так ладно, – оттолкнувшись от спинки, снова хлопнул в ладоши парень, решив не останавливаться на этом. – Смотри, а вот это нравится? – Джо взял другой коктейль у бармена, который поджёг данный напиток, делая его ещё более экзотичным. Да уж, зрелище красивое, наверное, именно поэтому Тао стало интересно, какой вкус имеет подожжённый коктейль.       – А это что? – рассматривая бокал с трёхуровневым напитком, поинтересовался Рен, чувствующий, как горло всё ещё жжёт от предыдущего коктейля. Однако Тао был слишком упрямым, чтобы проигрывать в таком марафоне на выносливость, даже не замечая, что он идёт, как и было велено, на поводу у масс.       – Б-52, – опять с тем же коварным и искушающим взглядом, сказал тусовщик. – Попробуй, тебе понравится, – указал на коктейль парень, но, заметив недоверчивый взгляд тёмноволосого шамана, помотал головой и добавил, убеждая в своей честности. – Тут только кефир и апельсин.       Тао прекрасно понял, что там было не только это, однако горький опыт не помог ему справиться с гордостью, и вот, сдув пламя, он уже попробовал данный напиток. Тем скрытым компонентом, весьма важным в данном коктейле, был ликёр, конечно же, после водки показавшийся Рену сладким и приятным на вкус. Но от сладости напитка градусы, увы, не убавлялись.       Лукаво улыбнувшись, Джо глазами обшарил клуб и нашёл нужные ему два сексуально-красивых объекта с длинными ногами, после чего подозвал их к себе.       – Девушки, вы сегодня, как всегда, бесподобны, – раздев данных барышней взглядом, промурлыкал парень. – Знакомьтесь, это Рен Тао, – представил блондин Рену супер красавиц, одна из которых была брюнеткой, а другая – рыженькой.       Странное ощущение ударило не только по голове, но и содрогнуло всё тело Тао. Он не понимал: то ли температура в клубе повысилась, то ли алкоголь давал о себе знать. После всего лишь двух стаканов второй вариант был как-то уж очень неправдоподобным, однако главная проблема шамана была в том, что он не сумел признать свои слабости и подумать о том, что он, возможно, плохо переносит даже маленькие дозы спиртного.       Но, так или иначе, китайцу стало очень жарко. Ослабив горловину чёрной рубашки, до сего момента застёгнутой под горло, и взяв так ловко попавшийся ему под руку бокал с содержимым, в котором помимо напитка был лёд, Рен, не обращая внимания на ужасный, по его мнению, вкус и на взгляд победившего его упрямую натуру Джо, одним глотком осушил бокал, думая о том, что кратковременный холод спасёт его от жары.       Но, в итоге, смешивание коктейлей и повышение температуры тела привели к тому, что у Рена появилось такое ощущение, словно клуб начал кружиться. Он будто бы плыл по спокойной реке жизни, которая приготовила ему наутро сюрприз, но о появлении которого он уже ничего не помнил.

***

      Вернувшись назад в реальность, Рен так и сидел на кровати, тяжело выдыхая и не понимая, как он мог до такой степени напиться. Он раз за разом пытался вспомнить, что же произошло дальше, и как он здесь, непонятно где, очутился. Но все усилия были впустую, Тао не помнил ничего, словно у него стёрли память.       Смирившись с тем, что он не вспомнит о произошедшем в клубе, Рен допустил скользкую и мимолётную мысль о том, что, возможно, что-то помнит лежащая по левую сторону от него девушка.       Делать нечего. У Тао было три пути дальнейших действий. Во-первых, как гласила ему его аристократичная натура, это жениться, но, честно признаться, приходя к этому решению, его почему-то сразу тянуло на второй вариант. Во-вторых, её можно было отправить к праотцам, но это попахивало уголовщиной, да и сам Рен был уже не таким, как прежде. Смотря на весьма нескладную, но даже забавную во сне шатенку, на его лице возникала непроизвольная улыбка, дающая понять, что парень не собирается заставлять её расплачиваться за свои ошибки. Именно поэтому оставался лишь последний вариант: разбудить её. Пускай правда, какой бы она ни была ужасной, вскроется, и они оба расставят все точки над «i» прямо здесь и сейчас.       Тяжело выдохнув и на секунду прикрыв глаза, Рен развернулся к ней и нерешительно, сжимая и разжимая указательный палец, потыкал её в плечо, словно проверял рыбу на базаре: дохлая она или нет.       Не успев даже подумать, что такое поведение весьма невежливое, девушка моментально схватила парня за руку, сжав запястье так, что не оставалось сомнения в том, что она каждый день проводит свой досуг в компании эспандера. Но вопреки всему ни через секунду, ни через минуту она не открыла глаза, что и удивило Рена, который едва смог вырвать свою руку из её цепкого захвата. Она всё ещё спала, и это было не то что бы не реально, но всё равно приводило в восторг.       «Это что? Рефлекс?» – аккуратно и с интересом пододвинулся Рен к спящей и захрапевшей незнакомке, постоянно поглядывая на дверь, так наивно полагая, что вдруг кто-нибудь зайдёт и подумает, что у него грязные намерения, что в таком положении было бы первой мыслью без всяких «но» и «если».       – Эй, – снова аккуратно коснувшись её оголённого плеча, потормошил Тао спящую «красавицу», однако ответной реакции он не ожидал. Он был готов к рефлексу, который сработал у неё до этого, но к такому, что она недовольно промычит и навалится на него всем телом, кладя голову на плечо, Рена судьба не готовила.       Покраснев до кончиков ушей и раскрыв рот от перехватившего дух смущения, парень почувствовал, как впервые к его груди так близко прижимается женская грудь. Он даже пытался вжаться в матрац, чтобы она только его не касалась, но всё без толку. И дело было вовсе не в том, что ему не нравилось то, как плотно их кожа соприкасалась друг с другом, или как её тонкая ножка обнимала его, просто именно для Рена такая близость с девушкой была слишком интимной и вызывающей пар из ушей. Сердце бешено колотилось, а его голос дрожал, как у первоклассника, из-за чего таовской гордости приходил безвременный конец.       – Э... ты... ты не могла бы, – буквально взмолился Рен, не в силах оттолкнуть и тем самым применить силу к девушке. Он поджимал губы, но вдруг такая же тоненькая, как и нога, ручка шатенки потянулась к его лицу, но вместо ласок, которые окончательно уничтожили бы Рена, она резко шлёпнула его по губам, словно ударив по кнопке будильника. – Эй! – однако после этого терпению и тем более смущению Тао пришёл конец. Он резко скинул с себя полуголое тело девушки, которая никак не хотела проснуться и понять, что у неё огромные неприятности, ведь парень после такого снова задумался над вторым вариантом решения проблемы.       – Рик, заткнись. Дай поспать, – с мольбой проныла девушка, прикрывая ладонью глаза и перекатываясь на спину.       У неё был весьма тонкий голосок, в принципе, как и её тело, но не это поразило Рена, который теперь сидел с глазами по пять рублей и чувствовал самое большое в жизни унижение. Ни проигранный бой, ни насмешки друзей – ничего не могло сравниться с тем, что эта шатенка, нагло рушившая его жизнь, назвала его чужим именем. Не сказать, что Рен заревновал, но, чисто с мужской точки зрения, ему было весьма обидно слышать такое, из-за чего он в отместку снова толкнул девушку в плечо, на сей раз услышав от неё проклинающий рык.       С тяжёлым выдохом она провела ладонью по лицу, как бы смывая с себя сон, после чего, повернув голову, заспанными глазами посмотрела на добивавшийся её внимания субъект. На первых секундах пробуждения, когда картинки сна ещё не успели полностью раствориться, девушка даже не смогла сфокусироваться на неизвестном ей парне – она просто снова прикрыла глаза, видимо, намереваясь ещё поспать. Однако буквально через секунду её сигналы S.O.S. всё же достигли главного центра управления мышлением – мозга.       Девушка с визгом вскочила с места, но, запутавшись в простыне, упала с кровати на пол, демонстрируя блестящие навыки гибкости. Проскулив из-за сильной боли в голове, шатенка аккуратно вылезла из-за своего убежища с самым логичным в данной ситуации вопросом:       – Ты кто?       – Меня зовут Рен, больше тебе знать необязательно, – сразу же позиционировав себя, как весьма жёсткую и неприступную личность, что в данной ситуации было несколько абсурдно, отчеканил свои слова Тао. – Что? – развёл ладони в сторону парень, не понимая, какие узоры нашла на нём эта незнакомка.       Она действительно оглядывала его так, будто оценивая экспонат в музее, хотя по складке между бровями можно было умозаключить, что она просто пытается вспомнить, где она его видела.       Честно признаться, Тао стало и самому как-то не по себе, он не хотел, чтобы оказалось так, что девушка ещё и была с ним знакома, однако, увидев то, как она помотала головой, словно отгоняя ненужные мысли, стало ясным, что она, видимо, ошиблась и приняла его за другого.       – Прости... я... просто... – смущённо забормотала девушка, на чувство стыда которой у Рена элементарно не было времени.       – Меня волнуют три вопроса: кто ты, где мы и что между нами было? – голосом полицейского, который допрашивает преступника, начал череду вопросов Тао, сузив глаза и надеясь, что девушка дрогнет под его требовательным взглядом.       – А, – растерялась незнакомка от такого требовательного взгляда, из-за силы которого ей приходилось сильнее оборачивать себя покрывалом, в результате чего виден был только нос. – Меня зовут Юи Вэй, – пропищала теперь уже более знакомая особа, которая выглядывала из-под простыни, словно южнорусская овчарка из-под чёлки, – это дом Джо... эм... моего друга, – осмотрев комнату, продолжила девушка поэтапно отвечать на череду вопросов парня, однако, подойдя к последней части и снова освежив в памяти формулировку, она резко скинула с головы простынь и с крайнем возмущением уставилась на Рена, который как будто оскорбил её маму. – В каком смысле «что между нами было»?! – её паника, резко накатившая из неоткуда и вытеснявшая смущение, напугала даже такого матёрого война, как Тао, да так, что он аж вздрогнул и отполз на самый край кровати. – Я не проститутка! – ещё больше удивила его шатенка, заявив это с таким возмущением, что Рен просто не смог держать на своём лице твёрдость. Он растерялся, почувствовав себя виноватым и удивившись, как эта странная Юи Вэй сумела за одну секунду и одной фразой выбить его из колеи настолько, что он стал заикаться.       – Я... я... не говорил этого, – выставив руки вперёд, Рен даже и не знал, куда бежать и как успокоить девушку, которая явно не могла быть той, кем Тао лишь на миг её посчитал.       – Но ты так подумал! – указав на него пальцем, будто бы говоря, что она видит его насквозь, явно обиделась Юи на совершенно не знакомого ей Рена.       Её поведение было уж слишком каким-то близким в плане того, что она фыркнула и надулась так, словно они оба были лучшими друзьями. Она резко выдернула остатки простыни из-под парня и, сделав из неё палатку, начала собирать и натягивать на себя свои вещи.       Даже и не зная, что ответить, Рен решил лишь молча одеться, при этом неотрывно смотря на неё, как на сумасшедшую. Чувство первобытного человека не покидало Тао ни на секунду, он и сторонился, и опасался, но в то же время и был заинтригован этой скачущей и тем самым втаскивающей себя в узкие джинсы девушкой, пока она не скинула с себя простыню, полностью готовая к выходу.       – И вообще, чтоб ты знал, – видимо немного успокоившись, потому что её голос стал относительно спокойным, но не лишённым обиды, потому как Тао задел её гордость, продолжила шатенка старую тему. – Я не сплю с мужчинами.       В тот же миг не смотрящая на него девушка, пытавшаяся держать нос по ветру, услышала отчётливый звук споткнувшегося и упавшего на пол тела. Это заявление настолько сбило Рена с толку, что он зацепился ногой за ножку кровати и упал с огромными от удивления глазами.       Увидев, как из-под кровати показались глаза, полные очевидного вопроса относительно смысла сказанных ею слов, Вэй аж бросило в жар, и она опять ощутила себя самой настоящей дурой.       – Да нет же! Нет! Я не лесбиянка! – замахала руками Юи, пытаясь как можно скорее переубедить парня в своей, с точки зрения общества, нормальной ориентации, пока у него закрыт рот. – Я хотела сказать, что не являюсь такой девушкой, что может вступать в интимную связь с мужчиной, с которым я не нахожусь в официальных отношениях. Вот, – казалось, что шатенка и сама не поняла, что только что оттараторила со скоростью звука, дабы только убедить Рена. Честно признаться, её резкие скачки в настроении и то, как она чувствовала себя за всё виноватой, просто поражало парня настолько, что он решил прекратить смотреть на неё, как на редкий экземпляр, и перейти к решению их проблемы.       – Ладно-ладно, успокойся, – холоднокровно отозвался Рен, понимая, что даже в пьяном состоянии он вряд ли бы с такой переспал. А уж по настроению шатенки можно было сказать, что и она не из самых лёгкодоступных девушек. – Надо найти Джо, пусть он нам всё и объясняет, – стало очевидным, что ни он, ни она не помнят прошлой ночи, так что придётся докапываться до правды с помощью третьей стороны. – Да, – резко вспомнив одну важную деталь, остановился Тао на полпути к двери и, повернувшись лицом к Вэй, выставил своё условие, – но пока будем считать, что между нами ничего не было.       – Да-да, конечно, – даже и не хотела иного хода событий Юи, – мы ведь могли просто заснуть вместе, – начала рассуждать девушка, стараясь не поднимать на парня взгляда. – Это ведь ничего не значит, мы просто спали в одной кровати.       – Да. Конечно. Разумеется, – согласившись с её версией аж три раза, что выдавало его волнение, ответил Рен, после чего весьма резко отвернулся и, решительно выдохнув, открыл дверь.       Несмотря на то, что ни один и ни другой не верили в правдивость своих слов, хотя и знали, что в трезвом уме никогда бы не допустили подобного, Рен и Юи старались не паниковать раньше времени. Очутившись в коридоре огромного дома, всё-таки так напоминающего студенческое общежитие, Вэй осмотрелась по сторонам и тихонечко, вдоль стеночки, пошла налево. Видимо, она знала этот дом, как свои пять пальцев, и именно поэтому, прямо как секретные агенты, на цыпочках Юи быстро перемещалась меж коридорами, целенаправленно ведя за собой Тао к одной из многочисленных дверей.       – Эта комната Джо, – одними губами сказала Юи, тыкая на достигнутую цель указательным пальцем, после чего тихонько приоткрыла скрипучую дверь комнаты. Но как только она туда заглянула, то моментально же развернулась и отскочила с красным, словно сваренный рак, лицом.       – Ты чего? – недопонял Рен реакции девушки, которая не знала, как объяснить то, что она увидела. Она просто уступила ему своё место, жутко стесняясь из-за увиденного.       Не до конца понимая эту странную особу, свалившуюся в его мирную и размеренную жизнь, Рен сначала покосился на неё осуждающим взглядом, не понимая, почему она не может сказать, что произошло, после чего он всё же заглянул в комнату, где его ждал всё объясняющий сюрприз.       Стараясь держать эмоции потрясения под контролем, закрывший дверь комнаты Рен до сих пор видел перед глазами жизненную картину. На большой кровати, в центре, спал Джо, а рядом с ним, по меньшей мере, четыре девушки, уютно пристроившиеся к его обнажённому телу. Там не то что одежды, даже одеяла не было, видимо, девизом этой ночи стало: «Поделись теплом с соседом».       В сложившейся ситуации Рен, конечно, мог наплевать на всё и добиться правды у парня, с которым он больше и в жизни не будет иметь дела, однако заходить туда и лицезреть всё буйство красок и запахов ему не хотелось. Немного поразмыслив, после чего переглянувшись с шатенкой одинаково думающими взглядами, Тао кивнул на выход из этого дома аморальности. Да-да, именно аморальности, так как, идя по коридору к лестнице, оба видел через приоткрытые двери некоторых комнат не менее красочные картины, чем у Джо в обители разврата.       Оказавшись на улице и глотнув полной грудью чистого воздуха, и Рен, и Юи начали ощущать, как кислород возвращает их жизни и реальности, в которой они сейчас шли по дороге бок о бок, но молчали, не зная, что сказать друг другу. Разговор был неизбежен, это было и так понятно, однако с чего начать, а самое главное – чем закончить никто не знал.       – Мне всё же кажется, что мы не могли переспать, – осмелившись на первый шаг, произнесла Юи, отмечая то, как странно: вроде девушка здесь она, а каблуки стучат у Рена. Глядя на него, одетого с иголочки, и на себя, донашивающую уже слегка маловатые вещи, была видна разница между их положением в обществе, наверное, именно по этой причине она не осмеливалась поднимать на Тао взгляда.       – Да, тем более ты не в моём вкусе, – так нарцистично согласился Тао, тут же почувствовав себя неловко и осудив за поведение, присущее школьнику. Он всё ещё думал, как бы сказать Вэй о том, чтобы она, даже если они всё же переспали, не рассчитывала на то, что он на ней в самом худшем случае женится. Однако, увидев, как помрачнело лицо шатенки от его немного жестоких и прямолинейных слов, Рен осознал, что сморозил глупость, ведь он ещё в комнате понял, что Юи тоже всего лишь жертва вчерашней вечеринки и у неё не было никаких коварных намерений.       – И тем более мы больше никогда не встретимся, – решив не обращать на слова парня внимания, качнула головой Вэй в знак согласия. Оба испытывали ужасную неловкость, но никто не хотел этого показывать.       – Кто знает, как жизнь повернётся, – и всё же, если бы всё не вышло так, что теперь они боялись смотреть друг другу в глаза, Рен, наверное, даже был бы не против пообщаться с этой интересной и эмоционально несдержанной девушкой. Скорее всего, поэтому он и сказал так, пожав плечами и на первом же повороте уйдя не попрощавшись.

***

      И вот сейчас, сидя на диване перед Реном, Йо, Рио и Трей прибывали в шоковом состоянии, услышав подобную историю его знакомства с абсолютно нелогичной и сбивающей с толку девушкой по имени Юи Вэй. То, что сейчас она предстала перед ними его лучшей подругой, говорило о многом и, в первую очередь, о том, что случай им встретить ещё раз всё же представился и повлёк за собой историю, создавшую крепкие узы.       Ну, а пока... Покрытое туманом прошлое так и оставалось неясным, а Тао, поджав губы, будто вспоминая, не упустил ли он что-нибудь, пожал плечами и сказал:       – Ну, вот как-то так.       Его рассказ первой встречи с Юи Вэй завершился, а на сердце было так весело и трепетно от этих воспоминаний, которые уже не были чем-то ужасным, а встречались главой древнего клана с улыбкой его души.