Лучшие друзья

      – Ну что, будем собираться? – закончив трапезу, спросил Рио, видя, что уже и Сели собирает свою сумочку, и Юи посмотрелась в маленькое зеркальце.       – Я ефё не доел, – с набитым ртом проговорил северянин, в которого всё лезло, как в бочку.       – Юи, может, пойдём пока вперёд? – предложил Лайсерг, нутром чувствуя, что шатенка, которая за все полчаса после поднятия темы насчёт Сары молчала, немного обиделась на него, хотя и будет утверждать обратное. Но всё же Дител прекрасно понимал, как ранят чувства слова о другой.       – Лайсерг, извини, но, наверное, тебе придётся идти одному, – с сожалением и, как предполагал Лайсерг, с видом, что всё в порядке, произнесла Юи. – Просто я уже Сели пообещала, что схожу с ней в магазин до закрытия.       – Да, мне нужно купить новую одежду для беременных, – просияла от грядущей радости Юсуи, к счастью, не заметив, как муж, доедавший свой пудинг, побледнел, словно у него встала комом в горле еда.       – А, понятно, – и всё равно, даже несмотря на такое совпадение, Лайсерг чувствовал, что обидел шатенку, которая до такой степени вела себя естественно, что сразу можно было сказать, что она врёт.       – Если хочешь, можешь пойти с нами, – пожала плечами Юи, тем самым снова доказывая то, что всё хорошо.       – Извини, Юи, я очень устал, пожалуй, пойду спать, – сказав истинную правду, потёр слипающиеся глаза Дител. – Будь осторожнее, на улицах уже темно.       – Не волнуйся, с нами ребята идут, – кивнув на Трея, который доедал своё законное лакомство, на Рио, который пыхтел от свиноподобия северянина и Йо, который пытался не обращать на них внимания и дышать ровно, сказала шатенка, мило и наивно похлопывая ресницами.       – А, ну тогда я спокоен, – улыбнулся даузер, всего лишь на секунду создав неловкую паузу, после чего подошёл к Юи и легонько поцеловал её в щёчку. – Спокойной ночи.       – Да... спокойной, – улыбнулась ему в ответ девушка, провожая парня взглядом до его полной ликвидации из кафе. Как только он скрылся за дверью, в её глазах разъехались ширмы, словно в театре, отображая то, что было скрыто и то, на что недозволенно было смотреть. Грусть, печаль и задумчивость – всё это сочеталось в едином букете, причём завядшем.       – И тебя это не напрягает? – послышался голос златовласки со спины, не беря в расчёт всё ещё припирающихся Рио и Трея, которые были не при разговоре. Тут же закрыв всё ширмами театра, Юи развернулась и с самым наивным и непонимающим в мире лицом спросила:       – Что напрягает? – однако, несмотря на то, что она попыталась сыграть роль, в глазах необычайно серьёзной златовласки она видела стойкость и неподкупность на её улыбочку.       – Юи, – голосом стука до глубин сердца и души, произнесла Сели, – он не целует тебя в губы. Ты считаешь это нормальным? – северянка видела подругу насквозь, ведь шатенка и сама думала об этом буквально пару секунд назад. И Вэй абсолютно не понимала, неужели это так бросалось в глаза.       – Он целует, просто не на людях же, – пожала плечами шаманка, найдя оправдание и из последних сил сделав совершенно спокойное лицо, которое могло обмануть всех здесь присутствующих, кроме Сели и краем уха всё слышавшего Йо.

***

      Выйдя на улицу, которая уже успела приобрести в свой арсенал свежий и прохладный воздух вечера, Лайсерг вдохнул полной грудью и так же продолжительно выдохнул, пытаясь навести порядок в своей голове, которая ужасно болела от насыщенности его сегодняшнего дня.       Эта ночь станет последней, когда он сможет спокойно спать. Эта ночь станет, возможно, и вовсе последней для его спокойной жизни. Завтра настанет день, когда на его долю выпадет самое страшное, самое тяжёлое и самое опасное испытание во всей его жизни. И, несмотря на то, что даузер знал, что будет завтра, он парадоксально не знал, что случится тоже завтра. Знать и не знать одновременно. Такая вот сводящая с ума неопределённость.       Наклонив голову то вправо, то влево, чтобы размять шею, Лайсерг чаще выдыхал обречённостью, чем вдыхал свежий воздух, но вдруг, совершенно случайно посмотрев в сторону, куда удалялась улица деревни, его взгляд сузился до состояния микроточки. Вздохов и выдохов и вовсе больше не существовало, а сердце, которое так резко сократилось, подобно пружине, выбило голос разума, увидев двух знакомых, но двух таких противоположных друг другу людей, которых он никогда бы в жизни не ожидал увидеть вместе.       «Сара Вайтвуд могла бы тебе, Рен, подойти», – зазвучал голос шатенки в голове трясущегося взглядом малахитового принца, который видел именно этот тандем, именно этих двоих, о чём-то говорящих – Рена и Сару.       Она то ли смущённо, то ли с осторожностью кидала на него взгляд исподлобья, а он, слушая её лепет, лишь засмеялся, засунув руки в карманы.

Пять минут назад.

      Возвращаясь с холма, вниз по дороге к кафе, в голове главы семьи Тао сейчас так необычно и так легко парили бабочки, рисующие радугу счастья. Он сам каждые пять секунд одёргивал свою глупую и совершенно не свойственную ему улыбку, однако, каждый раз вспоминая угрозу сестры, он не мог не смеяться.       Говорить «люблю» и правда оказалось очень приятным, хоть и смущающим до жути, и сейчас Рену казалось, что он может с лёгкостью сказать те же слова и шатенке, которую любил больше жизни. Однако счастью, которым был заражён Тао от своей сестры, не дано было продлиться долго, ведь прямо в нескольких метрах от кафе, у подножья холма ему на глаза попалась девушка, ожидавшая кого-то и явно испортившая ему настроение.       Сара Вайтвуд – ох, как же Рен ненавидел это имя. Из-за полоумности этой бывшей подружки Дитела чуть не погибла его шатенка, которую он (снова повторил в глубине души с превеликим удовольствием) любил.       Несмотря на то, что она вроде как успокоилась, Тао всё равно не стал относиться к ней лучше или сбавлять бдительность, и то, что она сейчас находилась около кафе, как раз вызывало неслабое напряжение.       Завидев его, брюнетка оттолкнулась от кирпичной стены и дала понять своим вниманием к нему, что ожидает она здесь не Дитела, не Юи, а именно его, что, в свою очередь, очень удивило Тао.       – Вы по мою душу? – решил с сарказмом всё же уточнить Рен, на что увидел странный полный печали взгляд. Он не выглядел наигранным, а молчаливость девушки и простой кивок головой заставляли Тао всерьёз обеспокоиться такими переменами и тем, что следует за ними. – И чем обязан такой убийственной особе? – явно не вкладывая в вопрос комплимента, а лишь тыкая на грехи девушки, спросил Тао, увидев в ответ горькую усмешку.       – Я знаю, ты меня ненавидишь, – не поднимая глаз на парня на японском с английским акцентом сказала Сара, перебирая пальцы и явно нервничая.       – Я этого и не скрывал, – быстро ответил Тао, твёрдо поставив её на место и своим голосом давая понять, что он не купится на её жалобные взгляды, причину которых он не понимал, да и понимать не хотел.       Сара даже и не пыталась кричать, что он не прав, что она не такая, как он думает, у неё была цель подобного визита и сейчас, несмотря ни на что, брюнетка скажет то, что хочет, да и попросту обязана.       – Извини, – такое короткое и ёмкое слово было воспринято Реном, как что-то непонятное, словно брюнетка произнесла его неправильно и исказив смысл. – Я пришла, чтобы попросить у тебя и у этой девушки прощенья, – кивнув в сторону кафе, где ещё сидели ребята, продолжила Сара, сникнув от своей следующей мысли, – хотя и знаю, что такое нельзя простить.       – Если знаешь, зачем просишь? – не ослабляя бдительности и холода в голосе, спросил Тао, чувствуя что-то странное, что-то, чего он не мог понять.       – Для того, чтобы убедить тебя и её в том, что я больше не причиню вам зла, клянусь, – произнесла Вайтвуд, не поднимая взгляда и так поразительно веря в то, что сама говорит, но своими речами лишь заставив Тао засунуть руки в карман и засмеяться.       – Или для того, чтобы я замолвил за тебя словечко перед Дителом, – закатив глаза, произнёс с поражённым смехом Тао, который быстро раскусил этот цирк с верхом невинности и исповедания. Взгляд Сары мгновенно поднялся вверх, встречаясь с такими презрительными глазами вольного ястреба, которые заставили её содрогнуться. – Должен тебя расстроить, мы с Дителом не в ладах в нынешнее время, так что, увы, побежать и воспеть твои искупления не могу.       – Я и не...       – Мне неважно, что ты хотела, а что нет, – перебил её лепет Тао, чувствуя, что девушка и правда изменилась. – Не знаю почему, но я тебе поверю, что ты больше не причинишь Юи зла, однако ослабления бдительности и моего прощения не жди, такого я не прощаю, – чётко и ясно поставил Рен все точки над «i».       – Я понимаю, – смиренно опустила голову вновь Вайтвуд, дав себе зарок, что выдержит все обидные слова в свой адрес, однако она была сильно удивлена тем, что Тао не произнёс ни одного ругательного слова в её сторону.       – Да и ещё, – остановив свои мысли, которые уже хотели двинуться в сторону кафе, сказал Рен, заставив девушку вновь приготовить своё внимание и слух, – не стоит Юи знать о том, что ты делала и для чего. Достаточно того, что я знаю.       – Но я должна перед ней извиниться, – в мгновение ока улетучив всю свою покорность, запротестовала Вайтвуд, вернув себе свой обычный воинственный нрав.       – Ты уже извинилась передо мной, – медленным шагом направившись дальше по дороге, говорил конечные слова Тао, – я-то тебя не прощу, а у неё сердце доброе, так что считай, что она простила.       Смотря вслед парню до самого конца, Сара только теперь начала понимать, что поступила правильно, несмотря на скрытые мотивы, которые Тао так легко увидел. Как ему это удалось, Вайтвуд не понимала. Но на душе стало как-то легче, когда с неё сбросился груз вины перед той, кто не виновата ни в чём.       Да, наверное, Тао прав и ей действительно лучше не появляться в жизни Вэй, потому что всё же как-никак она бывшая девушка её нынешнего парня, а значит, ненавидеть её Юи будет в два раза больше.       Обречённо выдохнув и решив, что в такое позднее время лучше вернуться обратно в маленький особнячок, который был построен за чертой деревни наряду с двумя другими для спонсоров данного турнира, которых Сара ещё не видела, по причине их отсутствия в деревне, Вайтвуд шла по той же улице, откуда спустился Тао.       В её голове со времён того, как Лайсерг её бросил, была лишь одна мысль, обобщающая все её сферы раздумий: что делать? Было ли то, проведение досуга, бизнеса или разбитого сердца, вопрос был общим для всего.       Когда она только узнала о возобновлении турнира, который был прерван, как она слышала от отца, пять лет назад, она поняла, что Лайсерг будет там, поэтому без раздумий решила предложить Патчам помощь по постройке инфраструктуры, которая к тому времени была уже налажена. Её помощь долго отвергали, объясняя это тем, что уже всё давно налажено, но она убедила главу совета в том, что сможет сделать что-нибудь для деревни, разнообразив жизнь шаманов, чтобы те не перебили друг друга от скуки.       Хоть из трёх спонсоров она и была самым малозначимым, Сара ни на секунду не заморачивалась об этом, потому что её главной целью было найти пропавшего из её жизни без следа Лайсерга.       Но что теперь? Теперь она полностью поняла, что для неё всё кончено, что она больше не вернёт его себе, что он больше никогда не подарит ей пылкого и в то же время детского взгляда, который всегда заставлял её душу трепетать. Турнир закончится, и она снова останется одна без смысла и цели в жизни. Так что же делать?       Философствуя на эту тему, брюнетка скользила по тёмной улице, освещённой фонарями, даже не заметив, как на неё пала тень, совершенно не принадлежавшая ей.       Почувствовав резкий захват на запястье, девушка успела лишь взвизгнуть, тут же почувствовав большую и сильную ладонь мужчины на губах, чтобы из них не вырвалось больше ни малейшего звука, после чего она была втянута в переулок и прижата к стене.       В глазах девушки было столько страха и истерики, что эти чувства слились в один общий поток слёз, который хлынул из серых, как мокрый асфальт, глаз. Но к удивлению брюнетки, которая вся сжалась из-за страха, этот маньяк не собирался ничего с ней делать, по крайней мере, Сара ничего не чувствовала. Именно поэтому, совсем чуть-чуть успокоившись (если в данной ситуации вообще можно успокоиться), она, часто дыша, открыла зажмуренные глаза и, привыкнув к темноте, увидела того, чьё лицо снова заставило её заплакать, но только теперь от облегчения.       Видя, что девушка больше не закричит, но старательно не встречаясь с ней взглядами, малахитовый принц убрал руку и отпустил её, выглянув из-за угла, чтобы проверить, что никого нет.       – О, духи, Лайсерг, я так испугалась, – с дрожащим голосом, который был едва слышен, сказала брюнетка, которая едва не теряла сознание. Однако вместо извинений за подобные действия Сара увидела, что даузер лишь стоит перед ней, часто от злости дыша, смотря куда-то в бок и сжимая крепко зубы.       Он словно решался на что-то. Решался и тут же ругал себя за своё решение. Было видно, что в нём боятся два я, которые возникают на правом и левом плече в виде ангела и демона.       – Почему? – прошипел, содрогаясь всем телом от злости, Дител, который всё же выпустил из себя первое слово, заставляющее Сару пугаться ещё сильнее, чем прежде. – Почему, чёрт возьми, из всех парней ты выбрала именно Тао?! – не сдержавшись на фамилии Рена, стукнул рукой по стене Дител, заставив брюнетку снова рефлекторно сжаться и зажмуриться, чувствуя, что Лайсерг в ту же секунду нервно отошёл от неё и развернулся спиной, постоянно издавая шипения от злости.       Девушка, услышав упрёк и ни что иное, как ревность, так как сама испытала подобные чувства и являлась можно сказать ветераном ревности, застыла, не в силах пошевельнуться или что-либо сказать. Её нижняя губа немного подрагивала, желая что-то донести до парня, однако шок был таким сильным, что она лишь скапливала все слова, через несколько секунд такого молчания лишь выдав то, чего не должна была.       – Ты сказал, что я тебе не нужна и тебе абсолютно плевать на мою судьбу, а также...       – Стоп! – резко крутанулся на месте Дител, которого от возмущения ещё чуть-чуть и разорвало бы. – Я не сказал, что плевать на твою судьбу. Не мешай меня с дерьмом, милая, – выставил указательный палец даузер, тем самым грозя девушке. – И не увиливай от вопроса, – резко вернул её к теме детектив, вцепившись в осмелевшую брюнетку взглядом своих разгневанных малахитовых глаз. – Почему ты выбрала именно его?       – А какая тебе разница, кого я выбираю? Тебя ведь это не должно волновать, – понимая, что Дител просто не так всё понял и, судя по всему, не слышал того, о чём она говорила с Тао, но всё же решилась Сара проверить свои предположения.       – Да меня и не волнует! Но только не его! – чувствуя, как злость бурлит, кипит и выливается наружу, сжимал и разжимал кулаки Дител, постоянно кидаясь то в одну сторону, то в другую. – Поверь, Сара, я знаю его лучше, чем ты, и он не тот, кто тебе нужен, – попытавшись вернуть себе самообладание и снова подойдя к девушке, возобновил попытку убедить её в этом даузер.       – Кто мне нужен? – поперхнулась воздухом от возмущения Вайтвуд, от обиды сжимая губы в узкую полоску. – Ты знаешь, кто мне нужен?! Ну?! Давай! – из глаз потекли слёзы, а голос начал срываться на крик, который легко мог бы привлечь любого прохожего. – Скажи мне, кто он, тот, кто достоин меня! Ну же! – утопая в слезах, просто на пролом атаковала брюнетка, видя, что детектив и слова вымолвить не может, смотря в пол ненавидящим себя за срыв взглядом.       Между ними повисло молчание, которое лишь изредка нарушалось шмыганьем носа плачущей девушки, так и оставшейся прижатой к стене перед парнем, упиравшимся одной рукой в стену и смотревшим в землю проклинающим всё взглядом.       – Я всего лишь пришла, чтобы извиниться перед ним и твоей девушкой, – прервав тишину и икнув от закончившегося потока слёз, сказала Сара, заставив этой новостью содрогнуться тело парня, а его мозг снова заработать и понять, что он сдал себя с потрохами. – К ней он меня и на пушечный выстрел не подпустит, но вроде бы я убедила его в том, что больше не наврежу ей, – и снова ответа или хоть какой-нибудь реакции со стороны парня не последовало, а, переведя взгляд своих заплаканных и покрасневших глаз на его не посвящённое ей задумчивое лицо, Вайтвуд с трепетом в сердце и комом в горле спросила: – Ты ведь всё ещё любишь ме...       – Нет, – холодно, резко и очень категорично перебил её Лайсерг, понимая, что сейчас нужно срочно выкручиваться из собственной глупости. – Я просто не хочу, чтобы ты попала в неприятности.       – Так это просто забота? – хоть он и не смотрел ей в глаза, но брюнетка и сама рефлекторно отвернула голову в другую сторону.       – Мы почти два года были вместе, поэтому ты не чужой мне человек, – пояснил Дител, чувствуя, как вся его злость сошла на нет и уступила своё место апатии и усталости.       – Лайсерг, – с плачевным придыханием, которое отличается отрывистостью, произнесла девушка, чувствующая, словно миллиарды кинжалов разом вонзились в её сердце, раздирая его на части, – пожалуйста, – она снова плачет, снова плачет из-за него, – не заботься обо мне больше, – сказав эти слова, она вырвалась из заключения даже не дёрнувшегося за ней парня и скрылась из переулка, оставив малахитового принца одного сотрясаться от боли, которую он получал как возмездие за свои слова и поступки.       Заботиться, жалеть человека, которого ты не любишь - это самое ужасное и паршивое чувство для раненого сердца, и именно это хотела сказать Вайтвуд тем вечером, полным боли.

***

      Это утро стало поистине красивым для тех, кто вышел полюбоваться рассветом. Он содержал в себе красные и золотые цвета страсти, что не могло не вызвать восторженных вздохов, однако для одного человека, который и глаз не сомкнул этой ночью, этот рассвет был подобен крови, которая неминуемо подбиралась к нему, затягивая в трясину.       Малахитовые глаза смотрели поочерёдно то в окно, то на спящего мирным и крепким сном байкера, а в мыслях парня была лишь одна молитва к великому королю духов: «Дай мне сил, чтобы пережить этот день».

9.00. Кафе «Лоскут».

      – Я просто в шоке! – шлёпнулся Рио на своё законное место рядом с Асакурой за столом. Впервые ребята видели в нём такое негодование и, можно даже сказать, раздражение, которое заставило от его резких действий весь стол и, в частности, бокалы заходить ходуном.       – Аккуратней! – возмутился Юсуи, спасая только свою еду от неминуемой потери.       – В чём дело, Рио? – тоже придержав свой стакан с чаем, спросил спокойно Йо, озвучив вопрос, которым задались мысленно все герои.       – Сегодня закрытие второго раунда турнира шаманов, – сложив недовольно руки на груди, заявил Умемия, из-за чего все, кроме Лайсерга, сдвинули брови, не ожидая такого поворота.       – Правда? Уже всё? – пребывая в великой радости, с облегчением откинулся на спинку стула северянин.       – Подожди-подожди, – решил Йо остановить общий поток радости, который не вписывался в одну очень важную вещь, из-за которой Умемия и был в таком возмущённом состоянии, – как закрытие? У нас на завтра назначен последний бой, – как раз этой ночью на мобильные оракулы команды Асакуры пришло известие о втором и последнем бое, который должен был состояться завтра утром.       – Вот и я об этом, господин Йо, – размахался руками Умемия. – Я сначала тоже не понял, как такое возможно, а, встретив Калима, узнал, что по расписанию сегодняшних боёв мы не укладываемся, а значит решено перенести наш бой на завтра.       – Получается наш бой последний не только для нас, но и для второго раунда турнира, – сказал Лайсерг, сидящий по правую сторону от Юи.       – А ещё получается то, что вы сегодня погуляете на закрытии, а завтра вылетите из турнира, – хохоча от такой иронии судьбы и своим смехом выбив на лицах друзей надпись: «Лох – это призвание», вставил свои пять копеек Трей, получив от Рена зачётный хлопок ладонью о ладонь.       – Действительно, Рио, ты чего так завёлся? – пожал плечами Асакура, как всегда, мудро пропуская насмешки Юсуи мимо ушей. – Ты ведь не думаешь, что мы проиграем?       – Ну... нет... – замялся и осознал, что его паника немного не к месту, Рио. – Но я всё равно считаю, что даже если остаётся один бой на завтра, то нельзя устраивать закрытие сегодня, – вытянув нос, с нравоучительным тоном сказал Умемия, поставив точку в том вопросе и дав старт для обсуждения других тем.       Ребята начали обсуждать, что же за бои будут дальше, ведь им придётся поделиться теперь на два человека в команде, поэтому кратное число участвующих в турнире было только на радость ребятам. Хотя вот Рио, как всегда, потерялся в мучениях выбора между Лайсергом и Йо и, нужно сказать, не он один.       Перед Юи стоял тоже очень трудный выбор. Рен или Лайсерг? Вчерашний приезд Джун сгладил обиду, возникшую у неё с Тао, поэтому сейчас они снова общались как ни в чём не бывало.       А Йо и Трей уже давно поняли, что им придётся довольствоваться остатками, хотя вот Юсуи искренне желал не объединяться с Реном, в частности, из-за названия.       Время медленно тикало, а дискуссии становились всё жарче, вплоть до обсуждений, кто кого завалит первым. Но вдруг, пока все были заняты остановкой кровопролития между Треем и Реном, не вмешивающийся в это дело Лайсерг почувствовал дрожь по ноге из-за вибрирующего телефона, который принял в себя новое входящее сообщение.       «Уходи оттуда! Быстро!» – открыв сообщение, прочитал подобный сигнал малахитовый принц, всего лишь на секунду застыв, словно не зная, что ему делать. В его глазах застало мимолётное чувство страха, а, взглянув на своих друзей, которые не заметили его поведения, он понял, что нужно отсюда сматываться и быстро.       – Юи, извини, – встав из-за стола, наспех начал говорить Дител, – мне нужно уйти.       – Опять что-то с дядей? – обеспокоенно спросила шатенка, видя, что даузер как-то сильно занервничал и постоянно кидает взгляд на чёрный выход.       – Да, созвонимся, – ответил Дител, уже пятясь назад и теперь посматривая на входную дверь, после чего тут же в мгновение ока ускользнул через чёрный выход, оставив шатенку с ошарашенным лицом, полным непонимания.       – Не понял, – остановив свои разборки с Тао, но не отпустив его зажатые в руке волосы, изумился Трей, который был также пойман за волосы Реном. Его оттягивал назад Умемия и Сели, а Тао пытался оттащить от северянина Асакура. – Куда он опять смотался?       Вэй повернулась к не успевшим уследить за сим побегом ребятам и сама не знала, что сказать и как объяснять то, что произошло. В её глазах, как и в глазах ребят, были растерянность и непонимание ситуации, и только, наверное, единственный человек, имя которому Йо Асакура, стоял, всё ещё держа Рена за шиворот, с суженным взглядом и осознанием того, что всё-таки что-то здесь нечисто. Возможно...       Неожиданный грохот двери, которая распахнула все свои две створки, как под действием ветра, резко прервал мысли не только Асакуры, но и всех-всех присутствующих шаманов, заставив мгновенно устремить взгляды на виновника данного шума. Но, как оказалось, виновник был не один.       В дверях застыло примерно семеро мужчин, которым на вид было около тридцати лет, и они были одеты в кожаные чёрные костюмы, причём все. Однако взгляды шаманов и, в частности, шаманок пленил тот, кто отличался от этих инкубаторов всем, и элегантной одеждой, и возрастом, и самой манерой поведения.       Их возглавлял молодой светло-русый парень лет двадцати пяти, одетый в чёрные джинсы, белую рубашку нараспашку, под который был мужской чёрный топ, на шее у него висела занятная подвеска в виде чёрной розы, а его глаза полные уверенности, завораживающей стати и безграничной власти заставляли просто таять от восторга, растекаясь по полу растопленным пломбиром.       Это принц? Нет, с таким величием может быть только король. И этот король в ту же секунду прибавил в свой список достоинств ещё одно, как только явил всем свой бархатный и радостный голос, подкреплённый радушием и улыбкой.       – Доброе утро, шаманы!