Пиши о жизни

А тонкие запястья, лишь

слегка на твои похожи

Через пару дней, из трещин в

потолке, составляю твои черты

Я искал тебя в каждой чёртовой очереди

Где ты? Когда время придёт, мы окажемся рядом

Не торопись, всё своим чередом,

тебе так далеко до заката

А я здесь полежу, я тебя подожду

Я тебя дождусь, тебя дождусь

Элли На Маковом Поле (Feat. Лампабикт) - Где ты?

      «Дорогой рыжий придурь без совести и чести, прошло уже семь лет, но порой я всё ещё вспоминаю о тебе, ведь не могу иначе — вы с ребятами стали очень важной частью моей жизни. И порой мне кажется, что без вас я не являюсь собой…»        — Всё неправильно… зачем я это пишу вообще? — тихо вздыхая, потираю уставшие глаза с залёгшими под ними тенями. Да, чтение допоздна не влияет положительно на организм, имейте это ввиду.        — И часто ты так ему пишешь? — поинтересовался виновник моих микроинсультов, склонившись надо мной и ноутбуком, отчего я неконтролируемо вздрогнула от испуга.        — О Господи… фух… тебе ошейник с колокольчиком нужен. Бери мой, когда подходишь, — пытаясь отдышаться, снимаю наушники и поспешно стираю написанное.       — Когда ты слушаешь музыку, пытаясь себя оглушить, к тебе хоть с тарелками подходи — всё равно ж не услышишь, — коротко усмехнулся и присел рядом, протягивая заботливо ромашковый чай. Вкусно и согревающе. — Мне тоже его не хватает…       — Правда?       — Мгм… — глядя в экран ноутбука, он тихо барабанил подушечками пальцев по своей кружке, явно погружаясь в воспоминания о прекрасном 2014-м. А может и о другом.       — Понимаю… Знаешь, — устроилась я поудобнее, поправляя на себе плед, в который так часто заматываюсь, даже если в доме тепло, — я какое-то время даже очень злилась на то, что он так давно не заходил и никак не давал о себе знать. И мне даже было стыдно, наверное, за это… Это ведь его выбор, ну, не общаться с нами, верно? Он не обязан был продолжать... Но всё равно так обидно, что он просто пропал со связи...        — Это да. Если бы хотел вернуть общение, он и сейчас с легкостью нашёл нас, — Хати потёр шею, как иногда делал, когда волновался или грустил. — И я тоже злился. Даже начинал писать ему письма, которые не отправлял… Чтобы как-то справиться с этим...        — И как? Помогает? Я иногда писала ему в личку, как скучаю и жду, но, конечно, он не мог это прочесть…       — Немного помогает… Я всё ещё пишу. Уже реже — когда совсем тоскливо или когда снится, — я подсела ближе и приобняла его, положив голову на плечо, а затем и пледом поделилась, потому что парень был холодным. Наверное, потому и решил вместе закинуться чаем. — Я уже не могу злиться или обижаться, но всё ещё не хватает его. Я просто хочу… не то, чтобы увидеться, а просто, чтобы... чтобы он… ты понимаешь?        — Чтобы был жив? — решила предположить то, что меня и саму не единожды тревожило. В наше время начинаешь бояться чьей-либо смерти сильнее обычного.        — Да… думаю, да… Был жив и здоров. Я не хочу, чтобы с ним что-то случилось…        — Я думала, что только я о нем так тоскую до сих пор. Думала, что остальные уже смирились и отпустили, — рука сама потянулась пригладить белые мягкие волосы. Всё-таки короткая стрижка ему тоже шла.        — Вот и я так же, — он тихо вздохнул и прикрыл глаза. — Спасибо, что всё-таки не забываешь… обо мне… эй, ты чего? — глянул в мою сторону, ибо услышал всхлип. Как после таких слов вообще сдерживать слезы? Как я могу забыть хоть о ком-то, кто так мне дорог? Как забыть того, кого, по идее создала? Ведь если забыть, они исчезнут… Каждый из них... все они исчезнут, если их не будет хоть кто-нибудь помнить...        — Прости… Прости, Хати… я так редко это делала… я не хочу… не хочу, чтобы ты исчез по моей глупости… — слёзы текут сами по себе, пока меня уже потряхивает от тщетных попыток сдержаться. В горле словно нарастает ком. От теплых объятий сдерживать слезы и вовсе невозможно. - Я так виновата перед всеми вами... особенно перед тобой... прости...        — Но я ведь здесь, верно? Я бы не стал тебя винить, Кэт, — протянул платки не только для слёз, потому что люди не плачут аккуратно и красиво. Стало невыносимо жарко от эмоций. — Ну-ну, попей воды…        — Спасибо… что ты рядом… — смогла я всё же произнести после нескольких глотков воды, когда меня начало отпускать, потряхивая уже холодом.        — Для этого Музы и нужны, разве нет? — коротко усмехнулся, мягко поглаживая по плечу, пока я пыталась успокоиться от нахлынувших эмоций.        — Ты больше, чем Муз. Ты мой самый лучший друг, Хати